Уйти, чтобы возродиться

Глава 100

В Обзорном зале Навигационной впервые была такая обстановка, которую можно было бы назвать уютной. Все дело было в том, что прилетевших после схватки с пиратами эримитисов было достаточно много, практически у каждого имелась семья, жена, девушка, дети. Однако никто не торопился уйти в свою комнату, чтобы отдохнуть. Каждому хотелось услышать из первых уст о приключениях, которые случились с единственным выжившим после гибели учебного стратолета практиком, Виктором Сонцевым. Мало того, он был единственным, кому пришлось пережить весь ужас происходящего во время случившегося апокалипсиса на гибнущем материке. Он сумел пройти десятки тысяч километров, почти вслепую найти Эримитис и уберечься от многих смертельных опасностей. В связи с этим старший навигатор Ветров, посоветовавшись с Глэдис Вонг, принял удивительное и неожиданное решение пообедать в самом Обзорном зале. Для таких целей у него был заготовлен сюрприз, секретное знание, полученное из бортового журнала Главного механика, которым он и собирался воспользоваться. Подойдя к панели управления у входной двери, он одним касанием участка стены притушил свет. Когда свет вновь загорелся мягким голубоватым свечением, все присутствующие просто остолбенели. Зал преобразился. Вместо рядов кресел в нем теперь полукольцом располагался огромный стол, вокруг которого стояли мягкие длинные, повторяющие изгиб стола, скамьи. Ветров обвел рукой Зал, указывая всем присутствующим эримитисам на его преображенный вид. С оттенком теплоты и мягкой задумчивости в голосе он заговорил.

– Уже ни для кого не секрет, что я владею некоторыми познаниями, почерпнутыми из журнала Главного механика. Это одно из них. Раньше я не понимал смысла в нем… до тех пор, пока Валентин Сонцев не вернулся с расшифрованным кристаллом бортового журнала от наших родичей из Города под куполом. Это «стол перемирия». Он был рассчитан на то, что когда-нибудь в будущем потомки колонистов вернутся сюда, на Эримитис, в Навигационную, и сядут в знак мира и прощения между нами за этот стол. Сейчас мы используем его немного иначе, но я не думаю, что это будет неправильно. Пусть за него сядут трапезничать самые лучшие представители эримитисов и члены их семей. А в центре стола пусть расположится сын ведущего навигатора Сонцева, Виктор. Он нам расскажет о своих странствиях и приключениях. А мы послушаем его, узнаем, с чего все началось, а затем помянем наших погибших ребят и инструктора Глише, которым не суждено сегодня быть с нами… Накрывайте столы. Виктор садись в центре. Я включу Обзорный экран на передачу после обеда, чтобы тебя услышали не только в пределах Обзорного зала.

К этому времени под руководством Глэдис Вонг женщины принесли еду и напитки. Все молчаливо располагались по своим местам за столом и принимались за еду. Когда трапеза была закончена, а на столах остались лишь прохладительные напитки, Вик, чувствуя растекающееся по Залу напряжение ожидания, чувствуя направленные на него любопытные взгляды эримитисов, встал. Осматривая ряды сидящих эримитисов, он встретился взглядом с Ветровым. Тот ободряюще кивнул и дал команду МОЗГу включить на передачу Обзорный экран. Вик краем глаза видел по левую сторону от себя родителей, а по правую – внешне невозмутимого друга Риоса. Вспомнив о Лиане и уходящем времени, собрался и начал свое повествование.

– Все вы помните тот день, когда мы, группа молодых практиков, собирались совершить свой первый тренировочный полет. Мы его совершили, однако для всех, кроме меня, он окончился трагически, став первым и последним… Тогда-то и начались мои «приключения»…

Вик окунулся в свои воспоминания, одновременно делясь ими со всем Эримитисом. Он рассказывал и рассказывал, что-то пропуская, а о чем-то говоря более подробно. В какой-то момент его захлестнули эмоции, и он уже никого и ничего вокруг не замечал. Лишь говорил и говорил, делясь всем тем, что пережил за время своих мытарств. Не видел он того, как все сидевшие вокруг, слушая сначала беспристрастно, постепенно стали проявлять эмоции в неких непроизвольных движениях и мимике. Рассказ затянулся на два долгих, почти бесконечных, часа.

Лишь одна фигура Фермера, незаметно и одиноко стоявшего у входа Обзорного зала, не принимала в этих слушаниях активного участия. Фермер прислушивался к словам Вика, но для него это был всего лишь фон, словно шум прибоя на берегу океана. Он внимательно наблюдал за сидящими за столом эримитисами, замечая очевидные перемены в них. Это уже не те сухие, следующие неким сводам придуманных запретов и законов, эримитисы. Это уже познавшая боль утраты, познавшая единение, а с ними и человеческие эмоции и чувства, раса колонистов. Он понял, что должен помочь им выжить, наставить на путь Жизни. В принципе, являясь провидцем, он внутри себя давно уже знал это.

Вик устало вытер взмокший лоб, заканчивая мучить пересохшее горло.

– И сейчас я на родном Эримитисе, воссоединился со своим народом, со своими родителями. Однако часть себя я оставил там, на Антарктиде. Я вижу, что Эримитису уготована страшная участь. Но в то же время я знаю, что в Антарктиде мои друзья и моя девушка в любой момент могут погибнуть. Я обязан даже при нынешних обстоятельствах просить вашей помощи. Если же помощи не будет, то прошу, сэкономьте хотя бы мне время. Оно и вам дорого… Я сказал все.

Вик сел обратно за стол. Молчание закончилось неожиданно. Ветров даже не успел отреагировать, впрочем, как и все остальные, когда у входа в Обзорный зал появилась мужская фигура эримитиса в стандартном защитном костюме механика. Этот эримитис стремительно подошел вплотную к столу и встал прямо напротив Вика. Тот сразу же поднялся, услышав знакомый голос.

– Виктор-везунчик! Твой рассказ, может быть, чуточку и тронул меня. Но он не вернул мне моего сына! Все, кто стоял со мной у стратолета, кто потерял своих сыновей, сюда не пришли. Они поверили тебе и не согласились со мной, решив, что ты невиноват. Да, может быть, ты действительно невиноват в том, что они не вернулись на Эримитис. Но ты-то вернулся!.. Вернулся с другом-человеком и просишь помочь друзьям-людям. Это смело с твоей стороны, просить за них! Но, я считаю, это и глупо. Я не согласен тебе помогать. Это дело Случая, который все же привел тебя сюда.

Эримитис замолчал, а Вик побледнел и вытянулся в струну.

– Дело Случая, значит?! Ну, что же, спасибо тебе, что сберег мне время, не став затягивать с голосованием! Я понял все. Я уважаю законы эримитисов… Риос, уходим!

Валентин Сонцев с Ириной вскочили со своих мест и одновременно воскликнули: «Нет!»

Привстали со своих мест и остальные эримитисы. Их взгляды были направлены на Вика и выражали сочувствие и поддержку. Эримитис, только что твердо стоявший напротив Виктора, слегка попятился, заговорив вновь.

– Для эримитисов законы неприкосновенны! Мы должны их соблюдать! Все должны, без исключения!

В этот момент, стоявший незаметно у входа в Обзорный зал Фермер вышел в центр. На него не сразу обратили внимание, но он сам привлек внимание всех присутствующих своими словами.

– Случай, говоришь? Дак Джастин, если не ошибаюсь?

Эримитис слегка ошалело кивнул, не произнеся ни слова. Фермер вкрадчиво продолжил.

– Дак, а ты помнишь, как твой Случай впал в панику, когда несколько лет назад четыре одновременно стартовавших стратолета чуть не столкнулись из-за твоей ошибки?! И если бы не этот малец, Вик, в припадке озвучивший пророчество, тебя бы здесь не было! Конечно! Слу-у-чай… Так вот, законы мы соблюдем, но не из-за тебя и не в угоду тебе! Я хочу спросить у старшего навигатора Ветрова всего один вопрос.

Ветров, внимательно слушавший весь разговор, быстро кивнул, чувствуя, что еще не все решено, и возвращается надежда.

– У тебя снова было пророчество, Фермер?

Тот улыбнулся.

– Было, Игорь. Так вот, мне хочется узнать, как вы поступите с новой информацией.

Вернеру очень не понравилось, как закрутил Фермер. Он нахмурился и с нажимом спросил.

– В чем дело?! Говори, Фермер!

– Через два дня нас ожидает встреча с глубинами океана, если мы ничего не предпримем.

Обзорный зал после этих слов зашумел, словно встревоженный улей. Но Фермер поднял руку, призывая дослушать.

– Я был у наших ученых в Астронарии. Наш уважаемый Дин Рэйн любезно просчитал линию раскола Эримитиса. Так вот, она проходит через Астронарий и космодром и по касательной цепляет здание Навигационной. Рэйн просил за них не беспокоиться, а побеспокоиться насчет другого.

Вал попытался отгадать.

– Как нам предотвратить катастрофу? Насчет этого побеспокоиться?

Фермер на вопрос Сонцева будто и внимания не обратил. Вместо этого он вновь вернулся взглядом к Даку Джастину и с иронией спросил.

– Случай, говоришь? Так послушай меня внимательно, Джастин. Все слушайте! Если через два дня у нас не будет под рукой опытного подрывника со стажем и неординарным опытом, воды океана просто утянут Навигационную на дно. Спастись смогут только те, кто будет находиться в стратолетах. Джастин, а может, твой Случай – это как раз спасение от неминуемой гибели на стратолете? Валентин, ты не против поменяться с Джастином местами? Он же свой стратолет сохранить не сумел! Свой стратолет и свою команду! Там, наверное, Случай своевольничал, Джастин, а?

Дак побагровел. Он никак не ожидал, что все его «скелеты в шкафу» вытянет на поверхность этот провидец. Он понимал, его грубо поставили на место. Но боль утраты так свежа! Однако помнил он и то, что случилось с инспектором Дрейком, а потому решил затаиться до поры до времени. Он отомстит им всем – и этому наглому Фермеру, и мальчишке Сонцеву. Отомстит его отцу и прикрывающему их Ветрову! Как же он их ненавидит! Однако вслух Джастин сказал совсем другое.

– Не надо давить на меня, Фермер! Я понял тебя и уступлю, если ты покажешь нам, эримитисам, путь к спасению. Ты же Провидец!

Фермер уже узнал природу этого эримитиса. Он прекрасно понимал, что тот затаил злобу и при случае отомстит. Но не сейчас. Он будет ждать, а сейчас просто нужно всех успокоить.

– У нас один путь, как сказал Дин Рэйн. Чтобы спасти Навигационную от беды, нам нужна взрывчатка, много взрывчатки. Рэйн передал вам, старший навигатор, что с этой задачей они справятся за сутки. Он просил найти опытного специалиста по подрывному делу, который рискнет остановить океан. Именно об этом я только что говорил. Игорь Геннадьевич, эримитисы, есть среди нас таковой?

До того шептавшиеся о чем-то, эримитисы и люди замерли. Они, услышав свой приговор, смотрели сейчас на свою последнюю надежду, Ветрова. Ветров, чувствуя направленные на него в отчаянной надежде сотни пар глаз, чувствовал страшное напряжение, растущее внутри. Он думал, перебирал и не находил выхода. Эримитисов, обученных и имеющих хоть какой-то опыт в создании направленных ландшафтных взрывов, не было. Не было необходимости обучать их этому. Могли уметь лишь те, кто жил постоянно среди людей… Молчание затягивалось, мысли исчезали. В голове пульсировала раскаленным огнем лишь одна: «Я подвел свой народ. Уверил всех эримитисов в успехе моего плана, а сам подвел…»

В полной тишине ожидания ответа от старшего навигатора неожиданными для всех тех, кто находился в зале, стали слова Риоса, сказанные несколько задумчиво.

– Вот тебе, Джастин, и случай. Вы попали в тяжелое, но не безвыходное положение, эримитисы. Среди тех людей, которые остались в Антарктиде, есть тот, кто имеет нужный вам опыт в подрывном деле. Он наверняка смог бы помочь, если бы вы, эримитисы, доверились человеку, как доверился нам Вик. И если бы вы помогли ему и нашим друзьям там, в Антарктиде. Я сделал вам предложение. Отказаться от него или принять, решать вам.

Ветров, как и все остальные, внимательно слушавший речь Риоса, повернулся к Вику и спросил.

– Вик, скажи, среди тех людей, которых ты называешь друзьями, действительно есть такой специалист?

Вик осмотрелся. Он увидел напряженно ждущих его ответа эримитисов, задержал взгляд на отце и матери, мимолетно взглянул на выступившего против него Джастина и остановил его на Ветрове.

– Есть такой человек. Санди. Он не раз спасал наши жизни таким способом. Из моих рассказов вы должны были запомнить это. Он высококвалифицированный специалист подрывного дела. Но моим друзьям нужна ответная помощь, и не через два дня. Решайте сейчас, не затягивая, или я с Риосом уйду.

Ветров кивнул. Внезапно весь Обзорный зал окутался золотистой дымкой. Голос МОЗГа произнес.

– Внимание! Голосование начинается. Вопрос голосования – готовность помочь людям в Антарктиде взамен на спасение Навигационной и народа отшельников.

С невероятной быстротой на Обзорном экране вспыхивали образы голосовавших. Буквально, через минуту-две еще не проголосовавших осталось лишь четверо – Джастин, Риос, Вик и Ветров. Ветров ободряюще улыбнулся Вику и Риосу.

– Ты тоже имеешь право голоса, Риос. Народ эримитисов принял тебя в наши ряды. А ты, Вик, из наших рядов и не уходил. Голосуйте.

Риос растерянно посмотрел на Вика. Тот усмехнулся.

– Ты мысленно подумай об ответе и так же мысленно прими решение.

Еще два золотистых свечения вспыхнули и пропали на экране. Ветров взглянул на Джастина и уже без улыбки спросил.

– Ну, что же ты, Дак? Голосуй. Ты знаешь правила – воздержаться от голосования нельзя. Только помни – твое решение повлияет на судьбу всего нашего народа.

Еще одно свечение возникло и пропало на экране. Ветров отдал свой голос, а за ним… еще одно.

С облегчением вздохнули все, напряжение спало, а Дак заявил.

– Я не против Случая. И я не враг своему народу… и себе.

Ветров слегка расслабился и дал команду МОЗГу. Тот быстро дал ответ.

– Голосование окончено. Решение «за» принято единогласно.

Когда эримитисы принялись поздравлять друг друга, старший навигатор обратился к Валентину и Наргису.

– Готовьте стратолеты. И еще – я лечу с вами, Вал. Ты мне обещал!

Тот не стал возражать. Тогда осмелел и Джастин.

– Я тоже полечу с вами, раз согласился. Вы обязаны меня взять!

Наргис нахмурился, а Вал вопросительно посмотрел на старшего навигатора. Тот молчал, а Фермер, до того стоявший в раздумьях, заговорил.

– Возьмите его и меня. Так нужно.

Его слова решили все.

Так, толком и не отдохнув, экипажи стратолетов пошли готовиться к полету на Антарктиду. Медленно, все еще под впечатлением от голосования, расходились и остальные. Ветров вернул Обзорный зал в обычное состояние и сказал Вонг.

– Ну, вот, Глэдис, мечты сбываются.

Та устало улыбнулась и мягко обняла Ветрова. Вик, оставшийся наедине с собой, тихо произнес.

– Лиана, я сдержал обещание. Я лечу к вам с помощью. Риос, оказавшийся рядом с Виком, довольно добавил.

– Мы летим. Мы летим к ним на помощь, Вик!

Вик взглянул в серьезные глаза друга и тепло улыбнулся, повторив.

– Да, Риос! Мы летим вместе на помощь нашим друзьям!

Глава 101

Примерно в середине пути от «Мирного» до станции ВСУ колонна из вездеходов и нескольких десятков снегоходов противника замедлила ход, когда их командующему доложили, что со стороны «Мирного» движется такая же группа вездеходов и снегоходов. Наученные горьким опытом прошлой стычки, командиры ВСУ запретили любой радиообмен, чтобы снова не нарваться на радиомины. Все было оговорено заранее. Убийцы тоже не были простаками и понимали, что исследователи не станут ждать их атаки, спрятавшись за стенами станции. Потому вездеходы рассыпались цепью, а пространство между ними заполнили юркие снегоходы. Таким построением убийцы медленно двинулись навстречу исследователям.

В то же время приехавшие с «Мирного» вездеходы также остановились и перегруппировались, ожидая следующей команды от их командиров. Несколько снегоходов спрятались за вездеходами. Но радиомолчание они не хранили. Сидевшие в ведущем вездеходе Изотов и Оськин тихо переговаривались. Изотов хмуро улыбнулся.

– Смотри-ка, Гриша, боятся! Прошлый урок не прошел даром. Уверен, они и радиомолчание хранить будут.

Оськин, пребывавший в нервном напряжении, хмыкнул в ответ.

– Хм, мы-то радиомолчание хранить не будем, тем более, частота закрытая. Давай, Герасим, команду, начнем уже…

Изотов покачал головой.

– Не торопись. Договаривались начинать лишь тогда, когда Гончаренко получит сигнал от гостей, когда они будут на месте. И, не забудь, Григорий, два вездехода, наш и Коли, должны оказаться по разные стороны от машин ВСУ. Ведь снаряды с парализующим газом лишь у нас. От этого зависит, сколько жизней мы недосчитаемся.

На панели пульта управления замигал сигнал вызова. Оськин включил передатчик, из которого донесся голос Гончаренко.

– Они почти на месте. Там все тихо, мы можем начинать.

Изотов облегченно улыбнулся и потянулся к передатчику.

– Внимание всем! Начинаем операцию!

Теперь уже две развернутые колонны двинулись навстречу друг другу. Со своих мест резво сорвались снегоходы, на которых восседали по два человека. Пока один занимался управлением, другой обстреливал убийц из карабина и кидал дымовые шашки и шумовые гранаты. Поле все больше затягивало дымом с гарью, сквозь который ничего нельзя было рассмотреть. Вездеходы с обеих сторон открыли огонь из орудий. Яркие молнии расчертили мглу цветными полосами. Два вездехода исследователей неожиданно для машин ВСУ рванули в стороны. Изотов и Гончаренко строго придерживались тактического плана и решили, что уже пришло время окружать вездеходы убийц. Однако отсутствие опыта в таких делах сыграло с ними злую шутку. Шедшие за ними два снегохода были буквально расплавлены перекрестным огнем вражеских вездеходов, не успев сманеврировать. Изотов схватился за голову и громко выругался.

– Чтоб тебя!.. Пока мы выпустим эти чертовы снаряды, половины людей не досчитаемся!

Оськин угрюмо смотрел на побоище.

– Жаль, никого из наших гостей здесь нет. Они бы такое точно не допустили…

Но все же, маневр двух из десяти вездеходов исследователей остался для убийц неразгаданным. К тому же, благодаря удачным действиям защитников «Мирного», вездеходов у убийц осталось лишь четыре. Пятый, головной, горел ярким факелом. Остальные были дезориентированы, каждый теперь был сам по себе. Видя это, Изотов включил передатчик и связался с Гончаренко.

– Коля, ты на месте? Пора начинать, пока они дезориентированы потерей флагмана.

Тот не заставил себя ждать.

– Давай, Герасим. Пора!

Снаряды с парализующим газом были выпущены. Все снегоходы исследователей успели разъехаться в разные стороны. Несколько снегоходов противника дернулись следом, однако тут же стали добычей вездеходов Изотова. Газ распылился, накрыв вездеходы ВСУ плотным облаком, и просочился в вентиляционные решетки. Через минуту две неуправляемые машины упали в глубокую расщелину и взорвались. Два последних вездехода просто остановились. Немногочисленные, оставшиеся целыми, снегоходы противника исследователей в панике ринулись обратно к станции ВСУ, не зная, какой их там ждет сюрприз. Изотов вытер пот со лба и устало откинулся в кресле.

– Тормози, Грэг, приехали. Вроде, все как надо, получилось. Осталось только Вернеру с Кингом свое дело сделать.

В этот самый момент два снегохода вплотную приблизились к станции ВСУ. Две тепловые пушки ожили и стали стрелять по изворотливым целям. Капитан связался по передатчику с Кингом.

– Держись, Генри! Разъезжаемся, и, надеюсь, заряд еще не обезвредили, иначе план не сработает.

Два снегохода разъехались, огибая станцию с двух сторон, избрав траекторией пути сужающуюся спираль. Все было рассчитано так, что, когда они встретились в одной точке, Вернер активировал пульт и закрыл глаза. Яркая вспышка озарила видимую часть станции. Раздался грохот, и тяжелая бронированная плита, не выдержав мощи заряда с внутренней стороны, вылетела наружу. Два снегохода ринулись в образовавшуюся дыру.

Санди не подвел их, когда в прошлый раз умудрился закинуть «сюрприз» внутрь, между разошедшимися швами плит.

Два охранника, выбежавшие из глубины, стали отличной мишенью для профессиональных стрелков и охотников, Вернера и Кинга. На станции установилась тишина. Вернер удивленно хмыкнул.

– А я думал, среди убийц одни профессионалы. А они на охрану своей станции всего лишь двух человек отрядили, и то, каких-то… неопытных, что ли.

Генри, оглядываясь, усмехнулся.

– Эдмон, чего ты так переживаешь? Нам ведь это только на руку. Пошли, осмотримся.

Вернер махнул рукой.

– Сейчас, Генри. Свяжусь с Санди и Герасимом и скажу, что все получилось. Да дыру надо заминировать на всякий случай от незваных гостей.

Сказав это, он сразу же взялся за связь. Через пару минут ликовали все жители «Мирного» и их гости. И, хотя потерь избежать не удалось, у всех все получилось. Да Санди с Дэном, к тому же, заканчивали уже самодельную зенитную установку.

Вернер, быстро заминировав дыру в стене станции ВСУ, отправился вслед за Кингом исследовать ее. Через полчаса исследований они услышали два взрыва. Капитан кивком указал в сторону дыры.

– Вот так, Генри, еще одна фаза операции закончена, начинаем следующую. Через день сюда прибудут гости.

На это Генри ответил шуткой.

– Серьезные! Очень сердитые и нежеланные гости!

Оба рассмеялись и продолжили обход станции.

На «Мирном» Санди в это самое время переругивался с Дэном, потирая ушибленный лоб и сердито выговаривая другу.

– Я когда-нибудь твоего кота точно прибью! Это же надо – спал, спал себе спокойно! А потом вдруг резко решил прогуляться?! И что его потянуло забраться на незакрепленную балку?!

Дэн, тихонько посмеиваясь, подковырнул друга.