Не злите джинна из бутылки

– Если мне холодно!

– Да вовсе в квартире не холодно, – запротестовал Леня и в доказательство потрогал батарею.

Лицо его тут же вытянулось, потому что батарея была ледяной.

– Ну, что я говорила? – горестно вскричала Лола. – Как только на улице устанавливается мерзкая погода, тут же отключают отопление! Звони немедленно в ЖЭК!

– Куда я буду звонить, если сегодня воскресенье! – разозлился Леня, который, как всякий мужчина, терпеть не мог, когда поручают какое-нибудь дело. – Их же никого нет! И вообще, сейчас все-таки не мороз, в квартире тепло, это у тебя озноб на нервной почве. Прими успокоительное и ложись пораньше спать!

Лола надулась и ушла к себе. Прошло часа два. В квартире действительно похолодало. Лола появилась в кухне, неслышно ступая в толстых шерстяных носках. На ней был теплый халат, шея обмотана клетчатым шарфом.

– Ну ты даешь! – развеселился Леня. – Ну и чучело!

Лола молча налила себе чашку горячего чая с мятой, положила туда две ложки меда и снова ушла к себе. Пу И, наевшись орехового печенья, дремал в подушках. Лола пристроила у кровати масляный обогреватель и хотела было ложиться, но вспомнила кое-что важное. Маркиз удалился в ванную, тогда Лола снова прошла в кухню и прихватила с холодильника клетку с попугаем. Перришон жался в углу, нахохлившись, и посмотрел на Лолу с благодарностью. Выразить благодарность словами у него не было сил.

Среди ночи Лола проснулась. Кто-то настойчиво царапался в дверь. Лола долго подвигала себя встать и сделала это только после негодующего мява из-за двери. В щелку тут же проскочило что-то большое и черное. Лола выглянула в коридор. Из-под двери Маркиза немилосердно дуло – Ленька назло всем еще и форточку не закрыл. Лола недоуменно пожала плечами и подхватила кота, он был ужасно холодный. Аскольд тут же устроился на кровати поближе к обогревателю и блаженно замурлыкал. Пу И даже не проснулся.

Отопление включили в десятом часу утра, очевидно, работники ЖЭКа, придя на службу, сами сильно замерзли, или замерзшие жильцы с утра пораньше успели устроить грандиозный скандал. К утру Лола и звери так согрелись, что даже Пу И отважился высунуть нос из-под одеяла, кот валялся пузом кверху с самым счастливым выражением на усатой морде, а попугай тихим голосом пел в клетке романс «Не говор-рите мне о нем!..». Дальше дело стопорилось, поскольку больше одной строчки он выучить не мог.

Лола отключила обогреватель и вышла в коридор. В квартире было тихо, только в кухне сонно урчал холодильник. Из Лениной комнаты не раздавалось ни звука, и сквозняка как будто не было. Ушел, что ли, куда-то с утра пораньше? Лола удивилась мимоходом, пожала плечами и отправилась в ванную.

Появившись оттуда минут через сорок в самом радужном настроении, она с удивлением услышала из комнаты своего компаньона странные звуки – так скрипит на сильном морозе несмазанная дверь железнодорожного пакгауза.

Из ее спальни, пошатываясь со сна, вышел кот. Он вытянул вперед передние лапы и пригнулся к полу. Потом собрал все лапы вместе и выгнулся верблюдом, после чего немелодично муркнул и отправился в кухню. Лола поняла намек, выпустила попугая из клетки, Пу И уже ожидал их возле холодильника.

Лола долго возилась со своими хвостатыми питомцами, потом неторопливо пила кофе, потом зазвонил телефон. Проходя мимо комнаты Маркиза, она снова услышала странные звуки. В этот раз было похоже, что где-то наверху прочищают засорившуюся трубу. Лола поморщилась при мысли о сантехниках, но ее отвлек телефонный звонок.

Она поболтала совсем недолго – всего-то минут тридцать пять, максимум час, потом уселась перед зеркалом и занялась детальным исследованием собственного лица. Оторвал ее от этого увлекательного занятия Пу И. Он вспрыгнул на столик, разбросал все тюбики и коробочки, да еще вымазался пудрой. Лола не стала ругаться, а подхватила песика и поцеловала в нос.

И в это время раздался звук, напоминающий шум реактивного самолета, преодолевающего звуковой барьер. Лола вздрогнула, люстра зазвенела печально и мелодично, Пу И перетрусил и полез прятаться в подушки.

– А-ах! – послышалось снова. Лола с опаской растворила окно и выглянула во двор. Погода сегодня была получше, дождь прекратился еще ночью, свинцовые тучи в небе понемногу уступали место круглым аккуратным облакам, и даже далеко в уголке просвечивал уже крошечный кусочек бледно-голубого неба.

Под окном возле открытого люка возились трое деловитых мужичков в зеленой униформе с надписью «Водоканал», рядом с ними маячил управдом Сан Саныч с неизменной папочкой под мышкой.

– А-ах! – бухнуло с новой силой, так что Лола от неожиданности едва не выпала из окна, а управдом поднял голову и посмотрел с дежурной подозрительностью, которой он по долгу службы встречал любое явление, будь то непредвиденный наезд начальства или следы антисоциального поведения чьей-то собаки на лестничной площадке.

– Во дает! – уважительно высказался самый старший из рабочих, и до Лолы наконец дошло, что звуки доносятся из-за стенки, из комнаты Маркиза.

Перед дверью сидел кот Аскольд и удивлялся.

– Леня, ты дома? – опасливо спросила Лола.

В ответ что-то булькнуло, потом снова раздался звук прочищаемой трубы. Лола недоуменно переглянулась с котом, тот явственно пожал плечами.

– Аскольдик, не уходи, я боюсь… – прошептала Лола.

Кот внял ее мольбам, и Пу И, которому вечно больше всех надо, первым ворвался в комнату.

Там стояла ужасная духота, потому что батареи жарили вовсю. На кровати, закутавшись в плед, сидел Леня и шумно сморкался в большой клетчатый платок.

– Что это с тобой? – холодно поинтересовалась Лола. – Почему ты не встаешь?

– Лолка! – трагическим голосом ответил ее компаньон. – Я, кажется, заболел…

– Да что ты? – притворно удивилась Лола. – Неужели?

– Горло болит ужасно, ни говорить, ни глотать не могу, тут все заложило. – Слабой рукой он потер грудь. – Кашель… в ухо стреляет, наверное, у меня пневмония!

– Как у Петра Первого? – ядовито поинтересовалась Лола. – Успокойся, у тебя обычная простуда, не надо было голым перед форточкой расхаживать! Вечно тебе жарко!

– Откуда ты знаешь, что простуда? – капризно заговорил Леня. – Может, у меня бронхит!

– При бронхите температура, а у тебя… – Лола издали потрогала ему лоб.

– Да у меня… – Тут Лолин боевой товарищ зажмурился и оглушительно чихнул.

– А-ах! – ударной волной Лолу отбросило к дальней стенке, со шкафа свалилась кипа старых журналов, Пу И упал в обморок на ковре, а кот, зажмурившись и прижав уши, рванул вон из комнаты.

– Ну, ты даешь! – вскричала Лола, как давешний работяга. – Предупреждать надо!

– С утра мучаюсь, а тебе и горя нет! – обиженно заговорил Леня. – Полная квартира, а стакан воды подать некому! Так помру, а ты только через неделю спохватишься, отчего это никто кофе не варит!

«Так тебе и надо, – хотела ответить Лола, – нечего было вчера надо мной издеваться, называть чучелом и психопаткой».

Но ее компаньон выглядел таким несчастным, а Лола по природе своей была девушкой незлой, так что она решила не вредничать.

– Ну ничего, побудешь в тепле денек-другой, все пройдет, – миролюбиво сказала она.

Маркиз обиженно молчал, потом покашлял напоказ и снова чихнул. Но Лола была уже подготовлена, так что должного эффекта не получилось. Леня утомленно откинулся на подушки и заявил, что ему очень и очень плохо, у него жар, головокружение, давит в груди и пульс какой-то не такой. Лола попробовала сама посчитать пульс, но вообще его не нашла. Тогда ее компаньон слабым голосом признался, что у него с самого утра ужасный звон в ушах – наверное, сильно повысилось давление, и глаза как-то плохо видят, все мутно, как в тумане. На здравое предложение Лолы встать, умыться, побриться и привести себя в порядок Маркиз ответил возмущенным мычаньем.

Зрелище болеющего мужчины вряд ли может кому-то доставить удовольствие, поэтому Лола удалилась якобы для поисков градусника, который нашелся удивительно быстро. Она сунула больному градусник и вышла ненадолго с Пу И.

Они вернулись минут через двадцать – Пу И сам потянул ее домой. Лола сняла сапоги и на цыпочках подкралась к двери. Ее верный друг и компаньон лежал, вытянувшись на кровати, глаза его глядели в потолок с самым скорбным выражением.

– Как ты? – посочувствовала Лола.

– Ужасно! – простонал Леня.

– А какая температура?

– Повышенная! Тридцать семь и два! Ну дадут мне в этом доме когда-нибудь чаю?

Далее в комнату больного были отнесены:

– две большие кружки сладкого чая с лимоном;

– вазочка малинового варенья;

– четыре рогалика, обильно политые медом;

– килограмм апельсинов, которые, как известно, содержат больше всех фруктов витамина С;

– пара бананов и коробка зефира для смягчения боли в горле;

– чашка какао, сваренного на цельном молоке с большим количеством сахара для поддержания сил.

Употребив все это по назначению, Леня несколько оживился, признался, что ему стало получше и что он бы сейчас чего-нибудь съел. И что если Лола настаивает, то он, так и быть, сделает над собой усилие и явится на кухню самостоятельно.

Плотный завтрак состоял из омлета из четырех яиц с луком и грибами, а также двух толстенных сарделек, которые так и назывались «Толстячок». К кофе Маркиз вытребовал последние булочки с шоколадом, да еще ворчал, что осталось всего две – изо рта, мол, вырывают, знают, что тяжело больной человек за себя постоять не может. Лола решила молчать и не реагировать ни на что – все знают, что слегка простуженный мужчина становится дома совершенно невозможным, он каждые полчаса измеряет температуру, жалуется на боли во всех существующих частях тела, тиранит домашних, утверждая при этом, что его никто в этом доме не любит и не ценит и что когда он умрет, то все они об этом пожалеют. И еще много всяких сентенций в таком духе.

Все придирки и причитания доставались на долю Лолы, поскольку остальные сожители Лени Маркиза, четвероногие и пернатые, благоразумно скрылись с его глаз, как видно, руководствуясь интуицией, той самой, что помогла таиландским слонам заранее предчувствовать цунами и убежать в горы.

Попугай Перришон сам забрался в клетку, Пу И валялся в Лолиной комнате на брошенном ею в спешке халате, кот Аскольд удобно устроился в гостиной на подоконнике между цветочными горшками. Он с интересом поглядывал на птичек, лениво провожая глазами падающий желтый лист и задумчиво покусывая очередной цветок фиалки.

Так продолжалось полдня, и вот, когда Лола с тоской раздумывала, что бы приготовить этому троглодиту на обед, из комнаты больного раздался вдруг крик, что-то упало на пол и покатилось со звоном, после чего на пороге появился Маркиз, всклокоченный, с выпученными глазами, в руках он держал осколки чашки.

– Ну что ты хулиганишь? – недовольно спросила Лола. – Поспал бы хоть немного…

– Какое спать! – возопил Леня. – Лолка! Случилось страшное! Я вспомнил, что сегодня у меня встреча с заказчиком! В пять часов в японском ресторане «Цветок сливы»!

– Ты же никогда не любил японскую кухню, – удивилась Лола, – так что все к лучшему – позвони, предупреди, что заболел и прийти не сможешь. Кстати, что за заказчик? Почему я ничего не знаю?

– Потому что это первая встреча! Нет, никак нельзя, с первого же раза я буду переносить встречу, это несерьезно… – забормотал Леня, – это говорит не в пользу моего профессионализма.

Все элегантные операции по безболезненному отъему денег у весьма обеспеченной части населения страны (с бедными гражданами Леня никогда не связывался, утверждая, что себе дороже обойдется) Маркиз осуществлял самостоятельно, привлекая по мере необходимости проверенных помощников. Однако, поскольку он был весьма известен в узких профессиональных кругах, то позволял себе время от времени брать заказы. Всегда найдутся индивидуумы, которым требуется ловкий неболтливый человек, который способен, не привлекая к себе внимания, вернуть, к примеру, похищенную фамильную драгоценность, или тихо и быстро изъять важные документы, или добиться конфиденциального разговора с ВИП-персоной и передать ей нечто, сильно ее, персону, интересующее, таким образом, что ничьи посторонние уши ничего не услышат…

Заказы Леня брал только у тех людей, кто мог предоставить ему солидные рекомендации. Было в городе несколько уважаемых, проверенных личностей, которым Маркиз доверял, в разумных пределах, конечно. Потенциальному заказчику следовало сослаться на одного из них. Эта система была отработана и действовала безотказно, поскольку каждая сторона четко выполняла оговоренные условия. Именно поэтому Маркиз так обеспокоился.

– Ну так возьми себя в руки, побрейся опять же, причешись и ступай в японский ресторан! Выпьешь там сакэ подогретого, может, полегчает! – с сердцем сказала Лола, поскольку компаньон безумно надоел ей за сегодняшний день.

– Ты соображаешь, что говоришь? – закричал Леня и тут же закашлялся. – Ты соображаешь, что говоришь? – просипел он. – Больного человека гонишь на холод! Ведь на улице уже не лето! У меня же температура!

– Не валяй дурака! – Лола рассердилась по-настоящему. – Нет у тебя никакой температуры! И было-то тридцать семь и два, а теперь и вовсе нормальная! Подумаешь, чихнул два раза!

– У меня ужасная слабость! – Маркиз тут же плюхнулся на подушки и закатил глаза, как Пу И, когда изображал обморок. – Просто руки не поднять! И все болит – голова, горло, зубы…

– Ну, зубы-то точно болят отого, что жевать устали! – рассмеялась Лола. – Тоже мне, больной – аппетит тройной!

– Вот ты какая! – Леня приподнялся и тут же обессиленно упал снова. – Вот как раскрывается человек в трудную минуту! Я-то по-другому о тебе думал…

– Если у тебя все, то я пошла, – строго сказала Лола, – у меня дел невпроворот!

– Стой! – приказал Маркиз. – Стой где стоишь и слушай внимательно! Не хотел я этого делать, очень не хотел, да, видно, придется. У меня положение безвыходное, а то бы – никогда! Придется тебе идти на беседу с заказчиком вместо меня! Скажешь, что у меня срочное дело, выслушаешь все, что он скажет, и передашь мне. Думаю, что с таким простым делом ты сумеешь справиться.

Лола тут же обиделась. Да кем он себя считает, этот сопливый ипохондрик? Тоже мне, Джеймс Бонд доморощенный! Однако идти на встречу не хотелось. Вдруг клиент обидится, что вместо Маркиза пришла она, посчитает ее несерьезной и не стоящей доверия… Некоторые мужчины предубеждены против женщин, они уверили себя, что место женщины – в кухне или возле телевизора, можно еще детей ей поручить, но в бизнес пускать никак нельзя. Такому типу уж если что втемяшилось в голову – нипочем его не переубедить. Она не справится с заданием, и Ленька будет вспоминать ей это всю оставшуюся жизнь.

С другой стороны, Лоле так надоело слушать нытье компаньона, что она готова была согласиться на что угодно, лишь бы вырваться ненадолго из дома. Пускай ему кот чай с лимоном подает в постель. Хотя с кота где сядешь, там и слезешь…