В нашем небе рождаются звезды

– Я бы не отказался от отдыха, правда. Просто пока не могу себе это позволить. Кое-что произошло в моей жизни, и я пока не могу к этому привыкнуть и смириться. Ты первая, кому я это говорю.

Молчу, не зная, что ответить на это. Я не умею утешать или демонстрировать сочувствие. Но я решаю попытаться.

– Каждый столкнулся в своей жизни с тем, с чем не может смириться, что причиняет боль. Но, с другой стороны, у нас хотя бы есть шанс пережить это. И у нас есть шанс сделать свою жизнь лучше. И не только свою жизнь, – я улыбаюсь, но при этом чувствую печаль. – Не всем предоставлена такая возможность, – и я действительно знаю, о чем говорю. – Саша, не принимай мои слова близко к сердцу. Я не пытаюсь тебя учить или что-то советовать. Просто у меня длинный язык, который я не умею держать за зубами.

Казалось, он хочет что-то сказать и уже готов это сделать. Но он закрылся. Я понимаю, что должна сменить тему, как-то разрядить обстановку.

– Мне интересно, почему ты так удивился моему вопросу? Неужели тебя об этом не спрашивают? – начинаю тараторить я, а Саша отрицательно качает головой. – Ладно. Знаешь, многие мои сверстники уже имеют детей, а кое-кто уже во второй раз женат. В таком возрасте. Видимо, многих из нас так воспитывали. Взять хотя бы фильмы. Или сказки. Или уроки литературы. Там почти все младше меня даже, а уже замужем или с детьми, или и то и другое. Я понимаю, это все разная продолжительность жизни, программы по увеличению рождаемости и все такое. Хотя мне нравится, когда в этом возрасте люди уже достаточно подготовлены морально для создания новой жизни и смотрят на мир без ложных надежд. Но лично я пока не готова к такому. Может, я еще не созрела. Может, слишком инфантильна. Не знаю. Но мне кажется, что 23 год, как и 25, – это еще так мало. Мы должны хоть немного пожить для самих себя, не торопясь соответствовать чужим ожиданиям. Как ты думаешь?

– Я думаю, что странно говорить об этом вот так. Но в чем-то я с тобой согласен.

Вздыхаю, устраиваясь удобнее, и поворачиваюсь к Саше.

– Хорошо, признаюсь. Я просто не хочу возвращаться в отель и хочу поговорить больше обо всем с тобой. Не подумай, у меня есть друзья и множество знакомых, которые могут поговорить со мной. Но они все далеко. Да и мне просто интересно узнать твой взгляд на некоторые вещи. Как ты относишься к фолку? А к шведскому фолку?

– Что? От рождаемости к фолку? – Саша удивленно вскидывает брови, на что я закатываю глаза.

– Ну же, не будь занудой. На предыдущий вопрос ты уже ответил, и мне показалось, что вопрос демографии и сексуального воспитания в нашей стране тебя не сильно волнует. Поэтому отвечай, как тебе шведский фолк?

– Не думаю, что слышал что-то из такой музыки. Поэтому ничего не могу тебе ответить.

– Я тоже раньше не слышала. На днях наткнулась на группу, мне понравились несколько их песен. Послушаешь?

– Давай.

Интересно, он еще не хочет сбежать от меня? Я поняла бы, если бы он так сделал. Не все люди могут так легко ко мне привыкнуть. Я тянусь за сумкой и достаю плеер с наушниками. Подаю один наушник Саше, один оставляю себе. Ложусь рядом и, пролистав аудиозаписи и найдя песню нужного исполнителя, нажимаю на воспроизведение.

Когда песня заканчивается, я поворачиваюсь к Саше, опираясь на локоть.

– Ну как?

– Ну, как бы тебе сказать. Не совсем то, к чему я привык. Но довольно мелодично. Чаще всего я слушаю музыку старых исполнителей. Из нового я редко что включаю.

– Я тоже. Но и в новом можно найти что-то стоящее. Вот я ищу, даю всем шанс, так сказать. А у этой группы мне нравится смысл песен. Есть у меня такая привычка – переводить все песни, что понравятся.

– И я так делал раньше. А по поводу этой песни… Какая-то она нудная, что ли, непривычно слушать такое.

– Хм. Довольно смело – говорить плохие слова о понравившейся мне музыке. Кое-кто желает почувствовать песок в своих глазах.

– Боже, ты такая милая, – отвечает Саша с сарказмом, но в его голосе слышится улыбка.

– Стараюсь.

Перекатываюсь набок, отчего оказываюсь совсем близко к Саше. Его голова лежит на покрывале, а глаза рассматривают мои. Мне вдруг ужасно захотелось дотронуться до него. Очертить линию подбородка, бровей. Кажется, мои губы приоткрылись. Саша протягивает руку и прикасается кончиками пальцев к моей щеке. Интуитивно я прижимаюсь к его ладони и закрываю глаза. Так доверчиво с моей стороны и непредусмотрительно, но так приятно. Сейчас это кажется таким правильным.

Внезапно звонит его мобильный. В этот момент я пожалела, что изобрели всю эту технику. Место, где он коснулся меня, кажется, теперь осталось без кожи, лишившись его тепла.