Зараза 2: Львиное сердце

Глава 6

– Помофем? – спросил Вадик, когда рация стихла.

– Если успеем, – я пошел к контейнеру с наклейками, намереваясь, наконец, набрать все, ради чего сюда приехали, а может даже и больше, – Чем быстрее все осмотрим, тем больше шансов.

Сбил замок, со скрипом отворил ворота и уставился на ровные ряды зеленых армейских ящиков. Потом вскрыл следующий контейнер, потом еще один и еще. В голове что только не крутилось: хабар, лут, ништяки. То, что мы сорвали джек-пот, было несомненно, и также было несомненно, что мы его не переварим.

– Лагерь, прием. МакФерси – Космосу, прием.

– Что там у вас?

– Еще одни координаты примите. И выезжайте сразу с фурами, здесь есть чем поживиться. Оружие, снаряга, боеприпасы, еда, одежда, одеяла, в общем, куча товаров повседневного спроса.

– В чем подвох?

– Поторопиться нужно, здесь пока тихо, но не факт, что надолго.

Может с мутантами «глобалы» и не хотели сами разбираться, то, учитывая слежку, знают о результатах зачистки лагеря и, уверен, что тоже наведаются. Так что, как грустно не было, как внутренний жабо-хомяк не стонал, но вечно столоваться у миротворцев не получится.

Как ни торопились, все равно больше часа ушло на поиски и сборы. Все грузили в трофейную «пиранью», решив, что теперь у нас будет дом на колесах, а, точнее, небольшая, но крепость. Собрали все по списку от «Глобалов», а дальше уже старались для себя и в перспективе для остальных мчсников.

Вещи первой необходимости в текущей ситуации: новенькие автоматы АК-12 с запасом как самих автоматов, так и магазинов, патронов и всевозможного обвеса, от коллиматоров до фонарей и рукояток. К ним в довесок пару снайперских винтовок и пистолеты. Винтовки, так сказать, возрастные – СВД, а вот пистолеты довольно новые – девятимиллиметровый пистолет Лебедева, версия под названием МПЛ-один с резьбой под глушитель.

С пистолетами я все-таки пожадничал. Когда в одном из контейнеров наткнулся на два готовых комплекта – аккуратный ящичек с пистолетом, глушителем, тремя магазинами, ремонтным набором и сменными накладками на рукоять под разные шаловливые ладошки, то решил, что ни с кем делиться не буду. Как говорил Леха: мне нужнее. Магазин на шестнадцать патронов, планка «пикатинни» для крепления лазерного прицела или фонарика, который я тоже раздобыл.

Не смог на этом остановиться и про запас прихватил еще один пистолет, только в версии ПЛК, он же пистолет Лебедева компактный с магазином на четырнадцать патронов и без резьбы под глушитель. Тот, что с глушителем, решил брать на вылазки, а компактный, так сказать, для ежедневного ношения или оружия последнего шанса.

Что-то более тяжелое и с калибром покрупнее найти не смогли, все-таки миротворцы не совсем в панике сваливали. Излишки оставили, а все убойное успели пустить в дело или увезли с собой.

В домике, заменявшем мастерскую, правда нашлось несколько разобранных «Печенегов» и один пулемет калибра двенадцать и семь миллиметров, похоже, снятый с «пираньи». Навскидку определить, что с ним было не так, понять не удалось. Но похоже бронетранспортер оставили как раз из-за ремонта пулемета – беззубая «пиранья» никого не заинтересовала.

Дальше грузили все, что могло улучшить жизнь или сделать ее комфортной: консервы, питьевая вода, аптечки, одежда, спальники, инструменты – хоть сейчас собственный лагерь человек на десять организовывай. Плюс броники и даже несколько голубых Ооновских касок.

И я, наконец, обзавелся удобным штурмовым ранцем оливкового цвета и тактическими перчатками без пальцев, но с усилением на костяшках. Трогать и таскать мертвяков при необходимости приятней не станет, но хоть по зубам дать так страшно не будет.

«Пиранью» забили под завязку, и еще хотелось, но Вадик попросил оставить пару свободных мест на тот случай, если встретим рыженькую училку с детьми.

То, что путешествовать на бронетранспортере такое себе удовольствие стало понятно, как только въехали в город. И хоть аллею с повешенными объехали, сильно дав по кругу и бездорожью, то, когда вернулись на дорогу, моментально превратились в магнит для мертвяков.

На шум двигателя и звуки ударов по машинам, а проехать теперь мы могли не везде, из каждой дырки, ямы, дома к нам тянулись зомби и преследовали пока или у меня, или у Вадика не выдерживали нервы. В таких случаях мы тормозили, и как двое из ларца, в одинаковых голубых касках выскакивали из люков и отстреливали из АК по два-три десятка шаркунов, радуясь новому оружию и огромному запасу патронов.

Зато люди на нас не реагировали, мимо проскочила какая-то машина с гражданскими. Заметили нас, помахали белой майкой из окна и свалили по-быстрому.

Но все равно было неуютно, и очень душно. Какое-то ложное чувство безопасности – вроде бы и находишься за толстыми стенками, и от шаркунов убережешься да от каких-нибудь фермеров, а вот от РПГ или снайпера, когда подышать высовываешься, уже нет. Наоборот – ни маневра, ни движения, считай заранее в гробу едешь.

С нами связался Джерри, передал координаты места для встречи с «глобалами». Очередная то ли церковь, то ли приют неподалеку от залива всего в нескольких километрах от нас.

Когда мы прибыли на место, «глобалы» уже были там. Если бы не их фирменный черный грузовик с тонированным «геликом» поддержки, я бы даже не понял, что правильно приехали. Вся церковь представляла из себя глиняный барак с соломенной крышей, причем стен было только три.

Внутри стол в углу, за которым или вели проповеди, или читали уроки, и несколько низких лавок, разбросанных по помещению. На стене висела распятая статуя в человеческий рост, но, когда подъехали ближе и выбрались из «пираньи», оказалось, что это не статуя, а успокоенный мертвяк.

Из джипа вышел «призрак» с выключенной броней, тот самый родственник покойника из отеля. При ярком свете дня, наконец, удалось рассмотреть и его и броню.

Парень молодой, даже слишком молодой, где-то чуть-чуть за двадцать. Светленький, аккуратная прическа, будто только что из барбершопа. Виски выбриты, на лбу невысокий зализанный чуб, солнечные очки с зеркальным отражением. На носу веснушки, ямочки на щеках – прям милаха-парень.

Ни разу не поверишь, что убийца-психопат. Но это издалека и мельком. Начинаешь приглядываться и видны и тонкие скривившиеся губы, и маленький шрам на виске, и татушка с черепом, торчащая из-под кевларового воротника.

– Живой ещё, бродяга? – бросил он мне вместо приветствия.

– Как видишь, – я окинул взглядом поляну, пытаясь понять, сколько здесь «глобалов».

– Это хорошо, а то я сам хочу тебя убить, – он осклабился и подождал, возможно, рассчитывая на какую-нибудь реакцию, но я промолчал. – Привезли?

– Да, – я подошел вплотную и стал разглядывать свое отражение в солнечных очках, побриться бы не помешало, да и барбершоп скоро самому понадобится, – Где наш человек?

– Он пока останется у нас, – «призрак» отступил на шаг, а на костюме замерцали искорки, насколько помню, что-то типа холостого хода включилось перед полным запуском, – Мы переоценили сложность зачистки лагеря ООН. Слишком легко вы там справились, поэтому цена за услугу составила двадцать четыре часа продления срока. С этим есть какие-то проблемы?

Конечно есть, ублюдок ты конченый. Но я сдержался. Не дотянусь. Может, как говорится: не съем, но понадкусываю. И то под вопросом. Томагавком дотянусь, а может и ПЛК выхватить успею, но нет. Вижу еще троих (не призраков) в обычном черном камуфляже по периметру, вроде бы шаркунов высматривают, но и в нашу сторону косятся. Плюс в «гелике» кто-то есть, да и «призраки» по одному не ходят, как правило.

Я сдержался. Подвинул Дугласа в своем мысленном списке мести на второе место, пропихнув на первое своего нового фаворита. Свидимся еще, да и костюмчик твой я себе заберу, размер подходящий.

– Разгружаемся! – я крикнул Вадику заранее подготовленную фразу, означающую, что на конфликт не идем и повернулся обратно к «призраку», – Я хочу поговорить с сестрой.

– Это…можно, – скривился парень, но потянулся за рацией.

Похоже, чувства нас одолевали одинаковые. Вот только лицом он владел похуже. Молодой еще, нервный, легко на провокацию пойдет, психанет и тогда-то мы его за кевларовую жопу и прищучим.

Хотя, если сестра не ответит или скажет, что ее там обижают, я сам психану. Но переговоры с кем-то в лагере «глобалов» прошли успешно, я даже узнал имя «призрака» – Маркус. А через пять минут услышал чуть запыхавшийся, но вполне бодрый родной голос. «Призрак» зарычал, чтобы говорили только на английском.

Сестра затараторила, но успела сказать всего одну фразу: «Мы в порядке. С этими стариками чувствую себя, как на дне рождения тети Лены. Да еще с подарком никак не определимся, ты ведь помнишь, что она все время на кето-диете».

Маркус выключил рацию и подзавис, пытаясь осознать, что сказала сестра.

Я тоже.

На дне рождения тети Лены моя сестра по сути и не была ни разу. У тетки всегда был какой-то нездоровый интерес к успехам сестры на фоне танцев и чуть ли не с порога Катьку заставляли исполнять новые выученные движения. Сестра бесилась и сбегала при первой же возможности.

Значит, готовят побег.

Вместе со стариками – считай, как минимум с Леонидычем. Идеи и планы у них есть, но готовый вариант еще не нарисовался. Причем планы связаны с речкой. Это, конечно, если она правильно перевела, а я правильно перевел обратно и все понял. Что такое кето-диета я понятия не имею, но сестра об этом прекрасно знает. Так что уверен, что здесь достаточно уловить первое слово, а кета – это рыба.

Пока непонятно, хорошо ли это или плохо, что хотят бежать. Маловато информации, но раз мудрит что-то, значит и силы, и настроение в порядке. И пожалуй, сейчас это главное.

Я помог Вадику с разгрузкой. Очень хотелось послать «призраков» в пешую прогулку на три веселых буквы, и пусть сами тут корячатся. Но был шанс, что вынесут больше, чем им полагается, так что потели и кряхтели, зато справились быстро. Чуть ли не перед самым носом Маркуса захлопнув двери, чтобы не подглядывал на наши запасы.

На прощание «призрак» пообещал, что еще свяжется, и напомнил, сколько времени осталось. А я почти вернул его же фразу, подмигнул и пожелал выжить до следующей нашей встречи.

***

Район Глостер. Западный Фритаун. 27 марта 18:25

– Вон пофта, где бабы под колефа брофилифь, – Вадик припарковал «пиранью» за несколько одноэтажных домиков до места, где мы встретили училок, – Какой план?

– Поищем немного, – я посмотрел на часы, – на ночь глядя, мы все равно алмаз не найдем. А вот утром надо будет в одно место заехать, мне твоя помощь будет нужна.

– Добро, – кивнул Вадик и уже, наверное, в сотый раз потер ушибленное плечо.

– А пока ты охраняешь наши пожитки, а я налегке по-тихому прошвырнусь по району и поищу девчонку с детворой. Если через час на связь не выйду, дуй к выживальщикам.

– Уверен, фто один?

– Да, – я взял пистолет Лебедева с глушителем, рассовал запасные магазины в подсумки, закинул в рюкзак обрез, самодельные отвлекалки из будильников и проверил, как закреплен томагавк. – Все, я пошел.

Штуцер, конечно, был бы понадежней, но действия обезболивающих пластырей закончилось, плечо ныло и не то, что штуцер, приклад АК-12 причинял боль при стрельбе. Да и по-тихому бы не получилось.

Я пробежался до здания почты, прыгнул на перила, а с них перебрался на козырек. С него забрался на ближайшую решетку и сквозь разбитое окно и погнутые жалюзи стал пытаться, что-то разглядеть.

Увидел холл, край лестницы и стулья для посетителей в коридоре вдоль стены. Шаркуны – не толпа, но бродили довольно свободно. Никуда особо не ломятся, никого не караулят, зато, как почувствовали меня, сразу же потянулись в мою сторону.

Будем считать, что здесь чисто.

Вернулся на козырек, снизу уже стояла парочка шатунов и высматривали меня. МПЛ на фоне долбежки по жалюзям у меня за спиной тихонько хлопнул два раза, выбивая остатки мозгов стоящим внизу. Я набрал в легкие побольше воздуха и закричал: «Ребеккааааа», а потом спрыгнул и бросился к козырьку здания напротив, проскочив метрах в десяти от привлеченных шаркунов.

Мда, орать, конечно, не самая лучшая идея, но если они куда-то заныкались, то я их в жизни не найду.

Куда могла деться молодая напуганная девушка? Церквей тут полно, почтовых отделений всего два на весь город, зато церквушка чуть ли не на каждой улице. Во Фритауне связь, похоже, налажена только в одну сторону, но Ребекка из Дании, а как там с этим дела обстоят, я даже не знаю. Но скорее всего таким, как она уверенность дают другие постройки.

Посольство, например, но оно далеко. Полицейские участки, но они давно разграблены и полны мертвяков. Остается банк. Но, с другой стороны, она же пошла искать детей, а тем больше подойдет школа или развлекательный центр. Куда бы я пошел, кроме милиции или папиной работы, будь я десятилетним пацаном в городе, кишащим зомби? Хотя я тоже не показатель, у нас в закрытом городке и Дом Офицеров был и КПП с бойцами при оружии.

Ну или бы просто вернулся бы в свой пионерский или, может, здесь бойскаутский, приют. Банк, мне кажется, я вижу дальше по улице, верхушка церкви торчит всего через пять домов, а до приюта чуть меньше километра дворами, потом серия тростниковых построек вдоль пляжа, а дальше уже открытая вода.

Под ногами скопилась уже довольно большая толпа мертвяков и все время подтягивались новые. Жара спадала, но ветерок еще холодным не был, наоборот, душным, все время казалось, что не хватает кислорода, чтобы вдохнуть полной грудью.

Если стемнеет, то я уже точно никого не найду. Спускаться я не стал, развернулся, подпрыгнул и по уже привычной схеме: кондиционеры, карнизы и решетки, забрался на крышу.

– Вадик, прием. Сгоняй на «пиранье» до пляжа, посмотри, может, они вернулись. Из БТРа не выходи только. Перед тобой на улице все чисто, а задних я сейчас отвлеку.

– Окей, ты куда?

– В банк надо, а то наличка закончилась.

– А, ню-ню, – Вадик хмыкнул, – Нафинать?

– Обожди, по будильнику стартанем.

Я достал ловушку-отвлекалку. Завел будильник на ближайшее время и навесом метнул в контейнер с мусором, стоявший на углу почты. Выждал две минуты, но ничего не произошло, только шаркуны подо мной начали разбредаться по улице.

Вытащил второй и повторил операцию. Подождал еще минутку и, когда затрещали бубенчики причем сразу у двух будильников, дал Вадику команду двигаться. Проследил взглядом, что за ним почти никто не увязался, а большинство шуршало возле помойки, и только тогда побежал по крыше в сторону банка.

Нашел выход с крыши и тихонько спустился в какое-то офисное здание, прислушался, но кроме тяжелого хрипа внизу на лестнице и звуков, будто кто-то монотонно бьется головой о стену, ничего не услышал. Топором и пистолетом проложил себе дорогу к выходу, завалив по дороге, по одному, четырех мертвяков. Нет жары – нет толковых монстров в помещениях, только самые медлительные остаются, остальные уже на ночную охоту выбрались.

И действительно, на улице плотность ходячих трупов возросла. Я выстрелил несколько раз, выбивая стекла у припаркованной через дорогу машины, отвлек шаркунов и проскочил в открытые двери банка.

Вывеска с надписью FiBank валялась на полу под кучей разбросанных рекламных буклетов с той же надписью. Я опять будто в прошлое попал – никаких электронных табло, никаких терминалов с талончиками. Только небольшой зал со скамейками, в котором отгородили прямоугольный кусок с рабочими местами сотрудников и решетками от пояса в местах, где были окошки для работы с посетителями.