Боевой жрец – 4. Война кланов

Глава 3

Братец Тук и десятое божество

– Всем стоять! – громко приказал Чжуси. Зря, мы и так стоим, статуи разглядываем. – Еще днем их было девять! – добавил он и спросил: – Кто помнит весь местный пантеон?

Хороший вопрос. Надо очень игру любить, чтобы всех богов выучить. Я вот чисто визуально только статую Тизаяны узнаю, и Гарлиша с его светлым собратом. Остальных помню плохо. Хотя вон та женщина с копьем вроде бы нейтрально-злая богиня войны. Лея, Лая или как-то так.

Ха-х, теперь понятно, почему почту отключили. Выход в сеть тоже, небось, перекрыт, не подсмотреть.

Добровольцев не нашлось. Не один я тут местной теологией не увлекаюсь.

– Хорошо, – не сдавался Чжуси. – Будем действовать методом исключения. Назовите статуи знакомых вам богов. Тук, – обратился он ко мне, – ты боевой жрец. У тебя же должен быть бог покровитель?

– Тизаяна Прядильщица Судеб, – кивок на нужную статую. – А ее соседи это Гарлиш Темный и этот, как там его? – пытаясь вспомнить, щелкнул пальцами я.

– Ранрар Светоносный Меч, – подсказал кто-то сзади.

– Да, он!

Теперь я вспомнил всю троицу «злых» богов местного пантеона. В игре вообще довольно странная концепция. Есть классическое тьма-свет, но при этом присутствует также разделение на добро и зло. И темный вовсе не равно злой. Как и приверженность свету не означает доброту. Мне то все эти цветные заморочки по боку, я истинный нейтрал, как и весь наш клан. Но в старых провинциях противостояние света и тьмы идет во всю.

– Три статуи есть, – сказал Чжуси, – осталось семь.

– Шесть, – поспешил внести коррективы я. – Вон та статуя, справа возле колонны. Это богиня войны.

– Лиайа Суровая, – согласился Лирой. – Я даже знаю с кого прообраз лепили и сколько за это денег занесли.

–Потом, – отрезал Чжуси, подробности создания местного пантеона его сейчас не сильно волновали. – Шесть… Какие еще версии? Арна, ты у нас клирик. Кто твое божество?

– У меня тоже Тизаяна в покровителях, – отозвалась невысокая брюнетка в красном плаще поверх чешуйчатого доспеха. – Других богов не знаю, не вникала. Хотя… – покусывая губу, задумалась она. – Вон тот хмурый парень с молотом точно бог ремесла. Дивит или как-то так.

Чжуси посмотрел в указанном направлении.

– Половину опознали, есть еще идеи?

Судя по дружному молчанию, идеи кончились.

– Понятно, – нахмурился он. – А так, хоть примерно, какие боги еще остались?

Троицу отвечающую за зло мы определили. Из добрых только Дивит, а из нейтральных – Тизаяна. Значит, осталось четыре позиции: светлое и темное добро и такие же нейтралы. Темное добро, что-то такое в моей памяти крутится. Помню, этот факт меня порядком удивил.

Бог… Нет! Богиня! В местном пантеоне темная добрая – это богиня смерти. Имя не помню, а символ… Думай голова, читал же на форуме и картинки фанатов смотрел. Не попсовая коса, а какой-то совершенно мирный символ. Букет цветов… Нет! Цветочный венок!

Оглядываю зал и тут же нахожу нужную статую.

– Богиню смерти можешь вычеркивать, вон ее статуя.

– Ты уверен? – засомневался Чжуси.

Ну да, согласен. Местная смерть выглядит скорее как богиня земледелия или весны. Молоденькая девушка, в тонкой тунике чуть выше колен. В руках венок из цветов. На губах ласковая, но немного грустная, или даже виноватая улыбка.

– Тук прав, – поддержала меня Арна. – Я тоже эту богиню вспомнила. А еще за жизнь светлый бог отвечает. Такой старик с посохом.

Старик с посохом тоже нашелся, стоял неподалеку от статуи смерти.

Неопознанными осталось всего три статуи. Две из них принадлежат богам, последняя – не пойми кому. Скорее всего, главному виновнику здешнего бардака. А иначе, зачем ставили?

Первая статуя, худой юноша, классический такой ботаник. Правой рукой прижимает к груди книгу, в левой – обнаженный меч. Странный образ, может это наш кандидат?

Остальные две статуи женские. Молодая девушка-подросток и зрелая женщина. Одна стоит, трогательно протягивая к тебе руки, словно обнять пытается. Вторая сидит в кресле и держит в руках два шара.

– Это же этот… Как его, – постучав себя по лбу пальцем, Гансшан указал на статую юноши, – Альматр! Темный, нейтральный бог знаний.

А еще говорят, что учение – свет. У разработчиков игры иное мнение и бога знаний запихнули в темный пантеон.

Нам осталось выбрать из двух дам. Зрелость против юности. Что там у нас незанято осталось, нейтральный свет? Какие ассоциации возникают у меня при взгляде на первую статую? Юность, весна. Богиня весны? А что? Богиня зимы у нас есть, почему бы не быть богине весны и, я не знаю, домашнего очага или детства.

Вторая статуя… Что-то эти шары в ее руках мне напоминают. Она словно бы их взвешивает. Весы! Богиня правосудия? А где повязка и карающий меч. Правосудие, совершенно справедливо, слепо. Какие еще могут быть варианты? Торговля? Натянуто как-то.

Совершенно справедливо слепо… справедливо слепо… Справедливость! А вот это больше походит на правду. Правосудие и справедливость – разные вещи. И богиня справедливости не может быть слепой.

– Эта статуя лишняя, – сказал Гансшан, когда я уже открыл было рот, чтобы одарить окружающих глубиной своего анализа. Что самое обидное, показывал он именно на статую девушки.

– Почему ты так решил? – заинтересовался Чжуси.

Гансшан встал перед высоким мраморным постаментом, вытянул вверх руку, стараясь коснуться ладоней богини.

– Мы изначально не с той стороны зашли, – сказал он. – Приглядитесь к статуе внимательно.

Мы дружно уставились на статую: девушка, молодая, красивая. Не знаю, что странного увидел в ней Гансшан.

– Неужели никто не видит? – картинно вздохнул фехтовальщик. А он оказывается слегка позер… у нас много общего. – Тень! Ее нет!

А ведь так и есть! Это не слишком бросается в глаза, но все статуи отбрасывают тень. Все, кроме одной.

– Вот же… – не сдержавшись, выдохнул Лирой. – Устами младенца…

– Да и не доверяю я богам, которые в рукаве змею прячут, – проигнорировав столь нелестное замечание, поставил триумфальную точку Гансшан, указав пальцем на левую руку богини. Если знать, куда смотреть, и хорошо приглядеться, то действительно можно заметить в глубине широкого рукава легкие очертания распахнутой змеиной пасти.

– Может это просто богиня коварства? – несколько ревниво заметил Витамин.

– Тогда это богиня справедливости, – кивнул я на другую неопознанную статую. Хоть так глубину своих глубин показал. – Но у нее есть тень.

– Предположим, нужную статую мы определили, – согласился Чжуси. – А что дальше делать, идеи есть?

– Может нужно ее подвинуть или с постамента сбросить? – предложил Лингланг, оставив бесплодные попытки по исследованию дверей.

– Думаю, нужно просто вдарить посильней, – вставил свои пять копеек я, вспомнив обстоятельства получения королевской короны. Мы тогда с практически неуязвимым големом бились, а надо было статую разбить и удрать.

Кстати, надо не забыть то подземелье еще раз проверить. На месте руин Лонрина появилась рейдовая локация, может и там есть что-то подобное? А то слишком много труда для разового задания.

Игрок Гансшан наносит одну единицу урона.

– Урон проходит, – озвучил очевидное Гансшан, и вновь рубанул статую рапирой.

Игрок Гансшан наносит ноль единиц урона.

– А теперь не проходит.

Вы наносите одну единицу урона.

Игрок Чжуси наносит одну единицу урона.

Вы наносите ноль единиц урона.

Игрок Чжуси наносит ноль единиц урона.

Игрок Гансшан наносит ноль единиц урона.

Игрок Витамин наносит одну единицу урона.

– Странная система, – заметил Чжуси, прекратив бесполезные атаки.

– Да, от каждого игрока проходит только первый удар с единичным уроном, – согласился я.

– Надо весь рейд через статую пропустить, – предложил Лирой. – Или статуя расколется, или счетчик сбросится.

– Разумно, – согласился Чжуси. Подойдя к входу в храм, он высунулся и громко крикнул, привлекая внимание: – Все сюда… Строимся в очередь, – продолжил он, когда в храме собрался весь рейд, – и бьем статую. Один удар и занимаем место в хвосте очереди. Все понятно?.. Начали!

И мы начали. Удар следовал за ударом. Один игрок сменял другого. Магия, мечи, посохи, кинжалы, стрелы – в ход пошло все. Но результат оставался неизменным, один человек, одна единица урона. И неважно, магией ударили или честной сталью. Вот вновь подошла очередь Гансшана, нанесшего статуе первый удар. Фехтовальщик прищурился, встал в несколько картинную позу, прицелился и аккуратно ткнул статую шпагой.

Игрок Гансшан наносит одну единицу урона.

– Работает, – обрадовался он.

Моя очередь.

Вы наносите одну единицу урона.

И снова в конец строя.

Мы уже готовились начать третий круг этого странного караколя, когда Нонкомбатант, сделав удар по статуе, вместо того чтобы занять положенное место в хвосте длинной и изогнутой змеей очереди, побежал к выходу из храма.

– Первый круг костров полностью погас, – крикнул он, выглянув наружу.

– Так рано, – искренне удивился Чжуси. – У нас должно быть еще минимум пятнадцать минут.

– Минуты может и есть, а вот костров нет, – «обрадовал» главу рейда танк Легиона.

Похоже, наша тактика не оптимальна. Помимо уничтожения статуи надо еще и за кострами следить. Возможно, для нанесения урона и не нужен весь рейд, а хватит двух или трех групп? Да может и одной группы хватит, просто нужно подождать минуту другую, прежде чем бить статую по-новому. Но нельзя исключать и версию, что уничтожения статуи и вовсе не требуется.

Да-а-а, первое прохождение – это почетно, но на редкость геморно. Особенно когда надо не просто монстров да боссов валить, а еще и головой думать. Впрочем, боссы тоже бывают не подарок. Это на начальных «детских» уровнях все относительно просто и даже грубые ошибки порой простительны. Чем выше пост, тем толще бюрократы. На высоких уровнях рейды сливаются из-за малейшей ошибки или неучтенной мелочи. Неправильно подобранное снаряжение – слив, промедлил – слив, забыл какое-то зелье… ну вы поняли. Особенно если речь идет про первое прохождение, когда никаких гайдов не написано и приходится действовать методом проверенного временем, но малоэффективного научного тыка. Да и гайдов на боссов после сотого довольно мало, только на самых никчемных. Остальное идет под грифом «для служебного пользования», а порой и «совершенно секретно». Секреты таких прохождений зачастую продают за весьма хорошие деньги.

– Хонгбао, Род… – начал было Чжуси, но не успел.

Получив очередную единицу урона, статуя пошла трещинами и раскололась. Едва последний ее кусок стукнулся о мраморный пол, как вновь ударил опостылевший колокол. Свет вечных настенных факелов задрожал, часть из них погасла. Свод храма сотряс дикий крик. От теней статуй богов к центру зала протянулись тонкие гибкие щупальца. Тени тут же стали бледнеть, а потом и вовсе растаяли. Зато в центре зала из них соткался черный силуэт, очень похожий на разломанную только что статую.

Аватар забытой богини, уровень пятьдесят (ранг-легенда).

– Хонгбао – танкуй босса, – крикнул Чжуси, призывая голема. – Нонкомбатант, ты на подхвате. Работаем!

Сотканный из теней аватар оказался немногословен. Не было всех этих угроз и картинных поз, коими так грешили и грешат все известные мне боссы. Он просто ударил. Беззвучно, словно тень, которой и являлся.

Четыре похожие на змеи щупальца вырвались из его левой руки, прежде чем Хонгбао сумел нанести хотя бы один удар. Удлинившись, они резким выпадом атаковали четыре случайные цели.

Аватар забытой богини наносит вам сто двадцать единиц урона.

Вы отравлены! Спасбросок на стойкость от эффекта яда. Неудача! Получено пятьдесят единиц урона. Получен отрицательный эффект «Яд теневой кобры».

Яд теневой кобры.

Ваша сила и ловкость уменьшены на двадцать процентов.

Игрок Витамин использует на вас Печать Очищения. Отрицательный эффект «Яд теневой кобры» снят.

Благодарно кивнув быстро сориентировавшемуся гоблину, бросаюсь к аватару, как и все остальные бойцы ближнего боя. Демократизатором можно и из-за спины танков работать, а вот тот же Гансшан должен в первой линии стоять.

В босса летит Метка еретика, добавляя еще один значок отрицательного эффекта, к тем нескольким уже полученным им от других участников потехи.

Вы наносите аватару забытой богини сто восемьдесят девять единиц урона.

Вы наносите…

Аватар плотно залип на танке. Сопротивление к физике у него хорошее, зато от наших магов прилетает неплохо. Сам бьет не слишком больно, зато метки яда множатся с каждым попаданием, целители просто не успевают все их снимать. Да и время отката заклинаний никто не отменял.

Аватар вскинул руку вверх и вновь применил своих теневых змей. Четыре случайных участника получили отравление.

– Яд только с танка, – коротко бросил Чжуси. – Остальные – зельями.

Все его поняли, пострадавшие от атаки аватара быстро опустошили флакончики с противоядиями. А лекари все так же старательно пытались держать Хонгбао. Пока это у них получается, но метки яда на танке не исчезают, а количество их постепенно растет. Если разово яд снимает по пятьдесят жизней, то в двойной дозе это сто, а то и больше. Сейчас на танке постоянно висит три отметки яда. И каждые пять секунд полоса его жизней резко проседает.

Получив очередной удар, аватар разлетается на черные ошметки. Но в ту же секунду вновь собирается у стены храма. Замерев, сотканная из теней фигура вытянула вперед обе руки.

Секторальная атака или по площади ударит? А какая разница, храм не так велик – убегать просто некуда.

Не-то и не то.

Поначалу я подумал, что ничего не произошло. Подумаешь, часть факелов погасла, погрузив добрую половину большого храмового зала в легкий полумрак. Но система тут же объяснила мне всю ошибочность этого предположения.

Получен урон в десять единиц.

Какой урон? Ничего же не происходит?

Получен урон в двадцать единиц.

…продолжала стимулировать мыслительный процесс система, но аватар переместился в затемненную часть храма и мне, вместе с остальными милишниками, пришлось резко сменить курс. Думать некогда, надо бить.

Вы наносите аватару забытой богини сто восемьдесят шесть единиц урона.

Получен урон в сорок единиц.

И тут же сразу целой цепочкой.

Аватар забытой богини восстанавливает сорок единиц здоровья.

Аватар забытой богини восстанавливает сорок…

Пятнадцать сообщений и шесть сотен возвращенных обратно жизней. Вроде и немного, но через две секунды все повторилось.

Получен урон в восемьдесят единиц.

Аватар забытой богини восстанавливает восемьдесят единиц здоровья.

Урон растет в геометрической прогрессии, как и восстановленные у босса жизни. И если сейчас аватар не восполняет даже половины наносимого ему за то же время урона, то очень скоро все поменяется.

– Факелы, – крикнул Витамин, не переставая кидать лечение. – Надо их опять зажечь.

Разумно. Стоило погаснуть факелам, а боссу оказаться в темноте, как по нам пошел урон, а аватар начал получать лечение. Если присмотреться, то становиться понятно, почему урон получает весь рейд, а в аватара вливается только чуть больше половины от отнятого. Часть рейда стоит в пятнах света от оставшихся факелов. Урон они получают, но у босса от этого жизни не восстанавливаются.

Дополнительных приказов не потребовалось. Народ подобрался грамотный и понимал с полуслова. Кто ближе к погасшим факелам оказался, тот и начал их вновь поджигать.

Вот загорелся первый, принеся вместе со светом и дополнительный эффект.

Получен урон в шестьдесят единиц.

Урон уменьшился, как и скорость лечения аватара. А значит, все правильно.

Когда все факелы на стенах вновь запылали, жизни перестали уменьшаться. Да и аватар не успел сильно восполнить потерянное.

Вновь теневые змеи и яд. Не дожидаясь напоминания от Чжуси или помощи от лекарей, пострадавшие быстро опустошают склянки с противоядием.

На поле боя новые действующие лица. В гостеприимно распахнутые двери храма ворвалось сразу с десяток теневых сгустков. Теперь система не скрывает их характеристики и достаточно быстрого взгляда, чтобы узнать всю их подноготную, благо на их низкий уровень моей наблюдательности хватит. Вот только времени отвлекаться на сухие строчки характеристик нет. Босс куда важней.

Суффикс смел теней волной пламени, но за первой группой в храм тут же ворвалась новая.

– Костер второго круга погас, – крикнул он, метнув в сторону входа огненный шар. Пятерка тварей испарилась, зато еще штук семь кинулись прямо на мага. Но тут в них врезался голем Чжуси, просто снеся нападавших. Тени они или нет, но каменный исполин раскидал их словно котят. Возле входа закипела битва. Секундой помедлив, бросаю на теней Потапыча. Все равно медведь стоит без дела, прикрывая лекарей. Для огромного питомца места у босса просто нет.

Поток теневых тварей не ослабевает. Хоть он и невелик и даже Потапыч в два удара сносит один теневой сгусток, но и игнорировать подход к боссу подкреплений не стоит.

– Не один костер, – нахмурился Чжуси, тревожно косясь то на вход, то на аватара. – два – минимум. Тварей слишком много!

Угадать ход его мыслей несложно. Если пойдет такими темпами, то с каждым погасшим костром второго круга поток теней будет только увеличиваться. От них и раньше не могли отмахаться, а теперь у нас еще и босс.

Походу, мы крупно облажались, бросив все группы на босса. Проблема быстрого выгорания костров еще раньше встала. Нужно было группу, а то и две оставить снаружи храма, костры беречь. А теперь придется прорываться к ним с боем, не забывая про босса.

– Хонгбао нужна смена, мы его еле держим, – очень не вовремя влезла Арна, поставив ребром еще одну проблему. Количество отметок яда на нашем танке превысило десять штук. Полоса его жизней скакала из красной зоны в желтую, словно биение сердца.

– Не бьем босса, – сразу сориентировался Чжуси. – Нонкомбатант смени Хонгбао. Весь урон в теней. Роджо веди свою группу к кострам.

Хмуро кивнув, похожий на тигра нямур в полном доспехе, призывно махнул рукой своим бойцам:

– За мной, смертнички.

Я его понимаю, одной группой ему придется делать то, с чем не справляется целый рейд – держать костры зажженными. Что там Витамин говорил? Когда гаснут три костра, то даже рейд не справляется без потерь? Группа Роджо действительно просто смертники, которые должны выиграть нам время для расправы с боссом. Похоже, смерть их будет напрасной – мы не снесли аватару и трети жизней.

Но надо сражаться. Не победим, так хоть выясним, на что этот босс способен.

Голем Чжуси рванул с обреченной группой, привязав Потапыча к питомцу призывателя, отправляю его следом. Теперь мой питомец будет атаковать те же цели, что и голем. Главное, чтобы дальше второго круга костров не ушли. Не знаю как голем, а Потапыч тогда точно просто исчезнет из-за большой дистанции.

Бедный медведь, столько ждал хозяина, чтобы тот его опять отправил на верную смерть. Но что поделать – надо.

Пока группа Роджо прорубалась сквозь все прущих и прущих в храм теней к выходу, аватар вновь погасил половину факелов.

– Факелы, – предупреждение Чжуси явно лишнее. В этот раз мы готовы, да и босса никто не бьет.

Подбежав к погасшему факелу, быстро достаю из инвентаря огниво. Россыпь искр и факел горит. И я не один. Не прошло и десяти секунд, как все факелы пылают вновь.

Пока мы восстанавливали освещение, Нонкомбатанту удалось сменить почти легшего Хонгбао и перевести агрессию босса на себя. Но теперь у лекарей сложная дилемма – с кого снимать яд? Отметки отрицательных эффектов с Хонгбао никуда не исчезли. А Нонкомбатант сейчас тоже их нахватает.

Хонгбао быстро опустошает склянку с зельем, снимая с себя часть ядовитых эффектов. Но полоса его жизней продолжает уменьшаться. Лекари сделали свой выбор, и не в его пользу –второй танк сейчас куда более важен. А зелья имеют долгий откат на использование.

Кидаю на него Целительную молитву. Для танка под агрессией босса она, что кошкины слезы, а так… если повезет, протянет до отката зелий.

– Атакуем! – кричит Чжуси.

Запасной танк крепко привязал к себе босса, а значит пришло наше время.

Вы наносите аватару забытой богини двести пять единиц урона.

Ситуация выравнивается. Теневые сгустки больше не проникают в зал, отвлекая от главной цели. Правда и урона рейд теперь выдает несколько меньше.

Очередной удар Демократизатора проваливается в пустоту. Стрелой взлетев под купол храма, аватар падает вниз и распадается на несколько десятков теней. Они мечутся по храму, словно черные солнечные зайчики, проходят сквозь тела игроков.

Аватар забытой богини применяет к вам навык «Танец теней».

Спасбросок на стойкость. Удача!

Повезло. А вот у остальных все не так хорошо. Половина команды обзавелась дебаффом. Вникать, что делает это гадость некогда. Надо бить!

Вновь слившиеся вместе тени образуют уже знакомую фигуру, но теперь на аватаре не меньше десяти усиливающих эффектов. Видимо, за каждый наложенный на игроков отрицательный.

Бросаю в него Епитимью. Этот навык боевых жрецов сбивает с цели все баффы… если срабатывает… Не сработал. Плохо.

Жизни Нонкомбатанта тают так стремительно, что последний оставшийся наш танк начал готовиться перехватить босса, как только «не воюющий» ляжет. А он ляжет, это уже очевидно. Хонгбао еще жив, но не помощник. Он так и не отделался от двух меток яда и его жизни в красной зоне.

Иконка Потапыча, давно уже мигавшая, сначала белеет, а затем исчезает – все, хана блохастому. И не только ему, судя по гаснущим отметкам ушедшей на «костры» группы.

В храм вливается стремительный поток теней, настоящая черная река. Беззвучная, но смертельная. Кто-то из магов бьет огнем, выкроив нам несколько лишних секунд. Но что они дают? За все время боя мы не сняли с аватара и половины жизней.

Плевать. Терять уже нечего. Аутодафе!

Вы наносите аватару забытой богини двенадцать тысяч шестьсот шестьдесят шесть единиц урона.

Бывают же такие совпадения.

Поток теней черной волной захлестывает наш рейд, но тут мир словно замирает. Неведомая сила поднимает меня в воздух и подтаскивает прямо к лицу аватара.

– Смертный, – гремит под сводами храма грозный голос, – назови мое имя!

Глава 4

Братец Тук и возвращение домой

Чудеса случаются…

Сегодня леди Удача явно проходила где-то рядом. Увидев мои потуги, она улыбнулась ласково… покрутила пальцем у виска и пошла себе дальше. Чудеса случаются, но это явно не наш случай. Слово, которое сорвалось у меня с губ по грозному требованию забытой богини, если и имя, то для русского уха неблагозвучное. Вроде китайского Хой, который совсем не Хой. Вот и система мой экспромт не приняла, выдав похожий на телефон набор цифр.

Аватар забытой богини наносит вам десять тысяч единиц урона. Вы убиты.

Не угадал. Хотя тут система лукавит. Имя может и неправильное, а суть я озвучил верно. Но разозленный аватар этого не оценил и одним ударом снес весь наш рейд. Я бы назвал подобный провал эпическим, но с учетом реки теневых сгустков, жить нам все равно оставалось немногим больше минуты. А так хоть все дружно улетели.