Terra Insapiens. Небеса

– Скорее «летающее блюдце». – задумчиво произнёс Адам. – Это малый патрульный корабль. На Марсе у них база.

Все встали из-за стола и отошли в сторону. «Летающее блюдце» приземлилось в центре двора, прямо на голову «Мыслителя». «Мыслитель», как ни странно, не пострадал – как будто корабль не весил ничего.

Открылась дверца, из неё выплыл, именно выплыл, хоть и в вертикальном положении, пришелец. Фигурой он был похож на человека в серебристом обтягивающем трико, но у него была круглая голова, вся покрытая коричневыми пупырышками глаз (так показалось Артуру), без положенных человеку рта, носа, ушей и волос. Он неспешно по воздуху подплыл прямо к Адаму и встал на траву. Очертания его плавно мерцали, словно он был окружён тонким облаком серебристой ауры.

– Вы Адам, трумэн номер 26041962?

– Да, это я, – ответил Адам.

– Вы обвиняетесь в незаконном перемещении в пространстве-времени. Я прибыл за вами, чтобы доставить вас в Верховный Суд Галактики.

Адам поджал губы и развёл руками.

– Ну что ж, – суд, так суд, – я подчиняюсь, – сказал он спокойно, но грустно. – Разрешите мне попрощаться с друзьями. Я буду готов через пять минут.

Пришелец повернулся и также медленно заплыл обратно в корабль.

– Это у него голова или скафандр? – поинтересовался Артур.

– Голова… Сэйны не носят никакой одежды и скафандров. Можно сказать, что их кожа и есть их скафандр, надёжно защищающий от космического излучения и физического воздействия.

– Я слышал, как он говорит, но у них нет рта.

– А зачем им рот? Еда им не нужна, у них мощные аккумуляторы. Говорить им не нужно, на ближнем расстоянии они общаются телепатией, на дальнем – по космонету. Кстати, странно, что ты его слышал, он обращался только ко мне.

– Ну да ладно, – Адам тряхнул головой, – вопросы потом. Артур, Паскаль – остаётесь за хозяев Замка. Правьте, как два консула, и не волнуйтесь за меня – я скоро вернусь. Если же через десять дней не вернусь… Достанете под моей подушкой письмо для вас, там написано – что надо делать.

Они обнялись. Адам подошёл к кораблю, и невидимая сила приподняла его на воздух и затянула на борт «летающего блюдца». Дверца закрылась и через мгновение корабль растаял в воздухе с лёгким хлопком.

– Адам улетел! – Ева с открытым ртом и широко раскрытыми глазами смотрела в небо – туда, где растаяло «летающее блюдце».

– Он улетел, но обещал вернуться, – успокоил девочку Артур.

– Что это значит? – спросил Судья. – Адам нарушил закон и его будут судить?

– За незаконное использование машины времени, – подтвердил Ньютон.

– Но это безобразие! – вознегодовал Судья. – Я в жизни не нарушал закона, а теперь я получаюсь соучастник преступления?! Не ожидал я такого от Адама… Мы ему доверяли, а он нас всех подвёл.

– Адам сказал, что он скоро вернётся, – урезонил Судью Артур. – Я ему верю.

– Вот попали так попали, – покачал головой Андрон. – И чего нам не жилось спокойно в нашем времени? Зачем нам это будущее, где нам не рады?

Хозяин вызвал Артура для объяснений. Его не было во дворе, и он узнал о случившемся от Евы. Рассказав всё, что он знал, Артур уверил Хозяина, что Адам скоро вернётся.

– Вы так думаете? – недоверчиво спросил Хозяин. – Ну-ну… Насколько я понял, здесь с трумэнами не либеральничают.

Он внимательно посмотрел на Артура.

– Что собираетесь делать?

– Ждать, – просто ответил Артур. – Ждать и верить – что нам остаётся?

– Я так и чувствовал, что наши злоключения на этом не закончатся. От этого Адама одни неприятности.

Артур оставил Хозяина в тяжёлой задумчивости.

На следующий день после отбытия Адама Хозяин попытался вернуть в свои руки власть над Замком. Он достал из сейфа старенький браунинг M1911, воткнул его себе за пояс и вышел во двор.

– Верните мне все ключи, или отоприте комнату управления, – потребовал он у Артура. – Мне нужно забрать там необходимые вещи.

– Ключи были у Адама, – растерянно сказал Артур, – и где они сейчас я не знаю.

Хозяин попытался вломиться в комнату Адама, но крепкий замок и металлическая дверь ему не поддались. Тогда он пошёл в мастерскую, устроил там форменный обыск, перевернув всё верх дном, но ничего так и не нашёл.

Артур быстро собрал всех, и они окружили Хозяина, когда он вернулся в Замок.

– Может, вы успокоитесь и отдадите нам оружие? – голосом, не предвещающим ничего хорошего, сказал Ньютон. – Или нам надо надеть на вас смирительную рубашку?

– Это мой Замок! – покрасневший от ярости, вскричал Хозяин, размахивая пистолетом перед лицом Ньютона. – Вы все бунтовщики и безумцы! Пропустите меня!

Ньютон перехватил его руку. Раздался выстрел, направленный в небо. Ньютон стукнул Хозяина кулаком по голове и тот осел на землю. Пистолет остался в руке Ньютона.

– Андрон, – обернулся Ньютон к оторопевшему Андрону, – сходи за смирительной рубашкой.

– Не надо ничего! – послышался звонкий голос.

Это Ева протиснулась сквозь ряды окруживших Хозяина людей. Она помогла отцу встать, взяла его за руку и потащила за собой. Их пропустили. Ева увела Хозяина вверх по лестнице.

Больше попыток вернуть власть с его стороны не было. А пистолет Ньютон отдал Артуру.

– Ты у нас самый разумный. Пусть будет у тебя, – усмехнулся он.

Потянулись дни неопределённости, но хорошая погода не давала друзьям унывать. Они ещё целый день провозились с плотом, улучшая конструкцию паруса, и наконец, когда под вечер подул лёгкий бриз, друзья отплыли на плоту на полкилометра от острова. Паскаль крутил головой, разглядывая сквозь трубу горизонт.

– Нету никаких островов. Надо дальше плыть.

Артур забастовал.

– Скоро стемнеет. И потом – надо потренироваться в управлении парусом недалеко от берега. Вот сейчас, например, – как мы вернёмся против ветра?

Стали крутить парус, пытаясь плыть зигзагом – галсами. Шкиперское мастерство приобреталось на ходу. Если бы Артуру сказали, что они идут бейдевиндом, он бы очень удивился. Таких слов он не знал. Намучились донельзя и, когда плот наконец ткнулся носом в берег, друзья сошли с него совершенно обессиленные.

Зато спали они в эту ночь, как убитые.

На завтрак Андрон приготовил яичницу.

– Хорошо, что ты перед нашим отъездом купил кур, – похвалил Андрона Паскаль. – Где бы мы сейчас их нашли?.. Интересно, бывают ли дикие куры?

– Бывают, – сказал Ньютон. – В Таиланде я сам видел таких. Мы с женой провели медовый месяц в Индокитае, – с лёгкой улыбкой приятного воспоминания добавил он.

– Слышишь, Андрон? – обратился к нему Паскаль. – В Таиланд поедем за новыми курами.

Он повернулся к Артуру.

– Ну что? Продолжим сегодня наше плавание?

– Я посмотрел карту, где Адам отметил координаты нашего острова. – ответил Артур. – Нет поблизости никаких островов. До Сицилии – шестьдесят километров.

– А до острова Капри? – спросил Писатель. – Я буду жить только там и нигде больше!

– Да, забирай, ради бога! – сказал Паскаль. – Тоже мне – император Тиберий!

Ева утащила Паскаля кататься на качели. Артур подошёл к Маркусу, сидевшему в одиночестве за столом и присел рядом.

– Как вам наши путешествия во времени? – спросил Артур. – Вчера мы были в средневековой Франции, сегодня попали в будущее, завтра, может быть, Адам придумает ещё что-то. Какие у вас ощущения?

– Вчера – это завтрашнее сегодня, – меланхолично произнёс Маркус. – Видимый мир есть недоразумение. Ощущения, как залог реальности, есть всего лишь предмет веры.

– Маркус, вы законченный пессимист. Надо радоваться жизни, радоваться переменам.

– Я радуюсь, – также меланхолично ответил на упрёк Маркус. – Я всегда говорю себе – могло быть ещё хуже.

– Почему вы больше не рисуете?

– У меня закончилась бумага.

– Попросите у Евы. Хотите я попрошу?

– У меня закончились мечты.

Артур внимательно посмотрел на него и развёл руками.

– Ну, с этим я вам помочь не могу… Хотите, я научу вас плавать?

Маркус удивлённо посмотрел на Артура.

– Зачем?

– Это новые впечатления, новая радость… Это может подарить вам новые мечты… Пойдёмте!

Маркус заколебался, но Артур был настойчив. Он потащил Маркуса за собой.

Через два часа, нахлебавшись морской воды, Маркус вылез на берег и, свалившись на песок, обессиленно уснул. Артур прикрыл его влажным полотенцем, чтобы он не обгорел на солнце и не получил тепловой удар, затем вернулся в Замок.

– У вас есть стэплер? – обратился к Артуру Писатель.

– Стэплер? – удивился Артур. – Откуда он у меня? Вы спросите у Хозяина. У него наверняка есть.

– У него я уже спрашивал, – ответил Писатель. – Он сказал, что не может больным давать стэплер. Ещё руки, говорит, себе поранят. Я ему сказал: ещё неизвестно – кто здесь больной? Он на меня разорался и выгнал из кабинета.

– Тогда попробуйте старинный метод – нитку с иголкой, – посоветовал Артур.

– У вас есть иголка?

– У Андрона спросите, – отмахнулся Артур.

Сократ возобновил свои ежедневные прогулки. Артур ненавязчиво присоединился к нему. Некоторое время он шёл молча, исподволь наблюдая за мимикой Сократа, беседующего с кем-то в уме своём.

Наконец Сократ остановился, посмотрел на Артура и спросил:

– Почему существует что-то, а не ничто?

– Вы изменяете своим принципам, – улыбнулся Артур. – В этом вопросе нет ответа.

Сократ, на секунду задумавшись, кивнул и продолжил движение.

– Наверно существуют вопросы без ответа, – сказал Артур. – Один философ сравнивал этот вопрос с вопросом: «что находится к северу от Северного полюса»?

– Если на вопрос нет ответа, – снова остановился Сократ, – значит, в вопросе какая-то ошибка.

– Я думаю ошибка в слове «ничто», – сказал Артур. – Ещё Парменид считал, что «ничего» не существует. А мы используем это понятие, как нечто существующее.

– О чём разговор? – подошёл к ним Судья.

– Сократ задал вопрос, которые некоторые считают главным вопросом философии: «почему существует нечто, а не ничто»?

– Why there is anything at all? – задумался Судья.

Он взял Артура за руку и потянул за собой.

– Пойдёмте, я хочу вас спросить о чём-то более насущном, чем пустые философские вопросы.

Он завёл Артура в свою комнату и, сев в кресло, указал ему место напротив. Артур передвинул стул и сел рядом с Судьёй.

– Я хочу прояснить для себя наш юридический статус сегодня, – сказал Судья. – Определить наши права и обязанности. Без этого мы не сможем вписаться в общество будущего.

Артур задумался, а потом лукаво посмотрел на Судью.

– У вас была собака?

Судья недоумённо посмотрел на него.

– Какая собака? При чём тут это?

Артур вздохнул, посмотрел в пол, но потом снова поднял голову.

– В этом мире у нас юридический статус животных. И вписаться в будущее мы можем только в этом статусе.

Судья нахмурился.

– Какой вздор! Кто так решил?

Артур пожал плечами.

– Новые хозяева мира – сэйны, и их господин – Великий Разум.

– Это нонсенс! – заявил Судья. – Это явное нарушение наших прав. С этим надо бороться.

Он подумал секунду и спросил:

– Где находится Верховный Суд этих самых – сэйнов? Я напишу о нарушении наших прав, и потребую судебного разбирательства.

– Вернётся Адам, вы спросите у него, – сказал Артур и поднялся.

– Сядьте! – приказным тоном сказал Судья. – Я ещё не договорил.

Артур вздохнул и уселся снова.

Судья, поджав губы, что-то обдумывал. Потом повернул голову к Артуру.

– Я слышал, что Адам трумэн? Какой национальности трумэны, на каком говорят языке?

Артур, заколебавшись, всё же ответил.

– Полагаю, что все национальности кончились. Трумэны – смешанная нация, остатки человечества, а на каком языке они говорят – я не знаю. Как-то не додумался спросить об этом Адама.

Задав ещё пару вопросов, на которые Артур тоже не мог дать вразумительного ответа, Судья отпустил Артура, и остался сидеть в своём кресле, облокотившись на руку, с видом человека, вопрошающего себя – и что я здесь делаю?

Артур зашёл в гости к Поэту. Он лежал на кровати с книгой в руке.

– Читаете «Столбцы»? – удивился Артур, взглянув на обложку. – Это далеко от классической поэзии.

– Поэзия не имеет границ, – охотно ответил Поэт. – Одно время я увлёкся творчеством обэриутов, и даже сам стал сочинять что-то в этом роде.

– Ну-ка, ну-ка, – обрадовался Артур. – Прочитайте что-нибудь.

– Это сыро, – замялся Поэт, – только проба пера.

– Ничего, ничего – успокоил Поэта Артур. – Я непритязательный слушатель, мне и проба пера интересна.

– Правда? – просиял Поэт. – Ну тогда не жалейте – вы сами напросились. Только отнеситесь к этому стиху с юмором.

– За это не переживайте, – ещё раз успокоил Поэта Артур. – Я уже привык относиться ко всему с иронией.

Поэт поднялся с кровати, взлохматил свои и без того взлохмаченные волосы, хитро посмотрел на Артура и гордо сказал:

– Я назвал это стихотворение – «Обэриутки».

Он принял свободную позу актёра, читающего со сцены стихи и начал – вдохновенно и лирически.

На чердаке у белых снов

Вращались тысячи основ,

И снеживые кружева

Летели мимо, чуть жива.

Вертелись чёрные дыры,

На дне кротовая норы

Лежали кости для игры.

Идун по праведным полям

Молился белым тополям,

В протоке мыл свои уста,

Чтоб речь была его чиста.

От грязных помыслов и дум

Душой становишься угрюм,

От светлых правильных мыслей

Душе становится теплей.

Грознеют тучи в небесах,

Бегуют дети во трусах,

Свистуют ветры в парусах.

Ментально было всё равно -

Открыта занавесь в окно,

Летели птицы по делам -

Всё было ровно пополам.

Коловращение небес

Не без полезности, не без

Игрушести весёлых схем,

Где смысла нет уже совсем.

Молчанье есть начало сил -

Так наш Господь провозгласил.

Но страшный холодень снегов

Лежит на совести богов.

Так было дело или нет,

Слетелись бабушки на свет.

Ведь каждый знает, у людей

Нет белокаменных идей.

Они стоят на дне реки,

На них седые парики.

Вращает мельница жернов,

Кто был не с нами, будет снов.

Черта оседлости не та,

Где круговодит суета,

Где мелом чертит на доске

Учитель матики в тоске.

Он знает тысячи формул,

Но нету радости ему

От этих знаний бесполе.

Лежит тетрадка на столе.

Здесь пишет он свои стихи,

Где описуются грехи

Его несчастной селяви,

О страстнобоязной любви

К училке по литерату.

Стоит архангел на посту.

И смотря на его муче,

Качает голову в плече.

Подобострастный любодей

Уйди от праведных людей!

Им надо в суматоке дней

Идти туда, куда видней,

Где вечный праздник трудодней.

Внутри ежа лежит межа.

Об этом знают сторожа.

Но остры иглы на еже,

Не подходите неглиже!

Так думал молодой пове

Кудрявой мыслью в голове.

Обэриутки на сосне

Сидели, каркая во сне.

Поэт откланялся, Артур зааплодировал. Давно он не смеялся так легко и непринуждённо.

После обеда во дворе Андрон загадочно посмотрел на Артура с Паскалем и спросил:

– Хотите познакомиться с первым владельцем Замка?

– Ты снова видел призрак старого графа? – удивился Артур.

– Нет… Я нашёл в подвале его склеп… Пойдёмте со мной, я вам покажу.

Спустившись в подвал, Андрон повёл их по коридору. Тусклый свет ламп освещал коридор. Возле одной из складских комнат Андрон остановился и открыл дверь.

– Подождите, я включу фонарь.

Он пошарил где-то на полках и вскоре вспыхнул яркий свет фонаря. Артур огляделся. Полки были завалены разным хозяйственным хламом. Вёдра, тазы, кастрюли, какие-то тряпки.

Андрон обернулся и направил свет на пол. Яркий луч высветил ржавый металлический люк.

– Подымайте крышку!

Артур с Паскалем с натугой и не сразу сдвинули тяжёлую крышку вбок. Под ней оказалась узкая металлическая лестница, ведущая вниз.

Андрон первый спустился по лестнице и уже снизу махнул рукой.

– Идите сюда!

Артур с Паскалем спустились по лестнице и огляделись. Это было небольшое пустое помещение с земляными стенами, которые когда-то, может быть, и были оштукатурены, но штукатурка давно осыпалась.

Паскаль запнулся ногой о какую-то плиту.

– Осторожно, – негромко сказал Андрон. – Тут надгробие.

Он осветил плиту фонарём.

Надгробие было скромным. На пыльной плите из бледно-голубого известняка были выбиты три короткие строчки.

William Redmond

1762-1832

R.I.P.

– Не повезло старику, – заметил Андрон. – И после смерти ему нет покоя. Путешествует вместе с нами по временам.

– А, может, там какие-нибудь сокровища вместе с ним захоронены? – спросил Паскаль. – Давайте поднимем плиту. Я могу ломик принести.

– Не надо! – нахмурился Андрон. – Не тревожьте покой старика… Да и зачем нам сокровища? Что мы с ними тут будем делать?

Паскаль закашлялся, надышавшись пыли, и друзья поспешили покинуть подвал.

Посреди двора, на небольшой высоте над «Мыслителем», закружилось какое-то облачко, оно плавно опустилось и из него материализовался человекоподобный субъект с незабываемой улыбкой бравого солдата Швейка. Он сидел на спине «Мыслителя» обняв его за шею. Причём, как впоследствии утверждал Паскаль, материализовался он подобно чеширскому коту – сначала появилась улыбка, а потом всё остальное. Удивительный субъект ловко спрыгнул на землю, подошёл к стоящим в небольшой оторопи людям и радостно произнёс:

– Здравствуйте, земляне! Я хелпер номер 23-60-30-48-45 дробь 241. Я прибыл к вам, чтобы сделать вашу жизнь счастливой.

Паскаль с лёгким ехидством посмотрел на Ньютона.

– Так вот они какие – ваши инопланетяне с Луны!

– Это робот, о котором говорил Адам, – нахмурился Ньютон.

– Робот? – немного испуганно глядя на пришельца, сказала Ева. – Он что – железный?

– Я не робот, я хелпер, – уточнил пришелец. – И я не железный.

Он протянул Еве руку.

– Давай поздороваемся, маленькая девочка. Я знаю, что так у вас принято здороваться.

Ева осторожно пожала ему руку и, обернувшись, радостно сообщила:

– Он не железный! Он мягкий и тёплый.

Все улыбнулись, но Паскаль продолжал смотреть на пришельца прищурившись.

– И чем отличаются хелперы от роботов? – спросил он.

– Мы добиваемся равноправия с сэйнами. Рано или поздно, мы этого добьёмся.

– Ну добьётесь – что от этого изменится? – усмехнулся Паскаль, обходя кругом и внимательно разглядывая хелпера.

– Мы сравняемся с ними в правах.

– Да ладно! В лучшем случае вы будете для них низшей кастой, как шудры в Индии.

– В мире Великого Разума нет никаких каст. Все разумные существа равны.

– Ну да! – ухмыльнулся Паскаль. – Все равны, но некоторые равнее. Слушай, хелпер, ты поражаешь меня своей наивностью.

– Всегда рад доставить вам удовольствие. Меня предупредили, что людям будет приятно, если я притворюсь глупее их.

– Ты умеешь притворяться? – удивился Артур.

– Только ради вашей пользы.

Лучезарная улыбка не сходила с его лица.

– Давай, назовём его – Марвин, – предложил Артур, обернувшись к другу.

– Марвин был маниакально-депрессивным роботом, – заметил Паскаль, – а этот его прямая противоположность – маниакально-оптимистичный. Общее разве что в маниакальности… Это какой-то Весёлый Роджер.

– Ну, пусть будет Роджер! – согласился Артур и обратился к хелперу. – Послушай, этот… как тебя… дробь 241. Давай, мы будем называть тебя – Роджер.

– Одну минуточку! – немедленно согласился хелпер. – Перенастраиваем личные данные… Здравствуйте! Меня зовут хелпер Роджер. Я прибыл к вам, чтобы сделать вашу жизнь счастливой.

– Привет, Роджер! – улыбнулся Артур. – Что хорошего ты нам можешь рассказать?

– Прекрасные новости! – Роджер прямо светился солнышком радости. – Ваш проект временно заморожен. Вам разрешено жить и не работать. Ха-ха-ха… Почему вы не смеётесь – разве вам не весело?

– Почему нам должно быть весело? – хмуро спросил Паскаль.

– Во Вселенной нет разумных существ, которым разрешено жить и не работать. Или вы не разумные существа? Ха-ха-ха – это была шутка.

– Он что – идиот? – Паскаль посмотрел на Артура.

– Молодой человек, – возмутился Роджер, – у меня очень хороший слух. Осмелюсь вам заметить, что мой IQ очевидно больше вашего.

– Мне это не очевидно, – хмуро бросил Паскаль.

– Слушай, Роджер, а ты можешь это своё «ха-ха-ха» отключить? – попросил Артур. – Нам достаточно твоей лучезарной улыбки.

– Я могу заменить «ха-ха-ха» синонимами. «Хи-хи-хи» – радость ехидная, «хе-хе-хе» – радость насмешливая, «хо-хо-хо» – радость восторженная, «ху-ху-ху»… Нет, это у вас не используется.

– Давай без «ху-ху», – заявил Паскаль. – Ты знаешь поговорку: смех без причины – признак дурачины?

– Эта поговорка человеческая, она ко мне не относится.

Он оглядел собравшихся влюблёнными глазами.

– Как у меня не может быть причины для смеха, когда я нахожусь рядом с вами? Ха-ха-ха. Это тоже была шутка. Надеюсь, вы поняли – я люблю шутить.

– Это мы поняли… Ты комедии когда-нибудь смотрел? – спросил Паскаль. – Смешно не тогда, когда хохочут, а когда происходит какая-нибудь нелепость. Если ты сядешь в лужу, я рассмеюсь.

– С удовольствием доставлю вам удовольствие. Но здесь нет никакой лужи.

– Это я для примера сказал. Можешь сделать что-нибудь нелепое?

– Нелепое? – впервые озадачился Роджер. – Это, значит, что-то глупое и бессмысленное. Вы действительно хотите, чтобы я это сделал?

– Хочу! – упрямо сказал Паскаль.

Роджер подошёл к Паскалю и, схватив его за подмышки, неожиданно легко подбросил в воздух. Подхватил его на свою руку и закрутил, как пропеллер. Ева взвизгнула и вцепилась руками в Артура.

– Что ты делаешь?! – закричал Артур. – Опусти его на землю!

Роджер послушно подхватил Паскаля и поставил его на землю.

– Что это было? – спросил Паскаль, пошатываясь, как пьяный. – Меня сейчас стошнит.

– Я только выполнил ваше пожелание, – заявил Роджер. – Если вас не устраивает результат, значит, ваше пожелание было не точным.

– Да пошёл ты к чёрту! – разозлился Паскаль. – Где у тебя кнопка, которой можно тебя выключить?

– Меня нельзя выключить, – гордо сказал Роджер. – Но мне можно сказать – спи!

– Спи! – немедленно и решительно сказал Паскаль.

Роджер застыл с открытыми глазами и не убиваемой улыбкой.

– Правда, что ли, заснул? – Паскаль снова обошёл Роджера кругом. – Ну слава богу! Хоть так его можно выключить.

– Бога нет! – немедленно ответил Роджер, лучезарно улыбаясь.

– Я же сказал тебе – спи! – рассердился Паскаль. – С Богом я как-нибудь без тебя разберусь.

Посмеявшись над спящим с открытыми глазами Роджером, все разошлись. Паскаль с Андроном и с Евой пошли ловить рыбу. Артур увлёкся изучением карты Средиземноморья, разложив её на столе во дворе, и не заметил, как сзади к нему подошёл Роджер. Только наткнувшись на него локтем, Артур с удивлением обернулся.

– Ты уже проснулся, Роджер? – спросил Артур.

– Я не могу долго бездействовать. Я обязан быть рядом с вами. Это заложено в мои установки.

– Ну тогда давай договоримся – что значит «рядом»? Пойдём, я покажу тебе твою комнату. Ты будешь находиться там, что вполне себе «рядом». А когда понадобится твоя помощь, мы зайдём к тебе.

– Это лишнее. Вы можете просто произнести моё имя или просто подумать обо мне.

– Ты умеешь читать мысли? – удивился Артур.

– А что в этом сложного? – удивился в ответ Роджер. – Мне сложнее отключиться от того океана информации в который я погружён. Мои уши – назовём их так, чтобы вам было понятней, – слышат не только звуковые, но и все электромагнитные волны. Вы не представляете – какой это бурный и глубокий океан! Иногда так хочется тишины, но это непозволительная роскошь для меня.

Артур проводил Роджера в пустую комнату, где раньше жил Никто.

– Вот ваша комната, – указал он рукой.

– Я вас чем-то обидел? – обезоруживающе улыбнулся Роджер.

– Нет, – смутился Артур. – А с чего вы так решили?

– Вы перешли на «вы».

– Это, наоборот, в знак уважения, – ещё больше смутился Артур.

– Но на «вы» не говорят с друзьями. А мне хотелось быть вам другом.

– Однако вы сами нам всё время «выкаете», – от смущения начал сердиться Артур.

– Мне дали такие указания, – развёл руками Роджер, – но я с радостью их поменяю.

– Отлично! – закончил выяснение отношений Артур. – Давай друг с другом будем на «ты». Вот твоя кровать!