Проклятая корона: Слава Иштар

– Но я стал вне закона и …

– Я не лишила тебя моей любви.

Она придвинулась к нему…

***

Храм Амона в Фивах.

Великий жрец Амона не покинул тайной молельни до возвращения третьего жреца. Он хотел все узнать сразу. В последнее время он все хуже толковал волю божества, и оракул Амона стал часто ошибаться, что приносило великому жрецу многие неприятности. Что делать, если он постарел? Силы покинули его тело, и память стала хуже. Он помнил то, что было в давние годы, но забывал вчерашние события.

Ити вошел в молельню и увидел там старика.

– Ты все еще здесь, господин? – удивился он.

– Фараон остался доволен? – спросил великий жрец.

– Да. Воля бога Амона совпала с его волей.

– Но меня пугают Потифер и другие. Что скажут они? Ведь царица-мать во всем слушает Потифера! Этот казнохранитель заметно усилился в последнее время.

– Мы хозяева в Фивах, господин! Ты великий жрец Амона здесь хозяин! И не тебе бояться Потифера!

– Ити, нам не следует слишком возвышаться над знатью священного города. Они всегда поддерживали наш храм!

– Но они мнят себя равными! Вот что опасно, мой господин! Нет выше Амона бога во всей стране Кемет!

– Это так, Ити! Кто же спорит с этим. Но фараон… фараон может не согласиться с нами в этом вопросе.

– Фараон станет думать также как мы, великий жрец.

– Так должно быть. Но на все воля Амона. А сейчас вернемся к нашим делам. Ты обещал найти тех, кто стоит за смертью фараона Камоса. Мне трудно верить в то, что даже в Фивах есть некто, кто могущественнее нас. Но если Камос мертв, то это так.

– Дочь Дагона, господин, принадлежит к жрицам Иштар. И она одна из тех, кто убил фараона Камоса.

– Я готов поверить, что она была орудием врага. Но Иштар богиня любви. И её храмы в Тире и Сидоне весьма далеки от Египта.

– Но она выжила в оазисе Сехмет, господин. А это значит, что «напиток тысячи грез» приготовила она. Она владеет тайными знаниями и потому не пострадала. И она не дала умереть Эбане, ибо он стал оружием в её руках.

– Но из оазиса выбралась еще и Сара, дочь гиксовского воеводы! Почему ты молчишь о ней, Ити?

– Она была в оазисе недолго, господин. Потому смогла выбраться оттуда. Яд не успел отравить её.

– А если она та, кто стоит за смертью Камоса? Если это Сара, а не Атла? Если она владеет древними тайнами? Ты не думал про это, Ити?

– Сара, слишком проста и слишком влюблена.

– Или желает казаться таковой, Ити. Атла не скрывает того, что она жрица, а вот кто такая Сара? Что знаем мы о ней?

– Она дочь Якубхера.

– Это понятно. Но возможно, что и она служит богам.

– Богам?

– Богам, – повторил великий жрец. – Но вот каким?

– Не думаю, что господин прав.

– Я не уверен в том, что сказал, Ити. Но это может оказать истиной. Все нужно предусмотреть…

***

Фивы. Город мертвых.

Эбана и Нектанеб.

Каждый город страны Кемет разделен священной рекой Нил на две части – год живых и город мертвых. На западной стороне было место, где покоились в пышных гробницах, князья, вельможи и жрецы. Там и получил убежище бывший офицер армии фараона Юга Эбана. Некрополь в Фивах уже велик, хотя в будущем ему предстояло стать воистину грандиозным сооружением.

Здесь в городе мертвых среди теней в старой гробнице князя Иниотефа собрались недовольные. Это бывшие воины полка Харати и пираты Нектанеба.

Сам Нектанеб, высокий крепкий мужчина с красивым лицом и черными волосами, в юбке из белого льна стоял впереди. Его фигуру хорошо освещали факелы. Торс пирата обнажен и на его груди видны два старых шрама.

– Нам нужно уходить из Фив, – предложил Нектанеб. – Я соберу всех моих людей, что еще остались, и мы подадимся на Север. В городе Саис в Дельте мы снарядим корабли и выйдем в большое Зеленое море (Средиземное море). Ты с нами, Харати?

– Да, – ответил гигант. – Но я не с тобой.

Нектанеб не понял воина:

– Что это значит?

– Я доверился нашим людям, а они доверились тебе, Нектанеб. Но ты предал мое доверие!

Пират схватился за меч:

– Тебе стоит выбирать слова, когда попадешь на мой корабль!

– Я учту это, если ты сможешь попасть туда.

– А кто мне помешает? – с вызовом спросил Нектанеб. – Ты?

– У нас все решает наш командир! – Харати показал на Эбану, который как раз вышел из тени и скинул накидку.

Пират посмотрел на воина и сказал:

– Ах, это ты, старый знакомый? Не передумал еще служить фараону?

– Я хочу избавить страну от гиксов! Дельта принадлежит египтянам!

– Да какое нам дело до Дельты? – спросил пират. – Я сужу себе самому! Какое мне дело до того, кто властвует в городах Севера? Пусть это будет гикс Хамуду!

– Кто еще так думает? – Эбана осмотрел присутствующих.

Его люди опустили глаза.

– Значит, никто не желает свободы стране Кемет? Неужели вы египтяне? Я ведь также обижен, как и вы. Но я не стану предавать страны, которая была родиной моих предков! Я – египтянин!

– Но мы не нужны фараону! – возразил один из солдат. – Он сам отказался от нас. И многих твоих солдат он предал смерти, Эбана!

– Фараон хоть и равен богам, но он смертен. А Египет будет и после царя Яхмоса. Да и так ли он виноват? Над ним стоят боги и у него много дел. А вот стоящий перед нами пират, предал меня. А завтра он может предать и вас. И вы пойдете за таким вождем?

Нектанеб оправдываться не стал. Он признал то, что сделал.

– Но разве я этим помог лишь себе? – спросил он всех. – Куда вы уйдете, если он будет среди вас? Вы подумали про это? Он станет нам мешать и потому я сделал то, что считал правильным.

Харати сказал на это:

– А вот я считаю правильным свернуть тебе шею.

Гигант сделал шаг к пирату, но Эбана его остановил:

– Не нужно его трогать, друг мой. Он еще пригодится делу великого фараона Юга.

В помещение вбежал дозорный.

– Там солдаты фараона! – сказал он.

– Что? – никто не поверил. – Какие солдаты?

– Откуда им здесь взяться?

– Со стороны жреческих гробниц подошли около трех сотен маджаев! Все отлично вооружены. А со стороны новой гробницы жрецов – еще две сотни! Я все проверил и сразу к вам!

– Да откуда здесь маджаи? – спросил Харати.

– Собрание было тайным!

– Никто не мог узнать про него!

Затем послышались возгласы:

– Нас предали!

– Среди нас враг!

Эбана поднял руку вверх и потребовал тишины:

– Тише! Сейчас не время нам ссориться и искать виновного! Нужно все проверить! Харати!

– Послать двух смышленых воинов на разведку?

– Да. Пусть все проверят.

Но разведка не понадобилась в помещение вошел человек в жреческой одежде с золоченным посохом в правой руке. Эбана узнал своего брата.

– Привет всем воинам, что собрались здесь! – громко сказал Ити. – Хоть и собрались вы не для доброго дела.

– Ты кто такой? – спросил Нектанеб.

– Это мой брат, – ответил Эбана. – Жрец из храма Амона.

Нектанеб положил руку на рукоять меча:

– Убери руку с оружия, – спокойно ответил ему Ити. – Зачем хватаешься за меч, не разобравшись, где враг, а где друг? Да, это место окружено воинами фараона, но я пришел к вам и отдаю себя в ваши руки. Если бы я хотел вам зла, то разве сделал бы такое?

– Что тебе нужно, жрец? – спросил пират.

– Фараону нужны ваши мечи. Ведь вы желаете добычи? Я пришел указать вам на место, где её много.

– А ты уверен, жрец, что мы станем служить твоему фараону? – спросил Нектанеб. – Ведь сейчас мы можем обещать что угодно. Но кто заставит нас исполнить обещание?

Ити посмотрел на пирата без страха. Затем он ответил:

– Скоро армия фараона Яхмоса захватит Север и изгонит гиксов с земли Кемета. И тогда фараон возьмется за вас! Больше не будут ходить по священной реке Нил корабли пиратов. А затем флот моего государя выйдет в Зеленое море и не даст вам жизни и там! И сейчас у вас есть шанс выбрать правильную сторону. Послужите Яхмосу, и он простит вас и наградит. Египту суждено стать великим государством и не вам стоять на пути божественной воли!

Воины Харати стали пересматриваться. Слова жреца поразили их. Смелость этого служителя Амона пришлась им по нраву.

– Что скажет пират Нектанеб? – жрец посмотрел на моряка.

– А что ты предлагаешь нам делать, жрец? Поступить на службу во флот фараона?

– Нет, – ответил Ити. – Я предлагаю вам спасение и защиту.

– Защиту? – усмехнулся Нектанеб.

– Я говорю не о воинах, что окружили вас и готовы перебить по моему слову. Но тот, кто желает вести вас, вот этот пират Нектанеб, думает, что имеет пропуск из фиванского порта. Но это не так.

Пират удивился:

– Не так? Мне дал слово сам Дагон!

– Дагон сейчас в силе и даже я не стал бы с ним тягаться. Но ты не все знаешь, пират.

– И чего я не знаю?

– Большой финикийский купец больше не на твоей стороне. Ты думал, что купил его расположение, предав моего брата? Но это предательство ничего тебе не дало.

– Это еще почему? – не поверил Нектанеб. – Дагон дал мне слово!

– Все просто, пират. Мой брат Эбана и Харати не только не попались в ловушку Дагона, но они похитили Атлу из дома купца и спрятали на твоем корабле. Харати сделал это от твоего имени. И теперь ты похититель любимой дочери купца. А значит, ты его враг. И только я могу защитить тебя.

Нектанеб посмотрел на Харати:

– Ты сделал это?

– Да, - усмехнулся гигант. – Эбана увлечен этой девкой, и я решил сделать командиру приятное.

– Ты похитил дочь Дагона! Ты предал всех нас! И теперь…

Жрец прервал речь Нектанеба и продолжил сам:

– Я предлагаю вам погрузиться на свой корабль и отправиться на Север как вы и собирались. Никто не станет вас преследовать. Но вы должны будете выполнить поручение фараона.

– Какое?

– Про это я смогу сообщить лишь тем, кто станет во главе предприятия. Но дело будет для всех весьма выгодное.

– И если мы согласимся, то…

– То ваш корабль будет снабжен припасами, оружием и другими необходимыми вещами из казны фараона!

Жрец понял, что все присутствующие станут служить фиванскому царю…

***

Фивы. Порт. Атла и Сара.

Красавица проснулась в каюте корабля.

Для жрицы Иштар, которая сама привыкла удивлять своих поклонников, это было полной неожиданностью.

В доме отца она лежала на роскошной кровати, и рядом с ней был мужчина, которому она отдалась сама без всякого умысла, что случалось не так часто в жизни жрицы богини любви. Но потом что-то случилось. Что же? Отчего она ничего не может вспомнить?

Атла откинула покрывало и села на кровати. Над ней был не высокий расписной потолок отцовского дома, а низкий деревянный без всяких украшений. По углам чадили два светильника.

Терпкий запах пота ударил в нос финикиянке (каюта ранее принадлежала Нектанебу), которая привыкла к дорогим благовониям.

– Где это я?

– На борту пиратского судна, которое готово отплыть, – ответил женский голос.

Атла резко повернулась. Перед ней была Сара!

– Сара! Откуда ты здесь?

– Не ждала меня?

– Откуда ты здесь? В доме много слуг.

Сара засмеялась:

– В каком доме? Ты на борту пиратского корабля! Услышь меня, финикиянка!

– На борту корабля?

– Твой нос стал нечувствительным? Ты не слышишь этого запаха пиратских одежд?

– Как я попала сюда?

Примечания