К чему приводит интерес

Противник остановился на площадке перед лестницей. За его спиной выделялось окно, и лучи пробивающегося света подчёркивали и освещали его спортивную фигуру. Чёрный силуэт моментально вытащил пистолет, отсоединил глушитель и выстрелил в потолок, выбив из него крошку.

По тихому помещению третьего этажа, погружённому в ночную дрёму, между рядами стеклянных витрин прогремел выстрел, словно колокол на рассвете, сотрясая воздух и стекло. После силуэт кинулся на четвёртый этаж.

Для грабителей изначально план был прост и отработан по стандартной схеме, но Каролина и Майкл, впервые оказавшись в такой нелепой ситуации, опешили на мгновение, пока их не сорвал с места резонирующий в наушниках голос Джонни, – Ваза у вас! Живо к выходу! Охрана мчится к вам!

Каролина и Майкл что есть мочи устремились как пантеры, пересекающие саванну к лестнице.

Впереди послышался топот ног и верещащие голоса филиппинцев. Один худощавый охранник в униформе с пистолетом в руках вбежал по ступенькам. Его сбил с нос Майкл, и страж музея полетел вниз, кувыркаясь с каменных ступеньках с криками.

Второй охранник прицелился и выстрелил. Каролина едва успела пригнуть голову, закрыв своим телом вазу и пуля, просвистев над макушкой, впилась в картину, висевшую на стене.

По указаниям Дилана жертвы должны были составлять минимальное количество, но Майкл выхватил пистолет и прицельным выстрелом всадил пулю в бедро охраннику музея. Тот выронил оружие, упал на пол и с дикими криками схватился за ногу.

Черная парочка кинулась на четвёртый этаж.

Анабэлла миновала зеленеющий парк, промчавшись рядом с шумящей компанией британских туристов. Она осталась незамеченная для их помутневших от изрядно принятого на душу алкоголя глаз.

Влетев как спринтер в узкую тёмную улочку, и, пригибая голову от свисающего сверху разноцветного белья, девушка неслась на парковку с сумкой в руках. Её вес нисколько не смущал юную аристократку, а высокотехнологичный прибор видения высвечивал ночное пространство тесной улицы с мусорными баками, перебегающими дорогу крысами, велосипедами, стоящими в ряды у специальных стояночных мест.

На одной линзе высветился маршрут и повороты, которые необходимо было заложить, чтобы добраться до того места. Там Кристина уже подобрала нужное транспортное средство, выудив из рюкзака отмычки и вскрыла дверцу, обучившись этому ремеслу в агентстве С.Р.Т.

Сокольский выбежал на крышу здания, и, очутившись у парапета не снижая скорости, как паркурщик перекинулся через него, схватился за лестницу и как мог начал быстро–быстро перебирать ногами и руками. Тут где-то за основным корпусом музея послышался вой автомобильных сирен.

– А вот и кавалерия! – выдал Александр для напарниц, и добавил, – линяйте. Встретимся у причала!

Спрыгнув метров с двух, Сокольский упал на подстриженный газон, вплотную подступивший к зданию, перекатился, вскочил на ноги, и, пригнувшись, кинулся сквозь утопающий в пахучей зелени парк, двигаясь вдоль можжевеловых кустов.

За сквером на территории музея имелся другой сквер, много больше, а за ним шли невысокое дома, и как пальмы вдалеке возвышались современные небоскрёбы из сияющего стекла.

Столица государства Филиппин, Манила, сочетала в себе трущобы и высокий архитектурный стиль изящных жилых зданий, бизнес-центров, баров, ресторанов, выставочных и концертных залов.

И Сокольский решил броситься именно туда, в гущу ночной жизни.

В мягко освещенной фонарными столбами тени деревьев и пышных кустов трудно было искать обычным взглядом чёрный силуэт, да и нужно было избавиться от этого стиля одежды, прежде чем являться в свет.

Неожиданно, в сторону юноши засвистели пули, и одна в очередной раз угодила в лопатку. Споткнувшись о корень дерева, Сокольский повалился на землю, упал на спину, и, повернувшись лицом, заметил, как один стоя на парапете на крыше музея, палил в него из пистолета.

Второй силуэт с мешком на плечах спускался по лестнице. Вдруг силуэт мужской формы разбежался по парапету и бросился на серый прямой ствол высоченной пальмы, росший рядом со зданием метрах в трёх.

Заскользив по стволу, как опытный пожарник по шесту, мужчина в чёрном обтягивающим тело защитном костюме за секунды достиг земли и бросился в сторону Сокольского. Второй силуэт метнулся в кусты и скрылся из виду.

Сокольский сорвался с места и по кротчайшей дороге пересёк сквер, перелетел через большие цветочные клумбы на небольшую аллею. За ним мчался второй силуэт, на ходу паля из бесшумного пистолета.

Сокольский то и дело слышал свист пуль, а иные из них попадали в спину, поясницу и даже ниже. Распугав своим дьявольским видом парочки бессонных туристов, шедших из бара по аллее, юноша бежал что есть сил от преследователя, уводя его подальше от музея и в безлюдные места.

На бегу Сокольский получил весть от Кристины о том, что Бэль только что приземлилась на пассажирское сиденье, и они с визгом шин сорвали с места старенький MINI Cooper.

Ринувшись туда, где пальмы перемежевались с лиственными пышными деревьями, шелестящими под натиском ветра, Сокольский чувствовал приближение нападавшего. Повернув голову на бегу, юноша промедлил и в него с разбега влетел массивный силуэт, сбив его с ног возле фонарного столба.

Вдвоём они влетели в кустарник, и, перевалив через него, оказались на газоне. Прижав крепким телом юношу к сочной траве, неприятель, словно клещами сжал горло и прошипел по-английски, – кто ты? Кто тебя послал?

Сокольский, пытавшись вырваться, ответил интонацией на американский манер, – АНБ!

– Врёшь! – выпалил Майкл и двинул прижатому к земле противнику по голове.

– А ты проверь! – ответил Сокольский, и, урвав момент между ударами по лицу, отпихнул противника двумя ногами, попав ему в живот.

Тот, несмотря на крепкое телосложение, отлетел, и, повалившись на лопатки, вновь вскочил, и без промедления бросился на юношу.

Сокольский успел увернуться и провёл приём захвата из греко-римской борьбы, которой недолго увлекался в школьные годы, а затем закрепил её на долгих ежедневных тренировках в агентстве. Нападавший не ожидал такого выпада и был перекинут и прижат к земле лицом с вывернутой рукой.

Сокольский заламывал руку всё сильней, но чувствовал в тоже время, что противник не поддаётся физическому болевому давлению.

Тот дёрнулся, всполошился всем телом, резко извернулся и вновь вцепился в шею юноши. Затем противник высвободился от захвата и откинул от себя Сокольского, однако Александр успел сорвать с него маску.

Но и сильный нападавший, зацепив за кромку головного убора на шее, стащил с головы юноши защитный бронешлем с прибором видения, похожим на тончайшую горнолыжную маску.

Вскочив на спортивные ноги, мужчина с серо-голубыми глазами и взъерошенными тёмными волосами будто пригвоздил Сокольского к месту, смотря ему в карие глаза. И у Александра перехватило дыхание.

– Однажды я видел этого человека. Но где? – подумал Сокольский, и, в ту же секунду выхватив пистолет, наставил оружие на нападавшего, прицелившись точнёхонько в серьёзное лицо.

Высокий противник не растерялся и исполнил аналогичный жест за секунды, метя в загорелое лицо брюнета между карих глаз.

Наставив друг на друга оружие, оба без моргания смотрели друг другу в глаза, чуть согнувшись в боевую стойку.

Юноша, посмотрев периферическим зрением на то, как мужчина держит пистолет, проговорил на английском, – не думал, что ЦРУ так низко пало, и интересуется устаревшей керамикой.

Майкл Каан, прогоняя прошлое в памяти и делая отпечаток, подёргал скулами, и внимательно изучая лицо юноши, его боевые повадки, тактику движений, бросил вслух, вспоминая события прошлых времён. – Не думал, что кто-то из МИ-Шесть выжил после печальных событий на Карибском аукционе месяцем ранее.

Сокольский сощурил глаза.

И ухмыльнувшись дьявольской улыбкой, мистер Каан добавил, – да! Однако, мы нашли тела английских агентов. Так что МИ-Шесть исключается. Так ведь?

¿Tan estás seguro de esto?2 – быстро ответил с британским акцентом Сокольский, и ухмыльнулся в ответ, сжимая рукоять чёрного пистолета с глушителем.

Мужчины так и стояли в мягком свете, расходящемся от фонарного столба и в окружении цветочных клумб, через которые они перелетели с широкой аллеи.

Вдруг, оттуда на них с удивлёнными лицами уставились туристы, спешащие в отель и ставшие свидетелями этой перепалки. Погода быстро портилась, и полчаса назад тёплый ветер сменился резкими порывами влажноватого массива, дувшего с океана.

Сокольский смотрел в лицо человеку, превосходящему его по росту и физической силе, возрасту. Глаза противника светились не только энергией, но и жизненной выдержкой, опытом и он точно так же изучал его, Александра.

Где-то вдали у музея слышался вой сирен, которые сливались с шелестом пальмовой листвы и завыванием ветра. Компания туристов окрикнула двоих, но не получив ответной реакции быстро удалилась восвояси.

– Не думаю, что ты хочешь смерти здесь, в то время как твоя напарница удачно выкрала вазу, – пикировал по-английски Сокольский, сменив акцент на итальянский, затем приняв сицилийский говор, продолжил на итальянском, путая противника. – Уходи без боя живым, и забудь моё лицо навсегда!

Майкл, держа палец на взведённом курке, ухмыльнулся. Затем выждал короткую паузу, прикидывая обстановку. Попятившись назад в сторону лесопарковой зоны от освещенной аллеи, Каан ответил на ломаном русском. – Ещё увидимся, товарищ!

Сокольский, не выказав ни капли удивления, улыбнулся и завершил по-французски. – Même par lui–même!3

Продолжая держать неприятеля на мушке до тех, пока он и вовсе не скрылся за деревьями, юноша, выждал долгую минуту, не убирая пистолета. После подхватил с газончика свой бронешлем, и скрылся в противоположную сторону, огибая стволы пальм и прочую густую растительность, двигаясь вдоль широкой аллеи к выходу из парка.

Остановившись в кромешной темноте, Сокольский стянул с себя облегающий тело чёрный бронекостюм, вытащил из кармашка плотно спрессованный тряпичный рюкзачок и развернул его. Свернув бронекостюм и уложив его вместе с оружием и прочими примочками, которые были закреплены на поясе в держателях, юноша, оставшись в жёлто–белых шортах в цветочек, жёлтой футболке и лёгких жёлтых теннисных кроссовках, перекинул серенький рюкзачок на одной лямке через плечо.

Выдохнув, Сокольский беззаботной походкой, но внимательной озираясь по сторонам, вышел из глубины лесопарковой зоны на освещенную аллею. На глаза ему тут же попалась иная весёлая молодая компания туристов, состоящая из юношей и красивых особ, одетых в лёгкие летние наряды.

Те посмотрели на него, и Сокольский, нарочито поправив шорты, ответил с британским акцентом, изобразив лёгкое опьянение и поглядывая на французских юношей и их красивых спутниц. – Ох уж это пиво, вечно тянет в кусты!

Европейские студенты поняли его шутку, и, огласив понимающим смехом ночную аллею, двинулись дальше, несмотря на порывы ветра, треплющие волосы и лёгкую одежду.

Сокольский, перекинул на другое плечо набитый рюкзачок и быстренько присоединился к весёлым студентам, спешащим из отеля вопреки ненастью в местный бар.

Завязав непринуждённый разговор на тему посещения разных живописных мест и достопримечательностей Филиппин, юноша умело делился географической информацией, изученной ранее, непринужденно общаясь со сверстниками и подкидывая им идеи для будущих экскурсий.

Так Сокольский шёл в компании дюжины людей к выходу из большого парка. Часто оглядываясь по сторонам, он не подмечал крадущихся теней и подозрительных лиц, сквозящих убийственно–таинственной внешностью.

Кто-то из новых знакомых дал ему закупоренную бутылочку местного пива. Сокольский, приняв её с благодарственным жестом, вскрыл всё ещё прохладную бутылку и проговорил для всей молодёжной компании, просияв улыбкой, – да здравствуют каникулы!

И после сделал маленький глоток прохладной нефильтрованной жидкости, довольно выдохнув, но при этом напрягая все мысли о том, что ещё остались живые свидетели Карибского аукциона. Юноша помнил это лицо, но не мог вспомнить кто именно это был.

Травма головы и последующая за ней амнезия наложили неприятный отпечаток, не все тонкости памяти восстановились до конца. Это выражение лица противника, его акцент, движения, этот диалог заняли всю его мыслительную сущность до того момента, пока он не увидел Кристину и Анабэль.

Борт яхты «Peregrinus»

В эти минуты.

Качка усилилась не на шутку.

Даже робот Прометей, имевший в своём высокотехнологичном корпусе оптимальный центр тяжести и возможность его корректировки в каждую долю секунды, пошатывался от того, как большая яхта падала и поднималась, взбираясь на очередной пенный вал как тяжелая каракатица.

Разбушевавшийся Тихий Океан гнал массив волн через Филиппинское море на тысячу островов, а порывистый ветер срывал с пенного гребня соленую шрапнель из брызг воды. Капли как картечь барабанили по бронированным панорамным окнам и иллюминаторам в корпусе яхты.

Прометею пришлось увести роскошное судно подальше от острова и коралловых рифов в то место, где подошва между волнами позволяла без опасения для глубины осадки киля яхты выполнять спасительные манёвры, болтаясь в неспокойных водах как поплавок.

В прохладном и сухом воздухе лаборатории все стоящие на полочках и столах пробирки, колбочки с реактивами позвякивали в держателях и дребезжали от качки при очередном подъёме на гребень волны и скольжения к её подошве.

Измерительное оборудование едва уловимо потрескивало, проводя очередной спектральный анализ, новейшие микроскопы взирали оптическими и цифровыми усилителями на вещества, лежавшие перед увеличительным окуляром на стеклянных пластинках с мягкой белой подсветкой.

В разно размерных прозрачных аквариумах, где древние артефакты сбрасывали тысячелетний налёт, вода с реагентами чуть ли не переливалась через прозрачные края, и Прометею пришлось слить часть жидкости.

Многие очищенные от наростов артефакты древней цивилизации поражали своей скрупулёзной проработкой и точностью. Часть из них была перенесена в герметичное сейфовое хранилище, специально спроектированное и построенное на этом уровне яхты.

Вообще весь уровень яхты в отсутствии необходимости постоянной прислуги, механиков, капитанов и бортинженеров, для которых были необходимы отдельные каюты с удобствами, был заранее перепланирован, перестроен и отдан на откуп внушительной научно-исследовательской лаборатории, чистым помещениям для консервации опасных химических элементов.

Здесь же имелось надёжное сейфовое хранилище, оружейная и иные, немаловажные с точки зрения исследовательской деятельности рабочие помещениям со сложной высокоточной вычислительной техникой, компьютерными терминалами, центром хранения и обработки данных и конференц–залом для учёных. Мегаяхта поражала своей технической насыщенностью, и каждый её дюйм пространства использовался с максимальной пользой.

Выбравшись из ярко освещенной лаборатории с её нарочито светлой отделкой во всех элементах интерьера, пошатываясь на металлических ногах, робот двинулся к стеклянной винтовой лестнице. Она шла через все уровни на верхнюю палубу, а именно на капитанский мостик, оформленный лакированным деревом. Там, вид через бронированные зеркальные стёкла открывал живую панораму на происходящее вокруг яхты.

Ранее Прометей получил сообщение о том, что Кристина и Анабэлла выехали в сторону побережья, но волнение воды усилилось настолько, что добраться до яхты после момента прибытия к причалу будет составлять прямую угрозу для их жизни. Тогда и было принято решение о временной задержке в столице Филиппин.

Анабэлла и Кристина, гоняя по ночным ветреным улицам Манилы, на пару пораскинув мозгами, свернули в центр города и помчались в сторону сверкающих небоскрёбов и ярких огней. Анабэлла, побывавшая в Маниле годом ранее, быстро сориентировала Кристину по маршруту до международного отеля, и напарницы устремили позаимствованный потёртый красный старенький MINI по ночным дорогам, лавируя между иными местными автомобилями, стараясь не нарушать правил и не привлекать ненужного внимания.

Прометей, добравшись до капитанского мостика и попав в окружение высокотехнологичного оборудования для управления массивным плавучим средством, пробежался цифровым взором по длинным панелям, бегущим вдоль панорамного окна, занимающего весь уровень и похожего на английскую букву «U».

Сейчас на сенсорных мониторах отображались данные о техническом состоянии яхты, метеорологические сводки, напрямую поступающие в электронный мозг Странствующего.

Независимая интеллектуальная система управления ежесекундно синхронизировала все показатели, самостоятельно измеряла окружающую среду, условия, и, основываясь на оперативных данных, управляла яхтой предельно аккуратно с учётом особенности поведения в шторме. Прометей мог и сам принять на себя управление.

Однако, видя то, как Странствующий уверенно преодолевает очередную волну, робот довольно кивнул и посмотрел сквозь прочное ветровое стекло, в которое летели тысячи солёных брызг и ветер врезался в них с неистовой силой, пытаясь вдавить панораму стекла внутрь капитанского мостика.

Вернув из памяти раннюю метеорологическую сводку, робот проговорил для пространства, – печально, что сотрудники в метеолаборатории просчитались ровно на сутки, не усмотрев в данных и предпосылках точный прогноз. Или это силы природы нарушили закономерность, с опережением нагнали волну? Интересно, как это природное явление скажется на нашем текущем, и будущем?

И правда, в открытом море волны росли выстой, и уже достигали метров четырёх от бурлящей подошвы до пенного гребня. Докатываясь до островов до тех мест, где близ побережья раскинулись коралловые рифы, валы врезались в них, с шумом и пеной перекатывались через рифы и падали мощью, оставляя часть массы. Оставшаяся двухметровая водная стена всё-таки докатывалась до побережья и силой выбрасывалась пенным бурлящим поток на песок. Волна смывала с него нападавшие пальмовые листья, кокосы и прочую живность, отбрасывая её дальше или унося обратным течением за собой.

Здесь и сейчас, и сотни тысяч лет назад.

Промокнув до нитки, мистер Ревенпорт внимательно наблюдал за тем, как местные жители и хозяева плавучих средств суетятся, тщательно привязывая моторные лодки и прогулочные катера к длинному причалу.

К его великому сожалению он опоздал, и дальнейший выход в море уже был невозможен, и Кейн, прищурив тёмно-карие глаза от сильных порывов мокрого ветра, смотрел в сторону разбушевавшейся стихии.

Яхта, на которую он должен был попасть, увести её от побережья и пустить на дно, сама снялась с якоря и быстро уплыла подальше от острова в море, на глубину. Но благая весть от Дилана о том, что ваза у них, заставила его приободриться, несмотря на надвигающийся шторм и чуть было не сорвавшееся похищение экспоната.

Кейн понимал, что оцененная категория тайфуна не предвещала осложнений для их команды, ведь такие волнения периодически прокатывались в этой части Тихого Океана. Их собственная яхта без опасений боролась со стихией под руководством опытного капитана.

Глядя на гнущиеся под натиском ветра высокие пальмы и на накатывающие на изрезанное побережье пенные валы, мистер Ревенпорт вспомнил, что год назад тайфун Моракот унёс жизни более семи ста человек, прокатившись по многим островам Филиппин и Тайвани, а также обрушился на юго-восточное побережье Китая.

И сейчас, как и тогда, этот тайфун сформировался всего лишь в течение суток. Но намётанный глаз Кейна видел и сам он понимал, что мощь возникшего тайфуна спадёт уже к вечеру следующего дня.

Сняв миленький домик подальше от побережья на окраине города, мистер Ревенпорт поспешил на ночлег. Ему совсем не хотелось тратить часы в темноте под дождем, спеша в потоке машин в Манилу в комфортабельный отель. Он решил остаться здесь, наслаждаясь разгулом стихии, слушая завывание ветра и то, как пальмовая листва колосится с шелестом. Между делом можно распить пару бутылочек пива лежа в гамаке на застекленной веранде, поглядывая на то, как по стеклу стекают капли дождя.

Идя от побережья по узким улицам между частными и многоквартирными домами под шквалистым мокрым ветром, Ревенпорт подумал о вознаграждении за экспроприацию древней керамики. Прикинув в уме сумму с уже имеющимися накоплениями, он сразу же вспомнил риэлтерский проспект с домами на Багамских островах. Сжав от удовлетворенности кулак, Кейн прибавил темп, обгоняя низкорослых местных филиппинцев.

Между тем, прибывший из Манилы Маркус Брикстон, занялся простреленной ногой Райта. Ранение оказалось пустяковым, и, вынув пулю, обработав рану и заштопав прострел, Маркус буквально поставил на ноги Райта. Затем напарник вколол ему антибиотики и обезболивающее и оставил бедолагу в домике.

Сам же Маркус не придумал ничего лучше, и завалился в местный бар в поисках сексуального объекта на ночь. В том шумном заведении играла современная музыка, и огромная компания европейских студентов прожигала деньги родителей и своё здоровье в кумаре табачного дыма с примесью марихуаны, заливаясь разными сортами местного и привозного алкоголя, пробуя разные экзотические кулинарные яства. И как обычно все было сфотографировано подпитыми туристами и выложено в глобальный Fecebook4.

Избитый сценарий.

Отель.

Запахнувшись в мягкий белый махровый халат, Берковская только что вышла из ванной комнаты, где стоя в кабинке, выложенной песочного цвета мелким кафелем, нежилась в тёплых потоках воды, подставив стройное тело под душ.

Бино, приняв душ первой, сидела в схожем халате на низком тканном диване кремового оттенка и смотрела на древний артефакт, стоящий на журнальном столике.

Улыбнувшись вышедшей подруге, Кристина проговорила, – с лёгким паром!

– Спасибо, – ответила Анабэль, и, присев рядом с подругой, склонилась к высокому керамическому изделию.

Просияв улыбкой, сверкая тёмно-синими глазами, наполненными заразительным азартом, Берковская прошептала, – лихо мы их обошли!

В большом ярком комфортабельном номере, состоящем из двух больших плюшевых спальных комнат с современными стильными ванными комнатами и внушительным по размеру и разделяющим эти спальни залом с тканным диванчиком, однотипными креслами, рельефными светло-коричневыми стенами и лепниной на потолке под европейский стиль, в данные моменты царило стильное умиротворение.

Сухой и чуть тёплый воздух, навиваемый кондиционером, подчёркивал уютную атмосферу, которая контрастировала с тем, что творилось на улице. Лёгкая мелодичная музыка затмевала шум ветра и барабанный дождь, сквозивший и стучавший в панорамные стеклянные двери, преграждающие выход на просторную, выстланную песочным кафелем террасу большого отельного комплекса.

Час назад девушки вселились в большой пятизвёздочный отель, арендовав номер на предпоследнем этаже предварительно на пару суток, выложив чуть больше трёх тысяч долларов.

Сокольский, опасаясь слежки, привязался к компании молодёжи и ничего не придумал лучше, как завалиться вместе с ними на пол часика в один из танцевальных баров.

Посмотрев местное гоу-гоу шоу, состоящее из юных девиц, и выпив за время созерцания полуголых тел пару бутылочек пива, юноша на лёгком душевном подъёме и хмеле вышел в суматошную ночь, на шумную улицу.

Быстро поймав такси, Сокольский был вот-вот на подъезде.

Кристина предупредила сотрудников отеля на стойке регистрации о прибытии третьего запоздалого постояльца. В довесок ко всем бюрократическим процедурам Анабэлла позвонила в прокатное бюро и сообщила об угоне автотранспортного средства. Берковская сослалась на то, что во время прогулки по центру города их припаркованный автомобиль исчез, когда они спустя пару часов хождений по круглосуточному торговому центру не обнаружили свой джип на стояночном месте у обочины.

Берковской поверили, тем более машина была застрахована на случай угона. Ночной сменщик в круглосуточном бюро проката сообщил о том, что им нужно будет заполнить официальные документы прямо в отеле, после чего они могут спокойно покидать страну, а поисками машины займётся местная полиция. Такое случалось и ранее, и девушкам эта статистика сыграла на руку. Ну а угнанный MINI они бросили в кромешном переулке, который отыскали посреди стеклянных небоскрёбов, современных кондоминиумов и оригинальных в архитектурном исполнении деловых центров Манилы. Переодевшись в машине, брюнетки с пешим ходом устремились штурмовать отель.

И сейчас, выполнив хищение древнего артефакта, Кристина, взяла со стола бокал красного сухого вина. Посмотрев улыбчиво на Анабэллу, она ответила. – Да, но если бы тот тип не был столь умён и сдержан в своих порывах, сейчас бы мы имели два трупа, нападавшего и Саши!