Бессмертная любовь

Глава 4

Попытки привыкнуть за два дня

Начало нового дня ознаменовал командир отделения, что разбудил всех солдат раньше, чем успело взойти солнце.

– Рота подъём!.. – воскликнул Михаил.

Команда, поданная громким мужским голосом, мигом заставила глаза большей части солдат, открыть от испуга.

– Так… Вижу, что не все встали… – сказал Михаил, смотря на двух солдат с самой последней койки.

Подойдя к ним, он подозвал к себе ещё одного солдата, дабы тот сослужил ему службу.

– В общем… благородный!.. Возьми-ка подушку с другой кровати и начни подносить её к лицу нашей спящей красавицы. Держи до того момента, пока он не начнёт барахтаться. – сказал Михаил.

– А вы?.. Товарищ командир! – спросил Михаила, солдат.

– А я, буду делать также, но только с верхним… – ухмыльнувшись, ответил Совин.

Выполняя всё то, что сказал Михаил, солдат, вскоре, ощутил, что соня покинул сонное царство, барахтаясь и крича, что есть сил и воздуха в душащую его ткань с пухом.

Понимая, что свою задачу солдат выполнил, он решает резко убрать подушку, дабы освободить бедолагу от его мучений.

Убрав подушку, солдат видит испуганную физиономию страдальца, который резко перевёл на него глаза, задав при этом, вполне логичный вопрос.

– Ты зачем это сделал?! – воскликнул испуганно и со злобой проснувшийся.

Солдат, хлопая глазами, хотел ответить, но командир отделения его перебил.

– Доброе утро, засоня! Давно уже была дана команда «Подъём», правда вот, видимо, вы исключение… – ответил Михаил.

Контрактник резко отвёл голову в сторону, дабы встретиться взглядом с командиром отделения.

– Простите товарищ командир!.. Я очень крепко сплю… – стыдливо, ответил проснувшийся солдат.

Выслушав оправдание солдата, Михаил, уже хотел было съязвить, но не успел, так как ощутил, что и его любитель обниматься с Морфеем, тоже начал подавать признаки жизни. Видя опыт первого бойца, Михаил понял, что нужно первым предъявлять претензии, чем это сделает пострадавший. Резко убрав подушку, он начинает нападать.

– А что это мы спим, Ильич Обломов?.. – спросил Михаил, смотря на солдата устрашающим взглядом.

– А-э-а… Кто спит?! Я?! Я не сплю!? И что за Ильич Обломов?! – резко воскликнул солдат, задав при этом встречный вопрос командиру отделения.

– Вот теперь вижу, что не спишь… Эх, что за молодёжь пошла… Вообще ничего не читают. – говорил сам себе Михаил, осторожно спускаясь с койки на пол.

Спустившись, Михаил дал команду двум самым сонным, дабы они начали одеваться. Окинув взглядом всех остальных, командир отделения заметил, что все, в отличии от этих двоих, уже были одеты.

– Ну молодцы же!.. Так, а теперь идём на улицу! – сказал Михаил.

Не дожидаясь двух солдат, что только проснулись и ещё не успели одеться, вся группа во главе с Совиным отправилась на улицу. Выйдя на открытый воздух, солдаты выстроились в линию, ожидая приказа командира отделения.

– Так… Благородные!.. Ваши навыки лёгкого бега сегодня будут, как нельзя кстати! – интригующе говорил Михаил.

Пока он говорил, двоя солдат, что остались в казарме и одевались, под шумок, встали в конце шеренги.

– Сейчас, все за мной! Пять километров, до стрельбища. – добавил Михаил.

Последовав за ним лёгким бегом, солдаты уже более уверенно ощущали свои силы. Спустя тридцать минут бега, контрактники добрались до места, где деревьев практически не было. Перед ними была лишь равнина с чистым, ещё не заснеженным земляным покровом.

Также на этом месте, что командир отделения назвал «стрельбищем» было всё, что должно соответствовать его названию: огневой рубеж, с позициями стрелков, линия мишеней, с мишенями соответственно, помещения, с мишенями, оружием и патронами, а также места, где оружия приводят в форму, чистят или ремонтируют. Помимо всего вышеперечисленного, также стрельбище было оборудовано пуленепробиваемыми валами, полем излёта и ограждением по периметру.

– Отлично! Добрались… Теперь идём в помещение, за оружием! – сказал Михаил.

Зайдя в помещение, солдаты начали выдавать оружия друг другу цепочкой. Начиная с последнего и заканчивая первым, добровольцы, вскоре, держали в своих руках огнестрельное оружие.

– Молодцы, а теперь на огневые позиции… – сказал командир отделения.

Выстроившись в линию, первые пятнадцать солдат ожидали приказа командира отделения.

– Так, вижу, что готовы… Дистанция пятьдесят метров! Задача – как можно чаще попадать в мишень, хотя бы… Если среди вас есть опытные в этом деле, то желательно попадать в «Яблочко». – объяснил план действий Михаил.

Солдаты, слушая командира, дожидались пока он скажет наконец-то команду для стрельбы.

– Ну что-ж… Приготовьс!.. Цельс!.. Огонь! – воскликнул Михаил.

Все, по команде начали стрелять по своим мишеням. Отстреляв двадцать патронов, солдаты опустили оружия, дожидаясь очередного приказа командира.

– Молодцы!.. Так, вторая группа заряжайте магазины и готовьтесь… А те, кто отстрелялся, могут сходить до целей и проверить результат. – сказал Михаил.

Ради интереса, Совин тоже решил вместе с первой группой сходить до мишеней. Дойдя до них и рассматривая каждую из оных, Михаил заметил лишь одну, которая была доказательством того, что под его руководством есть человек, с орлиным глазом.

– Это… Чья эта мишень?! – удивлённо спросил Михаил.

– Моя… – ответил солдат.

Перед командиром отделения, предстал парень лет двадцати пяти с взъерошенными волосами, маленькими ушами и зубами, отдалённо напоминающими кроличьи. Одетый весь в военную форму и руками, заправленными в карманы, он смотрел на Михаила, ощущая гордость внутри себя, ибо он понимал, что Совин хочет его похвалить за проделанную работу.

– Как тебя зовут, ворошиловский стрелок? – поинтересовался Михаил.

– Авоська Владимир Павлович, товарищ командир!.. воскликнул Владимир.

– Владимир… Ты уже учился стрелять где-то? – поинтересовался Михаил.

– Не много… Тир посещал! – неуверенно воскликнул Владимир.

– Ну… Молодец, что сказать! В данный момент, у тебя лучший результат! – восхищённо говорил Михаил.

– Спасибо, товарищ командир! – воскликнул Владимир.

Время, что Михаил потратил на разговор с Владимиром, стало потихоньку удручать вторую группу.

– Что же они там так долго? – Задал сам себе вопрос Иоан.

– Похоже, командир разбрасывается почестями перед одним из стрелков… – ответил Абхеан.

– Понятно… – сказал Иоан.

Заметив то, что первая группа наконец пошла обратно, те, что находились у огневых позиций, взяли оружие в две руки и начали ждать прихода Михаила. Дойдя до них, Совин, удостоверившись, что вся первая группа находится рядом с ним, начал готовить вторую группу к пристрелке.

– Как понимаю, все уже готовы… Приготовьсе!.. Цельс!.. Пли! – скомандовал Михаил.

Резкий звук множества спущенных огневых залпов глушил каждого из солдат. Иоан же, по началу, стрелял в мишень с трясущимися, будто обледеневшими от холода руками, но спустя половину выпущенного, в молоко, магазина, он всё же смог сконцентрироваться и оставшиеся выстрелы уже были нацелены на мишень, без какого-либо намёка на колебания с его стороны.

По прошествии нескольких десятков секунд, вся вторая группа отстрелялась и, получив одобрение со стороны командира отделения, направилась к мишеням, дабы лично, своими глазами, запечатлеть свои результаты.

Совин же, дабы не принижать какую-либо из групп по значимости, решает и в этот раз сходить, да поглядеть на результаты.

– Так… Восемь, семь, семь… Ну, я косой! – подсчитав свои результаты воскликнул Иоан.

– А у меня… Две восьмёрки и четыре семёрки… Ну, немного лучше! – улыбнувшись, сказал Гавриил.

Взглянув на свои результаты, друзья решили посмотреть, что там у Азария. Смотря на его мишень, с прошитыми на ней восемью восьмёрками, девятью семёрками и двумя десятками, они поняли, что вот он их зоркий глаз.

– Азарий, так ведь? – поинтересовался Михаил.

– Конечно, друг командир отделения! – спокойно ответил Азарий.

– Пока-что, у вас лучший результат! – сказал Михаил, похлопав при этом Азария по плечу.

– Молодец! – добавил Михаил.

Азарий, кивнув головой на слова Михаила, дал ему понять, что он тоже рад своему результату.

Рассмотрев мишень Азария, Иоан и Гавриил, также захотели взглянуть на мишень Абхеана.

– Абхеан… – недоумённо сказал Иоан.

Не заметив Абхеана рядом с собой, Иоан понял, что он не захотел смотреть на результаты.

– Слушай, а он же рядом с тобой стрелял, верно? – поинтересовался Гавриил.

– Ага! – ответил Иоан.

– Значит справа от тебя его мишень! Пошли, глянем… – сказал Гавриил.

Пройдя всего каких-то пять метров, Иоан и Гавриил, лицезрели перед собой мишень, в которую стрелял Абхеан.

– А тут нужны слова? – про себя сказал Иоан.

Смотря на эту мишень, они не могли отвезти взгляд от её центра, что был полностью прошит. Вскоре к ним присоединились Михаил, Азарий и остальные контрактники, что тоже не могли отвезти глаз от идеально проделанной стрельбы.

– Ни семёрок… Ни восьмёрок… Ни девяток… Просто полностью прострелянная десятка… – говорил Иоан, смотря на мишень.

– Благородные… Чья это мишень?! – испуганно воскликнул Михаил.

– Абхеана… – сказал Иоан.

– Где он? – поинтересовался Совин.

– Остался возле огневой позиции. – ответил Иоан.

– Понятно, благодарю тебя Иоан. – сказал Михаил.

– Возвращаемся обратно! – добавил командир отделения.

Все потихоньку начали уходить от мишени в сторону огневой позиции, и лишь Иоан и Гавриил, так и стояли ещё около минуты, после чего, тоже последовали за всеми обратно. Придя к огневой позиции, они заметили, что Абхеан просто стоит на месте, смотря в небо.

– Ну как? Довольны результатом?.. – тихо сказал Абхеан.

– Да! – в один голос сказали Иоан и Гавриил.

– Ясно… А меня вот, немного отчитали… – ответил Абхеан.

Иоан и Гавриил с открытыми, что есть мочи глазами, смотрели на Абхеана, ожидая от него объяснения сказанных им до этого слов.

– Я пять патронов не использовал… За это и упрекнули. – закончил свои слова Абхеан.

После причины, по которой Абхеан был отчитан, Иоан и Гавриил, сказать ничего не могли. Они просто молча смотрели на расстроенного Абхеана и заодно пытали глазами найти командира отделения. Вскоре, Михаил обозначил своё местоположение, резким приказным голосом.

– Благородные!.. Собирайтесь в шеренгу, дабы мы могли побежать обратно в часть. – приказал Михаил.

Сделав всё согласно приказу, контрактники, спустя некоторое время, опять услышали очередной приказ Михаила.

– Вижу все выстроились… Тогда… Впер-рёд! – воскликнул Михаил.

Все побежали обратно в казарму, находящуюся в пяти километрах от их текущего места пребывания. В процессе бега, солдаты, разделились на пять шеренг, дабы бежать было комфортнее. Иоан и Гавриил, видя, что все солдаты разделились поровну, образовывая в совокупности некий квадрат, решают сократить дистанцию и пообщаться немного с командиром отделения.

– Михаил!.. Можно у вас, кое-что спросить? – поинтересовался Иоан.

– Конечно, благородный! Я тебя слушаю… – ответил Михаил.

– За что вы отругали Абхеана? – недоумённо спросил Иоан.

– Отругал?! Нет… Я просто подметил профессионализм его стрельбы, и взглянув на его магазин, где осталось всего-то несколько патронов, слегка упрекнул его за это… – ответил Михаил.

– Понятно… – вздохнув, сказал Иоан.

– Я не думал, что он так воспримет мои слова… – грустно проговорил Михаил.

– А вы не подумали, что ему просто не хватило времени, дабы выпустить все патроны? – поинтересовался Гавриил у Михаила.

– Увы, но тут он ответил, что «В этом нет нужды, ведь вся десятка уже прострелена». – процитировал слова Абхеана, командир отделения.

– Неужели, нельзя было просто не говорить об этом? – поинтересовался Иоан.

– Иоан – это регламент! Полное опустошение боевого магазина, это то, что обязан сделать каждый солдат… Печально, но даже если ты всё уже сделал идеально, ты всё равно должен использовать и остальные боеприпасы, оставшиеся в магазине. – грустно проговорил Михаил.

– Мы всё поняли… – сказал Иоан за себя и Гавриила.

В течении всего оставшегося времени Иоан и Гавриил бежали молча. Добежав до своей части спустя двадцать пять минут, добровольцы, услышали разрешение от командира отделения, на кратковременный отдых. Пока солдаты отдыхали, Михаил решил извиниться перед Абхеаном, за то, что задел его.

– Абхеан! – воскликнул Совин, глядя на Абхеана.

– Да… Командир… – смотря на Михаила пустыми глазами, сказал Абхеан.

– Прости, за то, что ранил тебя… Я не думал, что маленькая редактура твоих действий, так сильно расстроит тебя… – раскаявшись, сказал Михаил.

– Ничего… У меня бывает такое, что меня расстраивают даже малейшие из моих ошибок… – ответил Абхеан.

– Сложная вы личность, Абхеан! Хорошо, я учту эту особенность… – сказал Михаил.

– Благодарю! – ответил Абхеан.

Извинившись перед Абхеаном, Михаил, отлучился на несколько минут в туалет, после, вернувшись из уборной комнаты, он посчитал, что контрактники уже достаточно отдохнули, поэтому, не теряя ни минуты, Михаил дал солдатам, очередную порцию дисциплин.

– Благородные, внимание! Сейчас мы разминаемся, а потом, я вас распределю по группам, что будут ответственны за свой вариант дисциплины. – Сказал Михаил.

Встав около выхода из казармы, Михаил начал вновь везти за собой контрактников, оббегая здание в этот день уже пятнадцать раз. После бега, Совин повторил практику с отжиманиями, заставив добровольцев сделать на пять отжиманий больше, чем во вчерашнем дне. Ну и уже по традиции, последними были приседания, что тоже увеличили своё количество на пять раз.

– Молодцы! А теперь, идём распределяться по группам. – сказал Михаил.

Солдаты, отдышавшись, последовали за командиром отделения. Дойдя до центра части, где было много свободного места, Михаил, начал объяснять всем дальнейшую стратегию действий.

– Так, будет три группы, по десять человек в каждой. Первая группа – это легкоатлеты, их задача, это усиленно тренировать выносливость, скорость, ловкость, гибкость и прочие мелкие параметры. Вторая группа – это тяжеловесы, задача которых тренировать мышцы, силу, выносливость и остальные дисциплины, меньшие по важности. Третья группа – это люди, углублённо изучающие тактическую медицину. Будем их называть Механиками! Их задача, это научиться профессионально оказывать первую помощь, обеззараживать раны, оттаскивать раненных в безопасное место и прочие медицинские манипуляции, что связаны с полным или частичным оздоровлением раненного или больного солдата. – рассказывал Михаил.

После того, как командир отделения объяснил солдатам их дальнейшую последовательность действий, все в миг, начали распределяться по группам.

– Я решил! Я пойду к легкоатлетам. – воскликнул Гавриил.

– Отличный выбор, друг мой! Я, пожалуй, выберу тяжёлую атлетику. У меня силовые способности, всё же получше будут… – спокойно проговорил Азарий.

– Я с тобой! Сила у меня чуть больше, чем выносливость… – сказал Абхеан.

Иоан же, понимая свои способности, не сильно хотел ни в лёгкую, ни в тяжёлую атлетики, поэтому он решил, что его призвание, это лечить раненных и больных.

– Ну а я пойду в лечебную группу… Должен же среди нас четверых быть медик! – шутливо сказал Иоан.

Успешно распределившись по группам, друзья начали углубленно осваивать каждую из выбранных ими дисциплин. Спустя три часа командир отделения, приходит, дабы оповестить все группы о перерыве.

– Благородные!.. Обед. – оповестил контрактников Михаил.

После команды о начале приёма пищи, все добровольцы ринулись в столовую. Подойдя к месту раздачи, солдаты, по очереди, брали свой поднос с едой. Взяв еду и рассевшись, кто как хотел, они начали употреблять всё, что даровали им повара военной части.

– Ну как вы там? – поинтересовался Иоан, смотря на ещё отдышивающегося Гавриила, и Абхеана с Азарием, на лице которых, можно было заметить пот невооружённым глазом.

– Нор… Ма… льно! – цепляясь лёгкими за кислород, сказал Гавриил.

– Неплохо… – сказал Абхеан, употребляя попутно суп, ложку за ложкой.

– Соглашусь с тобой, друг мой! – воскликнул Азарий.

– Ясно… А я вот, научился делать непрямой массаж сердца, за три часа… Непонятно, правда зачем?.. Неужели на поле боя, у солдата может остановиться сердце? Да его быстрее убьёт шальная пуля, чем я смогу его реанимировать… – с грустью сказал Иоан.

После того, как Иоан высказался, он начал вместе с остальными употреблять пищу. По окончанию трапезы, добровольцы, по приказу командира отделения, вернулись к своим группам.

Продолжая познавать трудности выбранного ими ответвления, контрактники, вскоре, спустя ещё около четырёх с половиной часов, вновь лицезрели появление командира отделения, который пришёл им напомнить о том, что сейчас уже время ужина и им пора бы, опять пойти в столовую.

Придя в богадельню, они взяли подносы с варенными овощами, куском хлеба и компотом из сухофруктов. Увлечённые пищей и уставшие от своих дисциплин солдаты, молча съели всё за десять минут, и покинув столовую, вернулись в свою казарму, где их уже ждал командир отделения.

– Так… Благородные! Два часа досуга, а после отбой. – сказал

Михаил, покинув спальное отделение.

Все солдаты начали заниматься своими делами. Кто-то отдыхал, кто-то читал, кто-то болтал, а кто-то даже спал.

– Чем займёмся? – спросил Иоан.

Взглянув на Гавриила, лежащего с открытым ртом и глазами, уставленными в потолок, Абхеана, серьёзно смотрящего в пол и Азария, сжимающего рукой свой шерстяной крестик, закрыв при этом глаза, Иоан понял, что желания, какой-либо деятельности у них нету.

– Ладно… Вы как хотите, а я пойду писать. – сказал Иоан.

Сделав несколько шагов до своей кровати, он, усевшись на ней поудобнее достал книжечку и начал писать.

По прошествии двух часов, которые Гавриил провёл, лёжа на кровати, Абхеан, то ходил, то сидел, а Азарий напевая про себя божественные мотивы, вдруг пришёл командир отделения, оповестить о начале сна.

– Отбой! Благородные… – скомандовал Михаил.

После его слов, все контрактники легли по своим кроватям и Михаил, удостоверившись в этом потушил свет в помещении.

Ночь прошла незаметно. Все солдаты, выспавшись, начали свой день с завтрака, которого, как они сами подметили, вчера не было. Спросив об этом у командира отделения, тот ответил.

– Завтрак, вчера отсутствовал, по причине того, что мы были на стрельбище… Сегодня, стрельбище будет чуть позже, поэтом утренний приём пищи вы тоже успеете застать. – ответил Михаил.

После объяснения Михаила, все получив ответ на свой вопрос, направились в столовую, дабы позавтракать перед началом очередного стрельбища. Спустя пятнадцать минут, добровольцы, уже сытыми, бежали до полигона. Добежав до него, вновь взяв оружие в руки, они, отстрелявшись, вернулись опять в казарму. Михаил, проведя очередную разминку, заметил, что уже все солдаты, вполне хорошо справлялись с упражнениями, даже при учёте того, что в этот день, каждой дисциплины было, ещё на пять единиц больше.

Проведя разминку, Михаил распределил солдат по группам и оставив их одних, ушёл в канцелярию, заполнять важные бумаги. Контрактники, занимаясь дисциплинами около пяти часов, опять отправились на обед. Наевшись, они вернулись к изучению своих упражнений и по прошествии шести часов, отправились на третий приём пищи. После ужина, они вновь получили несколько часов досуга, по истечению которых их, в очередной раз побеспокоил командир отделения.

– Ну что ж, благородные! Уже третий день прошёл, а вы, скорее всего, даже и не заметили… Ну ничего, завтра мы немного поменяемся ролями. Первая и вторая группа, будут изучать тактическую медицину, при помощи одного человека, которого я возьму из третьей группы. Оставшиеся же девять человек из группы «Механиков», будут тренироваться одновременно на силу и выносливость. – сказал Михаил.

– А впрочем, ничего сложного… отбой, благородные, отбой!.. – завершил свои слова командир отделения.

Все добровольцы, в мгновении ока, уложились по своим кроватям, находясь в предвкушении от завтрашнего дня.

Глава 5

Чувство лёгкости на протяжении трёх дней

Как и ожидалось, командир отделения сдержал своё слово, поэтому после того, как все добровольцы проснулись и плотно позавтракали, они, вновь, начали распределяться по группам.

– Так… Есть желающие на роль того, кто объяснит всю тактическую медицину для первой и второй группы? – сказал Михаил, сверля глазами каждого человека из третьей группы.

Смотря абсолютно на каждого из них, Михаил понимал, что никто желанием-то и не горит, быть наставником для легкоатлетов и тяжеловесов. Правда вот потом, командир отделения резко перевёл глаза на Иоана, который решил, случайно чихнуть.

– О, вижу вам так и не терпится, да Иоан!? – сказал Михаил, прямо намекая Иоану на то, что он и понесёт эту ношу.

– Не, не! Я просто на солнце посмотрел, вот и пошла ответная реакция организма. – ответил Иоан.

Услышав ответ Иоана, Михаил немного усомнился в том, что он и вправду не желает быть наставником медицины, по той причине, что он даже в своей речи уже начал использовать термины и слова, относящиеся к медицине. Всё же, видя надежду на то, что он согласится, Михаил решает переспросить его.

– Понятно… Точно уверен, что не хочешь?! Так подумать, кто если не ты? – льстиво переспросил Иоана, Михаил.

В этот момент Иоан задумался. В его голове так и плыли недавнишние виды того, как Гавриил ели дышал и стоял на ногах, находясь в столовой во время приёма пищи. Тяжести, что испытывал Гавриил не выходили у него из головы, поэтому он, ещё немного подумав, всё же, решает стать этим жертвенным агнецом, что будет наставлять людей первой и второй группы.

– Хотя нет! Вы правы! Кто, если не я?! Я согласен! – воскликнул Иоан.

– Вот и замечательно! Правильно, что подумал. Лучше всё обдумать, связав все за и против в своей голове, которые уже и укажут тебе дорого к истине… – философскими речами распинался Михаил.

После того, как Иоан согласился давать наставления о тактической медицине, он, сразу же, получил в своё подчинение двадцать человек, что по приказу командира отделения, должны беспрекословно ему подчиняться.

– Похоже теперь, мы будем заниматься обучением… Ладно, друзья, меня зовут Ранель Иоан Акудзинович, и на протяжении следующих трёх дней, я буду вашим наставником в деле тактической медицины! – Представился Иоан и попутно сразу же обозначил временный рамки на освоение материала.