- -
- 100%
- +
Взглянув на часы, Евгений Павлович сверился в уме с общим таймингом. Команда оперативных агентов и друзей должна была прибыть в установленное место точно в срок, а это значит, что у него есть двадцать минут на активные действия, перед окончательным выездом из отеля. Он договорился с администрацией отеля о том, что берёт бунгало лишь на сутки, чтобы переночевать и рано утром уехать на фотоохоту. Менеджер за стойкой на ресепшне согласился с данными условиями, увидев огромный профессиональный фотоаппарат, удостоверение фотокорреспондента и номер арендованного автомобиля. Эти вечные фотоохотники приезжали сюда в поисках лучших кадров Национального Парка Нетч Сар. Манящий видами парк, с его живописными растительностью и рельефом долинами, предгорьем, вулканом, расположенным между двумя озёрами, и биологическими обитателями здешних природных красот.
Евгений Левицкий посмотрел на экран лэптопа, на двух агентов. Нажав на кнопку на коммуникаторе, лежавшем рядом с компьютером, Левицкий шутливо выдал, – парни, извиняйте!
В бунгало, что было через несколько других, двое людей не спали в эту тёплую африканскую ночь. Один из них сидел за столом и перекачивал фотографии в память своего лэптопа. Другой человек разложил на кровати оружие и оборудование для предстоящей операции. Балконная дверь была закрыта, плотные по фактуре шторы были задернуты, и они были уверенны в том, что их никто не слышит, и никому нет дела до них. Африка.
В момент заселения в номер они проверили его на предмет подслушивающих устройств и не найдя таковых, расположились в нём. После они выехали на осмотр деревень, пострадавших от вируса. Приехав к ночи обратно в гостиницу, оперативные агенты АНБ впопыхах не удосужились провести проверочную процедуру, да и она бы не дала видимых результатов. Евгений Левицкий мастерски разместил микроустройства визуального и звукового слежения на основе революционных технологий, разработанный русскими инженерами–кибернетиками.
– Ник, – обратился к Нортону Майкл, занимаясь проверкой оборудования для проникновения на закрытый объект, – ты связался с командованием? Когда прибудет подкрепление?
– Связался. Они ждут от нас исчерпывающих данных о состоянии объекта, – быстро ответил сидящий за столом Ник, попутно разглядывая фотографии мёртвых тел эфиопских жителей на фоне деревушке, – только после отчёта они вышлют подкрепление в должном количестве.
– К чему они так тянут? – проговорил Майкл, вынимая обойму из серебристого пистолета и глядя на патроны в ней собранным взглядом, полным раздумья.
– Аналитики… – отмахнулся Ник Нортон и перещёлкнул фотографию, – всё хотят просчитать, перестраховаться. В то время как это самое время проходит, становясь историей. Надо начинать скорей! – и, выключив просмотр фотографий, заблокировав лэптоп, Ник встал из-за стола.
Повернувшись к Майклу, сидящему на краю кровати, он почувствовал лёгкое головокружение и накатившую слабость, укрепляющуюся во всём теле.
Майкл, вдохнув прохладный воздух, навиваемый жужжащим кондиционером, почувствовал головокружение и странный сладковатый привкус на языке. Посмотрев на Ника мутным взглядом, Майкл начал было говорить, но тут почувствовал, как взгляд мутнеет ещё больше, картинка плывёт и проваливается в липкую темноту.
– Твою мать, какого чёрта?!… – только и успел вымолвить Нортон. Пошатнувшись, он прошёл несколькими шагами в сторону Майкла, и неуклюже завалился на свою кровать перед тем, как мягкий свет в пространстве плывущей комнаты перед его взором полностью погас. Опьянённое сознание заволокла темнота безмятежности.
Два американских оперативных агента Агентства Национальной Безопасности уснули крепким сном.
Через несколько минут Евгений Павлович Левицкий, одетый в прозрачный полиэтиленовый комбинезон с головы до ног, аккуратно и стараясь не привлекать к своему нелепому виду возможного внимания, зашёл к американцам в бунгало с бутылкой элитного виски, которую нёс в руке, одетой в перчатку. В другой руке он нёс чемоданчик с оборудованием.
Собрав все прослушивающие устройства и устройства визуального наблюдения, вынув из кондиционера аппарат, выделяющий в пространство мощное ароматического снотворное, Евгений Левицкий обшарил номер на предмет дублирующих устройств, установленных американцами с помощью своего оборудования.
Не обнаружив жучков, он быстро собрал оружие и оборудование американцев в их же сумку, засунул её под кровать и уложил агентов так, как бы они естественно и удобно для себя могли спать. Поставив бутылку дорогого виски на стол и подложив под неё конверт кремового цвета из бумаги, доставленной специально из Америки.
Изъяв жесткие диски из их ноутбуков, всю информацию и забрав материалы исследований, Евгений Левицкий ещё раз оглядел простенькую комнату и двух спящих американских агентов, Ника и Майкла.
Улыбнувшись широкой и доброй улыбкой, он проговорил про себя, – простите, но эту партию мы берём на себя, друзья… – и после этого умозаключения Евгений Левицкий ещё раз осмотрелся.
Не выявив никаких устройств слежения, он незаметно вышел из бунгало американских агентов с увесистой сумкой в руке, проверяя, не следит ли кто за ним. На дворе была непроглядная ночь, и посетители данной гостиницы были или в разъездах, или спали после долгого дня путешествий по стране и фотографирование живописных ландшафтов и озёр заповедника.
Зайдя в свой номер и стерев всевозможные отпечатки, убрав всевозможные следы, Евгений Левицкий по поддельным документам, на основании которых он прибывал в данной стране и приобрел автомобиль в аренду, выехал из отеля, взяв курс в назначенное место сбора. Путь в ночной какофонии природных звуков через зеленеющее пространство предстоял не совсем близким.
Уверенно управляя автомобилем и отъехав от города на безопасное расстояние, Евгений Левицкий набрал на коммуникаторе номер друга и боевого товарища, довольствуясь своевременным и успешным завершением текущей задачи.
Где-то в небе над Средиземным морем.
В эти минуты.
Светлую пассажирскую капсулу Шустрого разрезал звук входящего вызова. Олег Игоревич посмотрел на стильный и дорогой на вид коммуникатор, и, улыбнувшись, довольным тоном проговорил, – вовремя!
– Здравствуй Евгений! – отозвался Власов младший, глядя на выключенный проецируемый экран монитора, очерченный проектором на стене пассажирской кабины – как обстоят дела?
– Привет Олег! – ответил Евгений Павлович, управляя автомобилем, едущим по прямой и сносной дороге в южном направлении, – агенты проснутся завра к вечеру. Я сделал так, что их не будут беспокоить.
– Бумажку на дверную ручку повесил? – шутя, проговорил Власов младший, вспоминая многочисленные приёмы и ухищрения по дестабилизации противоборствующих агентств и их оперативников. Каждый хотел ухватить лучший кусок пирога, вот и приходилось постоянно вставлять палки в колёса работы друг другу.
– А то! У вас–то как настрой? – справился Евгений Павлович, едя по дороге. С правой и левой стороны тянулись поля с зеленеющими деревьями, погружёнными в ночную дрёму. Прямая дорога упиралась в озеро Чамо, а затем сворачивала направо и огибала его сбоку.
– Боевой! – ответил Олег Игоревич, вывернувшись в кресле и посмотрев назад, на сидящих людей. Антон Сергеевич сидел и с закрытыми глазами слушал музыку, едва заметно покачивая головой. Екатерина Андреевна, его жена, уставилась в экран лэптопа, и, закусив губу, активно стучала по клавишам, продолжая написание своей книги. Орлов, сидящий за ними в удобном белоснежном кресле, что–то читал с планшета.
Оторвавшись от экрана, Максим Орлов посмотрел на Олега вопросительным серо–голубым взглядом. Олег Игоревич подмигнул Максу, и, вернувшись в обычное положение, проговорил, – будем точно в срок!
– Добро, на связи! – ответил Евгений Павлович, и, отключив коммуникатор, засунул его в держатель на поясе.
Ночь выдалась тёплой и безмятежной вокруг автомобильной дороги. Казалось бы, царило умиротворение и природная гармония. В безоблачном звёздном небе периодически пролетали птицы, где-то вдалеке можно было расслышать при желании крики зверей, напрягая слух.
Евгений Левицкий, сложив в уме переменные времени и действий, вывел результат и поднажал на педаль акселератора. Он выдвинулся на точку сбора пораньше. Нужно было предварительно осмотреться перед посадкой Шустрого. Мало ли что.
Где-то в Европе.
В эти минуты.
В уютном салоне, оформленном из дорогой кожи кремового оттенка, на заднем сиденье всё того же бронированного джипа, у него на коленях, положив свою голову, спала его дочь Стефани, периодически посапывая, и ворочаясь, как это пристало детям. Сам же он, мужчина в чёрном костюме не могу уснуть. Скверные мысли закрадывались в его голову, в его многогранное сознание, которое дрогнуло после разговора с одним давним знакомым.
Не всегда он был таким, этот человек, решивший выпустить смертоносный вирус. До смерти жены его сознание было насыщено благими идеями и целями. Но после потери жены из-за слабости и аморальности людей, он решил изменить человеческий мир, прибегнув к своей финансовой мощи, связям и тем тайным вещам, и знаниям, которыми обладал он, текущий руководитель Лиги Двадцати Двух.
Смотря почти чёрными глазами на свою дочку, он задумался вновь, – правильно ли я поступаю? Сжечь этот мир дотла, чтобы возродить его заново – тот ли истинный процесс, необходимый для революции сознания и морали людей, и смены курса их мышления, целеполагания и желаний?
Стефани, снова перевернувшись на широком сиденье, легла другим боком и другой стороной щеки к отцу на колени. Мужчина в чёрном костюме погладил левой рукой вьющиеся волосы дочери и поневоле обратил внимание на самое обычное обручальное кольцо на безымянном пальце из золота высшей пробы. Он так его и не снял после гибели жены. Он помнил надпись, выгравированную на внутренней стороне кольца, невидимой для посторонних глаз. Эта надпись отпечаталась не только в памяти, она подобно распалённой кочерге выжгла клеймо на его сердце, в душе. При спонтанном воспоминании о прошлых счастливых семейных летах, смысл этой фразы, вновь, будто напалм выжигал сердце, огнём разливался по венам и загонял очередную занозу в мозг.
Посмотрев на загорелое личико дочери, он улыбнулся и проговорил на своём родном языке, на время, забывая десяток других, которыми свободно владел, и мог их перемешивать в словах и фразах, не теряя смысла диалога. – Вселенная, пошли мне новую звезду, которая засветит ярче прежней, и озарит мне новый путь, ибо я сбился с нужного маршрута.
Отвернувшись от дочери, он посмотрел сквозь бронированное окно. Где–то за ним простиралась панорама заснеженных горных пиков, и трасса уходила к вершине, порой петляя и извиваясь поворотами, теряя свою прямолинейность. Связка из бронированных джипов периодически останавливалась на дозаправку и следовала далее.
Неожиданно для него, на выдвижной подставке ожил экран лэптопа. Пришло входящее сообщение от доктора Николаса Мердека. Открыв его, он начал вчитываться в текст.
«Доброй ночи!
Перейду сразу к делу. Три дня назад мы нашли заброшенную шахту близи наших раскопок. Неизвестная шахта уходила глубже современных, проделанных нами. Сначала мы сочли это за природное образование, но при более детальном обследовании поразились находке.
Ранее об этом сообщать мы не хотели, чтобы не волновать Вас по пустякам и собственными преждевременными безосновательными выводами. Но то, что мы нашли, уже в самих шахтах – невообразимо. Те многочисленные приборы и устройства, которые были оставлены в местах добычи золота, подверглись тщательному исследованию и радиоуглеродному анализу на датировку. Всем конструкциям, оборудованию и прочему, более трёхсот тысяч лет.
Так же наши геологи обнаружили ряд огромных пещер, однако они купированы. Сейчас инженеры и строители занимаются проверкой древних конструкций и укреплением уязвимых мест. В данные минуты разрабатывается план проникновения в закрытые пещеры. Мы установили на горнодобывающем объекте закрытый режим, научно-исследовательский комплекс продолжает функционировать в прежнем режиме. Фотографии, сделанные при осмотре древних шахт, вложены в письме отдельным архивом.
Отдельно прошу организовать срочную доставку требуемого оборудования из прикрепленного к письму списка. В том числе прошу увеличить численность на объекте профессиональных охранников в количестве не менее пятидесяти человек, и несколько единиц бронетехники. Данное требование необходимо для усиления мер безопасности и в связи с новыми обстоятельствами.
О дальнейших открытиях буду сообщать Вам своевременно!»
С уважением, доктор Николас Мердек.
Ещё раз, внимательно перечитав сообщение, полученное от учёного, находившегося в Эфиопии, мужчина в чёрном деловом костюме посмотрел за окно на природные красоты европейской земли, затем перевёл взгляд на водителя, а потом и на свою спящую дочь.
Сняв очки и потерев переносицу, приоткрыв окно и вдохнув свежий горный воздух с ароматов цветов, мужчина просмотрел фотографии, чувствуя, как в его клетки головного мозга, а именно в сети нейронов, сознании поселился новый неподдельный интерес, новая идея.
Мужчина подумал с минуту другую, затем соотнёс очередную находку с другими тайными знаниями Лиги Двадцати Двух. После он быстро напечатал ответное сообщение и отодвинул лэптоп, продолжив курс размышления.
– Эти моложе. Похоже, придётся переиграть несколько моментов! – мысленно заключил он про себя. Взвешивая на собственной чаше весов все факторы из прошлой жизни, современной и будущей, оценивая все свои действия, мужчина взглянул на дорогие часы на правом запястье.
Кротко улыбнувшись, он прошептал, – не всё потеряно пока!
Связка бронированных чёрных джипов шуршала по ровному дорожному полотну, быстро сокращая километры до пункта назначения, и новые мысли, вспыхивающие в голове в виде разрозненных потенциальных желаний, начали обретать чёткую форму новой концептуальной идеи и направления. Но для исполнения её необходимо было разобраться с неизвестным преследователем. И еще пора было сделать один, не менее важный звонок одному давнему знакомому, который приходился приятелем его покойному отцу. Этот человек проживал в довольно странном государстве, к которому человек в чёрном деловом костюме всегда питал интерес и уважение перед его скрытым могуществом.
Бразилия. Амазонская низменность.
В эти минуты.
Вечер медленно опускался на влажные тропические леса Амазонской низменности.
Амазония – великая загадка для путешественников и исследователей, великая тайна для конкистадоров из прошлого и будущего, могучие дыхательные лёгкие планеты Земля.
Казалось бы, нанесённые на мировую карту крупные и мелкие реки, название долин и регионов, были полностью изученные и исследованы бесстрашными завоевателями, научно–исследовательскими экспедициями, самоотверженными искателями приключений, забывшими о страховке, страхе и изнуряющих физических и моральных испытаниях, выпадавших на долю тех, кто хоть раз побывал в этих краях. При этом территория была исследована не полностью, не всё было открыто, сфотографировано людьми, наблюдательными спутниками и нанесено на общедоступную для человечества карту мира. Многое до сих пор находилось скрытым от посторонних глаз под густой пеленой растительности в труднодоступных местах.
И сейчас, двадцать исследователей под видом американкой научной экспедиции медленно пробирались сквозь густые заросли папоротников, дикорастущих пальм и гевеи. Они шли в окружении стопроцентной влажности и давящей на организм жары.
Каждый из этих физически крепких мужчин промок до нитки, каждый немного устал от проделанного пути длиною в целый день. От места вчерашней стоянки до этого километра их отделяла, казалось бы, вечность странствия через труднопроходимые леса, преодоление малоизученных картографам рек, в которых кишели кайманы и пираньи, а насекомые жалили не хуже стрел. Но поставленная перед ними задача была высока, и они не могли остановиться.
Вслушиваясь в какофонию природных звуков пения птиц, крики животных и шелест бесчисленной листвы, скрип веток на деревьях, первый в этой живой колонне мужчина медленно остановился. Взглянув на дисплей спутникового навигатора, высокий и крепкий мужчина, одетый в серый походный костюм, сверился с маршрутом следования и махнул рукой, призывающей следовать дальше. Его серые глаза сощурились вновь, и едва заметно ухмыльнувшись, он подумал про себя – если эти разведданные правдивы и обоснованы, нас ждёт интересное открытие! Хотелось бы быть первым.
Россия, Юг.
В эти минуты.
Неописуемая в словах и фразах, а именно нежная, чувственная, а порою и дикая страсть, опять удалась более чем. Сполна насладившись сексуальной связью и пресытившись несравнимыми ни с чем ощущениями, Кристина и Александр приоделись в летнюю лёгкую одежду и в данную минуту сидели в откинутых креслах кабриолета, взирая на небосвод, на котором россыпью бриллиантов и жемчугов горели звезды.
Они сидели довольные, расслабленные, переводя дыхание и улыбаясь не только друг другу, но и Вселенной, которая смотрела на них свысока, изнутри каждого, из общего окружения пространства и времени, из каждой клетки и молекулы. Она сама родила возможность для проявления всего, что есть в разумных существах.
Дотронувшись до колена Александра, Кристина посмотрела на его точеное лицо, приобретшее ещё более загадочный силуэт в ночи, и, ласковым тоном прошептала вслух – люблю тебя.
Сокольский посмотрел на лицо Кристины Бино, на её вьющиеся волосы под стать ночи, на её глаза оттенка космоса с его неописуемой волшебной красотой, на её ровный нос и губы, расплывшиеся в милой улыбке. Кивнув ей своей довольной улыбкой со вкусом счастья на губах, Александр прошептал вслух, – и я тебя! Я теперь с удивлением вспоминая дни, недели, проведённые в состоянии одиночества, в плане того что моё сознание, моё сердце, моя душа не была насыщена любовью, любовью именно к тебе Кристин.
– Приятно… – прошептала Кристина, прислонившись к груди Александру, слушая, как ровным ритмом бьётся его мощное и доброе сердце, гоняя по телу благородную кровь тех поколений семей, которые сами в своём прошлом творили добро в этом мире.
– Да, мне в последнее время об этом часто говорят наши общие друзья, мои знакомые и мало знакомые люди. Я давно ещё понял то, что слова могут иметь в своём потоке не только открытый или потаённый смысл, но и энергетику разного оттенка. Они могут заряжать не только красотой своего звучания, но и своей силой. А если к словам вдобавок прикладывать решительные адекватные действия с благими помыслами, тогда они, эти слова становятся примером и верой в светлое начало для других, тех, кто в них нуждается! Поэтому необходимо дарить друг другу фразы смысла светлой энергетики, и чем чаще, тем лучше! – Заключил Сокольский, вдыхая тёплый ночной воздух с запахом целого поля пшеницы и ароматом шампуня Кристины, навиваемого от её волос, ниспадающих Сокольскому на голый торс.
Сокольский, в очередной раз поцеловав щёку Кристины посмотрел на небосвод с бесчисленными звёздами, вдохнул сухой тёплый воздух и проговорил на мысленном уровне – Близится развязка с Минельским! Олег и команда сделают всё, что от них потребуется. Мне интересно, что кроется в тех лабораториях в Эфиопии. Если Минельский сейчас помимо распространения вируса готовится воплотить проект сопряжения разума с помощью нанотехнологий с цифровым миром, то представь, что может сделать человек, под чьим управлением находится такая перспективная разработка.
Кристина, поправив прядь волос, улыбнулась по-хитрому, и на уровне связи двух сознаний проговорила, смотря на лицо юноши, теряющееся на фоне чёрного неба, – а ты попробуй проникнуть туда потоком сознания… ну тем способ, которым ты путешествуешь в далекие Миры. Это, кажется, называется дальновидением.
– Ты права. В своё время такой тактике обучали в ЦРУ, у нас в КГБ. Дистанционная перцепция, кажется… – ответил мысленно Сокольский, вспоминая рассказы о данной методике от одного из дедов, который был чекистом по профессии.
Немного домыслив, юноша послал сигнал Кристине, – однако их наработки – недосягаемая разница до возможностей моих. Эффект перцепции лишь выхватывает предметы, образы, окружающее пространство. То есть ты как бы устанавливаешь прямую с конечной точкой и озираешься вокруг неё. Моя же способность, её принципы заключаются в свободном путешествии в пространстве, минуя материальную составляющую, но и возможность влиять на всё материальное, что меня окружает во время путешествия в образе энергетического потока сознания. Я могу изменять и использовать объекты, взаимодействовать с ними.
– Да, за одну лишь эту революционную интеллектуальную технологию тебя могут убить те, кто держит человека и общество в строгих рамках, написанных канонах и ограничений на развитие сознания, – мысленно ответила Кристина, глядя на подбородок Александра. Дотронувшись до его щетинистой поверхности рукой, девушка добавила мысленно, – хотя многие говорят, что обладают такой методикой. Монахи, медиумы.
– У нас у всех разная тактика. И уровень самопознания, самосовершенствования своих возможностей у каждого свой. В этом и прелесть многообразия, – мысленно ответил Сокольский, снова склонившись над любимой девушкой и поцеловав её нежно в губы. – А ещё, Аео и Аио вложили в моё сознание одну идею, которую нужно будет нам с тобой и нашему, без сомнения любимому агентству оформить здесь, в современной человеческой реальности.
– Ты о ней опять задумался? – мысленно ответила Кристина, целуя Сокольского в губы и проникая в его сознание, рассматривая и воспринимая образы многогранной затеи, её разносторонний смысл, её мощную энергетику и значение для будущего человечества.
Впитав в свой интеллект её, Кристина оторвалась от Александра, посмотрела в его карие глаза, сияющие счастьем, гармонией, мужеством и решительностью, с долей хитрости. Прежде чем снова страстно его поцеловать, она прошептала вслух, – это изменит всё! Окончательно и бесповоротно!
Молодая пара продолжила расслабленно сидеть в креслах и наблюдать за звёздами, ведя диалоги на различные жизненные темы, профессиональные и темы, которые обычному человеку с первого восприятия покажутся абсурдными, фантастическими и далёкими от реальности и здравого смысла. Но лишь не слепой на собственное интеллектуальное развитие, способности и действия человек мог видеть в этом безумие далёкое будущее. И порой человек не догадывался в потоке обыденных проблем, о том, что это будущее наступило уже позавчера.
Африка. Эфиопия.
Ночь.
Зависнув над относительно ровным участком земли в окружении редких деревьев, гиперзвуковой самолёт начал медленное приземление, вычислив электронным мозгом и измерительными приборами оптимальную зону для посадки. Место было далеко не из идеальных, но всё же.
Евгений Павлович Левицкий, как и рассчитывал по времени – прибыл в зону высадки заблаговременно. Он тщательным образом осмотрелся на местности, и теперь наблюдал за посадкой летательного аппарата. Всё было тихо и спокойно. Ещё одна ничем особо не примечательная африканская ночь, погружённая в тёплую атмосферу суховатого воздуха и разнообразных природных звуков. То тут, то там слышался шелест листвы на редких деревьях и пения птиц, летающих в ночном небе.
Вдалеке, километрах в десяти находился небольшой городок со школой для местных детей, небольшим продовольственным рынком на центральной площади, работающим лишь два дня в неделю. Рядом с этим мирным городом, поблизости располагались деревушки из тукулей, включающие в себя пахотные угодья.
Проехав через весь город, тянущийся вдоль центральной дороги, Евгений Левицкий убедился воочию в том, что этот небольшой городок уже давным-давно спит, и редкие его бессонные жители, в основном ребятишки юного возраста сидят в кругу возле костров и ведут свои беседы, периодически закатываясь резвым хохотом. Уехав от города на запад с выключенными габаритами, нацепив прибор ночного видения, Евгений Павлович был рад тому, что за ним не ведётся никакой слежки. Всё шло по плану.
И сейчас, самолёт окончательно приземлился. Трап с лёгким шипение опустился на землю. Из самолёта с чёрными автоматическими винтовками наперевес вышли тёмные силуэты. Лишь их решительные и собранные лица были открыты.
Евгений Павлович приветственно помахал рукой, быстрым темпом идя навстречу. Он был одет в обычную туристическую одежку, дабы не привлекать к себе внимания необычным угольно чёрным нарядом, в который были одеты его боевые товарищи. Все они быстро поприветствовали Евгения Павловича. Тот, не теряя драгоценного времени, переоделся в стандартный боевой комплект. Он состоял из высокотехнологичного и удобного, казалось невесомого и эластичного бронекостюма. В наличии его имелись различные концептуальные примочки, которыми должен был быть снабжен каждый оперативный агент. Пара гранат, шприц-транквилизатор, запасные обоймы, пистолет, коммуникатор и прочее.