Расследования Степана Волкова: Проклятие Кантакузенов

– Я всеми силами, ваше сиятельство, тем слухам препятствовал. И холопы князя Кантемира сего выболтать не могли.

– Полноте, Степан Андреевич, – засмеялся Бирен. – Нет болтливее слуги, чем русский слуга.

– Ваша светлость, мною приказано из дому никого не выпускать. Хотя и сие не может быть большим препятствием для слухов. Но, возможно, некто иной все сие разносит.

– Иной? Вы о чем, Степан Андреевич? – спросил граф.

– Некто, не принадлежащий к слугам князя Кантемира.

– И кто же это, Степан Андреевич?

– Думаю, ваше сиятельство, сие тот, кому это выгодно и кто все сие затеял.

– Стало быть, вы, Степан Андреевич, не думаете, что сие последствия древнего проклятия? Ведь в Валахии и не на такое способны. Сему есть подтверждения.

– Возможно, ваша светлость. Но в этом случае иное мне видится.

– И что же?

– Некто задумал специально сии слухи по Москве распустить. Из-за умысла тайного.

– Вот про сей умысел, господин Волков матушка-царица и желает все узнать. Конечно, ежели такой умысел был.

– Пока у меня есть лишь предположения, ваша светлость.

– Но тело кухарки Кантемира просто исчезло, господин Волков! Как произойти сие могло? Недавно государыне рассказала про сие её болтушка20 Шаргородская.

– Удивительно мне, ваша светлость, как сие узнать могли?

Бирен засмеялся и сказал:

– Для меня сие такоже загадка, Степан Андреевич. Для меня Москва новый город. Наша Митава21 совсем не то. А болтушки императрицы за новости свои деньги получают. Они все узнать могут.

– Но из дома, после сего случая, никто окромя самого Антиоха Кантемира не выходил. Разве только немой слуга. Но что он мог рассказать? – недоумевал Волков.

– В России и немые говорят, господин Волков. Я вам говорил про сие. Хотя, возможно, и вы правы, что некто иной сии слухи разносит.

– Ваша светлость, могу я просить вас о милости?

– Что вы хотите? – спросил Бирен.

– Мне для следствия надобно попасть в дом князя Черкасского. Но он особа великая и потому мне будет сие трудно.

– В том я смогу вам помочь, Степан Андреевич. Я поговорю с князем и прикажу ему принять вас и во всем вам помогать!

– Благодарствую, ваша светлость!

– Но что есть такого в доме князя, про что вы хотите знать, Степан Андреевич?

– Князь Антиох Кантемир часто бывает в доме князя Черкасского.

– Про это всем ведомо, Степан Андреевич. Антиох Кантемир мечтает жениться на Варваре Черкасской.

– Возможно, что ниточка следствия к сему браку и приведет, ваша светлость.

– В дом Черкасского? Но зачем? – Бирен был удивлен словам Волкова.

– Князь богат, ваша светлость. А там, где богатства, там и преступления быть могут. Много с тем сталкивался я в жизни своей, ваша светлость.

– Возможно, вы правы, – согласился граф. – А возможно, что здесь иные силы действуют. Проклятия тайные и бесовщина разная.

– С тем в жизни своей никогда не сталкивался, ваша светлость.

– Все бывает в первый раз, Степан Андреевич.

– Это так, ваша светлость. Но здесь все больно мудрено закручено. Умный человек стоит за этим, но не бес.

– Бесы, они разве дураки? – с усмешкой спросил Бирен.

– Нет, ваша светлость. Но люди умнее. В том убедился много раз. Вот холопа Тишку не бес пришиб – человек. И кто стоит за сим человеком? Кто надоумил его Тишку убить? Вот вопросы, ваша светлость.

– А коли сей Тишка не мертв? – спросил Бирен.

– Ныне мертвый, ваша светлость.

– Так и ранее про него такое говорили, Степан Андреевич. А его живого поймали. Даже не поймали, а сам Тишка к вам пришел. С чего вдруг, Степан Андреевич?

–Его привел Иван Карлович Тарле, ваша светлость. Не сам он пришел.

– Не сам? Но из Москвы он мог сбежать. А не сбежал. Сам Тарле на глаза попался. С чего? Есть ответы на сии вопросы, Степан Андреевич?

– Ваша светлость, отлично осведомлены о сем деле.

– Долг велит, Степан Андреевич. Да и интересное дело.

Бирен еще немного поговорил с Волковым и отпустил его, обещав помощь и поддержку…

***

2

Кабак «У бочки».

Среди кривых улочек Замоскворечья было легко затеряться. Царские приставы опасались сих мест, и лишний раз не пытались сюда соваться без крайней нужды. И потому здесь в кабаках до утра делили добычу и пили хлебное вино.

Ночами на улицы многие жители Замоскворечья и носа высунуть не решались. Сидели за крепкими заборами и с содроганием слушали удалые разбойничьи пересвисты.

Здесь в кабаках да кружалах отсиживались после грабежей да разбоев ватаги гулящих атаманов: Максима-солдата, Романа-мельника, Петра Камчатки. Они в последнее время слишком засиделись в Москве и не убегали из города, как бывало ранее. Повлияла на то смута, которая была порождена верховниками22 после смерти императора Петра Второго…

***

Кабак «У бочки» был тем местом, где собирались люди из шайки Романа.

Сам Роман был в прошлом мельником, но повздорил со своим боярином и подался в бега, напустив на хоромы барские «красного петуха». Его поймали, били батогами и клеймили. Но Роман из острога ушел, сколотил ватагу и стал промышлять разбоем на Волге. Грабил купеческие суда, устраивал засады на пути хлебных караванов. Но большой удачи в том не снискал. Нового Стеньки Разина из него не получилось.

Примечания