O'DORIAN: Откровения чародея-демона

— Что мне делать надобно? — Как поправить состояние матери чтобы улучшилось, чтобы вы не мучили её там, как это больно слышать!

— Смотри! — говорит один чёрт другому,— у него ещё что-то осталось человеческое, хоть это его заботит, а то, что сам, своими руками мать д0бивает, то это он осознать не может.

— Так что делать я должен? — Говорите, раз уж послали вас!

— А то! — Пить бросить, так и жизнь твоя в своё русло станет, то и понимать будешь что к чему, но это ещё не всё. Ты не должен к лекарю хаживать, ты останешься так свои раны зализывать, помучаешься, авось и дойдёт до тебя, что не в угоду материнским наставлениям жить стал, что легко и хорошо пропивать её трудами заработанное, да на жизнь тебе собранное, а ты растратил всё вот и походи со сломанными к0стями в назидание себе и пусть останется как память от каждого вздоха болью откликающейся. Что жить дальше мешать будут, но зато не забудешь стороной пивную обходить да с подобными дружбу водить. Дел у тебя немерено накопилось, вот и приглядывать за тобой будем теперь воочию!

— Это что же мне, видеть теперь вас постоянно, да бояться?

— Нет, видеть ты нас не будешь, но знай, что Мы всегда поможем не сойти с пути, чуть что так и дубина востроносая наготове! Ещё и не так поломаем, ох и больно же тебе будет!)

- Ты посмотри на него, — заговорили шёпотом меж собой черти, делая вид, что не знают, что он всё слышит, — корчится, болит тело, рёбра под дых впиваются, а ему всё мало, видно добавки желает.

— Давай ему эвтаназию произведём,— предложил второй чёрт прищурившись.

— Ты думаешь он согласится на эвтаназию? — с умным видом спросил первый своего товарища.

— Думаю, что он даже не подозревает, что это означает — неуч же! — сарказировал второй.

— Тогда давай высушим его тело так, чтобы даже дышать не мог! — с неподдельным интересом расписал первый чёрт .

— Нет, тут что-то такое надо придумать, чтобы он пить не захотел, а ты предлагаешь наоборот.

— И чтоже, например?

— А то, вместо крови запустим ему чёрную жижу да так, чтобы вкус почувствовал... — сказал второй наблюдая за реакцией Кролика.

И достают из появившегося словно ниоткуда чемоданчика медицинские операционные принадлежности, что тела мёртвых от крови освобождали и наполняли после химическим веществом, перекачивая вручную насосом — зрелище, конечно не для слабонервных, но так сладко было за всем этим наблюдать!) — сказал Одорион.

— Что вы собрались со мной делать? — уже кричал с визгом «потерпевший», наудачу в переговорах с бесами.

— Как что? — Чистить кровь от алкоголя, — вот почистим и закачаем новую и будешь чувствовать себя лучше прежнего!

— Да вы что, с ума сошли!? — занялся в ужасе было, Кропик, — не надо чистить, я сам справлюсь!

— Нет, сам ты не в силах, вон и рёбра шкуру порвали, а ты и этого не видишь, — надо обратно заколачивать! — подытожил один из чертей .

И достаёт из того же чемоданчика зловещего зубило и молоток деревянный, прикидывая взглядом, с какой стороны подступиться.

— Держи его за руки, — говорит тот, что с зубилом, — сейчас вон там острый кусок отшибу, потом легче будет назад вправить, а после и заштопать можно, чтобы не торчало мясо, а то некрасиво так оставлять, вдруг назад выпрет, если повернётся не так!

Второй сделал выпад вперёд, отбросив медицинские приспособления и только было дотронулся, как Кропику показалось, до его шеи, как вмиг всё исчезло и только голоса вдалеке слышались:

— Мы не закончили, Мы вернёмся, продолжим, жди в девятом часу — вечером будем!

Так он долго сидел на своей постели ощупывая и оглядывая себя. Торчащие рёбра и разорванную плоть Кропик на себе, конечно же не обнаружил, но сломанные кости от неудачного падения давали о себе знать. Пошевелил ногами, чтобы убедиться, что ходить может,— да, вроде нормально, целые. Тут он вспомнил глаза матери и о том, что черти говорили. — Внушение? — Что это было? — Неужто с пьяну такое почудилось!?... Для верности осмотрелся в поисках чемоданчика и приспособлений, что черти доставали лечить его, но ничего не обнаружив, стал потихоньку успокаиваться и приходить в себя. И только встал перед дверью, чтобы стартануть всё в том же привычном направлении, как слышит голос с собой рядом:

— За порог шагнёшь - обратно не войдёшь!

И повторяться стал нескончаемое количество раз, пока не вспомнил все подробности ночного явления. А черти всё кричали:

— Мы придём, жди спасения!

Кропик понял, о каком «спасении» речь и предпочёл не выходить из дома, хоть и было ему невыносимо тяжко, но перечить здравому смыслу он не стал. Так промучился он с недели две и действительно, и не вспомнил про него никто, и не проведал ни разу, одна компания — черти не давали скучать.

___

Настал час «пробуждения». Наконец-то настал этот дивный, долгожданный момент истины! Начал Кропик приводить в порядок себя, мысли, огляделся на жизнь свою и вспомнил всё, что было и даже то, чего не было. Как жил, чем занимался. И вот как подменили человека: задумался о дальнейшем своём существовании. Раздобыл свечей с десяток, бумаги да чернил. Остались ещё «гроши в кошеле» — продал последнее, что мать оставила. Стали мысли ему приходить — голос матери слышал. «Вспомнил», что должен был знать, — открылась ему «Книга в голове». "Вспоминал" с такой скоростью, что не успевал излагать на бумагу.

Вот он, готовый сосуд для Демона! Я ему помог, Я этим правом и воспользовался как «платой за труды». А именно своим воплощением разумным вразумил и обучил, под стать себе сделал.

То есть Кропик, да не Кропик — Я, да не Я — просто как единое целое. Так и дожил он век свой мной ведомый. Вот только знать не знал обо мне, думал, что сам всего достиг — ДАР ему открылся. Сам стал чародействовать, да учек подбирать и ремесло своё передавать. Историю свою всю жизнь помнил. Понимал, что всё реально строго, не делал больше того, чего делать ни один, обладающий определёнными знаниями человек, делать не должен.

На этом Моя история с этим магистром не закончилась. Теперь уже Я проводил его Душу к своему чертогу, теперь уже он у Меня работал и по сей день служит — таков устав негласных правил. Так по прошествии многих столетий Я создал уже свой пантеон демонов и возглавил его.

Теперь скажи Мне, что плохого в таком спасении жизни человека, самоуничтодающего себя? Только лишь то, что после жизни ему придётся служить Демону. Я дал ему жизнь, Я наставил, Я не обманул. Письма, что он также писал, были понятны и ему, только он голос мой не слышал, и не мог понять, кто с ним общается, но об условиях был предупреждён и с ними согласен!

____________