Сувенир для олигарха

– Эта болезнь… ну, которая у той крысы… она очень опасна? – робко пролепетала она.

– В сорока пяти случаев из ста – летальный исход! – сурово ответил Леня и, видя, что лицо несчастной хозяйки приобрело цвет Лолиного любимого сыра рокфор, смягчился: – Но если вовремя захватить, то вполне возможно, что вылечитесь, и даже осложнений не будет… А осложнения, имейте в виду, могут быть самые что ни на есть тяжелые, вплоть до полного паралича!

Дама охнула и осела на руки подскочившей Лоле.

– Ну я так и знала, – простонала она, – так и знала, что будет несчастье! Покойника сегодня видела! Как раз прихожу утром, а его выносят! Это со второго этажа Федор Ефремович умер.

– Отчего? – спросила Лола.

– От старости, одинокий больной был старик, ну я так и знала, что не к добру! – И она залилась слезами.

– Доктор, успокойте больную! – вскрикнула Лола.

С помощью Маркиза расстроенную даму отволокли на диван. Леня строго спросил фамилию и вытащил из кармана чистый бланк. Разные нужные бумажки он всегда носил с собой.

– Значит, сестра вам выпишет направление на анализы, завтра с утра ступайте в свою участковую поликлинику, там они в курсе. И еще дайте координаты своего жильца, его обязательно нужно обследовать!

– Но я не знаю, как его найти! – жалобно возопила хозяйка. – Мне порекомендовал его Эдуард Семенович, я знаю его много лет!

– Адрес этого самого Эдуарда Семеновича! – рявкнул Маркиз.

Хозяйка дрожащей рукой записала адрес.

– Где у вас телефон? – Леня вышел в прихожую.

Лола в это время под предлогом обрабатывания всех щелей, тщательно обследовала помещение.

– Сестра, вы закончили? – Леня стоял на пороге. – Тогда едем, еще много работы…

И они отбыли, оставив хозяйку квартиры в расстроенных чувствах.

– Слушай, я ничего не нашла, никаких следов! – пожаловалась Лола в машине. – То есть квартира безусловно та самая, я узнала комнаты и мебель, но все чисто, никаких пятен!

– Да был ли он вообще? – ворчал Леня. – Раз «труповозка» увезла совершенно постороннего старика, то куда этот-то делся? Ладно, сейчас узнаем у Эдуарда Семеновича.

– Как бы она его не предупредила… – с сомнением проговорила Лола. – Не все же такие идиотки, как она, еще не пустит в квартиру…

– Не сможет она его предупредить, что я, по-твоему, у телефона делал? – буркнул Леня. – А ты тоже хороша, не могла утром выяснить, того ли покойника вывезли.

– Да какая разница, вывезли, не вывезли, – вскипела Лола, – главное, ночью он был, а потом пропал! И где его искать, понятия не имею!

Они сняли в машине белые халаты и появились у нужной квартиры уже в цивильном.

– Кто там? – спросили за дверью в ответ на звонок.

– Милиция, – гаркнул в ответ Маркиз, – уголовный розыск! – И сунул в глазок красное удостоверение, которое тоже постоянно носил с собой на всякий пожарный случай.

– Что еще такое… – заворчал Эдуард Семенович, но послышался звук отпираемого замка, – что еще за надобность до меня…

– Вы рекомендовали жильца Ангелине Сергеевне Кукушонок? – с места в карьер начал Маркиз, увидев перед собой тщедушного старичка с румяной лысиной.

– Да-а… – растерянно ответил старичок, – а в чем, собственно, дело?

– А в том, что ее сегодня обокрали! – припечатал Маркиз и добавил сурово: – Будем признаваться или будем запираться?

– Но-но-но, а я тут причем? – задиристо сказал старик, отступая, впрочем, в глубину квартиры, и добавил склочно: – А вы из какого отделения милиции – из девятнадцатого или из двадцать третьего?

Но Леня не попался на провокацию, не на того напали.

– Из городского, – веско произнес он, – из городского отделения! Отдел по борьбе с кражами в особо крупных размерах!

– Как, – удивился старикан, – неужели у Ангелины – в особо крупных размерах?… Да у нее и красть вроде нечего…

– Вопросы будем задавать мы! – находчиво ответил Леня и тут же задал этот самый вопрос: – Как фамилия человека, которого вы рекомендовали гражданке Кукушонок? Его координаты?

– А вы, простите, кто будете по званию? – поинтересовался упорный Эдуард Семенович.

– Капитан милиции Несгибайло, – сурово отчеканил Маркиз и помахал перед стариканом закрытым красным удостоверением, – а это – старший лейтенант Тузикова!

Лола заморгала глазами и раскланялась.

– Товарищ капитан, – заныл старик, – да я его фамилии-то и не знаю. Так, один тип, Мика его зовут…

– Кто таков?

– Честно говоря, темная личность, мелкий жулик, – признался старик, – но я его давно знаю… Жулик-то он жулик, но не полный дурак, не стал бы обносить квартиру, ведь на него сразу выйти можно…

– Адрес! – сурово пресек нытье старика Маркиз.

– Где-то у меня было… – старик скрылся в дебрях квартиры и вернулся с бумажкой в руках, – тут недалеко, на Торжковской… Ну надо же, какая история с Ангелиной-то, – он сокрушенно покачал головой.

– Нечего в дом всяких проходимцев пускать! – наставительно произнес Маркиз. – Вы же сами и посодействовали.

– А я что? – старик почесал розовую лысину. – Мое дело – предложить. Она сама согласилась, на деньги польстилась, дура…

Эдуарду Семеновичу наказали сидеть дома, предупредив, что еще вызовут.

Машина свернула на Торжковскую, Леня слегка притормозил, ища нужный дом.

– Мика, Мика, – бормотал Маркиз, – какой же он Мика, когда ты говорила, что он Глеб?

– Это конечно не он. Мика, наверное, только насчет квартиры договорился, а Глебу дал ключ, чтобы хозяйка его не видела… Вон в тот тупик, – Лола махнула рукой, – там и машину припарковать удобней…

Они уже ехали вдоль дома, когда вдруг что-то большое и темное пролетело мимо и шлепнулось на капот стоящей у дома иномарки. Раздался глухой тяжелый удар, а следом дикий женский крик, который едва не перекрыл вой включившейся сигнализации.

Маркиз мигом приткнул машину к обочине.

– Пригнись, – резко прошипел он, – пускай люди думают, что машина пустая…

– Судя по всему, это тот самый нужный нам подъезд, – прошептала Лола, разглядывая список квартир в театральный бинокль, который валялся у Маркиза в бардачке опять-таки на всякий случай. – И квартира этого Мики на шестом этаже. Не бывает таких совпадений, должно быть, это он спикировал… Неужели тот божий одуванчик его предупредил, и Мика решил от страха перед милицией покончить с собой?

– Я тебя умоляю! – отмахнулся Маркиз. – Тут не мелодрама, а триллер! Ему помогли.

Вокруг упавшего человека и поврежденной машины собирались многочисленные зрители. Кто-то потрогал безжизненное тело и безнадежно махнул рукой – покойник! Женщина не переставая выла, ее никто не успокаивал – еще не успели.

– Смотри, вон они, больше некому! – зашептал Маркиз.

Из подъезда вышли двое – подтянутый, аккуратно одетый мужчина и девушка. Девица была интересная, высокая длинноногая блондинка. С виду пара была самая обычная, но что-то Лолу насторожило. Во-первых, они молчали. Девушка не улыбалась и не оглядывалась на своего спутника. Он же вышел из подъезда первым и даже не придержал для нее дверь. Такое невежливое поведение простительно невоспитанным подросткам, но когда мужчина совершенно не интересуется своей более чем интересной спутницей… это значит… это значит, что у них чисто деловые отношения.

– Не бывает совпадений, – шепнул Леня и тихонько тронул машину с места, – несомненно это они попросили несчастного Мику полетать.

– Неужели этот божий одуванчик с розовой лысинкой их предупредил? – изумилась Лола.

– Думаю, старикан ни при чем, они просто подчищают концы, чтобы никаких следов не осталось.

Двое все так же шагали молча, не оглянувшись на сборище возле трупа, что несомненно говорило в пользу умозаключений Маркиза. Они сели в ожидающую машину только через два квартала.

– Машина несомненно угнанная, так что нет смысла записывать номер, – вздохнул Леня, – долго я за ними ехать не смогу – рассекретят.

– А долго и не надо, – заметила Лола, – вон девица выходит.

Девицу высадили у большого магазина женской одежды, и Лола тоже выскочила почти следом за ней, прихватив пакет с необходимыми для слежки принадлежностями.

Войдя внутрь, девица не стала торопиться – если женщина бежит по магазину дамской одежды и косметики, это значит, что либо у нее украли кошелек, либо она сперла что-то и теперь удирает от возмездия. То есть она обязательно вызовет подозрения. Девушка выглядела вполне прилично, одета была неброско, но летний брючный костюм был несомненно очень дорогим. Не то что Лола: в простых бежевых брюках и шелковой блузке цвета кофе с молоком, стянутой узким ремешком.

Девица не спеша двигалась по магазину, изредка задерживаясь у зеркальных витрин.

«Проверяет, нет ли слежки!» – сообразила Лола и сделала равнодушно-скучающее лицо.

Девица застряла в отделе сумок, попросила показать одну, потом вторую. Лола в это время скользнула в кабинку для переодевания, вытащила из пакета темно-рыжий кудлатый парик и ярко-красную трикотажную кофту навыпуск. Мигом убрав волосы под парик, Лола запихнула в пакет ненужную блузку и выскочила из примерочной, как оказалось, очень кстати, потому что преследуемая девица припустила к выходу из магазина. Лола выскочила почти следом, надеясь, что она достаточно изменила свою внешность.

Девица бойко чесала по улице, завернула за угол и вошла в здание, на котором было несколько вывесок. Лола рванула за ней и успела заметить, как девица в холле распекает немолодую тетку в форме уборщицы. Та стояла молча, но в глазах ее, по наблюдению Лолы, отражалось сильное недовольство.

Девица закончила отповедь и неторопливо пошла по коридору, цокая каблуками, уборщица злобно швырнула швабру и пнула ногой ведро с водой, проворчав что-то себе под нос.

Лола придвинулась ближе и нерешительно покашляла.

– Тебе чего? – сердито обернулась уборщица, очевидно Лолин вид в парике и красной кофте не внушал ей доверия.

– Хм… как бы мне узнать, кто это сейчас с вами разговаривал? – робко спросила она.

– А тебе-то что за дело? – неприязненно отозвалась уборщица.

Лола отступила за фикус, чтобы никто кроме тетки ее не видел, и вдруг залилась слезами.

– Отбила, отбила, – вполголоса причитала она, – увела, совсем увела, проклятая…

– Кого это она у тебя отбила? – подозрительно осведомилась уборщица. – Кого увела? Мужа, что ли?

– А как вы догадались? – Лола высморкалась в большой платок.

– Что, правда, мужа она у тебя увела? – тетка придвинулась ближе. – Рассказывай…

Лола обстоятельно рассказала, как муж ее Витенька стал поздно возвращаться домой, все врал ей, что срочная работа, а от самого пахнет такими духами – наверное, французские… И в выходные тоже норовит из дома улизнуть, все у него работа. Она, Лола, не лыком шита, отпустила его в прошлую субботу, а сама и проследила. И увидела, что он встречается с этой… вот что сейчас-то тут была. С тех пор Лола следит за ней и вот только теперь узнала, где разлучница работает. Так что уж будьте так добры, помогите… а уж она-то не постоит…

В подтверждение своих слов она сунула тетке две сложенные пополам сотенные купюры.

– Это можно, – оживилась тетка, – адрес-то я тебе скажу, вот только ты не перепутала? Потому что баба эта, Елена-то Ферапонтова, секретаршей в нашей фирме работает и у директора в любовницах состоит. Оттого и чувствует себя здесь полной хозяйкой, что директор делает все как она велит! Просто крутит им! Вот как мужика в руки взяла!

Лола заверила, что девица та самая, стало быть она многостаночница, а таких вообще надо поганой метлой выметать! Уборщица от души с ней согласилась, сбегала куда-то и принесла адрес и телефон злой разлучницы. Лола поскорее убралась подальше, сжимая в кулаке заветную бумажку.

Леня подхватил ее в машину через три квартала и, выслушав Лолу, огорченно развел руками, сообщив, что второго фигуранта он упустил. Тот бросил машину и рванул проходными дворами, а когда Леня, чуть погодя, бросился следом, того и след простыл.

– Ничего, теперь у нас есть адрес и место работы этой самой Елены Ферапонтовой, – великодушно сказала Лола, – а то, что тот второй, ее партнер, так удачно от тебя ушел, доказывает, что мы с тобой не ошиблись, и эти двое несомненно приложили руку к смерти Мики.

– Значит, кто-то договорился с Микой о найме квартиры, потом послали туда твоего Глеба, – пробормотал Маркиз, – а потом Мику устранили, чтобы не дал никакой наводки, если кто будет искать…

– Но почему не хозяйку и не этого самого Эдуарда Семеновича?

– Да потому что они могли указать только на безобидного Мику, а вот с Микой уже имел дело кто-то из этой компании, которая и заварила всю кашу! Даже странно, что тебе приходится объяснять такие элементарные вещи! – всерьез рассердился Маркиз.

– Зато я не упустила свой объект! – не осталась в долгу Лола. – Успешно довела эту девицу до места службы и раздобыла всю подноготную всего за двести рублей.

– С ума сойти, – вздохнул сразу присмиревший Маркиз, – человек способен предать ближнего за такие скромные деньги!

– Она бы и задаром согласилась мне все рассказать, – уверила Лола, – просто эта Елена Ферапонтова ее допекла! Уборщицы – великая сила, они все всегда про всех знают! Никогда не следует недооценивать уборщиц!

Так незаметно, за Лолиными разглагольствованиями они доехали до дома. Лола сняла наконец жуткий темно-рыжий парик и красную кофту и стала прежней вполне привлекательной Лолой. Она весело двигалась по кухне, что-то напевая. Голодный мужчина социально опасен, это знают все замужние женщины. Лола никогда не была замужем, но столько времени прожила с Маркизом под одной крышей, что прекрасно изучила науку семейной жизни. Поэтому сейчас она отбросила все мысли, кроме одной: накормить своего компаньона как можно быстрее.

После того как Леня съел три куска жареного рыбного филе, полную тарелку жареной же картошки и объемную мисочку салата с помидорами, запил все это двумя стаканами крепкого сладкого чая с яблочным пирогом из близлежащего кафе, Лола смогла вздохнуть спокойно. Четвероногие и летающие троглодиты тоже получили свое, и Лола наконец перевела дух.

Она откинулась на спинку диванчика в кухне и спросила, закуривая сигарету: «И что же теперь, собственно, Ленечка собирается делать»?

– Что делать, что делать, – проворчал Маркиз, – придется включаться в операцию. Они ведь так просто от меня не отвяжутся. Если я откажусь, то труп твоего бывшего любовничка мигом где-нибудь всплывет! Да еще и пистолет рядом будет лежать с твоими пальчиками, доказывай потом в милиции, что ты не верблюдица!

– Поосторожней в выражениях! – обиделась Лола.

– Если я тебя сумею переправить за границу, то все равно они не отвяжутся, придумают еще что-нибудь, чтобы меня зацепить, – рассуждал Леня, не обращая ни малейшего внимание на обиженное замечание Лолы, – сам же я уехать не могу, не хватало еще бегать от всякой мрази вроде Хорька!

– Разумеется, не можешь, – поддержала его Лола, – куда мы денем свой зверинец? Ну, положим, Пу И я взяла бы с собой…

– Да и найдут они меня, – продолжал Леня, снова совершенно Лолу не слыша, – раз уж я теперь так много знаю… Придется включаться в операцию…

– Ты, Ленька, врешь, – решительно сказала Лола, – ты передо мной выпендриваешься. На самом деле тебе хочется участвовать в этом деле!

– Ты что, рехнулась? – в неподдельном гневе завопил Маркиз.

Но Лола-то знала его лучше, чем кто-либо другой, поэтому она и бровью не повела.

– Вот именно, тебя задело за живое, и теперь ты просто обязан переиграть Хорька и того, кто стоит над ним! Не притворяйся передо мной, я ведь тебя знаю не первый год!

– Уж больно ты умная, – недовольно проворчал Маркиз, – но так или иначе, если бы ты не оказалась замешанной в этом деле, я бы не стал искушать судьбу. Но раз уж все так складывается, то мне ничего не остается…

– Нам ничего не остается, – поправила его Лола, – я с тобой.

Леня хотел ответить что-то резкое, но поглядел Лоле в глаза и передумал.

На следующий день те же самые люди, которые собирались в Париже, сидели в большой, скупо обставленной комнате в центре Петербурга. На столе перед ними было расстелено несколько подробных планов и чертежей. Хорек жирным колобком перекатывался вокруг собравшихся и говорил, перемежая слова энергичными жестами:

– Лазоревский пробудет в Питере четыре дня. Этим временем мы должны воспользоваться. Здесь чемоданчик взять гораздо легче, чем в его подмосковном доме. Там – настоящая крепость, а здесь у него большая квартира на Малой Конюшенной, и хотя охраны достаточно, но все же шанс есть.

– Что же такое у него в чемоданчике, если он даже на несколько дней не может с ним расстаться? – задумчиво проговорил Бич.

Хорек остановился и зло уставился на медвежатника.

– Опять ты! Кажется, я ясно сказал: я не знаю этого и знать не хочу! Мы и без того играем в очень опасные игры, а если еще будем знать тайны таких больших людей, за наши шкуры никто гроша ломаного не даст!

– Зря ты так, – подал голос молчавший до того Вензель, – нам действительно важно знать, что находится в чемоданчике – аппаратура, магнитные носители информации, бумаги или еще что-то. От характера содержимого зависит то, какую технику мы можем применять. Боится ли это содержимое высокой температуры, влаги или электромагнитного воздействия… одно дело, если там документы, и совсем другое – если дискеты или жесткие диски…

– Считайте, что в этом чемоданчике что-то нежное, хрупкое, что его содержимое боится всего на свете, вплоть до малейшего сквозняка! С ним надо обращаться с предельной осторожностью, а больше мы ничего не знаем и знать не хотим!

– Ну, спасибо, – усмехнулся Вензель, – ценная информация!

– Вот она – ценная информация! – Хорек указал на стол. – Я достал все, что только можно. Вот планы квартиры, прямо из архитектурно-планировочного управления, вместе с чертежами переделок. Вот план всего дома, включая схему канализации и вентиляционных каналов. Вот список персонала, сопровождающего Лазоревского в поездке, и того, который постоянно обслуживает эту его квартиру. Вот досье на его охрану.

– Какая фирма устанавливала охранную систему? – осведомился Вензель, взяв со стола несколько схем.

– «Арктур лимитед», – быстро ответил Хорек. Вензель с уважением кивнул и углубился в изучение чертежей.

– А где тут у нас сейф? – промурлыкал Бич и тут же вытащил из стопки пожелтевший чертеж. На лице у него появилось такое выражение, будто он любовался красивой женщиной.

– «Бакенбеккер», лапочка! Ну до чего хорошенький! Тройная защита, встроенная сигнализация…

Голос старого медвежатника стал удивительно нежным и ласковым, казалось, что он разговаривает с ребенком.

Лене не оставалось ничего другого, как заняться просмотром списка персонала.

Этот документ впечатлял. Только охрана Владимира Лазоревского состояла из двадцати человек – и это в поездке! Можно себе представить, как охранялась подмосковная крепость олигарха!

Большая часть охранников в недавнем прошлом служили в ФСБ, ГРУ или других спецслужбах, причем ушли оттуда не по возрасту или состоянию здоровья – Лазоревскому не нужны были старики или инвалиды, он переманивал молодых перспективных офицеров с отличным послужным списком, предложив несравнимо более высокую оплату. Несколько человек были выходцами из криминальных структур – не авторитеты, конечно, но сильные, надежные исполнители. Большинство охранников прошли в свое время через «горячие точки»: Чечню, Абхазию, Приднестровье.

Это была целая армия, маленькая, но очень мобильная и надежная, и во главе ее стоял, как и полагается, генерал – отставной генерал-майор КГБ Лаврентий Урушадзе, когда-то возглавлявший охрану целого ряда высших руководителей бывшего СССР.

Лаврентий был далеко не молод, ему было хорошо за пятьдесят, но, судя по досье и фотографиям, он находился в отличной форме и держал свою маленькую армию железной рукой.

Вторым немолодым человеком в многочисленной свите олигарха был его личный повар Аветик Асланян, толстый, лысый и представительный шестидесятилетний армянин, без которого Лазаревский не мог провести и дня, потому что только Аветик безупречно понимал кулинарные пристрастия своего хозяина и мог приготовить для него настоящее сациви, или настоящее карпаччо из телятины, или настоящую фаршированную рыбу, а не те жалкие подделки, которые подают в ресторанах.

Вообще, к Асланяну олигарх питал самые дружеские чувства и самое большое доверие и обсуждал с ним иногда серьезные финансовые и политические проблемы, полагаясь на его здравый смысл больше, чем на советы своих высокооплачиваемых дипломированных консультантов.

На всякий случай Маркиз отложил досье Асланяна в сторону – с этим человеком имело смысл серьезно поработать, он мог оказаться ключевой фигурой операции.

Ознакомившись со всеми документами, Маркиз поднял глаза на Хорька и сказал:

– Завтра мы погуляем около этого дома.

– Надо ли тебе там светиться раньше времени? – настороженно спросил толстяк. – Сам видишь, какая у него охрана.

– Не беспокойся, меня никто не узнает.

Действительно, на следующий день трудно было узнать Маркиза в смуглом небритом кавказце, лениво прогуливающемся с семьей среди праздной толпы по бульвару на Малой Конюшенной.

Семья новоиспеченного горца состояла из вульгарной рыжей толстушки, в которую превратилась Лола в результате трехчасовой напряженной работы над образом, и ужасно невоспитанного мальчишки лет шести, который постоянно требовал чего-нибудь у своих «родителей».

Появлению в дружном творческом коллективе этого мальчишки предшествовала целая история.

Обычно Маркиз не пользовался городским транспортом, предпочитая автомобиль, собственный или временно позаимствованный у какого-нибудь легкомысленного автолюбителя. Но после «производственного совещания» у Хорька он почувствовал острую необходимость убедиться в отсутствии за собой слежки и спустился в метро. Пересев несколько раз с поезда на поезд и сделав несколько пересадок с линии на линию, он оказался в относительно свободном вагоне, сел на скамью и полуприкрыл глаза, осторожно наблюдая за остальными пассажирами.

На очередной остановке в вагон вошли двое детей, самые обыкновенные вагонные нищие, девочка лет десяти и мальчик лет пяти-шести. Дети были одеты нарочито бедно, но довольно чисто, одежда на самых заметных местах была украшена аккуратными заплатами – простой психологический расчет на то, что люди гораздо охотнее подадут бедному, но аккуратному ребенку, чем грязному и запущенному.

Дети начали громко излагать свою трогательную историю о безжалостно бросившем их отце и безвременно скончавшейся матери, на похороны которой они вынуждены собирать деньги, закончив свое выступление традиционным жалобным обращением:

– Помогите, люди добрые, чем можете! Маркиз, у которого возникла неожиданная идея, дождался, когда дети поравняются с ним, и ловко схватил мальчугана за тонкое запястье.

– Слышь, шкет лупоглазый, – вполголоса обратился он к мальчишке, – заработать хочешь?

– Надька, беги, – вскрикнул мальчуган, безуспешно пытаясь вырваться, – позови Хромого!