Броквен. Город призраков

Глава 5.

Навстречу неизвестному

Поток броквеновского ветра неожиданно окутал тело; заставил поморщиться, почувствовать в носу покалывание. Он был мерзким, через чур холодным и пробирающим. Я спрятала похолодевшие и покрасневшие пальцы в рукава Эйдановой толстовки и встряхнула головой, чтобы проклятые волосы не лезли в лицо.

— Это то расследование, о котором ты говорил днем? — вполголоса спросила я.

— Да, - Эйдан кивнул, также морщась от порыва ненавистного ветра. – Не хочу хвалиться, но оно просто немыслимо. Ты должна его увидеть и решить, как нам поступить дальше.

От захватывающего трепета через рот набрала воздуха в легкие. Зубы болезненно свело.

— Ну, тогда…

Вдруг центр обернулся черным пятном средь остальных уголков Броквена – там отключилось электричество. Добрая сотня старых зданий и домов, а также высоких фонарей вырубились ни с того ни с сего. Затем на высоком холме с засохшей Ивой показалась искра, а за ней послышался тихий, но отчетливый вой в городской тишине. Голос был тяжелым, заунывным и монотонным. От него веяло тоской, необъяснимой тревогой и гробовой тяжестью. Содрогнулись от него деревья и земля, задрожала моя магия. Хотелось закрыть уши, зажмуриться, слиться с местностью, лишь бы не слышать этот вой. Голос давил на грудь, будто душил. За этим воем послышался тот самый тихий призрачный гул. Лязг цепей вновь заставил покрыться мурашками.

— Пошли-ка внутрь, — голос Эйдана отдался эхом в моей голове. Среди воя он казался просто блаженным ручейком, что заливал уши. Голос Боженьки!

Я подняла взгляд на Тайлера, который быстренько встал, поправляя пижамные штаны.

— Кто это так воет?..

Эйдан пустил бесшумный смешок. В глубоких карих глазах читался крошечный страх.

— Оно. По голосу не смахивает на призрака, но… Не знаю, может, это природное явление Броквена, а может… Жутко, правда?

Не в силах больше слышать гул и вой, поднялась, зарываясь носом в воротник толстовки. От нее пахло приятней, чем от сгущающегося тумана.

— Пошли, - бросила я глухо, - не могу его слушать, кем бы оно ни было, - и шагнула в комнату.

Тайлер, не медля, прошел за мной. Когда я оказалась в центре помещения, он захлопнул окно, поворачивая ручку вниз и плотно зашторивая. Затем Эйдан погасил настольную лампу так, чтобы свет ее падал не на окно, а на стену.

— Вот так, — он улыбнулся и повернулся ко мне, — теперь мы в безопасности. Хотя безопасностью я бы это не назвал, но что-то да есть безопасное. Короче, ты поняла!

— Поняла-поняла, — отмахнулась я, вешая зеленую толстовку на одну из деревянных вешалок.

Аномальный загробный вой уже не слышался за закрытым окном, но меня все еще потряхивало. Была твердая уверенность, что когда-то этот звук точно послышится мне в гуле ветра. Он запомнился надолго… Я поправила складки футболки, застегивая брошь на груди понадежней. Под впечатлением руки сами ее застегнули.

— Вот-вот, будь с ней осторожней, понадобится еще, — подмигнул Тайлер, слегка отодвигая кровать.

Я изогнула бровь.

— Ты про что?

— Про Призрачную брошь твою, семейную реликвию Гостленов, — ответил коротко Эйдан, плюхаясь на край кровати. Он даже это знал! Потом Тайлер нахмурил брови, надул губы и взглянул на меня абсолютно серьезно: — Елена, пообещай мне одно.

Я встала перед ним, скрещивая руки на груди. Сделала такой же серьезный вид, а волны притаились в уголках комнаты, более не смея играться с моими волосами и рукавами футболки.

- Что?

– Не сочти меня за сумасшедшего, - почти одними губами прощебетал Эйдан.

Тут я не сдержалась и шумно прыснула:

— Меня саму за сумасшедшую считать можно, ты о чем, Эйдан?

В ответ он не посмеялся, а все так же тихо переспросил:

— Клянешься?

— Брошью клянусь, - снова важно надулась, указывая на реликвию.

Заскрипела противно кровать. Эйдан поднялся и подошел к стене, положив руки на большую белесую тряпку, что висела на двух мелких гвоздях (и как я сначала не заметила?). Зацепившись, он резко сорвал ее. На меня полетело облако пыли, и я безбожно громко расчихалась на всю комнату. Стараясь избавиться от пыли, рьяно замахала руками; несколько песчинок даже попали мне в глаза.

— Фу, Эйдан, где ты такое полотно пыльное нашел?! — недовольно сипела я.

От Эйдана послышался глубокий вздох и тихое «прости».

Открыла глаза, избавившись от последних песчинок. Увидев то, что висело на стене, я чуть не упала. Там находилось несколько бумажек, соединенных красной нитью. На всех было что-то неаккуратно, но ярко нарисовано и расписано; на одной бумажке красовались пять серебристых осколков, на другой – пять синих фигур, на третьей – рисунок озера и семи силуэтов, что собрались в разных сторонах, на четвертой было написано «Ночь Активации» и сверху знак вопроса… И на пятой – последней – нарисовались белеющие призрачные телеса. Нить этого рисунка шла к большой бумажке с изображением некого серебристого жезла Эйнари.

Я невольно открыла рот, вытирая костяшками пальцев капельки пота. В горле вмиг пересохло, а ноги подкосились. Даже уличный вой стал вообще не слышен. Я не могла поверить своим глазам. Что это за рисунки, Ночь Активации и жезл Эйнари?! Откуда это все взялось у Эйдана, и как он к этому пришел?!

— Ну как? — смущенно вопросил Тайлер, теребя веревочки на штанах.

Я часто заморгала, пытаясь вдохнуть хоть глоток воздуха.

— У меня только один вопрос.

— Слушаю.

—...Как ты обо всем этом узнал? - инстинктивно я указала на все бумаги и склейки. Рука неистово дрожала. - Никто даже не знает историю основания Броквена, а тут целая многовековая эпопея!

Эйдан облизнул губы. Из-под одной бумажки он вытащил вкладыш и аккуратно развернул. Я подошла ближе, рассматривая множество рисунков одного ромба, зеленых дыр и таких же искр, а также записи с кляксами, повествующих о каком-то незнакомом заклинании.

— Где ты нашел ее?.. — в моем вопросе так и играли нотки недоверия. Нет, а вдруг Эйдан свято поверил в то, что данная бумага была подлинной?

— На том холме, с которого этот некто воет, — пояснил спокойно он. —После самого первого воя я осмелился сходить туда с друзьями, осмотреться. Мало ли, какой чудик это все устроил. Там приятели ничего не нашли, только мне повезло. В протоптанной кем-то яме я увидел кусочек этого чуда и раскопал. Друзьям ничего не сказал, тихо положив в карман. А когда прочитал все, что тут написано, меня и осенило. Я разложил все по полочкам и вот что получилось...

Удивление все еще не покидало меня. Я взглянула на Эйдана.

— А ты уверен, что…

— Что это не розыгрыш? — перебил он.

— Угу… - я принялась нервно сжимать и разжимать фаланги.

— Я тоже так впервые подумал, но потом удостоверился на все сто процентов. Смотри, — Тайлер принялся водить рукой по бумаге, — это все написано на пергаменте. Рисунки нарисованы сухой акварелью. Чернила растекались, потому что надписи были написаны стальным пером — неудачным изобретением ученых восемнадцатого века. А теперь посмотри сюда, — он указал на неровную надпись снизу. Меня от нее передернуло. — «Особенные призраки, 1730 год».

Вьющиеся потемневшие волны подсказывали, что мне стоило поверить в подлинность этого свитка. Эта надпись ввела в воспоминания, которых никогда и не было… Неизвестные мне призраки, расписывающие пергамент, стоящая среди них синеглазая женщина с пепельными волосами и Призрачная брошь, содрогающаяся от еле заметных зеленых линий в воздухе. Подобные несуществующие воспоминания и раньше всплывали в некоторых местах Броквена, но только сейчас я обратила на них особое внимание.

— Елена?

— Кислые персики, — выругалась я тихо, массируя виски, — ты нашел что–то невероятное!..

Я заметила, как щеки Эйдана поредели. Смущенно хохотнув, он убрал вкладыш за красную нить, а затем вопросил:

— Могу перейти к самому главному?

— Да, да, пожалуйста, продолжай, — закивала я.

Тогда Тайлер мгновенно опустился на корточки, слегка отодвинул кровать, а за ней и стопки книг. Показалась в полу узкая деревянная дверца. Я прикусила щеку в ожидании; внутри огнем вспыхнуло возбуждение, в голове уже роилось куча предполагаемых планов. Эйдан тем временем дернул за ржавую ручку дверки и открыл ее. Вновь полетело облако пыли, но я юрко от него увернулась, желая увидеть то, что поблескивало среди половиц…

Там лежал серебряный тонкий длинный жезл. К концу он завивался, напоминая месяц, внутри которого проросли причудливые медные лучи. Они присоединились к большому бирюзовому камню, поблескивающему синими искрами. Он был выкован из той же руды, что и Призрачная брошь!

Волны принялись оплетать жезл, изучая. Я так и стояла с раскрытым ртом, ощущая, как живот тянул интерес. Так что же это получается, Эйдан сделал его сам?! И как он работал?!

- Чт… Что это?.. – промямлила я, часто моргая.

— Это жезл Эйнари, с помощью него я смогу увидеть призраков и… кое-что еще, - сказал Тайлер, доставая штуку. – Скажи, Елена, из чего сделана твоя реликвия?

— Аэ… Бирюзовая алмазная руда, - ответила я на выдохе, все еще пораженная увиденным, - волшебное ископаемое, вмещающее в себя магию всех прошлых, настоящих и последующих поколений Гостленов. Помню, бабушка говорила, что только благодаря этой руде в реликвии все Гостлены живы… Ведь наши тела не выдержали бы столько магии. А руда нам помогает ее накапливать без всякого вреда, - потом на секунду запнулась. - А где ты взял это ископаемое? Оно ведь очень редкое.

— Продали по дешевке, — заверил Эйдан, а потом указал на алмаз, находящийся в жезле. – Этот экземпляр принадлежал одному микробиологу, умершему отцу продавца. Тот искал покупателя, которому действительно важен экземпляр редкой руды. Я оказался тем самым покупателем. Как думаешь, что потребуется от твоей броши, чтобы активировать жезл, как Призрачную брошь?

Я потупила взгляд, притопывая ногой. Вспоминала рассказы бабушки о реликвии, все до одного. Концентрироваться было довольно тяжело, но все же… Передача магии в другой алмаз, наделение его силой... Точно, вспомнила!

— Я должна передать силу из броши в другой алмаз,— водя руками, я перевела взор на Эйдана. — Передав вместе с большим количеством магии и частицу своего дара, я смогу активировать жезл…

Тайлер прыгнул, хлопая в ладоши.

— В точку! Ты достаточно взрослая для этого ритуала, благодаря тебе мы сможем увидеть Город призраков!

Я подняла голову, осознавая свои способности. Посмотрела на руки, чуть светящиеся бирюзовым, затем на густые волны, в которых только что заметила всю силу, которую скапливала каждая Гостлен испокон веков. Кажется, Эйдан открыл мне глаза. Раньше я думала, что рассказы бабушки ничего не стоили, и магия в нас была создана лишь для того чтобы нескучно провожать призраков. А, оказывается, столько всего можно сделать при помощи нее… Даже древний ритуал совершить!

Но подождите-ка…

- Что за Город призраков? – прищурилась вопросительно я.

Эйдан облокотился о жезл.

- Пристанище броквеновских душ.

— Насколько мне известно, у душ нет отдельного пристанища каждый девятидневный цикл, - я озадаченно нахмурилась.

— В Броквене такой закон не работает, — опроверг Тайлер. — Здесь, оказывается, призраки успели создать себе собственный город, вторую копию Броквена, только призрачную. Как я это понял? Странные звуки вокруг, открывания дверей, которых нет на улице и в помине, заводящиеся моторы на реке, хотя суден-то и не видно, веселые крики пьяниц в клубах, которые закрыты. Это все свидетельствует о том, что призраки уже обзавелись «пристанищем», которое можно как раз увидеть с помощью жезла Эйнари, в котором будет находиться нужное большое количество магии.

Шок вновь охватил меня.

— Серьезно?! Это... это уже апокалипсис какой-то начинается, призраки и правда в выигрышном положении!

- Да… - согласился Эйдан, прислоняя Эйнари к спинке кровати. – Давай я расскажу теперь наш план действий.

- Конечно…- я отошла, уступая Эйдану место около его исследовательской стены.

Он еще раз кашлянул и положил пальцы на рисунки с рубинами и призрачными фигурами, начиная водить туда-сюда. Я же внимательно следила за движениями Тайлера и вслушивалась в каждое слово.

— Итак, — рассуждал он, — в Броквене насчитывается семь самых аномальных мест, но побывать мы должны только в пяти. Сначала в Детской обители, там, где находятся заброшенные детские сады и приюты, пострадавшие во Второй войне за независимость1. Потом держим курс на Край-авеню. Третьим местом будет Роща Влюбленных, четвертым – Ученый городок, а пятым частный сектор на холме Эмптиф.

Я заинтересованно царапнула висок.

— А что мы должны найти во всех этих местах?

— Там находятся некие пять Особенных призраков, у которых есть пять специальных осколков, — пояснил Эйдан, посматривая на древнюю бумагу.

— А для чего нам эти призраки и пять осколков?

Тайлер указал на рисунок озера с призрачными силуэтами.

— В пятницу двадцать четвертого апреля должна произойти Ночь Активации. У озера, не поверишь, Бэддайнилэйкер должны собраться пять призраков с этими осколками, некий помощник и наследник рода Гостленов, так написано на бумажке. Наследник с помощью силы реликвии соберет осколки в единый магический ромб. Он осветит город, пропитав призраков особенной магией, и поразит некий Портал Безрассудия, предположительно так здесь называют оковы. Фраза «Да воцарится тогда гармония в Граде Жизни и Смерти» явно говорит о том, что призраки... — он не скрыл улыбки, — освободятся! Представляешь, Елена, мы сможем их спасти гуманным способом, без особых усилий и кровопролития! Правда, постскриптум «Ни в коем случае не отдавать Ромб Освобождения ему» немного смущает меня, но, наверное, это означает, что ромб должен находиться на своем законном месте и не передаваться в плохие руки.

Я поразмыслила над словами Эйдана. А ведь действительно, всего-то было нужно найти пять призраков с волшебными осколками в указанных местах. Я знала все аномальные места Броквена и местонахождение Бэддайни. Уверена, я смогла бы собрать из каких-то стекол ромб, ведь наследственная магия текла прямо по венам, передаваясь могущественной реликвии! Да и если мы будем шерстить самые сокровенные уголки Броквена, то точно встретим Филсу! Ха, это же замечательно!

— Эйдан, ты гений! — восторженно вскрикнув, накинулась на Тайлера и сжала в объятиях. Я уже не могла шептать, чувства переполняли изнутри. — С помощью моей магии и твоего жезла мы сможем спасти Броквен и найти мою подругу и твою бабулю!

Тайлер крепко обнял меня в ответ, слегка пошатываясь.

— Я до сих пор не верю, что смог познакомиться с тобой, Елена. Ты даже не представляешь, как я рад! У нас с тобой столько возможностей!

- А я-то как рада… - я отпрянула от Эйдана, глядя в его возбужденные горящие глаза. - Эйдан, верь не верь – ты мне был нужен.

Надо же, как карты сложились. Это было Божье чудо какое-то, честное слово! Отныне у меня была твердая уверенность, что все точно пойдет по плану. Светлые волны, покрывшиеся рябью, подсказывали, что мы сможем, у нас все получится. Я убедилась в Эйдане и его надежности. Он действительно был тем, кто протянет руку в беде и найдет выход из любой ситуации! Все-таки провести такое расследование мог не каждый. По крайней мере, сейчас у меня не возникало никаких сомнений. А если не возникало, значит, план был надежный!

Сначала Эйдан смущенно хихикнул, почесав затылок, но потом полной грудью вздохнул и промолвил:

- Завтра надо будет подготовиться к нашим приключениям – собрать все необходимое и подготовить специальную одежду. А ночью мы активируем жезл и направимся в Город призраков, поскольку до Ночи времени у нас маловато. Согласна?

— Да, — я коротко кивнула, — встаем завтра в семь.

***

Сон все никак не шел, нам хотелось бесконечно разговаривать о предстоящем призрачном походе. Я лежала на кровати, накручивая на палец светло-рыжие пряди, а Эйдан устроился на полу, также болтая и параллельно успевая читать супер–пупер–дупер автора – Сиэля Смита. Я, конечно, не переставала удивляться. В городе этого парня гуляли призраки, он сам создал магический жезл, нашел обладателя с даром и продумал план по путешествию… Казалось, фантастики в жизни Эйдана было больше чем достаточно. Но нет же, демоны и мир с нечистью как раз кстати вписывались. Умели же современные писатели заманить детей своими байками про сказочные миры, хах. Кажется, я заснула раньше Эйдана.

Встали мы по будильнику, как и договаривались. В Броквене еле проглядывали лучи солнца, слабо лязгали за окнами призраки, гудели автомобили, и шумели люди. После завтрака, когда дети пошли на прогулку, я и Эйдан остались с мисс Мидл, чтобы доложить о походе. Конечно, в первые минуты она протестовала, говоря об опасности и огромном риске. Но Эйдан напомнил, что планировал это еще полтора года назад, и что мы, скорее всего, единственная надежда Броквена. С тяжелеющими веками и наверняка сердцем, Джей согласилась. Она сказала, что приготовит все необходимое вместе с тремя нянями. Для нас это было радостью, ведь сборы облегчатся.

Задание у меня было непростое — сшить специальную одежду, характеризующую нас как нелегальных охотников за привидениями, только поскромней. Дав из своих сбережений полсотни баксов, я отправила Эйдана за выкройками, темно-коричневым и светло-желтым вельветом. Помимо швейного он еще и пошел в супермаркет за продуктами и чипсами... Мисс Мидл долго ругала Эйдана и запрещала покупать вредоносные дольки из-за гастрита. Но тот упрямо стоял на своем, оправдываясь тем, что не ел чипсы уже полгода. Я была на стороне Джей, ведь гастрит – штука фиговая и с ним надо быть аккуратнее, тем более Эйдану – прирожденному гастритнику. Но этому упрямому барану было все равно, что у него вновь может воспалиться чертов гастрит, ведь «сырные чипсы такие вкусные!». Любовь к вредной еде его когда-нибудь погубит...

Когда Эйдан, наконец, целый и невредимый пришел домой с покупками, я стала такой возбужденной при мысли о шитье. С самого детства я обожала шить куклам маленькие платья и аксессуары из ярких тканей. Любила звук работающей машинки, обилие разных ниток и шершавый мелок, после которого нужно было мыть руки. Меня что-то тянуло к шитью, я чувствовала спокойствие, когда занималась им, находила в этом хобби отвлечение и успокоение, копаясь в нитках. Конечно, я могу быть чертовски неаккуратной и наделать себе кровоточащие дырки в пальцах, такова моя неуклюжая природа. Я могла бесконечно хвастаться результатам, но при этом лажать из-за невнимательности, облизывая пальцы.

— Ты еще и шьешь? — поинтересовался озадаченно Эйдан.

— Я любила шить маленькие шерстяные игрушки еще в садике, это помогало мне не ловить панические атаки, — усмехнулась я, принимая соблазнительно шуршащие пакеты из рук Эйдана. — Шитье помогает мне не думать о плохом. Знаешь, у меня есть привычка – постоянно думать о плохом исходе тех или иных событий. Вот, например, когда я с тобой встретилась, всю дорогу думала, что это моя галлюцинация, и ты врешь мне, хах.

Друг посмеялся.

— Мы в начальной школе тоже пробовали шить, — сквозь смешок произнес Тайлер. — Правда, я был тем мальчиком, который носился по классу с десятью наперстками на пальцах и полотном на голове.

— А что было потом?

— Потом я укололся и больше не шил.

Весь день Эйдан собирал рюкзак: приготовил бутерброды, питье, теплый плед… Взять таблетки, бинты и пару карманных ножиков на случай нападения, а также деньги и, естественно, жезл Эйнари. Я же вместе с нянями шила сарафан, накидку и жилетку чуть меньше чем тринадцать часов. Нам повезло. Работа шла слаженно, быстро и без конфликтов. Взяли мерки с Эйдана, с меня, начертили выкройку, дружно сметывали, затем шили на четырех машинках! Я даже уколоться не успела! Моей радости не было предела, когда мы закончили в срок. Никогда бы не подумала, что смогу сшить что-то столь быстро. Потом мы поужинали и легли передохнуть до долгожданных двух часов ночи...

***

— Подъем, солдат, — из сладкой дремоты меня вытянуло легкое, почти невесомое касание пальцем о щеку. К сожалению или к счастью, но у меня сон был чутким, а потому любой звук или прозрачное касание могло заставить проснуться.

Я заерзала на нагретой постели, приглушенно постанывая.

— Солдат, вы нужны для операции, — усмехающийся Эйдан принялся часто тыкать в мою щеку.

Я издала утробный глухой рык, перехватывая руку Тайлера и распахивая очи:

— Та встаю я, товарищ майор.

— Почему майор? — он коротко хихикнул, давая мне сесть и очухаться от сна.

— Ну, не я же задумала всю эту взбу…

Я осеклась, только взгляд сфокусировался на Эйдане. Он стоял уже полностью одетый; в светло-желтой накидке по локоть с угловатыми коричневыми узорами, таком же жилете с длинными квадратными краями, в темных вельветовых брючках и кроссовках. Все дело украшала повязка на голове, сделанная из той же ткани, что жилет и накидка. Только на повязке были не угловатые узоры с кружочками, а коричневые треугольники. Черные глаза горели огнем, а яркие веснушки подчеркивали бледноватую кожу. Ну, хорош, подумала сразу я, как только разглядела его полностью. Мы с нянями хорошо постарались...

От моего пристального взора и зависшего рта щеки Эйдана поредели.

— Тьфу на вас, солдат, — он смущенно улыбнулся и махнул рукой, — не для вашего голодного взгляда мама петуха растила.

Затем Тайлер положил на постель рядом со мной аккуратно сложенный темный сарафан с такими же узорами, как у костюма Эйдана, белую блузу с поблескивающими светло-желтыми складками и гетры.

— На вот, переодевайся. Я уже все собрал, буду ждать тебя у входа.

Я пару раз моргнула, потом быстро кивнула, беря с тумбочки две прочные резинки для того чтобы заплести косы.

***

Быстренько одевшись и приведя себя в порядок, я спустилась в прихожую, где меня ждала мисс Мидл, три няни и Эйдан с рюкзаком на плечах и жезлом Эйнари. Женщины несколько раз обнимали нас, целовали и крестили. Заверив, что мы обязательно вернемся без единой царапинки, мы вышли на улицу.

Как только послышалось несколько неуверенных щелчков замков, я и Эйдан шумно выдохнули. Мы стояли недалеко от крыльца, осматривая каждый туманный уголок. Этой ночью воздух не казался сырым, туман был слабым, почти прозрачным. На местности приюта «Солнечный зайчик» призраков сегодня не оказалось.