- -
- 100%
- +
Может быть, поэтому, а может быть, из-за отсутствия особого таланта, мои изобретения пока буксовали, оставаясь на стадии разработок, опытных образцов и идей. Хорошо, что отец никогда не скупился на наши траты, и ему было, по большому счёту, всё равно, что я покупаю: набор магически усовершенствованных увеличительных стёкол, инструмент для микропайки или новые туфли совершенно дикой расцветки.
Экзамены приближались, и руководство Блэквуда ввело правило, которое обязывало всех учеников выпускных классов оставаться после занятий на самоподготовку. Предполагалось, что вечно спящий мистер Эмерсби будет присматривать за нами достаточно строго, чтобы мы смогли достойно подготовиться к сдаче. Разумеется, готовились лишь те, кому было без разницы, где это делать. Я и Джес как раз попадали в ряды вечно грызущих гранит науки учеников.
– Я отойду, – устало потерев переносицу, сказала я брату, который с упоением возился с очередной задачей.
– Хорошо, – буркнул он, даже и не думая отвлекаться.
– Хорошо, – кивнула я и устало побрела в сторону женской уборной.
Уже стоя у ряда не слишком белоснежных умывальников, я ополоснула лицо и взглянула на своё отражение в зеркале. Если так посчитать, то Кристиан прожил в нашем доме около месяца, а я стала похожа на недавно воскрешённый труп. И без того бледная кожа стала почти прозрачной; платье болталось, так как я сильно похудела; под глазами залегли темные круги.
– Может быть, последствия болезни? – пробормотала я.
Я прочитала несколько статей о брюшном тифе, и многое не сходилось. Бред, вероятный жар, возможная тошнота, но никаких высыпаний. Да и закончилось всё за три дня… Либо у меня сильный организм, либо я болела совсем не тем, о чем мне сказала мать. Может быть, всё не так просто, как мне пытались представить?
Нахмурившись, я качнула головой, решив при первой возможности сходить к нашему семейному доктору, мистеру Милсону. Быть может, он сможет внести ясность.
– И? Он повелся на это?
Голос принадлежал одному из ребят, которые состояли в шайке Брайана. Шон Грейв учился в нашем классе, но всегда был лишь тенью рыжего.
По всей видимости, ребята куда-то спешили, проходя мимо женской уборной.
– Да о чем ты вообще?! – расхохотался его собеседник. – Стоит сестре отойти, как он превращается в безвольную корову на привязи. Бери и веди!
– Бери и веди, – повторил Шон и захохотал.
– Чёрт, – прошипела я сквозь зубы, прекрасно осознавая, о ком именно идёт речь, и тут же выбегая следом за ними.
На этот раз члены шайки Брайана были так увлечены своей болтовнёй, что даже и не обратили внимания на девчонку, вышедшую из туалета. Они спешили совсем в другую сторону: не в школьный парк, а в коридор, ведущий к лестницам на верхние этажи. Стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, я молча следовала за ними, обмирая от страха. Когда же это всё закончится?! Неужели из-за этих мерзавцев я должна быть вечной тенью брата?! Почему чем ничтожнее люди, тем сильнее им хочется ранить тех, кто не в силах им ответить?!
Эти мысли вкупе со страхом за Джесси сводили с ума. Иногда я и впрямь злилась на брата, задаваясь бесполезными вопросами из разряда:
«Почему он не может постоять за себя?!»
Но моя злость утихала так же быстро, как появлялась.
Жертва не виновата в том, что стала жертвой. Тут нет её вины.
Как и Джесси не был виноват в том, что его дар запер его в одной -единственной комнате наедине с собой. И пока не проснётся дар, не освободится и мой брат! Это не его вина.
С силой сжав кулаки, я прислонилась к стене на втором этаже, вслушиваясь в удаляющиеся шаги Шона и его приятеля из младшего класса. Они направлялись на крышу, и поняв это, я поспешила следом, стараясь идти как можно тише и больше всего боясь, что, выйдя на крышу, они закроют дверь. Я должна успеть!
Похоже, мысль о том, что кто-то может преследовать их, этим парням даже не приходила в голову. Я беспрепятственно потянула на себя ручку входной двери, и та подалась с лёгким скрипом.
ГЛАВА 4.
Оказавшись на крыше, я тут же зажмурилась от чересчур яркого дневного света, но всё же продолжала осматривать пространство вокруг. Самым важным сейчас был Джесси, а не мой дискомфорт.
Крыша делилась на своеобразные сектора, разделённые бетонными перегородками, и больше всего напоминала лабиринт под открытым небом. Я крутилась из стороны в сторону, пытаясь услышать или увидеть хоть что-то, что помогло бы понять, куда двигаться дальше. Основное здание школы было огромным, П-образной формы, и сориентироваться было сложно, особенно учитывая тот факт, что Джесси никогда не кричал, даже когда ему было очень больно, а эти мерзавцы не спешили себя выдавать.
– Так предсказуемо, – раздался за моей спиной голос Брайана Верто.
Я резко обернулась, нутром чувствуя, что что-то здесь не так.
– Ты правда решила, что мы при всех потащим твоего ненормального братца на крышу? Серьёзно, ты такая дура!?
Синяк на его подбородке уже давно сошел, но полоска шрама от рассечённой губы, похоже, останется с ним навсегда.
Сейчас Брайан выглядел одновременно злым и донельзя довольным. Кажется, весь смысл был именно в том, чтобы вытащить меня сюда так, чтобы никто не заметил.
Их было шестеро. Пятеро из них плотной стеной стояли позади своего главаря, стараясь изобразить на лицах самые пренебрежительные гримасы, на которые только были способны. И несмотря на то, что я была на полголовы выше, как ни крути, я была в меньшинстве. Я могла быть почти безумной в своей ярости, когда речь шла о брате, но становилась совершенной трусихой, когда дело касалось меня лично.
Я не собиралась огрызаться с ними. Не собиралась пытаться драться. Я просто повернулась на каблуках и бросилась к двери, что вела обратно в здание школы.
Мне не хватило каких-то жалких сантиметров, чтобы ухватить ручку двери, когда кто-то резко дернул меня за волосы и с силой потащил назад.
– Куда?! Думаешь, так просто сможешь уйти отсюда?
Резко дернувшись, я попыталась высвободиться из захвата, но тем самым лишь сделала себе больнее. Острая боль от натянувшихся волос пронзила виски, выбивая скупые слёзы из глаз.
– И? Что ты сделаешь?! – сквозь зубы прошипела я, когда пальцы Брайана вдруг жёстко сомкнулись на моих щеках.
– И, правда, что бы мне такого сделать с той, кто изуродовала меня? – прошептал он мне на ухо.
– Ты не мог стать уродливее, чем уже есть, – шипела я в ответ, пытаясь сообразить, что реально могу сделать против тех, кто уже сомкнулся вокруг нас с Верто плотным кольцом. – Я всего лишь немного подправила твоё личико в соответствии с твоим дрянным содержимым, – выплюнула я.
– Дерзишь мне?! – с силой выкручивая мои руки, яростно прокричал Брайан, казалось, теряя остатки самообладания. – Ну-ка, Шон, покажи ей, что у нас есть, и что поможет обуздать её нрав!
Шон был на голову ниже Брайана и выглядел в этой компании совершенно неуместно. Его внешность, аккуратно причесанные каштановые волосы, огромные серые глаза, чуть пухлые губы и щёчки, делала его похожим на мальчика-ангелочка, но уж никак не на того, кто вдруг вытащил из нагрудного кармана пиджака кусок стекла.
Кажется, эти идиоты долго планировали задуманное, так как один край стекла был бережно обмотан бечёвкой, чтобы не обрезать руки тому, кто пустит его в ход.
– Ну что, всё ещё хочется показывать зубки? А? – шептал Верто, всё сильнее прижимая меня к своей груди.
Его дыхание обжигало щёку, а губы едва касались мочки уха. Такая близость с ним была отвратительной! И, уж не знаю, что больше пугало меня: то, что он ещё хоть минуту продержит меня в своих объятиях, или то, что и впрямь пустит в ход то, что подготовил?
– Или, может быть, тебе хочется узнать, что ты можешь сделать, чтобы я отпустил тебя? Как насчет того, чтобы встать на колени и попросить прощения? М?
– Как насчет того, чтобы тебе провалиться под землю? – почти прокричала я.
– Посмотрим, как ты запоёшь ещё через пару минут, – пробормотал он, потянув руку к самодельному оружию, которое всё ещё продолжал удерживать в руках малыш Шон.
Что произошло в этот конкретный момент, я так и не поняла. Возможно, я была так зла и шокирована, что перед глазами всё просто смешалось, когда Шон вдруг просто исчез, а уже в следующий миг упал в нескольких метрах от нас. На его месте, как ни в чем не бывало, стоял Кристиан.
Откуда он взялся?! Как сумел так незаметно подкрасться?!
Волосы на его голове топорщились в разные стороны, галстук был развязан, пиджак помят, а сам взгляд казался каким-то расфокусированным, точно он только что проснулся.
– Люди, – вздохнул он, ни к кому конкретно не обращаясь, – сколько от вас шума, – слегка покачал он головой.
И вновь я пропустила тот момент, когда его кулак нашёл нос Брайана. Это произошло так ужасающе быстро, что я едва не оглохла от визга Верто мне на ухо, а уже в следующий миг почувствовала горячую влагу у себя на плече. Кровь парня нескончаемым потоком хлынула мне за шиворот. Казалось, я так растерялась, что просто не знала, куда мне бежать: кричать, плакать или падать? Я просто стояла с широко распахнутыми глазами, и всё, что могла видеть сейчас, это черные, как сама тьма глаза. Кристиан молча смотрел на меня в ответ. И не было в его взгляде ничего, что помогло бы мне хотя бы на миллиметр приблизиться к его чувствам, мыслям, желаниям. Мы были так близко, но непостижимо далеко друг от друга. Казалось, стоит протянуть руку, и это расстояние между нами исчезнет.
Но я знала, что это ничего не изменит. Где-то внутри я понимала это столь же отчетливо и ясно, как и то, что уже никогда не смогу перестать тянуться к нему…
Он слегка покачал головой, словно упрекая себя в чем-то, но тут же решительно взял меня за руку и потащил за собой. Легко открыл дверь и пошел вниз. В полнейшей тишине, шаг за шагом, мы спускались по тёмной лестнице. Моё платье на спине промокло от крови Брайана Верто. А ещё, должно быть, Кристиан сломал ему нос, и теперь у него будет куча проблем, ведь он вовсе не обладатель фамилии Ро, а стало быть, его будет некому защитить.
Но всё, о чем я могла действительно думать в этот момент, так это о том, насколько тёплая его рука. Моё сердце учащённо билось от одной только мысли о том, что он держит меня за руку, и я безумно боялась того, что совсем скоро лестница закончится, мы спустимся на самый нижний этаж и он отпустит меня. Почему это вдруг стало таким пугающим?
– Как ты там оказался? – спросила я его не потому, что мне было это так уж интересно, просто подумалось, что необременительный разговор сможет хотя бы немного задержать его подле меня.
– Я спал, – скупо бросил он, даже не повернувшись ко мне.
– На крыше? – я действительно удивилась от такого признания.
Кто в своём уме будет спать на продуваемой всеми ветрами крыше, пусть даже и в солнечный, но всё ещё весенний день?!
– Там лучше всего, – простая фраза, оставляющая больше вопросов, чем ответов, была брошена так, словно давая понять, что объяснений не последует.
– В чем лучше? – поинтересовалась я.
Порой я могла быть изматывающей и совершенно не понимающей намеков.
Кристиан шумно вздохнул и бросил на меня быстрый, колючий взгляд.
– Там нет людей, – очередной ответ, и снова куча вопросов, которые безумно хочется озвучить. – И если ты вдруг решишь спросить, чем хорошо, когда нет людей, то, подумав немного, поймёшь, что ответ на поверхности, – быстро сказал он, явно намекая на то, что не намерен со мной разговаривать более.
Но так или иначе я уже была счастлива! За эти несколько минут он сказал мне целых двадцать восемь слов, а это больше, чем за целый месяц проживания бок о бок!
Против воли я счастливо улыбнулась, обмирая от совершенно неуместного восторга.
– Нет, я хотела спросить совсем не об этом, – светлые волосы на моей голове, порой давали мне невероятные привилегии. Когда было нужно, я могла быть совершенно очаровательной глупышкой. – Как твоя рука?
– Что? – нахмурившись, он вновь посмотрел на меня так, будто не мог понять, о чем я его спрашиваю.
– Ну, рука, – указала я взглядом на его левую руку, которая заметно покраснела от встречи с носом Брайана Верто.
Казалось, только теперь Кристиан понял, о чем я его спрашиваю. Он вдруг замер посреди лестницы и с каким-то недоумением уставился на повреждённую кисть.
– Болит?
– Тебе стоит быть осторожнее, – вместо ответа сказал он, вновь начиная спускаться по лестнице.
– Мне? Со мной всё в порядке, и спасибо, что ты так вовремя там оказался…
Я старалась быть как можно более дружелюбной и приветливой. Мне казалось, что это мой шанс подружиться с ним. Но когда его руки вдруг сомкнулись в жестком захвате на моих предплечьях, а совершенно темный взгляд точно пронзил насквозь, я осеклась и замолчала. Он повернулся ко мне всем корпусом, так близко, что я вдруг ощутила его дыхание на своих губах.
– Я сказал: тебе стоит быть осторожнее, Элизабет, – как-то особенно вкрадчиво, почти прошептал он, отчего стало совершенно не по себе.
Я коротко кивнула, и прежде чем мне представился шанс сказать ещё хоть что-нибудь, он повернулся ко мне спиной и, уже отпустив мою руку, решительно направился вниз.
Какое-то время я продолжала смотреть ему вслед, ощущая странную пустоту и гнетущую безысходность от того, что он так просто уходит.
– Очнись, Элизабет, просто приди в себя и пойми наконец, как это глупо, – пробормотала я себе под нос.
Перевела дыхание, натянула на лицо дежурную улыбку и решительно направилась в класс, где, как ни в чем не бывало, продолжал решать задачи Джесси. Кристиана в классе не оказалось.
На фоне всего того, что творилось у меня в душе, я совершенно позабыла слова отца о том, что мне следует готовиться к поступлению в Академию. Надо сказать, я не просто забыла о них, я и минуты не думала о том, что он говорил это всерьёз. Со своим будущим я определилась уже достаточно давно, и двоюродный брат мамы, Майкл, был моим главным соратником в этом выборе. Дядя Майкл возглавлял департамент полиции на севере королевства. Он жил в Ривдэйле, фактически северной столице Роаны, и именно туда я собиралась поступать в колледж, по завершении которого могла начать работать следователем по телу и попутно доучиваться, чтобы развивать свои минимальные магические способности, которые смогли бы помочь мне в работе. Там же можно было выбрать дополнительную специализацию в виде артефакторики, что я и собиралась сделать.
Некромантов в Роане было не так уж и много, а тех, кто желал бы служить в полиции, и того меньше. Одним словом, именно в этой отрасли я могла бы стать специалистом, которого бы ценили и который смог бы стать действительно полезным. По окончании школы я планировала переехать и за все эти годы ни разу не усомнилась в своем выборе. Единственным человеком, которого мне никак не хотелось оставлять, был Джесси. И именно он был тем, кто однажды сказал мне то, что окончательно убедило меня в правильности моего выбора.
– Тебе нет места в этой семье, Лиз, ты должна это понимать, – голос брата тогда казался каким-то глухим и печальным. – Как бы сильно я ни желал расставаться с тобой, но ты не моя вещь, которую я должен носить везде за собой, чтобы мне было удобно, и просто выбросить, когда необходимость в тебе отпадёт. Ни один из нас не будет от этого счастлив. Я смогу стать собой, лишь поняв, что больше не могу рассчитывать на тебя. Ты сможешь начать по-настоящему сиять, лишь выйдя из тени семьи. Иногда людям надо расставаться, чтобы продолжать любить друг друга…
Порой Джесси говорил такие вещи, которые никак не вязались с образом подростка пятнадцати лет. Я всегда поражалась, сколь глубокой была его душа! Сколько мыслей бродило в его голове! И как сильно он умел чувствовать, толком не осознавая этого и не показывая никому.
Собственно, когда через несколько дней после инцидента на крыше, отец позвал меня к себе для беседы, я шла, готовясь заступаться уже за Криса и объяснять то, что произошло, но никак не ждала услышать то, что он сказал:
– Как продвигается подготовка к экзаменам? – сидя за своим огромным столом, спросил он.
– Хорошо, – пробормотала я, стоя в самом центре кабинета.
Я не так уж часто бывала здесь. Мой отец предпочитал компанию Алана или Джесси, но никак не меня. Поэтому всегда испытывала чувство неловкости и смущения, находясь под прицелом его пронзительных ясно-голубых глаз.
– Надеюсь, ты понимаешь, что для поступления в Магическую Академию нужны только высшие баллы? – изогнув бровь, холодно поинтересовался он.
– Но… я не собираюсь поступать туда, – кое-как борясь с внутренним ступором, пробормотала я.
– Что это значит, Элизабет?! – вдруг резко повысил он голос, а я вздрогнула. – Я думал, мы всё уже обсудили!
– Обсудили? – нахмурилась я. – О чем…
– Что за непозволительная непосредственность в твоем возрасте?! – резко ударил он открытой ладонью по столешнице. Звук получился хлестким и пугающим. – Я не для того пошел на всё это, чтобы услышать подобное! Что за чушь?!
Я молча слушала его отповедь, в то время как на самом деле меня интересовало лишь одно.
– Пошел на что? – нахмурилась я, прежде чем поняла, что спросила вслух.
Отец тут же осекся и как-то хищно прищурился.
– А ты полагаешь, твое воспитание и содержание – это пустой звук? Если мои вложения не окупаются, то разве это не повод для того, чтобы я чувствовал себя обманутым? – изогнув бровь, посмотрел он на меня. – Разговор окончен. И, – взяв в руку бокал с бренди, откинулся на спинку кресла, – ты будешь поступать в Академию. Не обсуждается.
Выйдя из кабинета, я нерешительно замерла, глупо хлопая глазами и пытаясь понять, что вообще происходит. Моё обучение в Академии будет стоить приличных денег, а что семья получит на выходе? Никчемного некроманта с потрясающим образованием. Что за глупости?!
ГЛАВА 5.
– Представляешь? Клянусь тебе, он говорил это совершенно серьёзно! – лепетала я в тот же вечер, сидя на подоконнике в комнате брата и пересказывая ему детали разговора с отцом.
На первый взгляд казалось, что Джесси меня совсем не слушает и ничто в целом свете не способно отвлечь его от книги Фридриха Ульвэ «Некромантия, как она есть, или несерьёзный взгляд на серьёзные вещи». Надо же, какое название придумал для книги о мертвых этот писака! Почему не «Забавные умертвия» или «Чем занять себя на кладбище, если у вас хорошее настроение»? Но Джесси, похоже, был в восторге от этого чтива.
– И что ты ответила? – всё же поинтересовался он, не утруждаясь хотя бы встать с постели и взглянуть на меня.
– Ну, что… – вздохнула я. – Ничего, – обреченно пробормотала я.
– В этом твоя проблема, – перевернув страницу, выдал брат, а на его губах расцвела скупая улыбка.
Стало быть, книга была и впрямь смешная. Хотя порой то, что забавляло Джесси, многие считали жутковатым.
– И это говорит Мистер Беспроблемная Коммуникация, – фыркнула я.
– Я не сожалею о том, что не сказал, – пожал он плечами. – Мне всё равно, узнает ли кто-то о том, что я на самом деле думаю. Пока моя судьба не расходится с моими интересами, и меня это устраивает. Мне вполне достаточно того, что я могу говорить с тобой. Общение с другими было бы обременительным.
– Если так подумать, то и я могу говорить только с тобой… – задумчиво сказала я, вдруг понимая, каким на самом деле замкнутым является мой мир.
– Именно, только для тебя это проблема. Для меня нет, – пожал он плечами. – Я не сожалею, что так происходит.
– Хочешь сказать, что я должна быть более решительной и ни о чем не сожалеть? – засунув в рот сразу несколько печений, что заботливо прихватила с собой с кухни для беседы с братом, захрустела я, заставляя себя проглотить их.
Быть может, хотя бы рядом с ним получится?
Джесси немного нахмурился и на мгновение оторвался от книги.
– Почему, когда об этом говорю я, то это звучит как добрый совет, а когда повторяешь за мной ты, то попахивает уже безрассудством?
– Ты прав, – серьёзно кивнула я, пропустив то, что он сказал, мимо ушей. – Я сдам экзамены, скажу отцу, что уеду в Ривдэйл и стану следователем по телу, чего бы мне это ни стоило! Начну глубже изучать артефакторику, и мои изобретения заполнят все отделения полиции Роаны! Признаюсь Кристиану и раз и навсегда покончу со всеми недомолвками, чтобы начать сначала! Да, так и сделаю!
–Я не то имел в виду! – попытался урезонить меня брат.
Он даже книгу отложил и сел на постели.
– Нет, Джесси, ты прав. Надо учиться говорить то, что у меня на душе, чтобы однажды быть услышанной и ни о чем не жалеть!
– Только дураки орут о том, что им в голову взбредет. Ты должна же это понимать?! – посмотрел он на меня так, словно из последних сил пытался успокоить. – Поговори с отцом, и для начала этого будет достаточно. Ну, сама подумай, какому парню понравится девчонка, что сама припрёт его к стенке? «Женись или умри», так что ли?
Всё, что говорил мой брат, было правдой. Это было сумасбродством, но… Я вдруг сгорбилась, точно древняя старуха, и обняла себя руками за плечи.
– Я совсем не сплю, Джесси, – прошептала я, признаваясь в том, о чем не говорила до этого момента никому. – А если засыпаю ненадолго, то вижу лишь его глаза в своих снах. Я не могу есть. Каждый раз заставляю себя. Не могу думать ни о чем и ни о ком так, как постоянно думаю о нем. У меня такое чувство, что меня выкинули посреди океана, и я отчаянно пытаюсь доплыть до берега, но всякий раз меня сносит всё новой и новой волной. Я не знаю, что это? Любовь? Увлечение? Одержимость? Но это убивает меня… Это притяжение сводит с ума! Точно на меня нацепили невидимые наручники, приковав к нему, и с каждым днём звеньев между нами становится всё меньше и меньше. А когда они исчезнут совсем? Что тогда? – посмотрела я на брата, уже не скрывая отчаянья во взгляде. – Я сделаю это после экзаменов. Просто сделаю, и плевать, что будет потом.
Казалось, мир вокруг меня остался прежним. В нём всё так же присутствовала семья, Джесси, безбедное существование, лучшая школа столицы. Я всё так же могла позволить себе практически всё, что угодно девичьему сердцу. Но в то же самое время, если раньше мне казалось, что я смотрю навстречу яркому летнему дню, что краски вокруг так ярки и радостны, что порой невозможно сдержать смех, то теперь, с каждым новым днём, кто-то всё плотнее зашторивал окна в моей комнате, сантиметр за сантиметром задвигая плотные шторы, оставляя меня наедине с пустотой каменных стен. Неужели всё дело в чувстве, к которому я оказалась совершенно не готова? Зачем этот мальчишка только появился в нашем доме?!
Я как могла, старалась погрузиться в учебу. Мне всё ещё нужны были хорошие баллы для поступления в колледж, и я всё ещё не могла решиться на разговор с отцом. Просто не чувствовала в себе моральной силы противостоять ему. Я была измотана. Что уж говорить о том, что не представляла, как именно будет происходить разговор с Кристианом? В моём сердце поселились несвойственные мне сомнения и нерешительность. И я знала единственное спасение от того, чтобы не утонуть в этой пучине…
– Ну, сегодня ты превзошла даже саму себя, – негромко заметила мама, стоило мне спуститься в гостиную.
Это было воскресное утро, и я намеревалась наведаться в библиотеку, скорее больше для того, чтобы проветриться, нежели для того, чтобы впрямь найти полезные книги. Наша домашняя библиотека могла бы легко дать фору городской по качеству подобранной литературы.
Но мама не смогла проигнорировать мою розовую шифоновую кофточку с высоким воротником, лиловый пиджак и ярко-малиновую юбку в пол. Конечно же, от нее не укрылись и нежно-розовые лакированные туфли.
– Однажды тебя просто заметут, ты ведь в курсе? – фыркнул Алан, бросив на меня насмешливый взгляд. В это утро он с увлечением читал свежую газету, сидя за чашечкой крепкого ароматного кофе. – Нам придётся заплатить немалый залог, чтобы вытащить тебя?
– Полагаю, вы сможете найти деньги, – изогнув бровь, буркнула я.
Алан ничего не ответил, но улыбка его стала шире, и, казалось, он едва сдерживается, чтобы не расхохотаться в голос.
– Куда ты собралась в таком виде? – игнорируя насмешки моего брата, поинтересовалась как всегда безупречная с головы до ног миссис Ро.
– В библиотеку, – гордо заявила я, на что получила порцию уже не скрываемого смеха со стороны старшего брата.
– В таком ви…
Мама не успела закончить, как из-за моей спины послышался голос отца.
– Замечательно! Полагаю, Кристиан не откажется тебя сопроводить.
Слова отца, словно тонким лезвием, рассекли моё самообладание.
Я резко обернулась, чтобы сперва встретиться с ничего не выражающим взглядом отца и обжигающе-колючим взглядом Кристиана. Он не выглядел воодушевлённым этой идеей. Это так легко читалось в отражении его глаз и так больно отражалось у меня в душе.