Пф-ф, наука…

– Слышь, дрозд переросток, слезай же. Кушать будем.

– А мы разве не пойдем туда? – Арчи даже не успел обидеться на издевку.

– Туда, это куда? Хочешь в общей свалке поучаствовать? Могу тебе демо версию устроить? Ты главное слезай, а я тебя своим молотом то и приложу.

– Может лучше я тебя стрелой?

– Вот же молодежь пошла. Я ему покушать приготовил, а он мне за это стрелой! – Беззлобно ворчал танк.

– Ладно, ладно. Только у меня все статы полные, зачем кушать-то?

– Я вкусно готовлю. У меня кулинария на сороковом уровне. Еще моя бабушка говорила – в любой непонятной ситуации, садись кушать. Ну, вообще-то она немного не так говорила, но фильтры все равное не пропустит дословную цитату. Так что, давай спускайся. Все, мне резона гоняться за тобой больше нет. Давай дружить… Тогда что ли…

– Я вот что думаю, – продолжал разглагольствовать Арчи, спускаясь по веткам, – что-то у нас команды какие-то собрались… ветренные. Ну, ладно, у меня понятно, мы собирали группу впопыхах. А у тебя же клан!

– Так же впопыхах и собирались. Кинул я по клановскому чату призыв, кто пришел, тех и взял в группу. Думаешь, раз я в клане, то мы теперь дружная семья? А ничего подобного. Дань только регулярно отстегиваю, да в кланосвких данжах качаюсь на общих правах. А так… Одна петрушка.

– И зачем тогда этот клан тебе нужен? – Изумился лучник.

– Так вот, для этой надписи в нике и нужен. Карманники к нам не суются, по мелочи оно проще, когда ты в клане. А так… Каждый раз новую группу собираем. Только не на базарной улице клич даем, а в клановском чате. Кстати… Вот еще одни минус. Каменным лютикам можно группу собирать только из соклановцев. Есть там такой подлый пунктик.

– Так выходи из клана, и живи как человек.

– Ага, чтобы вот как ты, по елкам лазить? Ладно, пустое. Надо будет – выйду. Это дело-то не хитрое.

Разговор ребята продолжали, уже пристроившись на кусках поваленных деревьев возле костра.

– А похлебка твоя, действительно ничего! – поблагодарил Арчи.

– А то! – зарделся Мильхиор, – там и мясо, и травки, и крупы. Даже шмат лазурного оленя завалялся. Только вот лук пришлось луговой кидать. Культурного лука уже почитай две недели не кушал.

– А это что? – Изумился Арчи, доставая из наваристого варева удивительно ажурную косточку.

– Свиристелька солнечной жабы.

– Чего! – Лучник с отвращением откинул косточку в кусты.

– Не то, что ты подумал. Свиристелька солнечной жабы… Как бы тебе объяснить… Эта косточка держит спинной плавник. Она резонатором работает, когда эта зверюшка самку в брачных играх подзывает. Знаешь, они как трактор жужжат, когда себе жабиху призывают.

– Чего-то мне больше не хочется эту похлебку кушать. На кой ляд ты в нее жаб суешь? Вкусная же штука!

– Потому и вкусная. Тебе здесь не там. Тут чутка по-другому готовить надо. Рецепты то тоже особенные здесь.

– МУЖИКИ! – Из кустов вывалился запыхавшийся в мыло коротышка. – Я опоздал?

Это появление заслуживает премии в номинации появлений месяца! Как минимум! Вот сами посудите, как можно продираться сквозь колючие кусты, не издав ни единого шороху, а потом вывалиться из них с оголтелым криком «Мужики!», всполошить всю ночную братию, встрепенуть уже ночующих пташек, и запутавшись в своих же ногах, свалиться в костер.

Пока Арчи отмахивался от выбитых из костра искр, Мильхиор, в первую очередь ухитрился спасти котелок с похлебкой, а во вторую вытащить внезапного гостя до того, как он сам покрылся ароматной корочкой.

Ночной спринтер был насильно усажен на поросшее мхом бревно, и даже успел получить в руки ароматно пахнущую миску.

– Это смотря, куда ты спешил. – Резонно заметил Мильхиор. – Если отхватить люлей в свалке около крепостных ворот – то еще успеваешь. Там буза еще часа на четыре.

Неожиданный коротышка поперхнулся горячей похлебкой, пытаясь что-то возразить, но был бесцеремонно перебит дружеским похлопыванием по спине.

– Мама не учила не говорить с набитым ртом? – Посочувствовал танк. – Расскажи лучше, что ты за зверушка такая? Друид? Или может быть рога?

– Почему? – Изумился неназванный.

– Потому, что ты совершенно бесшумно вывалился из кустов. И перепугал нас до усрачки! – Возмутился Арчи, но увидев суровый взгляд товарища поправился, – меня напугавший. Этого каменного маргарита хрен чем прошибешь!

– Я Вовчик. Я диверсант. Это почти как рога, умения прокачены так же в стелс, но меньше навыков вскрытия, нет воровства. Зато харизма прокачана и технические навыки. Втереться в доверие и подорвать мост – это ко мне. Забраться в сокровищницу и умыкнуть принцессу – это в другой лес.

– Мне больше нравилось, когда ты в кустах был. Тихо так было… спокойной. – Грустно заметил Мильхиор.

– Сами же спросили! – Возмутился не рога, и засунул очередную ложку угощения себе в пасть.

– Вот и правильно. Лучше жуй тщательнее, а не языком трепли. Чего ты мне всю свою подноготную выкладываешь? Может быть сейчас расскажешь, как одноклассницам юбки задирал?

Вовчик аж задохнулся, не смог ничего возразить, так как рот оказался забит вкусняшкой.

– А я Арчи. Он Мильхиор. Мы тут друг с другом воюем за право войти в данж первыми.

– Так я успел! – Наконец-то справившись с едой во рту, проорал диверсант. – Тогда я тоже буду сражаться! Я вас завалю одной левой.

– Ага. Сначала харчи мои сожрал, даже не проверив, каким ядом они отравлены, а теперь морду начистить грозится! – Восхитился Мильхиор, и кинул добавки в миску гостя, – ты ешь, ешь. Не стесняйся. У меня еще осталось!

– Он шутит, – пояснил Арчи, тоже пережевывая свою порцию похлебки.

– Ну, не то чтобы… – Как бы в сторону обронил Мильхиор, – там бурка красная и перей болотный. От первого кровавый понос, а от второго слепота, вплоть до летального исхода…

Повар-любитель выждал пару секунд, но добавил:

– Если их неправильно приготовить.

Все же Вовчик с сожалением отставил свою миску.

– Там за рощицей, – продолжил рассказывать Арчи, – тысячи две таких же как и мы. Только они в ратном деле упражняются. Если хочешь посмотреть, метров двести пройти всего вон по той тропинке – видно будет хорошо. Они теперь себя факелами подсвечивать начали. Но если интересно, то стену пока не взяли.

– Ага, это как в анекдоте. Товарищ генерал! В наших войсках потери не большие! Два крейсера, двадцать истребителей, ну и полтора сотни личного состава. А что у противника? А противник пока на войну не явился.

– Это как?

– Спорят, кто из них первый должен чистить морду великану. – Пояснил Мильхиор.

– Там и великан есть?

– Кто же его знает. Пока что никого не видно. В город только ворота подняли, когда первые гости к ним постучались. И все. Даже лучников нет. Они пытались лестницы соорудить… Но пока одни на стену лезут – другие лестницы рубят.

– Ага! – Поддакнул Арчи, – было даже две балситы. Он пять зажигательны снарядов успели запустить в город. Но увы… Кажется конкуренты разобрали их орудия.

В этот момент что-то гулко бухнуло. Вовчик вскочил, не зная в какую сторону бежать: то ли на штурм пробитой городской стены, то ли в лес, спасаясь от рейд босса.

– Да сиди ты. – Махнул Мильхиор. – Это у них боезапас рвется. Так уже два раза бахало. Бочки с порохом у них остались, а вот катапульт уже нет. В лучшем случае к подножью стен подтащили. Но городские стены от такого не рушатся. Модель повреждений не та. Не реалистичная.

Да, у танка, похоже был пунктик насчет реалистичности. Рецепты, видите ли, не такие как в жизни. И стены ломаются не так как в жизни.

– Ребят, вы как хотите, а я спать, – заявил Мильхиор, расстилая спальный мешок.

– Ты чего же, даже выходить не будешь? – дежурно осведомился Арчи.

– А чего выходить то? Часиков шесть посплю. А завтра с утреца пойду глянуть, что там за побоище случилось. Может к тому времени уже разберутся, кто из них самый достойный.

– У него плеймун. – Объяснил Арчи Вовчику, но потом вспомнил, как тот тоже появился запыхавшимся. Значит и у этого тоже что-то крутое стоит.

– Круто, – все же с завистью в голосе пропел диверсант, – а у меня простая депривация. Мамка обещала плеймун к новому году купить, но папка, когда узнал, сколько он стоит, ей за это в ухо дал. Поэтому на новый год я, скорее всего, получу щенка.

– Школота, – недовольно ворочался танк, устраиваясь в своем спальнике.

– Завтра в четыре утра? – Арчи прикинул в уме, что через шесть часов, которые хотел спать Мильхиор, будет часа четыре утра. – Только чур без меня не ходить! Я АФК!

– Я с тобой не венчался. – буркнуло из спальника.

– Так рано! – обиженно заныл коротышка. – Давайте хотя бы в семь!

…

Леонид обнимал мелко дрожащую Дарью, стоя на городской стене. Они-то сюда поднялись полюбоваться закатом, но когда увидели первых «залетных» непроизвольно вздохнули:

– Ну вот, началось.

Но они сильно ошиблись. Настоящее представление началось немого позже. А сейчас город на мгновение оживился, на улицы высыпала стража. Но только для того, чтобы поднять мост. Сказать по правде – чисто символический. Рва вокруг городской стены не наблюдалось. С их позиции было видно, что подъемный мост перекинули через простую яму, глубиной в метр. Эту яму выкопали, видимо с единственной целью – чтобы было через что перекидывать мост.

С другой стороны города, судя по всему, были еще одни ворота, с такой же декоративной ямой.

Выполнив программу минимум, стражники снова исчезли, то ли попрятались в казармах, то ли просто испарились.

– Тебе совсем не страшно? – Спросила, прижимавшаяся к боку парня Дарья.

– Нет, не страшно. Это же игра. И то не наша. Мы в любой момент можем выйти. Абсолютно в любой момент. Не переживай. Зато смотри как красиво.

С высоты защитного сооружения парочки было великолепно видно, город утопающий в закатных лучах. Но, с другой стороны ограждения уже собиралась разношерстная армия. Хотя, армия – это преувеличение. Толпа воинов состояла из небольших группок, человек в пять-десять. Редкие отряды насчитывали двенадцать бойцов.

– Город как будто заливает кровью. – Голос девушки дрожал, но она на пыталась больше скрыться и убежать.

– Не нагнетай.

– Неужели мы ничем не можем помочь этим людям?

– Каким людям? – поразился Пилот, – это энпеэсы. Это не люди. Это нарисованные марионетки.

– Но это их дома. Да, я поняла – нарисованные дома. Но они здесь живут своей нарисованной жизнью. Или ты думаешь, что они сразу же исчезают, стоит им спрятаться в своих домах?

– Думаю, что нет. Вычислительные мощности позволяют просчитывать каждого персонажа в каждый момент времени. Для большей реалистичности, разработчики могли прописать личность всех жителей города. Прописать им профессии, характеры, взаимоотношения. Видишь луга? На них частично выкошена трава. Думаю, есть какой-то энпеэс-косарь. Который каждый день отправляется на покос, собирает траву в стога, а потом везет сено в город, сгружает их в амбары, потом этим сено кормят коров. Но все это в рамках игры.

– Я понимаю.

– Это хорошо. Смотри, некоторые отряды ставят шатры, разжигают костры. Вот это уже настоящие игроки. Хотя – те же самые нарисованные марионетка, только ими управляет не компьютер, а люди.

– А мы тоже такие же нарисованные марионетки?

– Здесь – да. Даша, серьезно. Ты сейчас лежишь на своей кровати на Ладоге и видишь сны. Тебя нет на этой стене. Просто нейро-боты транслируют в твои нервные узлы ощущения. Этих ощущений тоже нет.

– То-есть, на самом деле я не испытываю страха и восхищения, когда смотрю на этот город и на этих воинов?

– А вот и нет. Страх, радость, тоска – это уже реакция твоего тела, на простейшие раздражители.

– Значит, не такое уж здесь все и ненастоящее?

– Вон ты как завернула!

Даша довольно хрюкнула и сильнее прижалась к Леониду.

– Замерзла?

– Нет, просто…

– Помнишь, ты замужняя женщина.

– Не напоминай мне об этом, пожалуйста.

– Ладно, как хочешь, но…

Разговор прервало появление Анатолия. Похоже он сюда бежал сломя голову.

– Вот вы где! – проревел запыхавшийся капитан.

– Выдохните. Здесь нет усталости. Эта одышка индуцируется вашим представлением о… – Начал было Леонид, но был перебит капитаном.

– Отставить! На наш город вот-вот нападут, а вы тут милуетесь! Да, кстати, теперь это Багдад.

– Наш? – поразился Пилот.

– Да, наш. Я его купил.

– Как?

– Пришел к губернатору, вынул его из-под стола, он предложил купить. Все просто. А почему ты так не сделал?

– Так ведь нельзя!

– Давай поспорим насчет этого потом. А сейчас срочно надо что-то придумать!

– Стой. Ты говоришь, что купил… – подозрительно возразил Леонид, но не успел закончить.

– Да, купил. Еле-еле на тысячу золотых сторговались! – Анатолий отмахнулся от вопроса, как от несущественного.

– А откуда у тебя столько денег! – поразилась Дарья, но и ее тоже перебили.

– Говорю же купил! Эта подлюга хотела сначала даром, но я сторговался на тысячу. В общем теперь у меня есть город и тысяча. Ты, Леня уж назначен военачальником, так что иди подымай войско. А ты, Даша, на торговле и снабжении. Иди из складов выгребай все, чем можно нанести тяжелые или лучше несовместимые с жизнью травмы. Мне реально нравится эта игра! Такая вариативная!

– Твоей логикой можно несовместимые с жизнью травмы нанести. – Вставил Леонид, но зачем-то вытянулся в стойку «смирно».

– У нас военное положение, честь потом будешь отдавать! – рявкнул капитан. Чекалов же только великим усилием воли смог сдержать слова: «Честь отдают в постели, а это – воинское приветствие».

Именно поэтому сама собой взметнувшаяся к виску рука, в последний момент изменила жест, и вместо козыряния, произвела вращательные движения.

– Наш капитан окончательно крышей потек. – Диагностировал Леонид.

Но на секунду подвис, взял себя в руки и продолжил:

– Мне сейчас десять уровней дали, за принятие на должно воеводы Багдада. Теперь у меня одиннадцатый уровень и я должен получить первую специализацию.

– Так, воевода же! – Не понял Анатолий.

– Это профессия, она описывает сферу обязанностей. А специализация дает возможности прокачивать умения!

– Тогда я даю тебе специализацию командира! Иди уже, спасай наш город!

– Это так не работает. Специализацию должен выдавать… А нет, смотри-ка – работает. Ок, спасибо! Буду прокачивать «приказ» и «поднятие морали»! Даше выдай специализацию.

– Это как? Ты в своем уме?

– В своем, в своем. И на твой квест «Защити Багдад» я тоже уже согласился. Видимо алгоритмы игры совсем забаговало. Не должно быть такого функционала у игроков. Только у энпеэсов. Если окажется, что ты единственный во всей игре мер города, то я не удивлюсь.

– Губернатор. Я губернатор, а не мер.

– А в чем разница? – упрямился новый воевода Багдада.

– Потом разберемся. Скорее!

– Куда скорее. Посмотри вниз, со стены. Видишь толпу?

– Ну?

– Чем они занимаются?

– К штурму готовятся! Ты чего застрял!

– Внимательнее посмотри! Они же меж собой отношения выясняют! Ой!

Буквально в десяти метрах от наших героев пролетело горящее бревно.

– Баллиста! – В ужасе проорал Пилот… Воевода? Леонид… Да, как минимум Леонид, с ником Пилот, специализацией командир, назначенный на должность воеводы.

– Даша! Ты наш медик! Иди организуй людей на тушение пожаров и собирай раненных в… Я не знаю, у нас есть медпункт? – Затараторил Анатолий, наблюдая за разгорающимся пожаром.

– А я теперь еще и медик? Мне что, казначея мало? Ух ты, а за медика дали пару умений: «Тоник» и «остановка кровотечения»! Это хорошо?

– Замечательно! Бери пример с Леньки! Беги приказ выполняй!

– А Вы?

– Пойду план сражения рисовать. – Довольно гагатнул Анатолий.

И все же, главным и единственным приказом, который отдал Анатолий своим войскам было: «Не отсвечивать, огней не жечь, на стену не подниматься, готовиться к обороне, и греть масло».

– Зачем масло то греть? – опешил энпеэс-секретарь. Анатолий так и не определил, какой масти был тот халдей, но тот постоянно таскался следом и старательно записывал все, что было более или менее похоже на приказ.

– Чтобы поливать тех, кто будет карабкаться на стены.

–А! Смолу! Правильно! Передам приказ кипятить смолу.

– Вот и замечательно, что мы друг друга поняли. Что там с новостями?

– Под стенами города собралось около трех тысяч неумерающих. Они в нашу строну даже не смотрят. Чего-то между собой делят. Может еще и обойдется?

– Нет, братишка. Не обойдется. Они там сейчас решают, кто первый на штурм пойдет. Слушай, а передай Леньки… ну, в смысле, Пилоту, воеводе, чтобы изобразил чего ни будь такого эдакого. Шаманского. У него это вроде хорошо получается.

– Не пойду! – Внезапно воспротивился подчиненный. – Он меня прошлый раз с лестницы спустил. Сказал, чтобы я его больше не отвлекал. Он очень сильно на солдат наших орет. А они, все двести душ, как один по-струнке стоят! Вообще такого ни разу в жизни не видел! Чтобы наши вояки, и по струнке в строю стояли! Их же никто строю не учил! Ну, не было у нас никогда воеводы. Они же до сегодняшнего дня были просто стражниками. А сейчас внезапно – солдаты. А что это такое – «солдаты» – кто бы знал!

– Ух ты, как разговорился. Ладно, иди тихонько, как ни будь, намекни ему, что я от него чуда жду.

Служивый тяжело вздохнул, но все же поплелся выполнять приказ его святейшества.

Перед Окским сейчас лежал план города с прилегающими территориями. Кроме самого городка в двадцать домов, вокруг расположились еще три деревеньки душ на сорок, пяток мельниц, одна из которых была водяная, да поля-луга. Плюс, в лесу домик лесника. За каким-то хером, в другом краю леса – кузница. Все это соединялось дорогами – не тропинками, а дорогами! А вот затерянная в чащобе «избушка ведьмы», судя по карте, не имела к себе даже тропинки. На карте виднелся еще берег большого безымянного озера.

Вот! Вот в чем отличается мер от губернатора.

Мэр – управляет городом. А губернатор – всем что изображено на этой карте. И даже ведьма, по идеи, должна ему челобитную бить. Вот… Это как же надо было перепугать местных, чтобы губернатор добровольно от всего отказался, да еще и приплатил!

Ну, Ленька, ну Чекалов! Ладно, допустим, что это все игра. Ну, да… Действительно игра. Но! Вот то-то и оно!

– Как дела у Дарьи? – обратился Анатолий к вошедшему халдею – на этот раз уже другому. – И где тот, прежний?

– Так, он пошел Пилоту Ваш приказ передавать. Сказал, что если не вернется, чтобы я его должность занял.

– А он не вернулся?

– Пока нет.

– Ладно. Какие успехи у нашего казначея?

– Хм, – нервно сглотнул новый халдей, – Дарья, выгребла все оружие из закромов, раздала страже… солдатам. Все эликсиры, тряпки, ножницы и нитки стащила в одну избушку, сказала, чтобы всех раненых сразу к ней тащили, забрала с собой трех девушек и заперлась. Пилот во время тренировок одному нашему ухо отхватил. Так мы, как и было приказано его в ту избу притащили. Четверть часа стучались, еле достучались. Она на нас наорала, сказала, что долго тащили, парня внутрь затащила и снова заперлась. Так там Марка до сих пор под окнами сидит, плачет. Это ее дом был. Что теперь с ней и детьми ее будет?

– Марку определите в другую избу пока. Ладно, я так понимаю к Даше тебя посылать с умными мыслями тоже бесполезно – сгинешь. Ладненько, – Анатолий аж потер ладони в предвкушении, – завари пока чай!

Вот, скажем честно, Анатолий впервые в жизни видел, чтобы человек с такой радостью и рвением убежал заваривать чай. Оставалось надеяться, что сам чай найдется – а то такой может и в соседний город за ним с радостью убежать.

Снаружи что-то бухнуло. Да так, что воздух из груди выбило.

– Они за стеной снаряды рвут! – бедного посыльного даже было жалко.

– Почему за стеной? В смысле, за стеной относительно нас, или относительно их?

– Относительно нас. – Робко добавил паренек.

– А почему? – в задумчивости проговорил Окский.

– Не могу знать! Прикажете выяснить?

– Будет с тебя. Ты же на части порвешься, если я тебе такую задачку задам. Небось к самим захватчикам и пойдешь спрашивать.

– Пойду! – отчеканил парень, но лицом он побелел хлеще твоей простыни.

– Не ходи. – Задумчивость не отпускала Анатолия. – Значит они уже совсем там между собой передрались. Только вот, хорошо это или плохо? Сколько за стеной неумирающих?

– Тысяча восемьсот! – Отчеканил с облегчением халдей.

– Вот! Уже в два раза меньше. Какие мы из этого выводы делаем? А вот такие. Подкрепление не прибывает. Когда они решат, кто самый главный среди них, тогда и пойдут на штурм. Зафиксировали. Могут ведь и организоваться. Допустим в войско человек в пятьсот. Нет. Не пойдет. Там группы от пяти до двенадцати человек. Не поверю в то, что сразу десять кланов смогут договориться за одну ночь. Тогда получается максимум пять. Да, пять отрядов договориться смогут. Берем в расчет естественную смертность и получаем войска в пятьдесят – шестьдесят человек. А наших две сотни, плюс нас трое. Нет, как ни крути, ни единого шанса.

– Губернатор, простите… – еле слышно влез в размышления халдей. – Если позволите… Я согласен, что один неумирающий стоит десяти наших стражником. А если он еще и возродится, то еще десяти. Но после повышения наша стражники… солдаты как-то покрепчали, что ли. Их Пилот уже третий час гоняет, тренирует. Он сказал, что из них каких-то ниндзя сделает. Я не знаю, что это значит, но он их зачем-то в черные тряпки замотал и учит железяками кидаться. Так вот… Один из них эту железку кинул и стену дома насквозь прошиб. Каменную!

– И какого они сейчас уровня?

– Не понимаю я Ваших слов. Простите.

– Ладно, будет с тебя. Скажи лучше, что там со смолой.

– Выкипела! Мы пока новую в чаны не добавляем, вдруг они так и не полезут на стены.

– Логично. Ты лучше скажи, есть ли у нас на складах краска, тряпки и бижутерия?

– Это еще зачем?

– Хочу карнавал устроить. Значит так, слушай мою команду! Вытаскивай из подвалов всю краску, все тряпки, одежду, все странное на вид и красивое. И собери всю молодежь от четырнадцати и до двадцати пяти на площади! Я покажу как победить в битве, не пролив ни капли крови.

…

Простая таверна сегодня, впрочем, как и всегда, оказалась забита под завязку. Люди, словно сговорились. Они набились в помещение так, что свободных мест не оставалось не только за столиками и барными стойками, но и в зале. Кто-то сидел на подоконнике, кто-то потягивал пиво, стоя напротив камина. Другие неспешно перемещались от компании к компании, бросая пробные фразы, и решали, стоит ли им присоединиться к обсуждению. Орки, гоблины, эльфы – вполне понятная и знакомая публика в таких заведениях. Даже странные человеко-насекомые и желейные монстры не вызывали удивления и отторжения. Никаких расовых предрассудков. Вот здесь зеленокожий человек обнимает лесную орочиху, а вот здесь друид-перевертыш вгрызается в сочный ростбиф, и с набитым ртом продолжает увещивать своим спутникам, среди которых и крылатые бочи и даже шарх полуджин.

Вы скажете, что такая толерантная обстановка возможна только в игре. Ведь каждый из них сейчас всего лишь маска, под которой скрыты обычные тривиальные люди: клерки, механики, слесаря, школьники и студенты. Возможно. Возможно, тем и хороши игры с полным погружением, что даже самый черный лич в них – это тот же уставший офисный работник, которого на службе так достали, что единственное что он смог придумать – это сбежать в придуманный нарисованный мирок. И пусть этот мирок нарисован, он не реален, он не настоящий. Но общение-то в нем самое что ни наесть настоящее, и истории в нем происходят не с орками и полуджинами, а с людьми, с теми, кто управляет персонажами.

Почему игроки собираются вечерами в бары, если это игра, если здесь нельзя напиться, а для более интимных знакомств существуют другие заведения? Как раз для того, чтобы вот так потолкаться в толпе таких же игроков, чтобы послушать и рассказать новые истории, чтобы найти себе соратников… ага… соратников… вернее подельников на очередное полуторачасовое приключение.

Но нас сейчас интересует не вся эта толпа, а только небольшая группа ребят, сейчас занявших место за длинным дощатым столом почти в углу зала. Вот они, держат в руках кружки пива и вальяжно развалившись на скамьях, время от времени наклоняются к столу, чтобы бросить себе в рот еще одну горсть просоленных орешков.

– И чего вы только находите в этом пиве? – Обиженно фыркнул Вовчик. – Это же симуляция!

– Это для тебя, малолетки, пиво – это симуляция, – добродушно прогудел Мильхиор, – а для нас с Арчи, это очень хорошая симуляция. Да, согласен, физиологически мы не получаем этанол, и пьянеть вроде бы не с чего.