- -
- 100%
- +
– Ему понравилось. На Алтае жила летучая мышь. Зверь не зверь, птица не птица, в худой шубейке, и с кожаными крыльями.
Однажды она встретилась с чиновником, собиравшим дань с птиц.
«Летучая мышь, ты знаешь, что с тех пор, как ты не платила дань орлу, прошло много времени, теперь же заплати».
Но летучая мышь никому не платила дань. Услышав такой разговор, она удивилась.
«О какой дани вы говорите?» – спросила она.
Чиновник, увидев растерянность летучей мыши, прищурил узкий глаза и, брызжа слюной, изо всех сил заорал: «Орел велел собрать дань с птиц всей земли, он издал указ о том, что кто откажется платить дань, того бить и забирать все, от домашнего скарба до жены, вместо дани. Вот такую бумагу написал».
– Прости учитель. И тогда письма счастья присылали?
– А то. Но летучая мышь потупилась, сердце ее застучало.
«Но, я ведь не птица, – так сказав, она сжалась в маленький комочек и побежала по траве.
Тогда чиновнику показалось, что она действительно похожа на зверя, чем на птицу. И он подумал: «Тьфу, не могу отличить зверя от птицы», – сел на мерена и не оглядываясь, уехал.
Но вскоре к ней приехал чиновник зверей и сказал: «Ну, когда ты заплатишь дань льву?»
– Я так и знал учитель. Налоговая своего не упустит.
– Слушай дальше. «Я ничего у него не брала, в долгу не оставалась», – так сказав летучая мышь.
Услышав такую речь, чиновник сильно заругался: «Я тебе покажу, как отпираться! Не притворяйся глупой. Все звери платят дань. И тебе придется заплатить».
Летучая мышь не смогла сдержать свой смех: «Я ведь не зверь, а крылатая птица».
«Ты почему меня испытываешь? Сдеру шкуру с твоей спины», – так сказав, разгневался чиновник и замахнулся плеткой на летучую мышь, чтобы ударить.
Сидевшая на пне летучая мышь, вспорхнула вверх. Чиновник очень удивился.
«Никогда не видел, чтобы звери летали», – так подумал.
– А чо, так было можно учитель?
– Заплати и спи спокойно.
9
– Учитель, я приехал к тебе. Разреши спросить.
– Спрашивай в этом твое предназначение.
– Учитель, я много думал.
– Полезное занятие.
– Скажи учитель, все мыши умные или домовые дуры?
– Что сказать. Не все в мире такое, как кажется. Я поведаю тебе одну астрономическую историю, из которой следует, что не всегда, кто первый встает, того и тапки.
– Про мышей учитель.
– Да уж, о ней, серой. Мышь пришла и попросила у бога: «Примите меня в год!»
Бог сказал: «Иди к верблюду».
Мышь пришла к верблюду: «Хочу войти в год, давай устроим состязание», – так попросила она верблюда.
– Поясни учитель. Куда она войти хотела.
– Каждый год имеет название. Ты родился в год змеи, я в год лошади.
– Я знаю учитель.
– Но не знаешь, как это случилось. Так слушай меня. Змееныш. Верблюд сказал: «Кто первым увидит солнце, того год и будет».
Мышь согласилась: «Можно мне забраться на краешек вашего уха?» – так сказала.
Верблюд, согласившись, сказал: «Только отвернись на запад». Дошел он до большой горы и, повернувшись к востоку, улегся.
Мышь забралась в ухо верблюда, проспала всю ночь. Когда рассвело, лучи солнца осветили гору. Мышь закричала: «Солнце!»
«Где? Солнце еще не взошло», – сказал верблюд, глядя на восток.
«Сюда смотри!» – так мышь говорила верблюду.
Верблюд оглянулся и увидел освещенную солнцем гору.
За то, что мышь выиграла состязание, в ее честь назвали год. А верблюда теперь, как мышь увидит, так бросается на нее и топчет своими мозолистыми ногами.
– Хитрожопая учитель, – сказал ученик и смутился.
А учитель закрыл глаза и представил как солнце выходит из-за горы.
10
– Помнишь учитель, ты рассказывал мне про лису и журавля?
– Кто же не помнит басню Эзопа
Договорились жить между собой в дружбе
Лиса и журавель, ливийских стран житель.
И вот лиса, налив на плоское блюдо
Похлебки жирной, поднесла её гостю
И попросила отобедать с ней вместе.
– Кто ваш Эзоп, учитель?
– Грек древний.
– Мне приснилась лиса.
– Ты смотрел на ночь японские картинки.
– Мне еще нет 18 лет.
– Тогда слушай о лисе. И представляй ее красоту. Жил один охотник. У него был конь и собака. Однажды он ехал на охоту, поперек дороги лежала змея. Увидев ее, охотник с палкой подкрался, чтобы ударить. Только размахнулся, как змея взметнулась, обвилась вокруг шеи человека.
Змея сказала: «Ты задумал убить меня, теперь я тебя убью. Но прежде, чем убить тебя, спрошу у твоего коня. Что, если я убью его?»
Конь ответил: «Убивай. Как сядет на меня, так без разбору плеткой стегает, где гостить остановится, так весь день пьянствует, оставит меня с седлом и потником, даже не покормит».
Затем змея спросила у собаки, та ответила: «Убивай! Я остаюсь ночевать на улице, скот его караулю, он, как выспится, меня побьет. Когда зимой зайду погреться в аил, выйди вон кричит».
Потом змея увидела пробегающую мимо лису, остановила ее: «Этот человек накинулся на меня, чтобы убить, а я опередила его. Теперь я хочу его убить».
– Учитель, это американское кино.
– Почему.
– Там перед тем, как убить, много говорят и потом все плохо кончается.
– Не смотри американское кино.
– Так другого нет учитель.
– Никакого не смотри. Слушай учителя. Он плохого не расскажет. Лиса попросила змею: «Погоди, покажи, как он хотел тебя убить».
Чтобы показать, змея растянулась на дороге.
«Бей!» – так лиса ему приказала.
Человек в тот же миг расплющил палкой голову змеи.
«Теперь ты должен мне вечно кланяться», – так сказав, лиса собралась бежать дальше.
Человек остановил ее: «Подождите, сядьте сюда, я поклонюсь вам. Лиса удобно уселась перед человеком и ждала его поклона. Человек, схватив ее за задние лапы, ударил насмерть о землю. Вернувшись домой, сказал он жене: «Конь правду сказал, и собака правду сказала, но только лиса меня спасла», – и велел досыта кормить коня и собаку.
С той поры человек бережет своего коня, досыта кормит собаку. Из лисьих лап шьет шапки, из шкур шьет воротники для шуб.
– Странная у него благодарность учитель.
– Эта сказка о любви.
– Учитель, злая эта ваша любовь.
– Ты просто еще не созрел.
11
– Учитель, стыдно признаться, но мне опять приснилась лиса.
– Ты все же смотрел японские картинки.
– Нет учитель, я думал о любви.
– Тебе еще рано об этом думать. Я расскажу тебе другую историю про лисичку.
– Учитель, это такая же мудрую сказка?
– Еще мудрее. Старуха и старик пошли за хворостом. С одного гнилого пня содрали кору, подстелили под хворост, чтобы удобнее нести его за спиной. Когда содрали кору, из норы вылезла лисичка. Старуха и старик сначала испугались, потом обрадовались.
«Ты откуда взялась, миленькая, в груди которой кровь, в глазах которой огонь?» – спрашивают они.
Лисичка вся заструилась мехом.
«Тем, у кого сына нет, я хочу быть сыном, тем, у кого дочери нет, я хочу быть дочерью», – сказала.
«Пойдешь к нам, будешь нам сыном или дочерью?» – спрашивают они.
«Если к таким людям не пойти, то к кому мне идти?» – так сказав, пошла лиса вместе с ними.
Так они зажили вместе. Лисичка работящая, дома послушная, ласковая. Таким хорошим ребенком она стала. Но однажды лисичка забегала туда-сюда и никак не может успокоиться.
«Ты чего бегаешь?» – спросили ее.
«Оказывается, у моего старшего брата праздник, я хотела бы сходить туда».
«Ну, сходи. Сними свою берестяную шапку, надень шелковую шапку. Свою шелковую шубу надень, свой дырявый халат сними», – сказали ей.
«Зачем мне шелковая шуба, пойду в дырявом халате, зачем мне шелковую шапку надевать, пойду в берестяной шапке».
Так она и ушла, долго ее не было. Вернулась только в полдень.
«Ну пришла, вернулась», – обрадовались старуха и старик.
«Пришла», – отвечает.
«Как прошел праздник?»
«Был такой праздник, что у паршивой собаки хвост поднимался, ели столько, что у худого человека уши краснели».
«Вот и хорошо. Ну, работай».
И она все работала и работала. Но однажды она опять забегала туда-сюда.
«Ты чего забегала?» – спросили.
«Оказывается, у моего среднего брата праздник, хотела бы туда сходить», – говорит.
«Ну сними свой дырявый халат, надень свою шелковую шубу, берестяную шапку оставь, надень шелковую шапку», – сказали ей.
«Нет, зачем мне шелковая шапка, в берестяной схожу, зачем мне одевать шелковую шубу, в дырявом халате схожу», – так сказав, ушла.
– Учитель, долго это будет продолжаться?
– У нее семь братьев и семь сестер.
– Учитель, можно концептуально. Я пойму.
– Слушай тогда. На другой день после полудня пришла. Вернулась опять вся располневшая, раскрасневшаяся, видно, досыта наелась.
«Ну как прошел праздник?»
«Угощали так, что у худого человека уши краснели, а у паршивой собаки хвост поднимался».
– Учитель, я понял.
– Ты что такой не терпеливый. В туалет ходил?
– Ходил учитель.
– Тогда продолжаю. Лисичка, как вернулась, все воду пила. Видно, досыта наелась. Потом стала работать. Но однажды снова забегала, забеспокоилась.
«Что случилось?» – спросили.
«У моего младшего брата гулянка будет, хочу туда сходить». Но ты понял по той же схеме.
– Да учитель.
– Короче. После этого опять взялась лисичка за работу. Прошло много времени, перестала куда-либо ходить.
Старик и старуха масло и сыр в холодной яме прятали, оказывается. Старик пошел туда. Откопал яму, а там нет ничего, Лиса съела. Старик стал кричать: «Старуха, лови лисичку!»
Старуха спрашивает: «Что он говорит? Мои уши не расслышали», – когда так сказала, лисичка подбежала к порогу, затем обратно прибегает: «Говорит, чтобы ты варила суп».
Подкладывает старуха дров, варит суп.
«Старуха, лови лисичку, она в нашей яме масло сыр съела!»
«Что он говорит?» – спросила старуха.
«Говорит, чтобы подкладывала побольше дров, быстрее варила суп», – лисичка говорит.
Вдвоем подкладывают дрова, варят суп. Потом старуха что-то заподозрила, сама пошла к дверям.
«Что говоришь?» – спрашивает.
«Лисичку лови! Все наше масло сыр съела, оказывается», – отвечает старик.
Старуха догнала лисичку, но лисичка хвостом махнув, кипящий суп, брызнула по лицу старухи. Пока та кричала: «Ой! Лицо обварила!» – лисичка, выскочив, убежала, говорят.
– Блин, учитель. Это что за дичь.
– Слушай и думай, это опять про любовь.
– Так это любовница у старика учитель?
– Так ты сказал.
12
– Учитель, стесняюсь спросить.
– Скромный ты наш. Взрослым стал, давно тебя не было.
– Учитель, это личное.
– Но не безобразное?
– Вроде того учитель.
– Пересиль себя и спрашивай.
– Учитель, когда пора женится?
– Когда женилка вырастет. Но лучше я научу тебя как женится.
– Учи меня учитель, уму разуму.
– Встань там в тень и запоминай. Была такая птица золотой павлин. Его выбрали зайсаном. Там, где собрались триста тридцать семь видов птиц, золотой павлин сказал: «Разве зайсану нельзя свадьбу сыграть, как я буду один жить?»
Он попросил птиц, чтобы они подобрали ему супругу. Птицы золотому павлину говорят: «Может, тебе на сироте кукушке жениться? Эта девушка очень хорошая певунья. Ее голос доносится до всех просторов Алтая».
– Подожди учитель, я читал твою заметку о кукушке. Ты писал, что кукует кукух, а не кукушка. Разве птицы этого не знают?
– Этого не знает древний дебил сказочник.
– Ты не сам сочиняешь сказки учитель.
– Мой повзрослевший ученик, это сказки из древнего Алтая.
– Я понял учитель, ты доносишь вековую народную мудрость. Учи меня дальше.
– Слушай. Золотой павлин сказал: «Зачем мне, зайсану, в жены брать девушку-сироту? Если брать, то богатую. Сирота меня не возвысит».
Тут же была и птица кедровка. Стали её уговаривать быть женой золотого павлина. Однажды, пока Кудая не было, она украла выращенные им шишки.
– Я знаю учитель. Кудай, это бог по-нашему.
– Бог, это Кудай по-алтайски. Верно отрок. И так, Кудай, вернувшись, на кедровку рассердился: «Раз воруешь, пусть даже ты и красивая, быть тебе худой».
Сказав, что худая птица ему не нужна, золотой павлин от кедровки тоже отказался.
Тогда птицы решили, что сорока красивая птица, и выдали ее за золотого павлина. Сорока, дочь богача, и золотой павлин, зайсан, справили свадьбу.
Так они жили, но однажды сорока, хорошо одевшись, улетела. Золотой павлин, кажется, приревновал ее.
«Куда она улетает?» – подумал он и полетел следом. Смотрит, а сорока прилетела в заброшенный аил, ходит там и падаль клюет.
«Тьфу. Только что, досыта накормил и отпустил, а она падаль клюет», – так сказав и тихо подкравшись, золотой павлин стал колотить сороку: «Ты голодна, что ли?» —так спрашивая, поэтому теперь нет птицы опасливей сороки.
Она раз клюнет, пять раз оглянется. Сорока, осторожная птица, и птенцов своих этому научила
– Учитель, я не понял на ком женится.
– Как говорится «Si uxorem bonam accipias, beatus eris, si malam accipias, philosophus fies». Что значит «попадётся хорошая жена – станешь счастливым, попадётся плохая – станешь философом».
– Благослови учитель.
– Желаю счастья в личной жизни. Пух. Иди с Кудаем.
– Благодарю учитель. I'll be back.
«Странная древняя сказка», – думал учитель и не давала ему покоя мысль, где на Алтае водится павлин-мавлин.
13
– Учитель, я думаю о работе.
– А ты не думай. Пусть слон думает, у него голова большая.
– Но на священном Алтае нет слонов, учитель.
– Алтай родина слонов, мой мальчик.
– Научи меня учитель. Век воли не видать.
– Трудный будет мой рассказ, но важный для понимания жизни.
– Я справлюсь учитель.
– Тогда слушай. На Алтае жил бай. Скот, который пасся на его пастбище, был бесчисленным, как муравьи. Число своих слуг он сам не знал, был он жадный и алчный. Когда видел собак, пришедших из чужого аила, чтобы погрызть кости, он хватал лук и стрелял их наповал. Он бил плеткой путников, которые останавливались на ночлег на его лугу.
– Учитель, бай – это буржуй?
– Пусть будет так. Какой же ты глупый, наш молодой революционер.
– Я за социальную справедливость учитель.
– Ок. Слушай давай. Был у бая-буржуя пастух, который пас ему скот. Зимой его заваливало снегом, летом он мок под дождем, обгорал под солнцем. Состарился пастух, крепкие кости его ослабели, лучистые глаза погасли, иссякли силы.
Увидел бай состарившегося пастуха.
«Хватит, старик. В моем аиле работы нет. Убирайся отсюда», – сказал он.
«Куда я пойду? – заплакал пастух. – Возле порога вашего отца я сделал свои первые шаги, таская хворост из леса. Скот ваш до старости пас. Не гоните меня старого. Пожалейте. Долго обузой не буду».
«Думаешь, у меня других дел нет, как с тобой разговаривать?» – закричал бай. Черные глаза его налились кровью, толстые губы отвисли: «Белый свет большой, куда хочешь, туда и иди».
Старик, взяв за руку свою старую жену, ушел из аила хозяина, сам не зная куда. Неразлучный их друг – черная собака, горько завыла и пошла вслед за ними.
Старуха и старик сами не знали, сколько шли. Добрались до раскидистою кедра. Рядом с кедром протекала быстрая речка. Старуха и старик построили шалаш, стали жить в нем. Черная собака каждый день охотилась, притаскивала косулю или зайца, иногда приносила глухаря. Старуха и старик пуще прежнего любили свою собаку.
Прошли месяцы, тяжело проползли годы. Черная собака стала стареть, глаза стали слепнуть, нюх пропал, лапы отяжелели. Старик загоревал: «Видно, пришло время нам троим умереть с голоду».
Горы принарядились по-весеннему. В лесу птицы поют. Туда, где жил старик, прилетел воробей и спросил у черной собаки: «Четвероногий охотник, почему пригорюнился? Почему грусти дал сломить себя? Если теперь не можешь догнать зверя, я помогу тебе».
Черная собака, подняв голову, увидела воробья.
«Как ты мне поможешь? Сам ведь боишься даже сороки!» – удивилась собака.
«Я сороки не боюсь, – сказал воробей и спрыгнул на нижнюю ветку. – Я научу тебя добывать зверя. Ты будешь сидеть в засаде, я полечу и подниму в лесу шум. Испугавшиеся зайцы прибегут прямо к тебе, ты их будешь ловить».
Черная собака, улыбнувшись, показала свои старые желтые клыки: «Давай попробуем».
Легла она под густыми кустами, а воробей в лесу поднял шум. Один из зайцев побежал прямо на черную собаку. Она легко поймала зайца и побежала, чтобы доставить его старику и старухе.
В это время к опушке леса примчался бай на коне. Он, увидев собаку с зайцем, зарычал, как медведь: «Кто разрешил убивать моих зверей?» – так сказав, он, схватив лук, выстрелил в собаку.
Падая на шелковую траву, черная собака так сказала: «Друг мой, воробей, не забывай старуху и старика».
Когда воробей подлетел к черной собаке, глаза ее уже остекленели.
«Подожди, я отомщу за друга», – так гневно сказал воробей.
Бай забрал зайца и повернул в свой аил. Слуги, увидев хозяина, побежали встречать. Одни, взяв его под руки, помогли сойти с коня. Бай очень любил своего коня и не отпускал его далеко. Слуги, привязав коня, ушли работать.
Вдруг прилетел воробей, сел между ушами коня и стал клевать в темя. Конь мотает головой, встает на дыбы, но не может отделаться от воробья. Бай услышал, схватив лук, выскочил из аила и, не раздумывая, выстрелил. Воробей взлетел, а конь упал убитый. Бай, топал ногами, кричал, чтобы уничтожили всех птиц на земле.
Жена бая была алчней мужа. Увидев мертвого коня, она забегала, как сумасшедшая, чтобы выцедить кровь в ведро. Она очень любила есть вареную кровь. Воробей сел на голову женщины и стал клевать.
«Что за проклятая птица? Ведь изорвет мою дорогую шапку, проклюет мое темя!» – закричала байская жена.
Бай увидел воробья и обрадовался.
«Глупая птичка сама себе смерти ищет», – так подумав, выпустил из лука стрелу. Стрела, просвистев в воздухе, пробила голову байской жены, как ореховую скорлупу, а воробей улетел без царапины.
– Учитель, почему бай такой мазила?
– Потому что. Если в жарком бою испытал, что почем, значит, нужные книги ты в детстве читал!
– А он не читал учитель?
– Слушай, что говорю. Бай, изорвав свою дорогую шубу, бросил ее, сам, припав к земле, заплакал. Воробей снова прилетел, сел ему на спину и стал клевать между лопатками, царапать острыми, как иглы, когтями. Бай кричал, стал кататься по земле.
«Подайте мой острый нож. Я убью этого проклятого воробья», – так приказал бай слугам.
Они, исполняя приказ, принесли острый нож. Бай взял его и замахнулся на воробышка.
«Сейчас я уничтожу врага!» – так крикнув, сверкнул глазами бай. Изо всех сил ударил он по воробью ножом, но воробей был уже в воздухе, а бай лежал на земле. Его кровь потекла по траве. Воробей, чирикая, полетел на пастбище и пригнал оттуда старику байских овец.
«Мой верный друг, эти овцы твои, – сказал воробей. – Теперь в голубом Алтае нет бая. Хозяин этих овец ты! Ешь их мясо, дай своей старой жене сшить из их шкур шубу. Живи под ясным солнцем долго и счастливо!»
Старый ответил: «Ты оживил меня умирающего! Зажег потухший огонь в моей груди! Как отблагодарить тебя? Свей гнездо у моего аила и живи со мной, добрая птичка!»
Воробей сделал так, как сказал старый пастух. Птичка вывела много птенцов и жила до самой старости со стариком и старухой. Потомки воробышка из поколения в поколение вьют себе гнезда возле аилов и дружат с людьми.
– Мудрый учитель. Я не хочу работать. Я хочу быть воробьем.
– Не зря я тебя учу.
– Низкий поклон тебе учитель от меня и моей молодой жены. Скажу ей пусть больше зарабатывает.
– Не барское это дело работать.
14
– Ответь мне учитель.
– Ты просишь ответов. Их нет у меня.
– Учитель, мне надо знать, зачем я учусь.
– Где ты был?
– В Лондоне учитель.
– Если бы я был твоим дедом, то сказал бы, традиция требует учиться.
– А если бы ты был моим отцом учитель?
– Я бы выпорол тебя солдатским ремнем.
– Почему солдатским учитель?
– Чтобы знал, говно, кому кланяться.
– Ты убедил меня учитель, я буду учится. Но меня все достало.
– Есть одно слово, обозначающее твое состояние, но я тебе его не скажу.
– Мне уже восемнадцать с плюсом учитель.
– Тогда послушай историю, тебе будет полезно. Жила однажды женщина-вдова.
– Наверное, это моя молодая жена учитель?
– Рано еще. У нее был единственный сын. Этот мальчик каждый день ставил силки на куропаток. Каждый день в его силки попадались темно-пестрые птички. Этих птичек забирали сыновья хана. Тот мальчик сказал матери: «Мама, я пойду к хану и попрошу своих птичек».
Мать сказала: «Хан отрубит тебе голову».
Несмотря на это, мальчик ушел. Придя к хану, он попросил у него: «Твои сыновья моих птичек забирают, ты скажи им, чтобы они отдали».
Хан сказал: «Птенчики, будут ли они тебе птичками?»
Мальчик сказал: «Пусть даже и птенчики. Расправив крылья, они могли долететь до огня, до жилища».
Хан сказал: «Маленькое твое жилище, будет ли оно тебе жилищем?»
Мальчик сказал: «Пусть даже и маленькое, но на тридцать лошадей поклажи».
Хан сказал: «Коняшки твои будут ли тебе скакунами-двухлетками?»
– Может лошадки учитель?
– Пусть будут лошадки. Мальчик сказал: «Пусть даже и двухлетки, но зайца настигали, не давали ускакать».
Хан сказал: «Твой зайчонок будет ли тебе зайчонком?»
– Учитель, ты уверен, что хан спрашивал про зайчонка?
– Я лично присутствовал при всем этом. На балконе был у Понтия Пилата, и в саду, когда он с Каифой разговаривал, и на помосте, но только тайно, инкогнито, так сказать, так что прошу – никому ни слова и полнейший секрет!.. Тсс!
– Как скажешь учитель.
– Верь и никаких сомнений. Мальчик ответил хану: «Пусть даже и зайчонок, но мог добраться лапами до макушки лысого хана».
Когда он так сказал, хан схватился за свою голову, его голова оказалась лысой. Устыдившись, он рассердился, хотел побить мальчика. Но мальчик не дал себя побить, он, превратившись в темно-пеструю птичку и взлетел.
Птичка полетала и села на верхушку акации. Когда она вспорхнула с нее, акация оторвала кусок мяса с ног птички. Темно-пестрая птичка попросила у куста акации: «Отдай мясо моих ног».
Акация не отдала.
«Ну, погоди, я пожалуюсь на тебя овцам», – так сказав, птичка. Подлетела она к овцам и сказала: «Овцы, идите и съешьте листья акации».
Овцы ответили: «Не будем мы жевать твердую акацию».
Темно-пестрая птичка, услыхав это, сказала: «Погодите, я на вас буду жаловаться волкам», – так сказав, она полетела и сказала волкам: «Волки, там на горе, овцы, пойдите и съешьте их».
Волки сказали: «Не будем мы овец на горе искать и есть, мы не можем всех жирных кобылиц хана съесть».
Услыхав это, темно-пестрая птичка сказала: «Ну, погодите, я наговорю на вас сыновьям хана», – так сказав, она полетела и сказала сыновьям хана.
– Учитель, а ты не пил сегодня «Лирику»?
– Нет не пил.
– И не курил учитель?
– Слушай, о чем я поведаю тебе дальше.
– Но сыновя хана отбирали у мальчика птичек, зачем он к ним пошел учитель?
– Он маленький и обиженный мальчик, ищет защиты.
– Ага учитель.
– Слушай. «Парни, парни, всех ваших жирных кобылиц волки съедают. Идите и спрячьте их от волков», – сказала темно-пестрая птичка.
Парни ответили: «Не пойдем мы волков гонять, нам в карты поиграть некогда».
Услыхав это, темно-пестрая птичка сказала: «Ну, погодите, я пожалуюсь на вас хану», – так сказав, она полетела к хану и сказала.
– Учитель, она в начале улетела от хана, он хотел побить мальчика.
– Такова жизнь. Слушай, что было дальше. «Хан, всех твоих жирных кобылиц волки съедают. Увидев это, твоим сыновьям я сказала: «Спрячьте кобылиц». Но сыновья твои сказали: «Некогда нам кобылиц от волков прятать, мы в карты играем». Ты скажи им, чтобы они спрятали кобылиц».
Выслушав, хан сказал: «Не то, что сыновьям своим что-то говорить, я не могу жир свой поднять».
Услыхав это, темно-пестрая птичка сказала: «Ну, погоди, я скажу мышам, чтобы они высосали твой жир», – так сказав, она полетела и сказала мышам: «Мыши, пойдите и высосите жир у хана».
Мыши ответили: «Не то, что жир у хана высасывать, мы не можем доесть сметану у баб».
Услышала это, птичка сказала: «Ну, погодите, я пожалуюсь на вас бабам», – так сказав, полетела она к бабам: «Бабы, всю вашу сметану мыши поедают, идите и убейте их».
Бабы ответили: «Не то, что ходить и прятать сметану от мышей, мы не можем пеленки своих детей просушить».
– Учитель, это местность бесконечной лености, это рай?