- -
- 100%
- +
Как поступают мародёры.
Такая в них проснулась страсть,
Что подивились живодёры.
Но, проявив своё нутро,
Они поздненько спохватились.
На лбу у них теперь тавро,
Сколько б прилюдно не крестились.
Праздник
Правительством объявлен новый праздник –
Межведомственный праздник богачей.
И тут же в Интернете злой проказник
Его назвал понятно, без затей:
«День олигархов» – день приватизаций,
День урожая в поле дураков.
Прошёл период ваучеризаций,
И каравай теперь уже готов.
Ну а в Кремле уже готовы залы:
Зал для наград и праздничных речей.
Он невелик, ведь олигархов мало,
Всего, как в семисвечнике свечей.
Зато банкетный зал весьма просторный,
Миллионеров много развелось.
Всех рассадить по рангу (не позорно)
Умельцев тут порядочно нашлось.
Готово всё. Все ждут гостей наплыва.
Но час прошёл, другой и – никого.
Позорище какой! – почище взрыва.
САМ вопрошает Зама своего.
А тот в ответ, мол, есть предположенье,
Что светочи светиться не хотят.
В народе не отыщешь уваженья,
А в остальном ведь, всё есть у ребят.
К тому же кто-то им шепнул в пол-ушка:
«По свету чтоб вас долго не искать,
В Кремле вам приготовлена ловушка,
И всех вас вместе лучше чохом взять».
…………………………………………
Но чтобы всё не так позорно было,
И чтобы той еде не пропадать,
Банкет был дан для тружеников тыла.
А олигархи… сами будут звать.
Больно видеть
Я здесь живу, в своей родной России.
Изъездил, исходил её и вдоль, и поперёк.
На целом свете нет земли красивей.
В другой стране я выжить бы не смог.
И больно видеть – рвут её на части,
Стремятся отхватить полакомей ломоть
Возникшие враги, но новой масти,
Как свора диких псов, терзающая плоть.
Вдруг сузился простор, исчезли дали,
Надвинулась тоска. Куда ни кинешь взор,
Всё лучшее урвали и сховали,
Взгляд упирается то в свалку, то в забор.
И задохнёшься, станет сердцу тесно.
Ужель инстинкт наживы разум замутил,
И надо жить богато, и бесчестно,
И наплевать на всех, с кем раньше кров делил.
Возмездие придёт, но слишком поздно.
Величье – не вернуть, и мы устранены.
В преданьях будет жить, уже не грозный,
Исчезнувший народ, исчезнувшей страны.
Упадок
Цепные псы прогнившего режима,
Успевшие нажраться вволю, всласть,
Бросаются на всех, кто ходит мимо.
Они теперь едины: псы и власть.
Известные артисты и спортсмены
За должности, награды и за так
Прислуживают им, а бизнесмены
Подкармливают власть, кто не дурак.
Приличия теперь у нас в почёте.
Нам объяснят причины катастроф.
И если вы в России не живёте,
Поверите в правдивость этих слов.
Из кухонь не доносятся проклятья
До чутких к лести царственных ушей.
И нам твердят: «Богач и нищий – братья,
А кто не верит – гнать его взашей».
Вот так живём пока что. Понемногу
У власти истончается костяк.
Придут опять варяги на подмогу.
В родной земле источник сил иссяк.
Мужик
Щурясь на солнце, вышел мужик.
К яркому свету он не привык.
Жил в темноте и убожестве,
И социальном ничтожестве.
Видит – прекрасен наш мир и велик.
Крепко задумался хмурый мужик.
Это система здесь действует так:
Если кто беден, тот, значит, дурак.
Умных не много – в богатстве живут.
А бедняки водку горькую пьют,
Жизнь проклинают, горбатясь весь век.
– Где ж справедливость? Ведь я человек!
Гнев охватил его, сжалась рука.
Только вот власть не достать – высока.
Крякнул мужик, головою поник.
Жить в полумраке он, видно, привык.
Электорат
Что было, то не помним,
Что будет, то не знаем,
Что – рядом, то не видим,
Но пляшем и поём.
Счастливые, как Бобики,
Куда-то мы идём.
Над нами Солнце яркое
И небо с облаками.
Задрали мы головушки
И в яму прямо – бух.
Но хорошо, что выбрались, -
Помог один лопух.
Теперь-то всё запомнится,
Что было на дороженьке.
Назад мы смотрим зорко,
Пятимся, поём,
И навзничь повалились вдруг,
И порознь, и вдвоём.
И это нам наука.
Мы вертимся, как Бобики,
Да так, что и не знаем
Куда и кто идёт.
Быть может, нам подскажут -
Назад или вперёд?
Но что-то продолжаем петь,
И даже чуть-чуть пляшем.
На месте долго топчемся,
Нам кажется – идём.
У нас в мозгах затмение,
Хоть это-то поймём.
Тогда и крикнул Вася,
– А ну-ка, замолчите все
И быстро сосчитайте-ка
От двух до девяти.
И крепенько подумайте,
Куда же нам идти?
Сидим теперь и думаем,
– Ведь были мы счастливые.
Зачем же мы задумались?
Где, к счастью, пути?
Вот Вася крикнул громко,
Ему нас и вести.
Приснится же такое
Нет выбора нормальных снов!
Остался – самый завалящий.
Я отказаться был готов,
Но хмырь исчез, захлопнув ящик.
Пришлось смотреть тот сон всю ночь.
Признаюсь, даже захватило.
Ну, как в реальности, точь-в-точь,
Хоть всё во сне происходило.
Мы выбирали президента,
И лёг у нас такой расклад:
Всего четыре претендента,
И победить был каждый рад.
Но дискутировать Медведь
Ещё заране отказался:
И без того он в дамках ведь,
Всё больше в роликах снимался.
Зюг-зюг и это обыграл:
Принёс игрушечного Мишку,
Нажал его – тот зарычал.
Но, видимо, хватил он лишку.
Народ со смеху помирал,
А, может быть, и не со смеху.
Зюг-зюг на Мишку напирал,
Но превратилось всё в потеху.
Другой же, Жирик, как назло,
За горло мог бы взять любого.
Но тут ему не повезло –
Все сгинули, как от чумного.
Ему замену Зюг нашёл,
И в банке «Жир» на стол поставил.
Сто фактов злейших он привёл.
И в этом Жирика обставил.
Но промах всё же допустил,
Когда религии коснулся.
Уж больно он её хвалил.
И чем хвалёж тот обернулся.
Кто там четвёртый претендент?
Уже, наверно, все забыли.
Был с ним какой-то инцидент,
Что он непьющий говорили.
И вот он, бледный, на экране,
Тряхнув косматой головой,
Изрёк: «Известно мне, миряне:
Я Богом дан вам. Все за мной!»
И совершилось, братцы, чудо.
Он всех в дебатах победил:
Народ считал – и так, мол, худо,
А может – верующим был.
И вот он, новый президент,
Стоит, на Запад устремлённый,
Ждёт, хоть какой-нибудь, презент
От них за то, что в них влюблённый.
Лопочет о Шенгенской зоне
И о каком-то там суде.
А мы теперь живём в загоне
И облапошены везде.
Схохмил народ, я потрясён.
Он и острил, и потешался.
Когда ж экран стал затемнён,
То понял – с носом он остался.
Болото
Аллюром и броском проблему не решить.
Проблема называется – «Болото».
Его не перейти, не осушить.
Оно гниёт, и надо делать что-то.
Мы знаем о полезности болот.
Они дают исток ручьям и рекам.
А это – и воняет, и гниёт.
Нет пользы ни зверям, ни человекам.
Туда уходят силы, как туман,
И растворяются в болоте без остатка.
И в головах оставшихся – дурман,
Как будто не мозги там, а свинчатка.
Но мысль одна сквозь тот дурман сечёт,
Что не спроста мы загнаны в болото:
Не двигайся, тогда не засосёт,
Погибель наша – благо для кого-то.
Так значит не в болоте наша боль,
А в том, что в эту гадость заманили.
Нам предназначена не гибельная роль.
Пора нам вылезать из этой гнили.
Пора о русских молвить слово
Пора о русских молвить слово!
России гибельный исход
Сейчас мы ощутили снова.
И вновь безмолвствует народ.
Как это всё могло случиться?
Мощнейшая из мощных стран
Смогла легко так развалиться.
Где тот невидимый таран?
Увы, таран уже не нужен.
Везде аморфность и разлад.
И чем России будет хуже,
Тем больше будет недруг рад.
А недругов у нас хватало
Во все иные времена.
Но Русь единство отстояла,
И ненавистна нам война.
Союз республик всем был нужен.
Но он распался. Льётся кровь.
И о былом мы снова тужим,
И делаем ошибки вновь.
Никто из властелинов новых
Могуществу Руси не рад.
И сделать всё они готовы,
Лишь продолжался бы распад.
Но в то же время в оба уха
Они долдонят день и ночь,
Что беспокоит их разруха,
И нам они хотят помочь.
Они помогут тем, кто будет
Внутри Россию разрушать,
Тем, кто сыновний долг забудет,
Забудет, что Россия – мать.
Уже во всех концах страны
Следы развала и разора.
Плод необъявленной войны.
Реальность нашего позора.
Пора о русских молвить слово!
Они распад предотвратят.
Ведь русские – Руси основа
И гибнуть тоже не хотят.
Другим оставим ум заёмный.
Свои традиции ценя,
Нам возрождать наш дом огромный
Надо не мешкая ни дня.
А все российские народы
Должны сейчас одно понять:
Им не видать вовек свободы,
Если умрёт Россия – мать.
Мы – мир другой! Не нам вливаться
В чужие формы и края.
У нас своя цивилизация,
Своя хорошая земля.
Россию всё равно возвысим
И с нею счастье обретём.
И никого мы не унизим.
Как равные мы в мир войдём.
Украли мечту
У народа украли мечту,
Заменили зелёной капустой.
Уничтожить смогли красоту,
И в душе неуютно и пусто.
В том Союзе нам было светло:
Мир и дружба людей согревает.
А теперь верх мечтаний – бабло.
Лишь оно только всё и решает.
Был Союз, как пример для других,
Было много великих свершений.
Но верха наши предали их.
Ввергли всех в зону зла и гонений.
Не найти им идеи такой,
Чтоб сплотила буржуя и вора
С обнищавшей голодной толпой,
Что стоит у большого забора.
Мы же знаем – всплывает дерьмо,
И поэтому ждать бесполезно,
Что мечтой воспылает оно.
За бабло ухватились железно.
Ход истории не изменить.
Всё дерьмо будет смыто в траншеи.
Мы же можем счастливыми быть
И не гнуть пред буржуями шеи.
Это
Вверху, внизу ли, где-то,
Но что-то там стряслось.
И сразу же про Это
В народе понеслось:
– Быть может, Это было,
А может быть, и нет.
– Откуда Это всплыло,
И есть ли в нём секрет?
– По слухам, Это точно
Вот-вот произойдёт.
– А может быть, нарочно
Смущают им народ.
– Но что такое – Это?
– Да, Это знают все!
Читать надо газеты.
Там всё во всей красе.
Налажены контакты.
Они уже идут.
– Но где, простите, факты?
– Неважно. Всем капут!
– Мне это ожиданье
Страшнее всех смертей.
– Пусть Это наказанье
Свершится поскорей.
Образованцы
Читать кой-как ещё умеем,
С трудом, но, всё же, говорим,
Немного грамотой владеем,
У зомбоящика торчим.
Привыкли мы смотреть и слушать,
Ну, как вполне послушный пёс,
Любую чушь готовы скушать,
Какую б ящик нам не нёс.
Сравненье с псом, увы, обидно.
Но мы ведём себя, как пёс.
Так жить народу очень стыдно.
Он власть жулья давно бы снёс.
Что толку разводить руками:
Мол, селя-ви, мол, надо жить,
Мол, голосуем мы ногами,
Руками можем лишь крестить.
И что же! Разве гром не грянул?
Перекрестились мы уже?
Хоть кто-нибудь от сна воспрянул?
Иль будем жить так в скулеже!
Валун
Коллективизм забыт, а собственник в фаворе.
Куда не посмотри, повсюду вор на воре.
Что собственник, что вор, всё тянут в дом, на дачу.
Такая страсть у них, тем больше, чем богаче.
Воришка собственник, в ночи, пока все люди спят,
Увёз валун. Ограбил всех: и взрослых, и ребят.
Большой валун лежал, был украшеньем сада.
Вся ребятня вокруг была резвиться рада:
И гладили валун, взбирались на него.
Казалось, валуну не страшно ничего.
Но вору наплевать, что всем нам будет хуже.
Увёз подлец валун. Теперь там грязь и лужа.
Новый Обломов
Я хотел погулять, но лил дождь проливной,
Загоняя людей и всю живность домой.
Я хотел почитать, но тут стало темно.
Да и телек уже не смотрел я давно.
Взялся было английский язык изучать,
Но упорства, к стыду, не хватило опять.
Хорошо б ремеслом, хоть каким, овладеть.
Не могу же я вечно сидеть и балдеть.
Обстоятельства будто сковали меня,
И без них, с давних пор, не проходит ни дня.
Мне бы надо встряхнуться и цепи разбить.
Может быть, для начала, хоть зонтик купить,
И гулять выходить, несмотря на дожди,
И накапливать волю и крепость в груди.
Надо цели поставить и их достигать,
Книг хороших побольше под вечер читать,
Получить на вожденье машины права.
………………………………………..
Да ведь надо снять ноги с дивана сперва.
Элегия
О плохом – не хочу,
А хорошего мало,
Потому и молчу,
Не пишу, как бывало.
У меня нынче гость,
Благодушный снаружи,
Но в душе копит злость,
Он ведь спец, а не нужен.
Молодёжь хороша,
Привыкает есть пиццу,
В кошельке ни гроша,
Так и прёт за границу.
Ну а кто постарей,
У того есть призванье
Сократить поскорей
Горьких лет доживанье.
Вымирает народ,
Народилось немного.
Вот бы наоборот,
Да жизнь слишком убога.
И хотела бы власть
Воспарить над народом,
У кого ж тогда красть,
Иль иметь дело с богом.
Может, и доживём
До страны справедливой.
Вот тогда и споём
Мы о жизни счастливой.
Справедливость
«В стране идёт борьба за справедливость.
У каждого борца своя беда.
А мы должны, отбросив торопливость,
Искать путь к справедливости труда», -
Так говорил мудрец благообразный,
Один из трёх, сидевших у пруда.
Другой мудрец ответствовал не сразу:
«По результатам ценят труд всегда.
Но как сравнить трудов разнообразье?
Рутинный труд и творчества полёт,
Физический и умственный труд – разный.
Опять всё это к смуте приведёт».
«Сам человек – вот истинная ценность! -
Вступил тут третий в мудрый разговор, -
Измерим напряжённость или леность
По пульсу и закончим этот спор».
«Труд напряжённый может быть впустую.
А как же быть с полезностью тогда?
Решим ли мы задачу не простую?
А вот спешит хозяюшка сюда»
Хозяйка:
«По времени вы два часа трудились,
И вами заработана еда.
Мы тоже в это время не ленились.
Вот вам по миске каши, господа!»
Нет порядка
Вся голова захламлена.
Свободно там гуляет ветер.
И только в том моя вина,
Что нахватал всего на свете.
И всё на полки завалил.
И сам забыл, что где, что нужно.
Ну, не премудрый, а дебил,
И вспоминаешь всё натужно.
Когда порядка нет в мозгах,
То нет и дел, ведущих к цели.
Тогда любое дело швах,
И на пути сплошные мели.
Власть
Заводы рушит, храмы воздвигает.
Работать негде, так иди, молись.
Вся власть от Бога, и она-то знает,
Что жить не даст нам, как тут не крутись.
А обвинять попов – пустое дело.
Ведь и они у власти – инструмент.
О душах говорят, лелеют тело
(Не забывают этот рудимент).
Без устали молитвы повторяют.
Такой у нас общественный наркоз.
Пока карманы наши обчищают,
Будем стоять, задравши к небу нос.
Они своё от власти получили
И не поддержат никакой протест.
Когда-то, может быть, и воинами были,
А нынче чётко знают свой насест.
Конечно, нас всех очень возмущает
Пособничество их, властей цинизм.
И снова мысль в народе вызревает:
«А не вернуть ли нам социализм?»
Красное
Нынче красно-багровый закат
Возвещает нелёгкую жатву.
Всюду красные листья летят,
С ними время летит невозвратно.
Расширяется алый рассвет.
Собираются люди на улицах.
В их глазах безразличия нет.
Красных флагов разливом любуются.
Ветер свежий до дрожи дерёт.
Но все лица не сини, а алые.
Вот уже и колонна идёт.
Настают времена небывалые.
Впереди неизвестность всех ждёт
И прощание с жизнью постылою.
Там труба созывает народ.
Красный день наливается силою.
Правое дело
Делай, что должно, и правильно будет.
Совесть чиста, и никто не осудит.
Верь, каждый миг, что придут времена,
И возродится родная страна.
Вклад твой, быть может, не столь и велик,
Но хорошо, что ты в смуте не сник.
Делал, что должно. Так действуй всегда,
Даже когда нависает беда.
Правое дело твори и не трусь.
Только тогда сможет выдюжить Русь.
Дело
Дело любое трудно начать,
Ещё тяжелее – его воплощать.
Но, Боже Всевышний, какое мученье
Достойному делу дать завершенье.
Но если достойного дела не знаешь
И книгу «Что делать?» читать не желаешь,
То лучше бездействуй, меньше вреда
Будет природе и людям тогда.
Если ты просто солдат рядовой,
То будь спокоен, займутся тобой.
Там подконтролен каждый твой шаг.
Обучат всему, чтоб боялся нас враг.
Если девица ты молодая,
То не сиди у окошка, вздыхая.
Увидела парня, замуж иди,
Будет по горло дел впереди.
Если ты стар уже и умудрён,
Мудрость используй, не будешь смешон.
Домом займись и другим не мешай,
Внукам и правнукам книжки читай.
Жизнь коротка, и уйдём мы все в ночь.
Оставим на свете сына и дочь.
И память оставим, пусть будет светла.
Останутся наши грехи и дела.
Творцы
Со своего возникновенья
Все люди жизнь свою творят.
Здесь не бывает повторенья.
«Ничто не ново», – зря ворчат.
Масштаб деяний соразмерен
Таланту, качеству труда.
Оценен труд и не потерян,
Войдёт в строенье навсегда.
Фундамент здания – природа.
Она всегда надёжный тыл
Для человеческого рода,
Коль это он не позабыл.
Всё, что накоплено веками,
И есть строение – наш дом,
Благословлённый стариками,
Чтоб нам уютно было в нём.
Дамоклов меч
Прекрасен мир, но тесно стало в нём.
Тоскуем по нетронутой природе,
Где всё идёт естественным путём.
А как же быть с мечтою о свободе?
Придётся, видно, нам осознавать
Необходимость многих правил жизни.
Без этого – свободы не видать,
И будем хныкать, как малыш капризный.
Не царь, как оказалось, человек,
А часть им разрушаемой природы,
И в наш опасный техногенный век
Не так-то много у него свободы.
Он это не всегда осознаёт,
И если, где пределы переступит,
То на него дамоклов меч падёт,
Расплата неминуемо наступит.
Засуха
Земля потрескалась от засухи и зноя,
И пыльный воздух не даёт вздохнуть.
Ни тучки не видать за пеленою.
И сини в небе нет, чтоб взору отдохнуть.
Глаза повыцвели, и в них немая мука.
Всю ночь терзают ум вопрос и страх,
Как будто ждёшь старухиного стука,
А там, за дверью, только пыль и прах.
Стихия, как судьба. От них не увернуться,
И их не победить. Напрасно жилы рвать.
Беда настигшая – не сон, здесь – не проснуться.
Без влаги жизни нет, всё будет умирать.
Но не всегда здесь было так сурово:
Земля рожала хлеб, и можно было жить.
А нынче, надо уходить, чтоб где-то снова
Для новой жизни новый дом срубить.
Пока есть силы, надо собираться,
Прощальный кинуть взгляд на гиблый сухостой,
И поспешать, чтоб засветло добраться,
Куда-нибудь, на временный постой.
О воде
Чистая вода дороже нефти,
Два стакана каждому, на день.
Высохшие, тощие, как жерди,
Люди еле ходят, ищут тень.
Грязная, немытая посуда,
Горы неопрятного белья.
Дальше всё перечислять не буду,
Сам себе уже противен я.
Травы все пожухли, пожелтели,
Реки обмелели и ручьи,
Лес засох, и листья облетели,
Чёрные поля уже ни чьи.
Всё покрыто копотью и пылью,
Даже тараканам плохо жить.
Жуть такая может статься былью,
Если нашу землю не любить.
Чуткая, ранимая природа
Может надорваться, и тогда
Гордым нам останется свобода
И, в придачу, грязная вода.
Дело – труба
Ворчал наш мудрый старый дед.
– Как жизнь? – его соседка спросит.
– Труба, – на всё один ответ, -
Земля ещё пока что носит.
Трубу вдруг раз и прорвало.
Остался дом наш без воды.
– Молчал бы ты, и пронесло.
Не знали б мы такой беды.
– Да это что, банкир в трубу
Сегодня вылетел, сказали.
Хотел он видеть нас в гробу.
Теперь получится едва ли.
Нет, от трубы нам не уйти.
Что говорю, тому внемлите.
Ведь у России два пути:
Нефть, газ. А вы чего хотите?
На остальных путях затор.
И лишь в трубу нам что-то светит.
Такая жизнь для нас – позор.
И кто за это всё ответит?
Ты на трубу не горячись.
У нас труба погорячее.
А лучше в гости соберись,
И посидим …у батареи.
В больнице
Я жилец больничной койки.
Мой сосед, что здесь лежал,
На язык довольно бойкий,
Вслух о жизни рассуждал:
– В мире кризис и волненья,
А в больнице – тишина.
Но и тут идут сраженья,
Не на смерть, за жизнь война.
И к больным подход особый,
А вот цель у всех одна.
Нас и режут только, чтобы
Хворь была устранена.
Да, в бардачном океане
Есть порядка островок.
Труд врачей, сестёр и нянек
Сотням выжить здесь помог.
И всё это наблюдая,
Убеждён – помогут мне.
А вот там страна большая,
Да порядка нет в стране.
Матвееву Андрею Борисовичу
Хирургу
Здесь все равны перед тобою:
Ведь каждый человек рождён,
Одарен этой наготою
И этой жизнью награждён.
И гениальны, и паршивы,
Кто как судьбою занесён.
Ты ж трудишься, чтоб были живы
Все, кто на этот свет рождён.
Здесь есть и честные, и лживы.
Хирург в работу погружён.
Все, как один, должны быть живы,
Ведь каждый чистым был рождён.
Мы опустились в мир наживы.
А ты, от мира отрешён,
Стараешься, чтоб были живы
И те, чей мир опустошён.
Нет, мы пока не справедливы,
И мир к добру не изменён.
Живущие – да будут живы,
Когда хирург ваш защищён!
Странные люди
Мы дышим воздухом, его не замечая.
Привычно воду пьём, захочется – едим.
Просматриваем новости, скучая.