- -
- 100%
- +
– Предупреждаю сразу, – громким и твердым голосом сказала я, – бегать за мной и пытаться ударить – бесполезная трата времени. К тому же я буду кидать в вас все, что попадется под руку, и когда-нибудь все равно попаду. Поэтому лучше нам сесть и тихо-мирно побеседовать.
– Дура! – только и смог выговорить парень, в которого я чуть не попала.
– Я знаю, – с самым серьезным видом кивнула я. – Ну, так что?
Парни молча переглянулись. Или они обладали телепатией и могли читать мысли друг друга, или они так давно знакомы, что научились понимать друг друга молча, но, не сговариваясь, через несколько секунд хором заявили:
– Будь по-твоему.
Потом тот, кого я чуть не убила стулом, как я узнала позже, его зовут Алексеем, пробормотал:
– С психами связываться опасно, себе дороже.
Я промолчала. Присев на другую табуретку, я молча ждала, что мне скажут парни, готовая в любую секунду сорваться с места и снова обороняться. Но опасения были напрасны, больше они нападать не собирались. Постояли некоторое время в нерешительности, потом сели на диван, и один из них, очевидно, самый главный, начал разговор:
– Меня зовут Сергей, это мои друзья Игорь и Леха.
– Алена, – в свою очередь представилась я, – очень приятно.
– Нас послал к тебе хозяин, чтобы разобраться в ситуации, связанной с убийством Максима.
– Вы бандиты? – перебила я его.
Алексей посмотрел на меня очень недобрым взглядом, но ничего не сказал. Однако это послужило для меня лучшим ответом. Ясно, как Божий день, что передо мной бандиты. Только вот непонятно, каким образом с ними связан Максим. Мне он не показался похожим на бандита, такой милый и интеллигентный… Нужно обязательно разобраться в этом.
– Максим тоже был из вашей шайки? Он заодно с вами? – спросила я.
– Нет, – ответил Сергей. – Во-первых, мы не бандиты. Наш шеф занимается легальным бизнесом, а мы его охрана. И иногда помогаем ему в кое-каких делах.
– Это одно и то же, – скептически махнула я рукой.
– С Максом наш шеф вел какие-то дела, – пояснил Сергей, не обратив на мои слова никакого внимания. – Когда его убили, у него на руках были очень важные документы. И нам нужно найти их как можно скорее.
– Все это понятно, – пробормотала я. – Но при чем здесь я?
– Как это, при чем? – удивился Алексей. – Ты была там в момент убийства. Ты могла что-то видеть, что-то слышать. В общем, можешь обладать информацией, которая нам нужна, как воздух.
– Извините, но я ничем не могу вам помочь, – развела я руками. – Мы были знакомы всего два дня, и ни о чем таком, что было бы вам интересно, не разговаривали.
– Но, может быть, ты просто не обратила на это внимание? – предположил Сергей. – Постарайся, пожалуйста, вспомнить все до мельчайших подробностей.
– Я не страдаю склерозом. Кроме того, я даже не знаю точно, что вы ищете.
– Да мы и сами не знаем точно, что мы ищем, – злобно сказал Алексей. – Нам только сказали, что нужно срочно найти документы. Знаем только, что если они попадут в чужие руки, быть беде. Произойдет эффект ядерной бомбы. Пострадает очень много людей.
– И все же я ничем вам помочь не могу, – пробормотала я. – У меня нет ваших документов, и я понятия не имею, где они находятся. Можете обыскать всю квартиру, если хотите.
– А что, это хорошая идея, – оживился Сергей. – Таким образом, мы сразу решим несколько проблем. И если ничего у тебя не найдем, то сразу же отстанем.
– Точно? – прищурилась я.
– Точно-точно.
– Тогда валяйте. Только аккуратнее, не люблю беспорядок.
Получив мое согласие, они приступили к делу. С особой тщательностью осматривали все вещи. Перетрясли тряпки в шкафу, проверили кровать, все тумбочки и стенку, даже под палас заглянули.
Обыск продолжался около двух часов. Все это время я беспрестанно думала о Максиме.
Неужели я в нем ошиблась? Неужели он только с виду казался белым и пушистым, а на самом деле занимался чем-то криминальным? Ох, чувствует мое сердце, что-то нехорошее ждет меня впереди. Похоже, убийство Максима вовлечет меня в опасную, непредсказуемую игру… Лишь бы мне удалось в нее выиграть.
Несмотря на все свои титанические усилия, ребята ничего не смогли найти. Чувствовалось, что радости им это не прибавляет, но вместе с тем они были довольны, что я оказалась «чистой».
Первый раз вижу таких бандитов. Вообще-то, в живую я их никогда не видела, только в кино. Если судить по этим самым фильмам, то все криминальные личности, как на подбор, злые, жестокие, самоуверенные негодяи, которые привыкли все решать силой и оружием. В жизни же все оказалось совсем по-другому. Игорь, Леха и Сергей оказались воспитанными, культурными и вполне симпатичными людьми, мы спокойно поговорили и все выяснили. А то, что они меня один раз ударили, можно даже не считать. Ведь могло быть гораздо хуже.
А может, Сергей сказал правду? Может, они всего лишь охранники своего шефа? Если это так, тогда для них это так же чудно и неожиданно, как и для меня. На все эти вопросы я ответов пока не знаю. Но знаю точно, что время все расставит на свои места, и когда-нибудь я узнаю правду.
– Ну ладно, – развел руками Сергей, – мы пошли. Ты это… извини… – он немного замешкался, но быстро взял себя в руки. – Извини, что мы так бесцеремонно сюда ворвались, устроили обыск. Но ты же понимаешь, по-другому нельзя.
– Да ладно, – отмахнулась я, – я не злопамятная…
Глава 4
Когда пришел Андрей, я уже успела прийти в себя и навести порядок в комнатах. Несмотря на то, что я просила визитеров действовать аккуратно, они все равно оставили после себя жуткий бардак. Поэтому мне пришлось изрядно потрудиться, прежде чем порядок в комнатах был восстановлен.
– Привет, – он зашел домой с таким хорошим настроением, будто только что познакомился с Аллой Борисовной Пугачевой, которую обожал. – Как дела?
Однако я твердо решила ему это настроение испортить.
– Нормально, – я пожала плечами и сообщила обычным, будничным тоном:– Недавно ко мне заходили бандиты.
Наблюдать за его реакцией было очень интересно. Лицо Андрея вытянулось, отчего стало похожим на доску, такое же узкое и продолговатое. Он покраснел, потом побледнел и, наконец, с третьей попытки, немного заикаясь, произнес:
– Что? К-кто?
– Бандиты. Люди криминальной направленности.
– Я знаю, кто такие бандиты, – разозлился он, – что им было нужно?
– Сначала они устроили допрос, затем обыск, – объяснила я. – Хотя, может быть, они и не бандиты вовсе…
– Стоп, – повысил голос брат и замотал головой. – Ничего не понимаю. Объясни все нормально.
– Хорошо, пошли на кухню. Только не перебивай.
Перейдя в другую комнату, я решила поиграть на нервах брата. Для начала молча и не спеша принялась заваривать кофе. По виду Андрея было заметно, что ему не терпится все услышать, но он терпеливо ждал. Лишь бесконечное ерзанье на стуле выдавало его волнение.
Наконец кофе был приготовлен, и повода еще тянуть время больше не нашлось. Сев напротив Андрея, я закинула ногу на ногу, сделала пару глотков обжигающей жидкости и начала рассказ.
– Как я уже сказала, здесь побывали бандиты.
Далее я медленно рассказала все, что сегодня со мной произошло. О моих опасениях на счет будущих проблем, о том, что бандиты попались какие-то неправильные, и все остальное. Что-то слишком часто мне в последнее время приходится рассказывать о произошедших со мной событиях. Если так пойдет и дальше, то впору становиться писательницей.
Андрей слушал внимательно, затаив дыхание. Еще бы, он всегда любил боевики, триллеры и приключенческие фильмы, а тут что-то подобное происходит на самом деле с его родной сестрой.
– Вот и все, – я хлопнула в ладоши. – Как видишь, ничего интересного.
– Ты что, с ума сошла? – немного обиделся он. – Это же супер!
– Что в этом хорошего? – не поняла я.
– Как это что? Это же настоящее приключение. Пережить такое в реальности – мечта каждого.
– Нет уж, это только твоя мечта. Больше никому не придет в голову мечтать о таком, – ухмыльнулась я. – И вообще, ты что, рад, что почти на моих руках убили человека?
– Рад я или нет, это ничего не изменит, – философски ответил он.
Я ничего не стала отвечать. Взяла на руки подбежавшего котенка и уставилась в окно. Прошло минут пять, прежде чем Андрей снова заговорил.
– Теперь в твоей жизни просто обязан появиться крутой мужик, обязательно красавчик.
– Что?
– Я говорю, что скоро в твоей жизни должен непременно появиться убийца и красавец-герой, который тебя спасет. Так всегда происходит в фильмах.
– По-моему, тебе надо запретить смотреть телевизор. Твоя фантазия шутит с тобой злые шутки.
– Можешь мне не верить, но именно так все и будет. У меня предчувствие.
Эх, знала бы я тогда, что он окажется прав, возможно, серьезно бы подумала и поступила по-другому. Но я этого не знала, поэтому лишь отмахнулась.
– И что ты теперь собираешься делать? – совсем неожиданно поменял он тему.
– В каком смысле?
– В полицию пойдешь или нет?
– Что я, дурра, по-твоему? Нет, конечно.
– Почему?
– Во-первых, они все равно никого не найдут и ничего не сделают. Еще неизвестно, как этот шаг отразится на мне. Может, из-за моего похода к правоохранителям бандиты разозлятся и решат меня убить? Во-вторых, я просто не хочу этого делать.
– Но почему? – упрямо повторил Андрей.
– Потому что они неплохие ребята. И думаю, что мы еще встретимся.
Неожиданно я поймала себя на мысли, что недавние гости не оставили в моей душе никаких отрицательных эмоций. Я вспоминаю этих парней и, к своему стыду, понимаю, что хотела бы вновь их увидеть. Только не в такой обстановке. Просто встретится, прогуляться, выпить кофе и поболтать ни о чем.
Особенно мне понравился один парень. Кажется, его зовут Алексеем. Наверное, я плохая девушка. Не успел меня бросить один парень, как я тут же завожу роман с другим. А уже на второй день после его убийства с удовольствием думаю о третьем парне, встретившемся мне на пути. Хотя, с другой стороны, может быть, это и есть нормальное поведение современной девушки. Ведь всем известно, что юноши больше любят дерзких, роковых женщин, чем тихих, забитых серых мышек.
– Ты со мной или как? – вывел меня из раздумий Андрей.
– Прости. Ты что-то сказал?
– Я говорю, что тебе сейчас нужно быть очень осторожной.
– Это еще почему? – неподдельно удивилась я.
– Потому что убийца Максима может попытаться убить тебя как свидетельницу.
– Но я ведь ничего не видела, – возмутилась я.
– А убийца об этом знает? – логично заметил он.
– И что мне теперь делать?
– Быть очень осторожной, никуда одной не ходить, к окнам не подходить, дверь никому не открывать, – не на шутку разошелся Андрей.
– Я уже говорила, ты смотришь слишком много фильмов, – перебила я его.
– Нормально я смотрю, – обиделся он. – Раз ты такая умная, вот и решай сама, что тебе делать.
И залпом выпив уже остывший кофе, он ушел в свою комнату, оставив меня наедине с грустными мыслями. Я долго страдать не стала и просто пошла спать.
Разбудил меня какой-то непонятный звук. Я открыла глаза и прислушалась, не вставая с постели. Несколько минут царила полнейшая тишина, а когда я уже расслабилась, неожиданно послышался звон разбившейся посуды. Естественно, шел он из кухни. Вскочив, я пошла на звук, где-то на уровне подсознания отмечая, что нечто подобное недавно уже происходило.
Однако на этот раз на кухне никого не было. Ничего не понимая, я замерла в проходе, не зная, что делать. Очень странно – на полу валяются осколки банки, припорошенные хранившимся в ней укропом, а рядом никого нет. Кто же ее разбил? Не могла же она сама упасть со шкафа?
В голову сразу полезли бредовые мысли о домовом. Я знаю многих людей, которые уверены, что у них дома живет невидимый хозяин помещения. Они утверждают, что в доме постоянно что-то шумит, трещит, некоторые предметы пропадают со своих мест или перемещаются в пространстве… Об этом же и в газетах сейчас много пишут, и по телевизору постоянно говорят. Неужели и у нас начали твориться странные вещи?
В этот момент послышался какой-то шорох и прямо на моих глазах из шкафа вывалилась следующая банка, на этот раз с петрушкой, плавно спикировала на стол и с громким треском развалилась на несколько частей.
От ужаса у меня все внутри похолодело, я уже собралась громко закричать и бежать к Андрею за помощью, как вдруг услышала тихое, жалобное мяуканье. Звук, несомненно, шел со шкафа. Преодолев страх, я осторожно вошла на кухню и медленно подошла к данному предмету мебели. Посмотрела наверх и сразу все поняла.
Все оказалось гораздо проще, чем я думала. Оказывается, наш кот, которого я недавно подобрала на улице, уже окончательно освоился и каким-то образом ухитрился залезть в шкаф, который висел на довольно приличной высоте. Места там, само собой, было мало, поэтому некоторые предметы он просто-напросто оттуда свалил.
– Ах ты, маленький паршивец, – прикрикнула я на него, встала на стул и протянула свои руки, намереваясь помочь ему спуститься. Кот моих намерений не понял, попятился и своим пушистым задом сшиб бутылочку с самогонкой, хранившейся там исключительно для лечебных целей. Бутылка, больно ударив меня по руке, упала на стол, перекатилась по нему, грохнулась на пол, и все ее содержимое немедленно разлилось в огромную лужу.
Кот, испугавшись еще больше, спикировал сверху, проигнорировав мою руку, прямо в эту лужу. Но вместо того чтобы пищать и убегать, он поднял свои тоскливые глаза на меня, словно обвиняя меня в своей неудачи, и… начал лакать самогон.
– Фу. Кыш. Не смей, – закричала я, сделала резкое движение, стул пошатнулся, я замахала руками, словно пропеллером, и с ужасным грохотом рухнула на пол, отбив при этом все части своего тела.
Все, тройной перелом всех членов мне обеспечен!
– Что тут происходит? – на шум прибежал Андрей.
Я молча показала ему на кота.
– И что он делает? – не понял тот.
Пришлось все подробно объяснять.
Тем временем до кота, видимо, дошло, что он пьет какую-то гадость, он выпучил глаза, поднял хвост трубой и поспешил удалиться. Однако теперь сделать это было не просто, все-таки он пил крепкий алкоголь. Сначала его покачнуло вправо, потом влево, он сделал несколько нечетких шагов, посмотрел на нас мутными глазами и, упав на пол, затих там без движений.
– О, Боже, – заволновалась я. – Он там не умер, случайно?
– Думаю, нет, – хихикнул Андрей. – Скорее всего, заснул крепким, пьяным сном.
– Первый раз вижу кота, который пьет самогонку, – призналась я.
– Я тоже, – кивнул брат и громко расхохотался.
Я тоже не смогла сдержать улыбку. И, что самое интересное, никто ведь не поверит, если кому-нибудь рассказать.
– Ты ведь никак не можешь придумать ему имя? – спросил брат сквозь смех.
Я кивнула.
– Назови его Самогоном!
Некоторое время я была в шоке, а потом подавилась новой волной смеха. А что, оригинально и прикольно, все так, как я хотела… Пожалуй, так и сделаю.
* * *
В десять часов раздался звонок в дверь. Подойдя к ней, я замерла в нерешительности. С некоторых пор я стала бояться таких звонков.
Через несколько секунд подошел Андрей.
– Кто там? – шепотом спросил он.
– Не знаю, – также тихо ответила я. – Я еще не спрашивала, может, ты сам спросишь?
– Трусишка, – он похлопал меня по плечу и подошел к двери. Но вместо того, чтобы отважно спросить «Кто там?», замер возле нее и стал прислушиваться.
Я хмыкнула. Андрей, как и все мужчины, никогда не признается в том, что боится. Вместо этого он обвинил меня в трусости, а у самого аж руки задрожали.
– Ну что же ты не открываешь? – скептически поинтересовалась я.
– А вдруг там бандиты?
– И что? Ты же у нас спортсмен, силач. Вырубишь их всех каким-нибудь приемом.
– Против пули не попрешь, – резонно возразил он.
Внезапно с другой стороны двери послышался жалобный голос. От неожиданности Андрей отскочил от двери, споткнулся о свои кроссовки и шлепнулся на пятую точку.
Я не смогла сдержать улыбки. За дверью стояла Полина и жалобно просила:
– Ребята, откройте. Ну, пожалуйста.
Проворно разобравшись с замками, я распахнула дверь. Радостно взвизгнув, Полина вошла в квартиру и бросила на пол огромную сумку.
– Это что? – ошарашенно спросил Андрей.
– Мои вещи.
– А зачем они здесь?
– Я хочу немного пожить у вас.
– Что? – воскликнули мы в один голос.
– Я ушла из дома!
– Как это? – я не могла поверить своим ушам.
– Вернее, меня выгнали родители, – трагическим шепотом сообщила девушка.
– Ничего не понимаю, – замотал головой Андрей, поднимаясь с пола. – Тебя выгнали из дома?
– Ага.
– Но почему? – влезла я.
– Потому что сегодня меня видели вместе с Андреем.
– И что?
– А то, что мне нельзя встречаться с мальчиками наедине.
Андрей поперхнулся. Я стояла и хлопала глазами. Тут я вспомнила, что являюсь хозяйкой и обязана проявить гостеприимство.
– Пройдемте в гостиную, – засуетилась я. – Что мы в прихожей разговариваем?
Сняв туфли, Полина прошла в самую большую и красиво обставленную комнату, гордо именовавшуюся у нас гостиной. Она села на диван, а мы с братом расположились в кресле напротив.
– Расскажи, пожалуйста, о своих родителях, – попросил Андрей. – А то я ничего не понимаю.
–У меня предки – настоящие придурки, – послушно начала Полина, а я поморщилась. Я никогда не понимала тех людей, которые так говорят о своих родителях. О людях, давших им жизнь.
Я всегда очень любила свою маму. Пусть мы жили в откровенной бедности, нищете. Я годами не видела новых вещей, о компьютерах и телефонах даже не подозревала, зато я была счастлива. Я жила в прекрасной семье, у меня была любимая мама и младший брат. И даже на отца, который бросил нас на произвол судьбы, я никогда не держала зла.
Но Полина, очевидно, была совершенно другого мнения. Впрочем, очень скоро я частично стала понимать ее.
Родители Полины живут словно в пятнадцатом веке. Они запрещают ей абсолютно все. Нельзя дружить с парнями, которые ведут себя непорядочно. А если учесть, что непорядочно по их мнению ведут себя все, то дружить ей нельзя ни с кем.
Кроме того, Полине запрещается ходить в гости к подругам, приглашать их к себе тоже нельзя. Спать нужно ложиться в десять вечера, а вставать в семь утра, даже если для этого нет никакой необходимости. По дому почти все дела тоже были на Полине. Объяснялось это просто – девушка должна быть работящей.
– Кошмар, – прошептал Андрей. – Такого я даже представить не мог.
Не обращая на него никакого внимания, Полина продолжила объяснения.
Когда она была маленькой, то думала, что абсолютно все живут, как она. С возрастом пришло понимание – у всех нормальная жизнь, а у нее сплошной идиотизм. Что только ни предпринимала Поля, чтобы изменить свою жизнь к лучшему, ничего не помогало. С родителями спорить было бесполезно.
Тогда, посовещавшись с близкими подругами, она решилась на обман. Каждый раз повод придумывался с особой тщательностью и, к великому удивлению Полины, у них все получилось. И началось… Одна ложь, потом вторая, третья. В конце концов, все сбились со счета. У Полины оказалась буйная фантазия, каждый раз она придумывала такое, что не поверить ей было просто невозможно. И жизнь вроде бы наладилась.
Несчастье случилось сегодня утром. Мать Полины ходила в универмаг за покупками и случайно увидела ее вместе с Андреем. Да еще в момент, когда они целовались. Сразу она ничего не сказала, но дома разгорелся такой скандал, что казалось, будто началась война. В итоге Полина хлопнула дверью и ушла из дома.
– И ты спокойно ушла? – не поверила я.
– Ну, не сказать, что спокойно, но ушла. Сказала, что они еще пожалеют и все такое.
– И что ты собираешься теперь делать? – поинтересовался Андрей.
– Если вы не против, я хотела бы пожить немного у вас, – она с надеждой посмотрела на меня. – А если нельзя, я буду жить на улице. Но к ним не вернусь ни за что.
– Нет-нет, мы не против, – Андрей вопросительно посмотрел на меня.
Я кивнула.
– Живи, сколько хочешь, нам не жалко.
И он увел Полину показывать комнату. Я еще некоторое время посидела на месте, размышляя о том, какая все-таки странная штука жизнь. У одних вообще нет родителей, а другие просто мечтают от них избавиться…
* * *
На следующий день меня вызвали на допрос к следователю. Приятный мужской голос по телефону попросил явиться к десяти утра в районное отделение полиции, в кабинет номер пять.
Не став спорить, я явилась туда как раз к десяти часам. Первое, что я увидела, было ничем не примечательное здание. Не сказать, что очень плохое, но и красивым не назовешь. Изнутри все выглядело гораздо хуже. Стены коридоров выкрашены жуткой темно-синей краской, на полу лежал очень старый линолеум, которым даже бомжи не стали бы украшать свое жилище. Потолок давно нуждался в побелке.
На двери пятого кабинета висела табличка: «Рыбаков Александр Сергеевич. Старший следователь».
Надо же, тезка великого писателя Пушкина.
Вежливо постучавшись, я вошла. За столом, заваленным бумагами, сидел довольно пожилой мужчина приятной внешности.
– Проходите, – пригласил он меня и кивком головы показал на металлический стул, расположенный напротив его рабочего стола. Наверняка на этом стуле сидел не один преступник.
Присев на самый краешек, я вопросительно уставилась на следователя.
– Алена Викторовна, мы вызвали вас на официальный допрос по поводу убийства Фролова Максима.
– Но меня ведь уже допрашивали.
– Я знаю. Но это было сразу же, на месте преступления, так как имелась возможность раскрыть убийство по горячим следам. К сожалению, этого не случилось. Но даже если бы мы и раскрыли это дело, вас все равно пришлось бы допрашивать. Чтобы запротоколировать показания на бумаге.
Я молча слушала тираду. Все понятно – расследование зашло в тупик, они не знают, что дальше делать, вот и создают видимость работы. Мол, смотрите, вот они мы, работаем, опрашиваем главную свидетельницу.
Но вслух этого я, естественно, не сказала. Дождавшись, пока в кабинет придет молодой человек, который должен был записывать мой рассказ, мы приступили к делу.
Сначала все шло хорошо. Александр Сергеевич не спеша задавал вопрос за вопросом, а я на них отвечала, понимая, что это нужно, от этого никуда не денешься. Но когда вопросы пошли по второму разу, меня начало охватывать раздражение. Ну, какой смысл задавать совершенно одинаковые вопросы? Я ведь только что на них ответила. Ничего нового я все равно не скажу.
Через два часа я пришла в бешенство и с трудом сдерживалась, чтобы не накричать, не нагрубить и не сказать что-нибудь не то. В конце концов я не выдержала и спросила:
– Скажите, пожалуйста, какой смысл в том, что вы уже в третий раз задаете мне одни и те же вопросы?
– Ну-ну, успокойтесь, – спокойно сказал мужчина, чем разозлил меня еще больше.
– Как я могу успокоиться? – рявкнула я. – Уже два часа я сижу здесь и повторяю одно и то же. У меня болит голова, ноет спина и першит в горле от вашего курева. Я больше не могу. Если вы сейчас же не прекратите, я сойду с ума.
Я отвернулась к окну, с твердым намерением больше не отвечать ни на один вопрос.
Впрочем, по лицу следователя можно было прочитать, что ему все происходящее тоже не нравится. Зря я, наверное, нагрубила ему. Наверняка Александр Сергеевич, устал копаться в личной жизни людей, проводить допросы, выявлять мотивы преступления и искать подозреваемых. А потом еще и доказывать вину. Но ничего не поделаешь, это его работа.
Когда все закончилось, я не смогла скрыть вздоха облегчения. От бдительного взора следователя это не укрылось.
– Ох, Алена Викторовна, рано радуетесь. Чувствует мое сердце, нам еще не раз придется встретиться.
– Только не это, – я перекрестилась. – Еще одного такого раза я не выдержу. Лучше признаюсь в убийстве.
– А вы убивали? – сразу же ожил он.
– Не придирайтесь к словам, – отмахнулась я. – Я образно выразилась.
– Ничего, – мой собеседник ласково улыбнулся. – Здесь, передо мной, побывало очень много народу, и все выдержали.
– Но вы хоть убийцу ищете?
– Конечно, – поспешил он меня успокоить. – Но пока все безрезультатно. Никаких следов он не оставил, мы даже пока не можем определить место, где он прятался.
От осознания того, что кто-то был в квартире вместе с нами в ту ночь, мне стало еще хуже.
– Понятно… – протянула я.
– И вообще, Алена, – перешел он на трагический шепот. – Пожалуйста, будьте осторожны. В моей практике очень много случаев, когда убийца шел на еще одно преступление, чтобы убрать неожиданную свидетельницу. Вы слишком молоды, чтобы умирать.