Развод по правилам

— Добрый вечер, — сказала она сухо, оставляя папку на кухонном столе. — Надеюсь, вы подготовили всё для подписания дополнительных справок?

— Конечно, — ответил Дмитрий, стоя у плиты и помешивая что-то в сковороде. — И ужин почти готов. Хоть и не уверен, что вы оцените мои кулинарные способности.

Анна сдержанно приподняла бровь:

— Я оцениваю только эффективность, а не талант шеф-повара.

— Отлично, — он усмехнулся уголком губ. — Звучит, как будто я прохожу тест на терпимость.

— Вы проходите, — сухо сказала она. — И напоминаю: никаких эмоций. Только деловые действия.

Дмитрий повернулся к ней с лопаткой в руках и сделал вид, что серьезен:

— Понимаю. Ни эмоций, ни романтики. Только еда и подписи документов.

Анна кивнула, садясь за стол, аккуратно расставляя все папки. Она открыла одну и начала проверять бумаги, параллельно наблюдая за ним.

— Я вижу, вы действительно подходите к делу системно, — сказал он через некоторое время, улыбаясь. — И это впечатляет.

— Системность — моя профессия, — спокойно ответила она. — А впечатлять я не планировала.

Он усмехнулся, ставя сковороду на стол. Запах только что приготовленного ужина слегка разрядил атмосферу.

— Ну что, проверим вашу способность к «пищевому взаимодействию», — сказал Дмитрий, подавая ей тарелку.

— «Пищевое взаимодействие» — это новый юридический термин? — спросила Анна с сухой иронией, взяв вилку.

— Можно сказать и так, — ответил он, садясь напротив. — Итак, вы готовы к первому «совместному ужину»?

Анна подняла взгляд, заметив, что он слегка улыбается, и внутренне скептически прикусила губу.

— Готова, — ответила она. — Но напоминаю: никаких эмоций. Ни жалости, ни восхищения.

— Ни одной. — Он поднял вилку, делая вид, что проверяет её реакцию.

Первый момент тишины был неловким. Они ели, почти не разговаривая, но каждый взгляд, каждая мелкая деталь создавали напряжение. Дмитрий осторожно попробовал разговор:

— Знаете, Анна, мне кажется, что мы неплохо справляемся с этой «фиктивной жизнью».

— Пожалуй, — ответила она, не поднимая глаз от тарелки. — Для первых нескольких часов совместного ужина — это достижение.

— Несколько часов? — он улыбнулся. — Я думал, что это продлится вечность.

— Вечность — слишком эмоционально, — сказала она сухо. — И непрофессионально.

Они ели молча ещё несколько минут, пока Анна вдруг не заметила, что Дмитрий аккуратно кладёт салфетки на стол.

— Вы всегда так заботитесь о порядке? — спросила она, слегка удивлённо.

— В вопросах логистики и порядка — да, — сказал он, почти серьезно. — Даже фиктивный брак требует дисциплины.

— Дисциплина — это приятно, — признала она, тихо улыбнувшись уголком губ. — Но скучно.

— Скука — тоже часть испытания, — парировал он. — Урок терпения.

Они переглянулись, и на долю секунды между ними мелькнула искра понимания. Ни слов, ни эмоций, только лёгкая химия, которую они оба старались игнорировать.

— После ужина — проверка документов, — продолжила Анна, перебирая папки. — И напомню: никаких ошибок.

— Понял, — сказал Дмитрий, вставая и направляясь к столу с бумагами. — Но могу честно признаться… этот первый вечер оказался сложнее, чем я думал.

— Для меня тоже, — тихо ответила она, не поднимая глаз. — Но мы выживем. Это всего лишь испытание.

— Испытание… — повторил он, слегка наклонившись к ней. — Как будто мы уже семья.

Анна сделала вид, что не заметила его слов, но внутренне ощутила странное напряжение. И где-то глубоко внутри знала: эти первые совместные часы — только начало длинного пути, где профессиональная холодность будет сталкиваться с… чем-то, чего нельзя было запланировать.

— Тогда приступим к документам, — сказала она, открывая папку. — И помните: ни эмоций. Ни одной.

Дмитрий кивнул, но лёгкая улыбка не покидала его лица. И между ними, несмотря на строгие правила, начало появляться то, что нельзя было прописать ни в одном соглашении…

Глава 8. Деловые рамки и первые сомнения

Анна Крылова сидела в офисе поздно вечером. На столе лежали бумаги по делу очередного клиента, но её взгляд не фокусировался на цифрах и статьях закона. В голове крутилась мысль, которую она обычно мгновенно отбрасывала: «Почему я думаю о нём?»

— Анна Сергеевна, — осторожно заговорил её ассистент, — вы уже уходите?

— Нет, — тихо ответила она, не поднимая глаз. — Нужно завершить проверку документов.

Ассистент кивнул и вышел, оставив её одну. Анна вздохнула. На протяжении последних дней работа с Дмитрием перестала быть просто профессиональной задачей. Вопросы, которые она раньше решала хладнокровно, теперь вызывали странное внутреннее напряжение.

Она вспомнила вчерашний вечер: совместный ужин, неловкие паузы, его лёгкую улыбку, когда он осторожно пытался поддержать разговор. Она отказывалась себе признавать, что это оставило след.

В кабинет вошёл Дмитрий, с папкой в руках. Его взгляд был усталым, но внимательным.

— Анна, — начал он, присаживаясь напротив неё, — я проверил документы по вашему списку. Всё корректно, но есть один момент, который требует дополнительного подтверждения.

— Показывайте, — сказала она, пытаясь сосредоточиться на работе, а не на том, как близко он сидит.

— Этот пункт про совместное распоряжение имуществом, — он протянул бумагу, — может вызвать вопросы у нотариуса, если они увидят несоответствие.

Анна внимательно посмотрела на цифры и подписи.

— Вы правы, — сказала она ровно. — Нужно внести уточнение, чтобы всё выглядело абсолютно законно.

— Хорошо, — кивнул он. — Я доверяю вам. Вы отлично ориентируетесь в этих схемах.

Она почувствовала странное напряжение, смешанное с гордостью. Доверие… к этому человеку? — пронеслось в голове. Она быстро оттолкнула мысль.

— Дмитрий, — сказала она резко, — не забывайте: это деловая работа. Любые эмоции здесь лишние.

— Конечно, — ответил он с лёгкой улыбкой. — Но вы заметили, что иногда деловая работа неожиданно пересекается с личными моментами?

— Не должно, — строго сказала она. — Ни в коем случае.

— А если невозможно полностью отделить? — тихо спросил он, наклонився вперед, чтобы подчеркнуть серьёзность. — Иногда факты и эмоции идут рука об руку.