Четыре цивилизации

Основа хозяйства «морской цивилизации», как и «речной» или «горной» – тоже земледелие, однако значительную роль, как уже было сказано, играет также скотоводство, рыболовство и, особенно, торговля. Человек не так привязан к своему куску земли, как в долине реки или в горной долине. Он постоянно плавает, или, во всяком случае, имеет такую возможность. Соответственно, у него появляется определенная степень свободы. Невозможно установить тотальный контроль над человеком, который может в любой момент взять и уплыть на корабле куда-нибудь, благо островов в Эгейском море предостаточно. С этим человеком можно только договориться.

«Морской цивилизации» присуща алчность. По сути, алчность не считалась грехом, и именно она двигала общество вперед, побуждая к созидательному труду. Жить нужно здесь и сейчас, и думать не о смерти, а о себе, своей семье и своих детях. Когда человек ловит рыбу, у него возникает азарт, это знает любой рыбак. Пытаясь обменять оливковое масло, сыр или вино на пшеницу, он стремится отдать поменьше, получить побольше. Все это алчность. А вместе с морской торговлей появляется и ее вечный спутник – пиратство, алчность в квадрате.

Но если все толкаются между собой, стремясь урвать кусок побольше – как жить? Приходится договариваться друг с другом. Появляется то, чего не было в долинах рек – законы. Сперва неписанные, потом формализованные: законы Ликурга в Спарте, законы Солона в Афинах, законы 12 таблиц в Риме, и др. Римское право до сих пор, наравне с англо-саксонским правом, является основой законодательства европейской цивилизации. Но основы современного европейского права, которое мы называем римским, были заложены гораздо раньше. Даже не факт, что их началом можно считать афинские реформы Солона, вероятно, их корни уходят еще в минойскую эпоху.

Подвижность, возможность любого предприимчивого человека, или группы людей, приплыть на какой-нибудь остров со свободной землей, и освоить эту землю – важнейшее отличие от «речных цивилизаций». Человеку, с одной стороны, придется вложить огромные силы на освоение каменистых, заросших лесом, склонов, но, с другой стороны, он не зависит от каналов и плотин, сооружаемых властью. Он может рассчитывать только на себя, максимум – на помощь общины. И после этого он вправе считать эту землю своей, и только своей. Возникает институт частной собственности на землю.

Сравнительно небольшая роль власти и религии и право человека на землю обеспечивали равный статус людей, за исключением рабов. Античное общество – общество равных возможностей, закон равен для всех. Сословия, если и существуют, то роль их не велика, и границы между ними размыты. В Афинах возможность занимать государственные должности было не правом, а обязанностью каждого гражданина. Римское общество изначально делилось на патрициев и плебеев, но за плебеями было закреплено несколько важных прав – Народное Собрание и Народные Трибуны с правом вето. Со временем некоторые плебейские роды разбогатели, патрицианские – наоборот, разорились, возник нобилитет. В период империи возможности карьеры открылись для завоеванных народов (варваров) и даже для рабов. Один из величайших императоров, Диоклетиан, происходил из низших социальных слоёв (отец его был вольноотпущенником). Таким образом, римский император Диоклетиан был внуком раба. Социальные лифты работали исправно.

В таком обществе невозможна абсолютная централизация власти, да и никому это не нужно. Мы не знаем точно, какая система власти существовала на Крите, и был ли оно политически объединен. Но, по всей видимости – нет. И троянский царь Приам, и микенский царь Агамемнон были, по сути, лишь первыми среди равных. Основа политической организации античной цивилизации – греческой, финикийской, италийской – полис, самоуправляющаяся структура, с республиканской системой управления или с ограниченной (очень ограниченной) монархией. Первая попытка силового объединения провалилась – империя Александра Македонского развалилась сразу же после смерти своего создателя.

Объединить все Средиземноморье в единое государство удалось римлянам. Но существование морской цивилизации в форме единой державы противоречило самой ее сути, и началось ее вырождение. Процесс был болезненным и занял около четырехсот лет. Империя развалилась, похоронив под своими обломками всю античную цивилизацию, и ввергнув Европу в «темное средневековье» почти на тысячелетие.

Но природные условия Средиземноморья и Европы не изменились, и через тысячелетие все повторилось. Именно независимые средневековые города, прежде всего итальянские (Флоренция, Милан, Венеция, Генуя), и северонемецкие (Любек, Бремен, Гамбург), стали основными драйверами развития Европы. Но теперь европейцы не стали повторять ошибку древних римлян – никогда больше Европа не объединялась в единую монолитную державу. Понятие «суверенитета» выковывалось постепенно, последним толчком к его осознанию послужило кровавое мессиво Тридцатилетней войны.

Исходя из всего вышесказанного, мы понимаем, что важнейшая черта морской цивилизации – фрагментация и конкуренция

Фрагментация и конкуренция проявлялись во всем:

Конкуренция в экономике и торговле. Торговля и ремесленное производство играли в античном мире огромную роль, значительно большую, чем в древневосточных аллювиальных и горных империях, и держались на плечах преимущественно мелких производителей и торговцев. Сельское хозяйство в большинстве случаев также базировалось на частных собственниках небольших наделов земли. Конкуренция, основанная на законах, двигала экономику и способствовала торговле.

Конкуренция государственных моделей. Демократия в Афинах, аристократическая республика в Спарте, позднее в Риме (там – со значительными элементами демократии), олигархическая республика в Карфагене (также со значительными элементами демократии), тирания во множестве других полисов, в частности, в Сиракузах, ограниченная царская власть в Македонии, Эпире, раннем Риме, абсолютная монархия в эллинистических государствах Востока (но и там – с самоуправлением для греческого населения городов). Побеждало государство, чья модель государственного управления оказывалась более эффективной.

Как следствие – конкуренция в политике. Внутри каждого государственного образования кипела бурная политическая жизнь. Отсюда – значительная роль ораторов (Демосфен, Цицерон). Наиболее структурированная политическая жизнь сложилась в Римской республике – там сформировалась полноценная двухпартийная система оптиматов и популяров, причем в каждой из них состояли и патриции, и плебеи.

Конкуренция экономических моделей. В Афинах – рабство, ремесло и торговля при ограниченной роли сельского хозяйства, в Спарте – наоборот, опора на сельское хозяйство с использованием фактических крепостных илотов, в Карфагене – торговля и пиратство, в Птолемеевском Египте – сельское хозяйство с опорой на государственную собственность на землю.

Конкуренция идей. Это не только диспуты философов на афинской Агоре, но прежде всего конкуренция полисов и государств за привлечение лучших философов.

Конкуренция в спорте, высшее проявление конкуренции – Олимпийские игры.

Фрагментация и веротерпимость в религии. Огромное количество богов, у каждого полиса – свой покровитель. Главное, уважать местных богов, не обижать их. Античный мир был очень веротерпим.

Наконец, войны – тоже проявление конкуренции, они определяли сильнейшего. Кстати, в античном мире войны почти никогда не велись с целью завоевания и подчинения, как правило, борьба шла за доминирование. Исключения – македонские войны на востоке, и, только с момента захвата Карфагена, – римские.

Особенность «морской цивилизации» заключается в ее экспансионизме, т.е. стремлении к расширению. А для этого нужны промежуточные опорные пункты. Так возникают колонии «морских цивилизаций», например, греческие и финикийские колонии по всему средиземноморью. Даже в тех случаях, когда «морские цивилизации» переходят на сушу, стремление к экспансии никуда не исчезает. И римляне, и китайцы считали окружающие их племена варварами, но если речная цивилизация китайцев отгородилась от варваров стеной, то римляне распространяли свою власть, пока для этого хватало сил.

Вернемся к началу этой главы, а именно, к «уникальному товару». Помимо Восточного Средиземноморья, в начале I тыс. до н.э. появился еще один центр формирования «морской цивилизации» – Италия. Здесь культура Виллановы развилась в Этрусскую цивилизацию. Это была та же классическая «морская цивилизация» с полисной структурой государственности, только «уникального товара» здесь не нашлось. Все те же оливки и виноград, но конкуренцию греческим они составить не могли в силу географической удаленности от основных рынков сбыта. Этруски пошли двумя путями. Во-первых, они достигли совершенства в некоторых ремеслах, прежде всего в работе с бронзой. Во-вторых, недостаток зерна, связанный прежде всего с недостатком плодородной земли, они компенсировали грабежом и территориальными захватами. В Тирренском море этруски прославились как самые страшные пираты, а на суше они в короткий срок сумели подчинить себе огромные территории от долины реки По на севере до Кампании на юге. Пришедшие на смену этрускам римляне также пошли по пути территориальной экспансии, сделав своим «уникальным товаром» непревзойденную военную машину.

Вообще, экспансионизм «морской цивилизации» может принимать абсолютно разные формы. Самая распространённая форма – колонизация. Вышеупомянутые греческие и финикийские колонии-полисы возникают по всему Средиземноморью. Аналогичным образом, но тысячелетие спустя скандинавские викинги создавали колонии на Фарерских, Шетландских и Оркнейских островах, в Исландии, Гренландии и на Ньюфаундленде, венецианцы и генуэзцы – в Средиземноморье и в Крыму, а новгородцы (тоже «морская цивилизация», хоть и без моря (см. «Феномен Великого Новгорода») основывали города-колонии на далеком севере (Олонец, Каргополь, Вятка). Спустя еще пятьсот лет португальцы основывали торговые фактории на пути в Индию – в Африке, на юге Аравии и в самой Индии, а французы –в Канаде. Другая форма экспансионизма – откровенный неорганизованный разбой без цели завоевания – набеги викингов на Европу и Русь, походы новгородских ушкуйников, пиратство. Ну и третья форма – организованное планомерное завоевание (опять же, либо с целью подчинения, ограбления и выкачивания ресурсов, либо с целью получения земли для массовой колонизации, т е создания переселенческой колонии).

Как правило, экспансионизм, особенно в форме организованного завоевания, имеет идеологическое обоснование. Римляне несли варварам «цивилизацию», крестоносцы освобождали «Святую землю», испанцы несли в Новый Свет «слово божье», англичане, опять же, «цивилизацию» («Бремя белого человека», Р. Киплинг). Современный американский экспансионизм (правда, в соответствии с веяниями времени, не территориальный) несет миру «демократию» и «общечеловеческие ценности».

Главные особенности «морской цивилизации» – подвижность и нестабильность, причем и во времени, и в пространстве. Мы говорили, что речные цивилизации могут существовать в одних и тех же границах тысячелетиями, без развития и без упадка. Морская – ровно наоборот.

В пространстве:

Возникнув Эгейском регионе в начале III тыс. до н.э., цивилизация распространяется на побережье Леванта (Ханаан, позднее Финикия) к началу II тыс. до н.э., на все Средиземноморье к середине I тыс. до н.э. (греческие и финикийские колонии, этруски), на весь Ближний Восток вплоть до Индии в конце I тыс. до н.э. (эллинизм), на Западную Европу на рубеже нашей эры (Римская Империя), тогда же теряет Средний Восток (при этом Греция приходит в упадок), в раннем Средневековье теряет Северную Африку, Ближний Восток и Испанию (арабские завоевания), но тогда же распространяется на северную и Восточную Европу, с XV в. вновь возвращает себе Испанию, распространяется в Северную Америку, в Австралию, частично в Латинскую Америку и в Южную Африку, теряет и вновь возвращает Балканский полуостров. Уже на наших глазах, в XXI веке, теряет Южную Африку. При этом Эгейский регион, Балканы и даже Италия становятся периферией европейской цивилизации. Тенденция – вся Европа, кроме Великобритании, может стать периферией.

Во времени:

Возникает в начале III тыс. до н.э. (Минойская цивилизация). Расцветает в середине II тыс. до н.э. Гибнет в конце II тыс. до н.э. (извержение вулкана Санторини, вторжение народов моря, «катастрофа бронзового века»). В глубоком упадке в XI—VIII века до н. э. («темные века», утрата письменности, возврат к родоплеменным отношениям). Расцветает в VI в. до н.э. – II в. н.э. (расцвет классической Греции, Карфагена, эллинизация Востока, Древний Рим). Гибнет в V в. н.э. В глубоком упадке в VI – XI вв. (темное Средневековье). Постепенный подъем в XII-XVII вв. Резкий взлет с XVIII века по настоящее время.

В античном обществе возникают свои религиозные системы, в корне отличающиеся от древневосточных. В частности, в противоположность Древнему Востоку, в Греции сложилась вполне жизнеутверждающая религия. Здесь, как и в древнеегипетской религии, тоже полно чудовищ, но славные герои их побеждают. Боги вполне человекоподобны, они ссорятся, мирятся, влюбляются и изменяют друг другу. Религия у греков и римлян – частное дело каждого, храмы легки и светлы. Жрецов как сословия никогда не было, должность жреца – всего лишь ступенька в карьерной лестнице, выборная должность. Сосредоточие науки – не храм, а городская Агора, гимнасий и библиотека. Загробный мир, царство теней Аида, неизбежен, бояться его не стоит, нужно жить на земле, пока есть такая возможность. Только в Греции стало возможным появление таких богов, как Дионис (римский Вакх, или Бахус), бог виноделия, пьянства, веселья и разврата, или Аполлон – златокудрый сребролукий бог света, покровитель искусств, предводитель и покровитель муз, предсказатель будущего, бог-врачеватель, покровитель переселенцев и основывающихся древнегреческих колоний. Более сходная с аллювиальной религиозная система существовала у финикийцев, сказывались географическая близость и общее происхождение, но уже у карфагенян религия отошла на второй план, а ритуальные детоубийства исчезли из обихода. В Карфагене, космополитичном городе, проживали представители множества народов и конфессий, и все строили свои храмы.

Сформировавшись один раз и укоренившись глубоко в сознании людей, мировоззрение оказывается очень живучим, даже не смотря на внешние воздействия. Три характерных примера:

Восточное Средиземноморье и Северная Африка были вырваны из Средиземноморской цивилизации дважды – в IV веке, с принятием христианства – частично, а в VIII веке, с приходом арабов – окончательно. Прошло больше тысячи лет, и что же мы видим сегодня?

Ливан и Тунис, страны, безусловно, восточные, были в древности двумя центами античности – Финикией и Карфагеном соответственно. Там сформировались все вышеперечисленные характерные особенности, присущие морской цивилизации. С тех пор прошло почти три тысячи лет, обе страны стали неотъемлемой частью мусульманского, арабского мира. Но и сейчас Ливан и, в меньшей степени, Тунис – единственные относительно богатые арабские страны без нефти, с действующими институтами гражданского общества и многочисленным средним классом.

Израиль. Еще одна богатая демократическая страна на Ближнем Востоке, хоть и не арабская. Исторически Палестина относилась не к античному миру, а скорее к древнему Востоку, но государство Израиль было создано евреями-ашкенази, прожившими две тысячи лет в Европе, и впитавшими в себя европейское мировоззрение.

Средиземное море сыграло решающую роль в формировании античного мира. Однако море само по себе не является ни достаточным, ни, даже, необходимым условием, для возникновения «морской цивилизации».

В Японии, Корее, на островах юго-восточной Азии, и во многих других местах жизнь людей также была тесно связана с морем, однако благоприятный климат и плодородные вулканические почвы делали хозяйство местных народов вполне самодостаточным. У них исчезал важнейший стимул для перемещений по морю – потребность в торговле, и, напротив, росла привязанность к обрабатываемым ими участкам земли, что вело к статичности людей.

Ровно противоположная ситуация сложилась на северо-западе Руси, в Новгороде. Там, в неблагоприятном северном климате, имелся дефицит самого необходимого продукта – зерна. С другой стороны, там были «уникальные товары» – избыток ряда продуктов, крайне необходимых и остальной части Руси, и Европе. Меха (в Европе холодный климат), деготь (смазочный материал, герметик и клей), воск (единственный источник освещения), мед (сахара в Европе не было). Даже отсутствие моря не помешало формированию «морской цивилизации» на северо-западе Руси. Просто для начала формирования морской цивилизации в глубине континента был необходим внешний толчок, и он поступил в виде переселения туда «морских» полабских славян» с южного побережья Балтики, и последующего вторжения варягов (подробнее см. «Феномен Великого Новгорода»).

В конце концов, если просто сравнивать географию Европы и Китая, то мы увидим много общего. Густая речная сеть в Европе прекрасно связывает регион путями коммуникаций, объединяя Атлантический океан, Балтику, Средиземное и Черное моря. Это создавало определенные предпосылки возникновения в Европе речных цивилизаций. И такие цивилизации начали формироваться еще в VI—III тыс. до н. э. – культура Винча на Дунае, Трипольская культура в междуречье Днестра и Днепра. Однако, по ряду причин – климатические циклы Бонда, постоянный прессинг со стороны кочевников-индоевропейцев (культура боевых топоров и др., начиная с IV тыс. до н.э.), мутация гена толерантности к лактозе – эти цивилизации так и не сформировались (см «Варварская Европа»). Цивилизация пришла в Европу много позже, из Средиземноморья, вместе с римскими легионами, в уже полностью сформировавшемся виде. И эта цивилизация была морской.

Итак, главные особенности морских цивилизаций

Эффективность экономики;

Наряду с земледелием, важнейшую роль в экономике играет торговля;

Высокая плотность населения, развитая городская культура;

Подвижность на уровне индивидуума;

Полиэтничность, политическая раздробленность, уважение суверенитета;

Неустойчивость;

Дефицит основных ресурсов, потребность во внешних связях;

«Уникальный продукт»;

Форма правления – республика либо ограниченная монархия, часто – высокая роль народного собрания;

Частная собственность на землю;

Договорные отношения внутри общества, правовая культура, уважение обычаев и законов;

Развитые товарно-денежные отношения, конкуренция;

Высокий уровень социальной мобильности, отсутствие или слабое проявление внутренней сегрегации общества;

Стимулы к творческому труду и познанию, т.е. к прогрессу;

Низкая роль религии в жизни общества, толерантность и веротерпимость;

Меркантилизм;

Внутренняя свобода населения, готовность в вооруженному сопротивлению, воинственность.

О «речных» и «горных» цивилизациях мы рассуждали на примерах разных, мало связанных или вообще не связанных друг с другом государственных образований. Не так с «морскими цивилизациями». Древний Крит и Древняя Греция, Ханаан и Финикия, этруски и Древний Рим, при всех их отличиях друг от друга, являются, на мой взгляд, по сути, не отдельными цивилизациями, а локальными вариантами единой, общей средиземноморской цивилизации. Благодаря своей открытости они были изначально связаны множеством связей, культурных, экономических, политических. Эта единая цивилизация, сформировавшись в Средиземном море, смогла просуществовать несколько тысяч лет, и, пройдя через жесткие кризисы, достичь небывалого развития. При этом она последовательно трансформировалась, меняя локализацию: Восточное Средиземноморье – Западное Средиземноморье – Западная Европа – Северная Америка.

Если для формирования «речной цивилизации» нужны, по сути, только благоприятный климат и наличие речной долины, а для «горной» – горные долины с, опять же, благоприятным климатом и плодородными почвами, то для «морской» наличия моря совершенно недостаточно. Здесь необходимо соблюдение целого ряда условий, сочетание которых встречается достаточно редко. Земля на которой формируется такая цивилизация, должна обладать ресурсами, достаточными для быстрого роста населения. Но, при этом, наиболее важные ресурсы (например, зерно) должны быть в дефиците, чтобы у людей возникал стимул для экспансии. Очень важно наличие «уникального продукта» как предмета обмена, и наличие поблизости рынка сбыта для этого продукта – богатых зерном и другими ресурсами «речных» или «морских» цивилизаций. Побережье должно быть изрезанным, чтобы облегчить выход в открытое море, особенно на первом этапе. И, поскольку «морские цивилизации» нестабильны и неустойчивы, они должны быть географически защищены от агрессии со стороны речных, горных или степных хотя бы на этапе формирования.

И, тем не менее, можно говорить, по крайней мере, об еще двух морских цивилизациях, которые сформировались в других частях света совершенно независимо от Средиземноморья – в северной Атлантике и в Индийском океане.

В Северной Европе она начала формироваться в VI-VII веках н.э., вскоре после падения Западной Римской империи. Природные условия здесь также благоприятствовали возникновению «морской цивилизации»: многочисленные острова, заливы и проливы, фьорды, шхеры и лиманы способствовали быстрому овладению навыками мореплавания, а прохладный и даже откровенно холодный климат делал затруднительной задачей полное самообеспечение зерном. Нашлись и «уникальные продукты» – балтийский янтарь, скандинавская пушнина, а также рыба – североморская треска, вылавливавшаяся на знаменитой Доггер-банке и в районе Лафонтенских островов (вяленая stockfish), и балтийская салака. Рынок сбыта для этих «уникальных продуктов» обеспечивался располагавшимися южнее осколками Римской империи – варварскими королевствами и Византией. Также, как и в Средиземном море, «морская цивилизация» Северной Европы формировалась народами самого разного этнического происхождения: германскими племенами фризов на побережье Северного моря западнее Эльбы, англами, саксами и ютами в Британии, славянскими племенами лютичей, бодричей и поморян на юге Балтики, викингами в Скандинавии и Ютландии. Тот факт, что большая часть этих территорий располагалась за пределами бывшей Римской империи либо на ее далеких окраинах, а формироваться эта цивилизация начала спустя как минимум столетие после ее гибели, подтверждает ее самостоятельность. При этом отрицать мощное влияние Рима на Северную Европу в предшествующие века невозможно (это и римские аграрные технологии, включая римский плуг с отвалом, и килево-шпангоунтная конструкция скандинавских драккаров, и многое другое).

Цивилизация Северной Европы оказалась очень похожей на античное Средиземноморье. Если в континентальной Европе начали формироваться централизованные монархии, и процесс этот вылился в конце концов в создание огромной империи Карла Великого (выборные рахинбурги – пережиток «военной демократии» – заменяются на капитулярии (оглашения законов королем), то на севере развитие пошло по пути либо республиканских полисных структур, либо ограниченных представительными органами монархий. В англо-саксонской Британии – Витенагемот (предшественник парламента) с обширными правами, в т. ч., избрания королей, у полабских славян – князья, власть которых была ограничена вече, в Скандинавии – короли, ограниченные тингами, в Северной Германии – самоуправляющиеся полисы, города с республиканским строем (Бремен, Гамбург, Любек, позже – самоуправляемые города Нидерландов). В Северной Европе, также, как и в античном мире, роль религии была ограничена, здесь никогда не свирепствовала инквизиция (кроме Фландрии, но там это было связано с испанской оккупацией), и не случайно именно Северная Европа позже с готовностью восприняла Реформацию). Как и в Средиземноморье, здесь возникла своя система права, правда, в отличие от Римского права, она была основана не на четко прописанных на все случаи жизни законах, а на прецедентах (скандинавское право и его разновидность – англосаксонское право). Огромная, временами гипертрофированная роль торговли: крупнейшие торговые центры Раннего Средневековья, имевшие общеевропейское значение – Хедебю в Дании, Нидарос (Тронхейм) в Норвегии, Аркона и Любица у полабских славян, шведский остров Готланд в Балтийском море. Позже возникает торговая сеть Ганзы, а еще позже на первые роли выходят порты Британии и Нидерландов.

И экспансия во всех ее проявлениях. Как в античном Средиземноморье свирепствовали финикийские, киликийские и этрусские пираты, в Раннем Средневековье грозой всей Европы стали викинги. Подобно древним грекам и финикийцам, те же викинги основывали свои колонии на островах Северного моря, в Шотландии и в Британии, в Исландии, Гренландии и даже в Северной Америке. Полабские славяне поплыли на восток – в Восточную Прибалтику (ныне Вентспилс) и на берега Волхова, и основали там свою колонию, дав начало Великому Новгороду. Эти колонии возникали как самоуправляющиеся республиканские полисы с народными собраниями (альтинг в Исландии, вече в Новгороде).