Фанфик

– Аля, Аля. – донёсся голос Риты над лицом. – Я больше не могу. Давай посмотрим, что там.

Как только Рита убедилась, что Аля села на диване то начала нервно ходить из одного конца гостиной в другой.

Аля сидела на диване и пыталась отойти от сна. Во сне она захлопнула крышку ноутбука, как они сделали в реальности с Ритой, а затем пошла спать. Как только она закрыла глаза, то услышала, как провод от зарядки ноутбука стукнулся об столешницу, а затем шаркающие звуки пластика об дерево.

Она открыла глаза, ноутбук стоял у края стола с чуть приоткрытой крышкой, из-под которой было видно свечение монитора и подсветка клавиш. Аля была настолько напугана, что не могла двинуть с места. Её парализованное тело подчинялось лишь одному рефлексу – опусканию и подъёму век.

Аля закрыла глаза и погрузилась в абсолютную тишину. Собственное сердце колотило где-то в горле, отдаваясь глухими ударами в ушах. Она затаила дыхание вслушиваясь в пустоту. Вновь звуки пластика.

Веки дёрнулись. Ноутбук был уже ближе. Стоял на полу возле кровати, на её зелёном коврике, его крышка была открыта уже наполовину и стала похожа на жуткую улыбку.

Ужас сковал горло. Она снова захлопнула глаза, зажмурилась изо всех сил, пытаясь вернуться в небытие, отключиться.

Наступила тишина, ещё более зловещая. Она ждала. Считала удары сердца. Раз. Два. Три…

И снова – шорох. Теперь он был громче и можно было услышать, как шумит кулер внутри пластикового монстра. И гораздо, гораздо ближе.

Глаза распахнулись в немом ужасе.

Сначала она ощутила на коже голеней тепло и едва слышное гудение. Когда она открыла глаза, ноутбук был уже на её ногах, и крышка медленно отъезжала все дальше.

Она снова зажмурилась, отчаянно, истерично молясь о том, чтобы это всё закончилось.

На этот раз тишины не последовало. Прямо над её лицом послышался тихий, звук клавиш. Она чувствовала через закрытые веки, как свет экрана становится ярче.

Она не хотела открывать глаза. Она знала, что будет там. Но её веки предали её. Они медленно, против её воли, поползли вверх.

И он был здесь.

Парил прямо над её лицом, так близко, что текст на экране расплывался. А затем резкий хлопок. Ноутбук закрылся, но через пару секунд раскрылся. Истошный поросячий визг антивируса. На экране стекали капли крови, на установленном виджете.

Иконка файла «Фанфик» увеличивалась на экране. Экран потух и возникла надпись с кровоподтёками: «ЗАКОНЧИ».

Из воспоминаний вырвал голос Риты.

– Я больше не могу, – голос Риты сорвался, пока она металась. Её пальцы нервно теребили бахрому на свитере. – Сегодня утром мой телефон… я включила его, а там был открыт наш гугл-докс. Пустая страница. И всего одно слово в самом низу: «Допиши». – Она остановилась перед Алей, её глаза блестели от невыспанности и накопленного ужаса. – А вчера… вчера я видела во сне её. Лили. Она стояла у моего окна и стучала. Не в стекло, а по раме. Тук-тук. Как будто она знает, что я одна из тех, кто её придумал, и требует продолжения.

Аля, всё ещё не в силах выбросить из головы образ ноутбука-ползуна из своего сна, смотрела на подругу пустым взглядом. Она медленно провела рукой по голеням, будто стирая остатки того призрачного тепла.

Рита снова зашагала, сжимая и разжимая кулаки.

– Мы не написали, что было дальше. Мы их там бросили. На пороге той бутафорской базы, с осознанием, что всё – ложь. А что, если они… ждут? Что если это они стучатся? Не через окно, а через этот чёртов файл?

Рита резко повернулась и упёрлась руками в стол, по обе стороны от закрытого ноутбука.

– Я больше не могу бояться. Лучше уж посмотреть, чего он хочет. Лучше уж закончить это.

Её пальцы дрогнули, затем решительно ухватились за крышку. С глухим щелчком она откинулась, открыв экран. Он был тёмным всего секунду, а затем залился холодным светом.

Файл с их фанфиком был уже открыт. Курсор мигал в самом конце текста, после фразы: «Они сидели в гнетущей тишине, вдруг осознав, что их воспоминания – всего лишь декорации, а мир вокруг – бутафорский».

И прямо на их глазах, под курсором, стали появляться новые слова. Медленно, неумолимо, будто невидимая рука вела их к финалу, который они боялись увидеть, но уже не могли остановить.