Рождение империй и создание великих союзов
- -
- 100%
- +
Страна Исо напала на Силла
Пришли захватчики с огнем, мечом и силой
Война затягивалась и Силла была
уже на грани поражения и могилы
Почти все воины уж пали на полях
остались только старики и дети
И по любым раскладам в пух и прах
Силла раздавят чужеземцы эти
Но тут внезапно воины пришли
на помощь и никто не знал откуда
и погибавшим очень помогли
ну прямо это было чудо!
И сильных чужеземных тех бойцов
они рубили как щенков молочных
разбили в прах напавших подлецов
они уж не оправятся, то точно
У воинов, на помощь что пришли
имелось за ухом по листику бамбука
Врагов разбили и потом ушли
Исчезли в неизвестность – вот ведь штука!
Война закончилась. По лесу раз брели
перед гробницей исагыма Мичху
большую кучу листиков нашли
бамбуковых. Все разъяснив отлично
Тот предок короля почил давно
но видимо узнал в гробнице лежа
что делают враги с его страной
восстал и был он в битве тоже
Он встал, своих солдат призвал
и каждый листик росшего бамбука
вдруг с дерева могильного упал
став воином без слова и без звука
А вы все знайте что любой солдат
неважно он живой иль мертвый
восстанет приведет бойцов отряд
и знамя павшее рукой поднимет твердой
***
Забытый генерал Че Маль. Корея
В мрачном саду у бамбуковой рощи
читал он в беседке глубокою ночью
в час пятой стражи – в четыре утра
Книги отбросил – на отдых пора
Ему гос экзамены скоро сдавать
Нужно учить но надо также и спать
Решил он пройтись, затекли его ноги
Поднял глаза – человек на дороге
Кто ты? Скажи! И зачем меня ждешь?
В твоих руках меч. Меня ты убьешь??
Не бойся меня – человек тот ответил
Я призрак, я тень, я полуночный ветер
Именем Че, глава Мокса последний
В Чхирвоне схоронен и брошен я всеми
Я полководец Имджинской войны
Забытый народом нашей страны
К тебе я пришел – прохрипел генерал
Чтобы ты обо мне все как есть написал
Совсем уже стерлась могила моя
Я правды хочу! И пришел к тебе я
Был до войны я чиновник обычный
Писарь в конторе, одетый прилично
Когда же японцы вторглись, пришли
Собрав ополченцев их жег корабли
Нас было мало а их было много
Но каждый наш бой стране был подмогой
Каждый наш бой был нашей Победой
Стояли мы насмерть с друзьями за это
Их выбили с берега, гнали на море
Топили суда их в бескрайнем просторе
Сходились и брали их на абордаж
Они нас боялись. И бил их мандраж
Погиб я в боях – сказал генерал
Но в штате я не был – в учет не попал
Мои подчиненные все ополченцы
Нас просто забыли царя порученцы
командиры Квак Чэу, Чен Гирен были рядом
народ их запомнил – им это награда
Доблесть Квак Чэу воспета народом
Гирен стал военным морским воеводой
но я к тому времени пал в тех боях
и был позабыт где схоронен мой прах
К лицу меч свой поднял и тихо сказал
Главный Сегун японцев от моей руки пал
сумели пробиться к их главному в зал
И я с ним сразился. И меч его взял
В крови вся была рукоять у меча
Клинок засверкал лунным светом луча
Лицо раскраснелось от воспоминаний
И воин исчез в рассветном тумане
Студент перерыл всю эпоху Чосон
Нашел! – закричал – Вот он же он!
Че Маль был главой с января по апрель
имя героя все знают теперь
***
Ко Генмен. Легенда о любви. Корея
Беззаботная юность сонби Ко Генмена
вечный шепот у озера старых деревьев
Старых деревьев, мудрых деревьев
Совершенных деревьев у озера древнего
Он был лишь ученик – изучал он законы
Он стоял созерцая как прежде чего то
На ладонь вдруг упали капли дождя
Струи дождя, потоки дождя
Он бежал от потоков с небес уходя
Дом попался ему где открыты ворота
Постучал он: Хозяин! Я сонби заблудший!
Тот что книги читает. А сам я пока ученик
Позвольте мне дождь переждать? -и поник
Нет ответа. Он знал что здесь жил лишь старик
Может быть под дождем побыть лучше?
И вдруг девушка вышла: Входите скорей!
Он стоял и молчал. Пригвожденный. А дождь поливал
Словно молния вдруг промелькнула. А дождь поливал
Так приходит Любовь. А дождь поливал
Он разулся. Прошел. Здесь теплей
Она сходила на кухню. Столик поставив пред ним
С нехитрой едой и вином
Она смотрела смотрела смотрела потом
Он не знал что ответить. Сидел за столом
Оглушен светом глаз был ее но он был не таким
Он был скован характером, волей, борьбою
Учением в храме, запретами, тем то что сонби он здесь
и всего было этого не перечесть
Он поднялся ушел и не стал еду ее есть
Извините, сказав, и любовь вдруг убил не оставив с собою
Через месяц к воротам его подошел тот старик
И сказал ему: Дочка моя заболела после вашей с ней встречи
От любви к вам. Умирает она. Ее время нисколько не лечит
Хочет замуж за вас. Никого не желая другого.
Он взял сонби за плечи
Я решил попросить вас жениться на ней
и спасти ее -молвил старик
Ко Генмен лишь рукой замахал с возмущением
Идите домой он сказал
Он не мог так вот с бухты барахты сказал
Как воспримут в университете его, промолчал
И старик тот ушел весь в слезах, поклонившись с почтением
Годы шли у сонби Ко Генмена
вечный шепот у озера старых деревьев
Старых деревьев, мудрых деревьев
Совершенных деревьев у озера древнего
Он уже был чиновник – исполнял он законы
Он стоял созерцая как прежде чего то
На ладонь вдруг упали капли дождя
Струи дождя, потоки дождя
Он бежал от потоков с небес уходя
Дом попался ему тот где были когда то открыты ворота
Тот же самый был дом. Двор зарос и запущен
Дом открыт и покинут давно как призрак был сущий
Зашел в комнату он. Тлена запах, слой пыли загущен
И большая змея выползла вдруг и шею его обвила отчего то
Она злобно смотрела ему прямо в глаза
И он понял что это та женщина которую бросил.
Капли стучали по крыше
Он сказал ей: Прости. Я плохо с тобой поступил.
Капли стучали по крыше
Хочешь мне отомстить – воля твоя. Капли стучали по крыше
У змеи проступила слеза и она уползла ему глядя в глаза
А ночью уже в его сне она снова его навестила
И сказала ему: Если я снова тебе явлюсь в виде змеи ты умрешь
И исчезла. А дождь он все шел. И по крыше стучал этот дождь
Целый мир поглотил этот дождь. Он проснулся и плакал под дождь
Спустя много лет во время Имджинской войны
Ко Генмен вместе с сыном Ко Инху у озера собирал ополчение
город свой защищать. Японцы уж шли. Убивая.
Где было отмщение?
Их хотя бы задержать, было б только везение
Вдруг встревожились все, зашумели его пацаны
Позади его строя лежала большая змея. Не живая
Он все понял как только увидел. Они приняли позже свой бой.
И этот свирепый был бой
И беспощадный был бой
И погибли в нем все. Только память осталась. Я знаю
IV. ИЗРАИЛЬ
Рождение Израиля. Левит. Трактовка гл 19—21
Левит в Ефремовых горах
С наложницею был своею
Любви всегда неведом страх
Она его преодолеет
Свет вознесет на куполах…
Она отравилась к отцу
Что в Вифлееме Иудеев
Он руки приложил к лицу
И отпустил её скорее
Четыре месяца он жил
Любви испытывая муки
Он ей безмерно дорожил
И вот не выдержал разлуки
И он поехал вслед за ней
Взяв двух ослов, слугу и бричку
И из пустыни суховей
Травинки гнул, ломал как спички
Он в дом вошёл к ней. Рад был тесть
Гостил он дней у них немало
Но надо знать конечно честь
В обратный путь с ней. Всё сначала…
Они вошли в Иерусалим
Спросил слуга: мы здесь ночуем?
Он не хотел. И Бог бы с ним
– Чужой сей город. Мы рискуем…
И дальше покатил арбу
Осел по каменным дорогам
Испытывать свою судьбу
По краешку ходить под Богом…
И в город Гивы все вошли
Вениаминово колено
Уж ночь была. Всё обошли
Их прогоняли откровенно
Для них он был там чужаком
Колено у него другое
Никто не дал им стол и дом
И не было ему покоя
Они на площадь у костра
Уселись коротать до утра
Холодной ночь эта была
Старик позвал их. Старый. Мудрый
Он приютил и накормил
А в полночь дом их окружили
У горожан разбойный вид
Гостей им выдать предложили
И тот старик он знал: убьют
Зарежут знатного Левита
Смертоубийство будет тут
Их не спасти. Их карта бита
И он тогда отдал толпе
Его наложницу младую
И дочь свою. И в их судьбе
Провел он крест, в крови кривую…
Сказал им: вы возьмите их
Левита же не убивайте
А после в дом ушёл, затих
И слушал крики их, вы знайте
Они кричали до утра
Младая девочка скончалась
Наложница же доползла
К порогу. Умерла. Так сталось…
Толпа насиловала их
Они растерзанные обе
Так, что не выразит и стих
Их убивали в лютой злобе!
Открыли в доме дверь с утра
Он взял наложницу на руки
И положил в арбу. Пора
И вдаль отправился. На муки
Домой он труп её привез
И расчленил без всяких правил
Двенадцать тех кусков унёс
Колену каждому доставил
И полетела эта весть
До каждого угла, селения
Была поругана любовь
И это было откровением
Такого не было с времён
Как из Египта вышли люди
Народ поднялся. Зол был он
И действовать едино будет
Все люди в Ницпе собрались
Со всех колен, со всех окраин
Совет. Дискуссии начались
Сюда собрался весь Израиль!
Вожди колен стояли все
Левит всё рассказал как было
Да, рассказал во всей красе
И ничего не позабыл он
Зло из Израиля изгнать
Решил совет послов отправив
К Вениаминам. В суд отдать
Преступника. Что жил без правил…
А те лишь посмеялись там
Сказав: не выдаём не чистым
Война? Так мы покажем вам
Мы разгромим Израиль быстро!
Их армия была сильна
Оружие их было лучше
Уделом их была война
В Израиле всё было хуже
Там земледельцы в основном
А воинов- раз два обчёлся
Хоть всем навалятся гуртом
Но биться будут как придётся
Война не выгодна. Прощать?
Но хуже если всё забудем
Они придут порабощать
Мы сильными уже не будем…
Израилю опять в ярмо?
Опять под плеть? Нет! Не возможно!
Мечом мы усмирим дерьмо
Хоть это будет сильно сложно!
Уж Гивы войско собралось
И вот начало битвы рядом…
И возопив: скажи, Господь!
Кому вести на смерть нас надо?
Сказал: Иуда поведёт
Достойный воин пред иными
Я с вами! Бейтесь! Так-то вот!
И все пошли. И бились с ними
И половина полегла
Под стрелами. В жестокой сече
Победа их врагов была
Их тактика. Прочна и вечна…
Вениамины на холмах
Их лучники прицельно били
По трупам штурм и в душах страх
Вот вот бы и меня убили…
И снова на горе святой
Спросили Бога кто остался:
Как быть теперь? Ведь бой второй
Последним будет может статься…
Быть может лучше с ними мир?
И Бог ответил им сурово:
Пускай ведёт вас командир
На штурм высот. Да! Снова! Снова!!!!
В сердцах людей, конечно, Бог
И верили ему без звука
Но верить так не каждый смог
Идти на смерть! Идти на муку!
И всё же снова в бой пошли
И снова было поражение
В тот вечер многие легли
В крови. Навечно. Без движения…
Их малая осталась часть
Ушла в пещеры под холмами
Вторая группа собралась
На гору к Богу со словами:
Господь! Осталось мало нас
А большинство уже убито
Враги смеются в этот час
Но твоё слово не забыто!
Скажи идти и мы пойдём
Мы до конца верны тебе Боже
И там мы за тебя умрем
Хоть сколько то врагов положим…
И им господь вот так сказал:
Идите в третий раз к высотам
А одного он задержал
Сказал. Останься. Делать что-то
Сказал ему. Открой ковчег
И тот открыл ковчег завета!
И сразу выпал белый снег
Средь жаркого сухого лета
И умер город Гива весь
И враг весь умер на высотах
Лишь тот кто в щель успел залезть
Тот жив остался. От чего то
Вениамины жив кто был
С горы бежали. И орали
Путь вдоль пещер их проходил
Где их уже засады ждали
Средь них лишь уцелеть смогли
Кто дезертировал заранее
В другие города ушли
Войну кто презирали ранее
Вениаминов род тогда
мужчин десяток лишь остался
Совет подумал и им дал
По женщине. Чтоб не прервался
Их род
Средь засух, смерти и невзгод
Израиль жив.
Не потерялся.
***
Иерусалим
И все падет и все падут
и государств уже не будет
и те останутся лишь тут
кто под судом и те кто судит
О вечный град Иерусалим!
И ты разрушен и поруган
и в небе вечный смрад над ним
и люди прокляты друг другом!
Всем ад присудит страшный суд
всех за волосы без разбора…
Здесь праведники не живут
и ценность вам как ценность сора
Но мусор вас ценней в сто раз
Вы – зло земли! Вы все калеки!
Косить судье косою вас
неправедные человеки!
***
Царь
В этом мире мой расклад таков:
Я пастух пасущий пастухов
Я есмь царь – глава над всеми вами
я пришел сюда сквозь тьму веков
Сквозь огонь и полчища врагов
и пишу вот русскими словами
Черви Вы! Всего лишь часть земли
Созданы – чтобы сады росли
Ты растениям помогать обязан
чтоб колосья силу обрели
Если же людишки возомнят
то что Львом быть может всякий гад
Я вас всех сотру отсюда сразу
Грозен я для падали для всей
Я есмь царь царей – Я Моисей
V. ВИЗАНТИЯ
Четвертый крестовый поход. Падение Константинополя
I
В году от рождения Господа нашего 1198
когда Иннокентий был папой а Филип королем
когда в Англии царствовал Ричард как лев
когда из за засухи плох был посев
Жил у франков в Нейи святой человек
что по всей Иль де Франс был прославлен вовек
его звали Фульк он с крестом возопил:
Мир в нас веру убил! Мир нас всех погубил!
Точит мир каждый миг, каждый час
Искупите свой грех! Бог помилует вас!
Наложите же крест. Отслужите хоть год
Будет грех вам прощен! Его слушал народ
На себя тогда многие приняли крест
Граф Тибо, граф Луи, граф Монфор и д'Йерст
И других было множество благородных господ
Все в Компьене решились на четвертый поход
Шесть посланцев в Венецию направляют коней
нужен транспорт по морю, надо плыть много дней
Далеко добираться до священной земли
А сойдешь с корабля -знай руби да коли
II
Дож Энрико Дандоло сам совет собирал
Кораблей и стрелков он за плату давал
Половину добычи надо будет отдать
а иначе нам всем кораблей не видать
Марки звонкие сразу им надо платить
Эх Венеция! Браво! Умеешь ты жить!
За коня по четыре им марки плати
Две отдай за себя и благого пути
В соборе св Марка посланник взял крест
речь к народу вознес под большой благовест
Нас послали сеньоры вашу милось просить
Иерусалим надо взять и за все отомстить
Вы могучи на море а мы – в остальном
Изрубив сарацин с вами город возьмем
А народ закричал: С нами Бог! Мы вас ждем!
В год 1202 поход наш начнем!
В Риме папа Инокентий договор утвердил
на четвертый поход хватит денег и сил
III
Время шло и посланцы вернулись домой
собирать войска под командой одной
Граф Тибо заболел и в Шампани почил
предводителем войска крестоносцев он был
Болезнь сьела его. Умер он молодой
Дочь Наварского Бланш осталась вдовой
Это было утратой поражению под стать
Ведь никто не хотел предводителем стать
Пилигримы собрали в Суасоне совет
и решали кто может дать хороший ответ
был представлен на суд тот кто был всех смелей
маркиз Бонифаций – кузен королей
все прося одного – занять место Тибо,
согласился и взял на себя крест его
тотчас Фульк и епископ повели его в храм
крест к плечу прикрепив принял армию там
Год 1202 после Пасхи все двинулись в путь
сквозь Бургундию, Альпы собираясь чуть чуть
собираясь в Венеции в порту на Лидо
но не все собрались, предал всех кое кто
Жан де Нель, Сен Дени, Бернар де Морей
уплыли в Марсель не сойдя с кораблей
Нет людей – нету денег, невозможно собрать
чтобы их за проезд Венецианцам отдать
не собрав половины печалились мы
отдавая свое брали много взаймы
IV
Дож сказал всем: Сеньоры! Вижу нечем платить
все что плачено нам в праве мы захватить
Кто не выплатил долг тот лишится всего
Только кем же мы будем если бьем своего?
Тот кто грабит своих навлекает позор
над собой поднимает Божий топор
Король Венгрии взял у нас город Зара
Помогите вернуть его в счет серебра
Так на том и решили в воскресение сошлись
в соборе св Марка все собрались
Дож Энрико Дандоло сила в старом крепка
наложил тоже крест и возглавил войска
Девяносто уж лет старику королю
сыну отдал корону: Я мечем поколю
Был почти он слепой -старый сабельный шрам
разделил его голову наискось пополам
Он спустился с амвона, колени склонив
Крест нашили ему слезу уронив
Снаряжаться все стали чтобы двинуться в путь
Но сентябрь уж был до зимы лишь чуть чуть
V
В это время в Царьграде император Исаак
брата выкупил с плена у турок вот так
Этот брат самого Исаака пленил
глаза ему выколол и в темницу закрыл
потому что когда то он убил его мать
он хотел отомстить но не стал убивать
Сын Исаака Алексей из темницы бежал
и в Вероне потом к пиллигримам пристал
Крестоносцы сказали: Мы вернем ему власть
но и он нам поможет – Иерусалим должен пасть
Брат жены Алексея Филлип Швабский король
им прислал свой отряд, он сыграл свою роль
Накануне Мартина флот к Задару пришел
в гавань цепь разорвав в порт стреляя вошел
Развернулась осада на пять дней и ночей
после город сам сдался под угрозой мечей
Две недели прошло собрались на совет
Филип германский король передал свой ответ
Алексей хочет Риму Византию отдать
Платит золотом он. Всем ему помогать!
Возроптали здесь многие: Мы прошли много стран
Христианин не может бить других христиан
Путь наш в Сирию братья! Мы желаем туда
А на Константинополь не пойдем никогда
Их просили остаться до Михайлого дня
Некуда им деваться – до отбытия три дня
после долгой зимы больше нету монет
кроме как воевать больше выхода нет
Алексей император умолял их помочь
отказали ему бы да было не в мочь
В это время Фульк умер закопан он был
Говорили все: Вот ведь святой как почил…
VI
Вот из Корфу отплыли до небес паруса
Не охватишь флот взглядом -вот такая краса
Транспорта и галеры – корабли, корабли…
Словно белые птицы далеко от земли
Пилигрим в море снова ищет битв и невзгод
От рождения Христова шел 1203 год
Сдался город Абидос лишь увидев наш флот
В нем стояли неделю взяв зерно на поход
Флот пошел по проливу, ближе к городу встал
Золотой Константинополь перед нами предстал
Потрясенные были все его красотой
высотой стен и башен, куполов высотой
Господин городов всех, люди падали ниц
никогда не видали мы подобных столиц
В монастырь ст Стефан собрались на совет
Как же брать этот город? Столько сил у нас нет
Дож, бароны решили захватить острова
Всем готовиться к штурму! прозвучали слова
В Халкедон и Скутари без боя вошли
дальше в пешем порядке отогнав корабли
Вышло греков чтоб биться отоло пятисот
Обратили их в бегство, вот пугливый народ
Император посольство свое присылал
Мы и вы христиане – посол вопрошал
Знаем мы -Вы идете Гроб святой воевать
Мы припасов и денег готовы вам дать
Рек им Конон Бетюнский: Наш ответ вот таков
Император сегодня не в числе пастухов
Трон украл беззаконно -пусть оденет суму
Вот его здесь племянник, мы вернем трон ему
Отступили послы, отступили ни с чем
Вопрошали с испугом: Война то зачем?
А бароны под стены на галере скорей
И кричали – вот царь ваш, вот он царь Алексей
Но в ответ лишь молчание, неприятие его
Видно страх наказания их довел до сего
VII
В пятый вечер Июля флот под стены пошел
Кто по пояс омылся, кто на землю сошел
Греки дрогнули сразу побежав с рубежа
Император бесславный и труслива душа
Мы под башней Галата запирающей цепь
штурмовать ее надо – это главная скрепь
Пятачек под стеною -долго не устоять
Мы без флота не сможем пятачек удержать
Ночью греки напали, но отошли к кораблям
их секли и топили пред воротами там
Не успели ворота в эту башню закрыть
Продолжала пехота всех их в башне рубить
Захватили Галату цепь убрали на дно
флот вошел так как надо все почти решено
Дож Дондало решает с кораблей стены брать
Франки в море не могут- с суши им штурмовать
Штурм начнется уж скоро дайте только сигнал
камнеметы готовы Бонифаций сказал
Штурм начался от башни барбакана пошел
Кто поднялся на стены тут же гибель нашел
Много франков побито и полито смолой
горы трупов и мяса лежат под стеной
С суши штурм захлебнулся, с моря все еще шел
Все галеры под стены дож Дондало повел
Палубы – прям под стены, лестницы -с кораблей
Также много побито было смелых людей
И когда стали было моряки отступать
дож со знаменем первый в атаку опять
и сеньоры увидев старика впереди
вдруг в себе разбудили отвагу в груди
и рывком взяли стены знамя Марка на них
и в бою перемены косят греков самих
Греки дрогнув бежали в город путь был открыт
тем кто меч удержал тем кто не был убит
Император поставил все войска на пути
Сильно их было много ночь была впереди
подожгли тут же город и стеною огня
войска разделили – не пройти на конях
VIII
Венецианцев и греков город огнем разделил
не пройти сквозь огонь – он нещадно палил
под прикрытие башен Дож отвел всех людей
чтоб огонь с газ их скрыл -укрыл без затей
Император из города армию вывел свою
В поле биться хотел но неважно себя
показал он в бою
Лагерь взяли в кольцо, греки враз победили бы
но ко дворцу отошли
все бежали под вечер с собой и царя увели
шестьдесят к одному: было греков нас больше числом
император бежал во дворец и казну захватив
город бросил потом
Горожане Исаака из ямы ввели во дворец
Алексею сказали: На троне опять твой отец
Подтвердил Исаак все условия данные сыном своим
Подчинить всю империю Риму
послужить Римским вассалам иным
Пилигримам дать денег, до Сирии дать корабли
и пятьсот крестоносцев всегда содержать
чтоб охрану несли
Крестоносцы оставили город. За город ушли
свой лагерь разбили за бухтой
где место нашли
IX
А юнец Алексей коронован в царя был потом
Императором стал он под Римским романским крестом
Только вспыхнули в городе распри —
не прошел даже год
латинян стали гнать, драться стал меж собою народ
Город весь подожгли, десять дней он пылал
и огонь все горел – и дворцы и дома пожирал
Латиняне бежали из города греков кляня
двадцать тысяч за бухту прибилось
после страшного дня
Алексей же от них отвернулся загрубел
перестал пиллигримам платить