Фанфик

Глава 1

Комната Лили Вэйн была такой же серой и безрадостной, как и её жизнь. Дождь стучал в окно, за котором находился такой же скучный и провинциальный городок. Лили вздохнула и отошла от подоконника. Её осиная талия мелькнула в отражении зеркала.

Она была некрасивой. Правда, только она сама так считала. Её длинные, цвета воронова крыла волосы были всегда растрёпаны, как после урагана. Огромные, бездонные, как ночное небо, глаза изумрудного цвета с фиолетовыми бликами хранили вековую грусть и мудрость не по годам. На левой щеке у неё была милая родинка, которая, по её мнению, только портила и без того неказистое лицо. В свои восемнадцать она была высокая и стройная, как топ-модель, но носила только мешковатые свитера и джинсы с дыркой на колене, купленные в секонд-хенде.

– Я ведь совсем не такая, как эти пустоголовые куклы из моего класса, – с горькой мыслью провела она рукой по корешкам книг на полке. Тут стояли Ницше, Булгаков, Вирджиния Вулф, Маркиз де Сад и сборник стихов Есенина.

Она вышла из дома, даже не прикоснувшись к завтраку, и поплелась в школу, думая о том, что в неё никогда и никто не влюбится. Её окружали обычные люди, и она была уверена, что её ждёт такая же серая, обыденная судьба.

Однако она и представить не могла, что сегодня, ровно в 14:36, её жизнь перевернётся с ног на голову. Потому что на перемене прямо перед ней появились двое новеньких – холодный аристократ с серыми глазами и такими же волосами, а рядом с ним порочный бунтарь с татуировкой цветка ликориса на предплечье. И оба, как ни странно, с первого взгляда потеряли голову от этой серой мышки.

«Кто они?» – пронеслось в голове у Алисы, пока она пыталась стать как можно незаметнее, что, по иронии судьбы, только сильнее выделяло её на фоне визжащих одноклассниц.

Рита отвлекла Алевтину от ноутбука своим хохотом.

– Добавим ещё, что она при всем этом есть по пять бургеров в день. Пусть все офигевают от её метаболизма, – сказала, заражая смехом подругу. – А ещё добавь, что эти парни потомки драконов.

Аля скептично посмотрела на подругу.

– Драконы? Нет. Они дебильные, – за свой нелестный комментарий девушка получила подзатыльник.

– Не смей оскорблять драконов. Они сильные, большие и могут огнём дышать.

– Драконов любят девочки, что пишут фанфики по Гермионе и Драко Малфою и носят аниме ушки. В каком месте они прикольные? Огромные и ленивые.

– Не сметь! – Рита громко крикнула, от чего Аля закрыла уши руками. Рита же начала перечислять и загибать пальцы с той же громкостью в голосе. – Власть, сила, харизма, готовность к самопожертвованию, ревность, забота, щедрость, мудрость, магия и вечная борьба с внутренними демонами.

Аля зааплодировала.

– Ровно десять, Рит. Ты и вправду дрочишь на драконов.

– А ещё у них два пениса.

– Видимо это главный критерий, – Аля задумалась. – Если у них два пениса, то из какого они писают?

Ещё один подзатыльник.

– Аля! Пиши давай, – Рита наклонилась над рабочим столом и уставилась в монитор.

– Окей, но тогда второй – холодный аристократ будет наполовину ангелом социопатом с эмпатией только к близким, – Аля видела кивок подруги и добавила, – В сейтинге зомби-апокалипсиса.

– Алевтина, ёб твою мать. Только не зомби!

Глава 2

Школьный коридор после уроков был привычно пустым и пахло старой краской и тоской. Лили, прижимая к груди учебник по биологии, пыталась проскользнуть к выходу, не привлекая внимания. Но внимание уже было приковано к ней – вернее, к двум парням, которые преградили ей путь.

– Мы тебя не напугали? – голос Дрога, низкий и с хрипотцой, прозвучал прямо над её ухом.

Лили вздрогнула и отпрянула, наткнувшись на другого. Кас стоял сзади, его лицо было невозмутимым ледяной маской, но в серых глазах плескалось странное любопытство.

– Я… мне нужно идти, – прошептала она, чувствуя, как горит лицо.

– Не торопись, – Дрог ухмыльнулся, демонстративно оперевшись рукой о стену над её головой. – Мы тут новенькие. Покажешь школу?

В этот момент из репродуктора на потолке раздался не звонок, а резкий, оглушительный скрежет, а затем голос директора, но искажённый, с хрипом и помехами: «Чрезвычайная ситуация… Всем… оставаться в классах…»

Но было поздно. Из распахнутой двери столовой выползло нечто. Когда-то это была уборщица тётя Галя. Теперь её шея была неестественно вывернута, а из рта сочилась чёрная жижа. Она издала низкий стон и, завидя их, рванула вперёд, походкой деревянной марионетки.

– Что, черт… – начал Дрог, но Кас уже резко оттащил Лили за собой.

– Бежим! – его ледяной тон дал трещину, сквозь которую проглянул животный ужас.

Когти Дрога, казалось, разрезали сам воздух. Он не разрывал плоть тёти Гали, а отшвырнул её с такой силой, что она, хрустнув, ударилась о противоположную стену и затихла. Но дело было сделано. На его предплечье зияла глубокая рваная рана, из которой сочилась тёмная, почти чёрная кровь.

– Чёрт! – прошипел он, сжимая руку чуть выше укуса. Его пальцы снова стали человеческими, но по лицу пробежала судорога. – Чувствую, как эта дрянь ползёт по венам.

В этот момент из других дверей посыпались новые фигуры – ученики, учителя, их движения были такими же резкими и неуклюжими, а взгляды – пустыми и голодными. Толпа нарастала, как прилив.

– Детка, похоже, экскурсия отменяется, – Дрог попытался ухмыльнуться, но получилось болезненно.

Кас, наконец, высадил дверь в учительскую. Он резко втолкнул Лили внутрь, обернулся к надвигающейся толпе и на мгновение закрыл глаза. Со спины у него, с болезненным хрустом ломающихся костей, разорвались огромные, ослепительно-белые крылья. Они были не идеальны – кое-где перья торчали клочьями, а на концах виднелись изогнутые, стальные когти.

– Залезай под стол и не высовывайся, – бросил он Лили через плечо, его голос стал громче, обретя металлический отзвук.

Он ринулся вперёд, не как воин, а как живой щит. Крылья сомкнулись перед ним и Дрогом, приняв на себя первый яростный натиск. Слышался треск костей, отрываемые куски плоти, но Кас держался, его лицо исказилось от нечеловеческого усилия. Сквозь стену перьев и тел Лили увидела, как один из зомби впился зубами в основание его крыла. Кас закричал – это был нечеловеческий, полный боли и ярости звук.

Он всё же отбросил толпу, схватил под руку ослабевшего Дрога и, шатаясь, отступил в учительскую, захлопнув дверь.

– Твои крылья… – прошептала Лили, выползая из-под стола и глядя на тёмную, быстро расползающуюся кровь на белоснежных перьях.

– Пустяки, – скрипя зубами, выдохнул Кас, складывая крылья за спиной. Они выглядели тяжёлым и окровавленным грузом. – Нам нужно выбираться. Сейчас.

Лили смотрела на них обоих – на дракона, теряющего силу от яда, и на ангела, истекающего кровью. И странное дело, паники не было. Был лишь оглушительный вопрос, который она и задала, глядя на их раны:

– Вы… вы же не станете как они? Правда?

– Алевтина, ёб твою мать! Ты всё-таки вписала зомби! – Рита с отчаянием смотрела на экран, где Кас истекал кровью на полу учительской. – Я же говорила, это перебор! Драконы, ангелы, а теперь ещё и ходячие мертвецы? Это же полный винегрет!

Аля, довольная, откинулась на спинку стула и хрустнула суставами пальцев.

– Зато динамично. Сразу видно, что парни готовы за неё жизнь отдать. И ранения – это же романтично! Потом она их будет выхаживать, перевязывать…

– Пока они не превратятся в закуску, – пробурчала Рита, но взгляд её уже смягчился. Она потянулась за пачкой чипсов. – Ладно… черт с тобой. Но если ты завтра впишешь инопланетян, я тебя этим ноутбуком придушу.

Она с хрустом разжевала чипс, уставившись в текст.

– Так. Они в учительской. Оба ранены. За дверью орда. Что дальше то? Не будешь же ты их тащить через всю школу, пока они истекают кровью.

– Тайм-скип, – уверенно заявила Аля. – Писать, как они полгода лазают по руинам и едят тушёнку – скучно. Просто перескочим к тому, как они уже стали крутыми выживальщиками и идут к базе «Последней рубеж».

Рита задумалась, рисуя пальцем на столе крошки соли.

– А… а не сломано ли это? Пропустить самое интересное – как они выживали, как сплотились?

– Мы можем добавить один абзац-воспоминание, – предложила Аля. – Прямо в начале третьей главы. Что-то вроде: «Прошло шесть месяцев с тех пор, как мир умер. Шесть месяцев, за которые они научились доверять друг другу спину, делить последнюю банку фасоли и не вспоминать о том, что когда-то были просто соперниками по несчастной любви». И всё. А потом сразу – выжженная земля и база на горизонте.

Рита медленно кивнула, её глаза загорелись.

– Да… и можно вставить намёк, что они до сих пор не понимают, как именно они выжили в той школе. Типа, память расплывчатая. Чтобы добавить тайны. И… что они потеряли Лили. Ну, чтобы был мотив искать её.

– Точно! – Аля уже потянулась к клавиатуре. – Пусть читатель думает, что это травма, а мы-то знаем, что это мы просто поленились продумывать логистику побега. И да, пусть ищут. Это драматично.

Обе рассмеялись.

Глава 3

Прошло шесть месяцев. Шесть месяцев, которые растянулись в вечность, наполненную хрустом пепла под ногами и горьким привкусом потерь. Они спали втроём, прижавшись друг к другу для тепла в леденящие ночи, и дежурили по очереди, вглядываясь в подступающую тьму. Они научились молча понимать друг друга и делить последний глоток воды. И они потеряли её. Лили. Их общий компас и тихая надежда.

Её исчезновение оставило в их мире дыру, холодную и беззвучную. Теперь они шли вперёд, движимые смутной памятью о том дне в школе, который обрубился, как оборванная плёнка, и тихим обещанием, данным самим себе в темноте: найти её. Во что бы то ни стало.

Вымерзшая земля. Жёлтая трава хрустела под ногами, пока они направлялись к опорному пункту, который считался последним оплотом цивилизации. Месяц апокалипсиса прошёл незаметно, надежда на то, что они найдут Лили, угасала. Но, возможно, она спаслась и будет среди выживших.

Дрог шёл позади, пытаясь поправить свои два достоинства в штанах.

– Торопись. Нужно до заката выйти из леса, иначе то, что у тебя в штанах, окажется в зубах у остывших, – бросил Кас, не оборачиваясь.

– Кас, я бы посмотрел на тебя, если бы у тебя… Хотя, ты же ангел. У тебя там, наверное, пусто, как у куклы Барби, – самодовольная рожа озарила лицо Дрога.

– Наполовину. И уж подлиннее, чем твои оба взятых, – последовал холодный ответ.

– Тогда покажи.

Кас испустил раздражённый вздох. Ещё недавно они с этим болваном сходили с ума по девчонке из школы, а сейчас шли сквозь мёртвые земли и обсуждали члены. До чего он докатился?

– Покажи! – повторил Дрог уже с ребяческой обидой. Касу оставалось лишь игнорировать.

Он вновь сконцентрировался на хрусте, единственном звуке, кроме их ворчания. Так они и шли: Кас – впереди, сжимая в руке ствол, Дрог – позади, всё ещё ворчащий что-то про ангельскую анатомию.

– Кас, серьёзно, если у тебя там пустота, это же надо как-то… компенсировать? – не унимался он. – Может, крылья? Покажешь крылья?

– Если я покажу крылья, – не оборачиваясь, процедил Кас, – то следующее, что ты увидишь, это мои когти в твоей глотке. Двигай быстрее, увлёкшийся натуралист.

Они вышли на опушку леса, и перед ними открылась долина, усеянная брошенными машинами и почерневшими каркасами домов. За этим пейзажем смерти виднелась база, до которой теперь оставалось около пяти километров. Огромное здание с побитыми стёклами и вывеской, написанной на простынях «Последний рубеж», несколько контейнеров и ржавый забор из колючей проволоки.

– И это оно? – разочарованно протянул Дрог. – Я ожидал чего-то… с центральным отоплением.

– Здесь есть еда, патроны и, если повезёт… – имя Лили возникло в голове Каса само собой, но вместо него он сказал, – информация. И ради этого мы терпим друг друга.

«Терпеть» – это было слабо сказано. Их связывал не просто путь до базы. Их связывала Лили. Та самая серая мышка, которая оказалась ключом ко всему этому хаосу. И теперь они, потомки враждующих кланов – драконов и ангелов, – были вынуждены работать вместе, чтобы найти её.

– Надеюсь, мы найдём Алису, – с надеждой в голосе сказал Дрог.

Аля наклонилась над Ритой, которая сменила её за ноутбуком, пока та ходила в туалет.

– Опустим «надеюсь» и с «надеждой сказал». Почему ты её Алисой назвала? В первом же абзаце написали «Лиля Вейн».

Маргарита открыла другой файл с заметками.

– В заметках другое имя. И вообще, там Лили, а не Лиля.

Они начали исправлять текст, договорившись, что главную героиню будут звать Лили.

– И что, они просто придут туда, и их впустят?

– Нет, конечно нет! – Рита захрустела чипсами. – Пусть у входа будут стражники с автоматами. И…

На этом моменте обе подруги встали в ступор. Аля потянулась к телефону, чтобы поискать идеи в интернете.

– Это опорный пункт. И… – парень с нашивкой кита на куртке запнулся, его взгляд стал отсутствующим, словно он обрабатывал запрос. Его подхватил второй стражник, чьи движения и речь были точными и выверенными, но лишёнными тепла.

– И. Мы стражники, – первый парень начал механически анализировать пришельцев. Его напарник, с холодными глазами и собранной осанкой, вышел из состояния глубокого анализа и провозгласил над их головами резким, безэмоциональным голосом:

– Приветствие: Добро пожаловать в ад. Инструкция: Остановиться. Поднять руки… кхм, – первый стражник снова запнулся, его отстранённое выражение внезапно сменилось на сияющую «щенячью радость». Если бы у него был хвост, он бы сейчас вилял им, словно поменял модель поведения. – Добро пожаловать! Я очень рад, что вы смогли преодолеть весь этот ужасный путь. Вы большие молодцы!

Холодный стражник тут же перебил его, и «ретривер», послушно замолчав, снова ушёл в себя, словно обновляя протоколы.

– На основании анализа вашего внешнего вида и моих инструкций, я должен обеспечить безопасность данного объекта. Для прохода через эти ворота вам необходимо предоставить действительные учётные данные или решить капчу.

Парни развернули огромный плакат, на котором корявыми буквами было написано «Alexa». Дрог выкрикнул:

– Алекса!

Стражники посмотрели на плакат, и оба покраснели – первый от смущённого восторга, второй, кажется, от осознания системной ошибки. Ворота открылись с глухим скрипом.

– Маргарита! Что за бред? ИИ-стражники, которые краснеют при упоминании другой нейросети?

Началась борьба за место у ноутбука.

Глава 4

Идя вдоль импровизированных спальных мест, Кас и Дрог искали ту, что помогла им стать людьми – Лили. Множество коек было занято измождёнными людьми, сидевшими или лежавшими в молчаливой апатии. Разношёрстные вещи, разбросанные повсюду, создавали визуальный шум, сквозь который было почти невозможно отыскать одно-единственное лицо. Дракон пошёл вдоль другого коридора между кроватями. Они встретились в конце зала и почти синхронно покачали головами – нигде.

В этот момент позади раздался крик, заставивший их обернуться.

– Лили! Держи крепче!

Они ринулись на звук. За большим залом оказалась комната медпункта, где в суматохе было трудно разглядеть лица, но они узнали её сразу – по силуэту, по той самой тонкой талии, что она всегда прятала под безразмерными кофтами. Её густые волосы были собраны в небрежный хвост, а на ней была военная экипировка. Костюм шёл ей, но куда больше ей шло её дело – помощь людям. Она всегда была полна заботы. Когда Каса охватывали приступы паники, а Дрога – слепые вспышки ярости, она всегда оказывалась рядом, словно по волшебству. Как она умудрялась их находить?

Но сейчас они видели не это. Сейчас они смотрели, как она с точностью хирурга выбирала из стерилизатора инструменты для предстоящей ампутации.

Рита наклонилась над Алей, заслонив собой свет монитора.

– Ампутация? Не слишком? – она нечаянно просыпала крошки чипсов на макушку подруги и тут же принялась гладить её по голове, стараясь замести следы преступления.

– Не думаю, – Аля отмахнулась, не отводя взгляда от текста. – Нужно показать, что она идеальна. Ни разу в жизни не брала в руки скальпель, но вот – пила для ампутации. Это покажет, что она сильная и способная.

– Но там же нормальный врач на фоне стоит, – не сдавалась Рита. – Зачем доверять операцию девушке из старшей школы?

Пальцы Али бессознательно сжались, словно скучая по клавишам, пока она обдумывала аргумент.

– Доктор Джеймс, срочно! Ещё один укушенный! – крикнул кто-то из коридора.

Доктор, немолодой мужчина с усталым лицом, метнулся к выходу, на ходу бросив Лили:

– Дорогая, ты справишься! Я верю в тебя! Надо спасать другого!

Его исчезновение казалось слишком театральным, как у актёра, спешащего со сцены. Лили, не выразив ни удивления, ни протеста, просто убрала со лба выбившуюся прядь и взяла в руки хирургическую пилу. Звук включившегося мотора прозвучал оглушительно громко в наступившей тишине.

Кас и Дрог замерли у входа, не в силах отвести взгляд. Картина была сюрреалистичной: подросток в окровавленном фартуке, уверенными движениями приступающий к ампутации. Но не это было самым шокирующим. Мужчина на столе, чья нога была почти отделена, не кричал. Лишь короткий стон вырвался у него, когда металл коснулся кости. Он сжал зубы, его взгляд был ясен и полон… благодарности.

Кас почувствовал, как по спине у него пробежал холодок. Он видел, как лезвие прошлось по крупному сосуду, как алая струя брызнула на халат Лили, но кровотечение почти сразу остановилось само собой, будто подчиняясь не физике, а иной, неведомой логике.

– Лили… спасибо, – прохрипел мужчина, когда всё было кончено, его лицо залила странная, почти блаженная улыбка. – Теперь мои дети увидят папочку живым. Сделаю себе деревянную ногу, как у пирата.

Лили опустила пилу. Её руки по локоть были в крови. И вот тогда она подняла глаза и увидела их. Маска сосредоточенного профессионала мгновенно растаяла, сменившись знакомой, наивной улыбкой, в которой читались и радость, и испуг. Но теперь эта смена показалась Касу слишком резкой, слишком неестественной, как будто кто-то щёлкнул переключателем.

– Дракончик? Пёрышко? – её голос прозвучал так, будто они встретились в школьной столовой. И затем, не обращая внимания на кровь, покрывающую её руки, она бросилась к ним, чтобы заключить в объятия.

Кас инстинктивно отступил на полшага, но было поздно.

Третий за сегодня подзатыльник оглушительно хлопнул по затылку Али.

– Мы же не убить хотим людей, что захотят это прочитать, а рассмешить! – возмущённо прошипела Рита, делая новую попытку выхватить ноутбук. – Какие к чёрту «дракончик» и «пёрышко»?

– Отдай! – Аля прижала устройство к груди, отворачиваясь экраном. – Как хочу, так и пишу в своей части! И вообще, кто-то своих парней и «мешочками» называет. А это даже мило.

– Аля, «мило»? – Рита фыркнула, отступая и скрестив руки на груди. –Тебе срочно нужно завести парня.

– Легче собаку, – парировала Аля без тени смущения.

Обе не выдержали и рассмеялись, напряжение мгновенно испарилось. Было решено, что на сегодня стоит закончить. Рите нужно было идти на тренировку, Але – дописать пару статей для редактора. Иногда самое продуктивное состояние – это когда ты просто создаёшь любой бред и хохочешь над ним вместе с подругой. Файл с их общим творением был торжественно закрыт.

Глава 5

Кас замер, чувствуя, как по его лицу расползается маска из отвращения и раздражения. Краем глаза он заметил, как Дрога передёрнуло от этих дурацких прозвищ – «Дракончик», «Пёрышко». Сейчас они звучали фальшиво, как чужая, навязанная роль.

Она обняла их, не обращая внимания на залитые кровью руки. Кас с отстранённым ужасом смотрел, как алое пятно проступает на ткани его футболки. Дрог стоял неподвижно, его ноздри расширились, вдыхая знакомый металлический запах, который всегда будоражил его кровь.

– Мальчики, я так рада, что вы меня нашли!

Она не спросила, как они её искали. Не спросила, как они выбрались из ада той школы. Вместо этого она тут же принялась рассказывать, как благодарна им за спасение. Потом речь перетекла на другую парочку парней – Каспера и Рокко – которые, якобы, спасли её от насильников, а сейчас отправились найти для неё томик Харуки Мураками и шоколад с апельсином.

Каспер и Рокко. Слишком знакомые имена. Слишком правильные.

Они пытались смотреть на неё старым взглядом, но их взгляды непроизвольно встречались. Вспоминалась та ночь, когда Дрог пробирался через заражённый район за розовой кружкой с единорогом. Бессмысленный подвиг во имя любви, которая сейчас казалась такой же бутафорской, как и всё вокруг.

– Они… очень о тебе заботятся, – с трудом выдавил Кас.

– О да! Каспер такой же сильный и молчаливый, а у Рокко тоже есть татуировки!

В этот момент её позвали:

– Лили! Только ты можешь помочь!

– Ой, простите, мальчики, меня ждут! Без меня тут всё рухнет!

И она убежала, оставив их стоять с окровавленными пятнами на одежде.

Они молча вышли на крыльцо. Дрог опустился на ступеньку, уставившись в трещину в бетоне, где рос одинокий жёлтый цветок. Слишком яркий, словно пластиковый. Кас остановился у перил, сжав ржавую трубу. Его пальцы встретили странно гладкую, лишённую шероховатостей поверхность.

Плац перед базой был пуст. Два обгоревших автомобиля стояли симметрично, будто их расставили по разметке. Ни дыма, ни следов борьбы. Из главного корпуса снова вышла группа людей, поддерживая «раненого» с чистой, белоснежной повязкой на голове. Они скрылись за углом, не оставив в воздухе даже эха.

Раненые. Снова.

– Слушай, а ты тоже думаешь, зачем мы в школу ходили? – голос Дрога прозвучал приглушённо. Он не отрывал взгляда от цветка. – Это ведь нелогично.

Кас медленно прошёлся по крыльцу. Воспоминания о школе были как смутные картинки. Девчонки, смотревшие на них голодными взглядами. И она. Вылетевшая под ноги, как по сценарию.

– Ты помнишь, как мы оказались на поле? – голос Дрога сорвался на шёпот. – Как всё началось? Помнишь?

Кас замер. Он смотрел в пустой горизонт, пытаясь выцепить из памяти хоть что-то реальное. Шум, паника, крики. Но ничего не находил. Только чёткий кадр: они уже бегут, держа её за руки.

Он медленно покачал головой.

– Не помню.

Дрог наконец оторвал взгляд от цветка и посмотрел на Каса. В его глазах читалась та же пустота, что окружала базу.

– И я нет. Ничего, кроме… неё.

Они сидели в гнетущей тишине, вдруг осознав, что их воспоминания – всего лишь декорации, а мир вокруг – бутафорский.

– Ты это написала? – Рита повернулась на Алю.

Аля, ещё сонная после утреннего умывания, подошла к ноутбуку. Её взгляд скользнул по экрану, по последним абзацам, где Кас и Дрог осознавали всю сюрреалистичность своего положения.

– Нет, – тихо сказала она, и в её голосе прозвучала неподдельная тревога. – Это не я. Я же ещё вчера вечером закрыла файл.

Они молча смотрели на текст, который, казалось, жил собственной жизнью.

– Да всё это бред. Разыграть решила? – Рита развернулась обратно к ноутбуку. – Но эта часть про декорации и бутафорию слишком пафосная. Мы же решили, что это фанфик будет. – Она начала яростно удалять последние абзацы, пока Аля ещё пыталась просунуться. – Ещё не хватало виртуальной реальности.

– Говорю же! Я не писала.

Рита оглянулась:

– Тогда кто? Или ты думаешь, что я вернулась после тренировки, поела, помылась и пробралась к тебе в комнату, чтобы написать «это»?

– Рита. Это не я. – ультимативно сказала Аля, её взгляд заметил, как на экране вновь появляются стёртые строки. Её глаза расширились, и она указала пальцем на экран. – Рита, смотри! Или ты запись экрана поставила, чтобы меня…

Рита не дала договорить и начала пытаться выделить текст, закрыть файл без сохранения. Но ничего не выходило – он набирался снова и снова, самостоятельно.

– Выключи его! Просто выключи! – почти взвизгнула Аля, отскакивая от стола.

Рита с ожесточением зажала кнопку питания. Экран не гас. Она дёрнула шнур из розетки – батарея, которой хватало от силы на час, казалось, обрела бесконечный запас энергии. В отчаянии Аля накрыла ноутбук крышкой. Глухой щелчок прозвучал как выстрел.

– Ладно, – прошептала Рита, отодвигаясь. – Ладно. Просто… забудем. Не открываем его. Пока это… не пройдёт.

Неделя стала для них сплошным кошмаром. Алю вырывало из сна, в котором она была заперта. Её имя звучало всё отчётливее и отчётливее: