- -
- 100%
- +
* * *
9 сентября 1999 года ночью в Москве на улице Гурьянова, а потом и на Каширском шоссе были взорваны два дома. Погибло 94 человека и ранено было 164. Преступники скрылись. Далее все пошло со скоростью телевизионной хроники, причем кадры мелькали все быстрее, пока не слились в одну ленту с прерывающимися черно-белыми полосами.
* * *
Начало наступления чеченских сепаратистов на Дагестан. Бои с дагестанской милицией и московским ОМОНом. Комментарий:
– Сегодня в пять часов утра отряды чеченских террористов-сепаратистов во главе с Нуруллой Хамдиевым перешли границу Республики Дагестан. Отряды дагестанской милиции при поддержке местного населения продолжают оказывать сопротивление.
Портрет чернобородого человека в чалме, без руки. Комментарий:
– По сообщениям пресс-бюро Министерства обороны России и Федеральной службы безопасности, возглавляющий отряды боевиков Нурулла Хамдиев по прозвищу «Однорукий», родившийся в Москве, учился некоторое время в британском Институте по изучению религий в коммунистическом мире (Кестон Колледж), затем в Саудовской Аравии. Имеет хорошие связи с американской авиакомпанией «Боинг», расположенной в городе Сиэтле. Одна из его четырех жен – работавшая там, а затем принявшая ислам уроженка Великобритании Анна (Фатима) Ганау. После сделанных Нуруллой Хамдиевым громких антиамериканских и антисемитских заявлений исчез на несколько лет, и год назад, после совершенного Шамилем Басаевым террористического акта в Буденновске, появился в Чечне, где взял на себя командование одним из отрядов террористов. По одному из последних заявлений Хамдиева, следует уничтожить всех американцев, евреев и русских, после его должен быть установлен всемирный халифат. Вот последняя закрытая съемка Хамдиева, сделанная сотрудничающими с российским телевидением чеченцами.
Группа бородатых людей, смеясь, ест арбузы.
Комментарий: «О Нурулле Хамдиеве рассказывают, что его любимое занятие – кастрация русских пленных, а затем заталкивание отрезанных гениталий в уши и рты других пленных. При этом сам он – отец семерых детей, последний из которых рожден Анной Ганау, которая неотступно следует за мужем.
Фотография человека татарско-волжского типа.
Комментарий: «Верховный муфтий России Таджат Мухитдин в своем официальном заявлении призвал всех мусульман мира осудить выступающих от имени ислама марионеток отдельных иностранных держав. Таджат Мухиддин также сказал, что проповедь национальной и расовой розни, русофобия и антисемитизм несовместимы с подлинным Исламом. Российским мусульманам не нужен никакой халифат. Наша Родина – Святая Русь, созданная при трех Великих Иоаннах, покровительствовавших как Православию, так и подлинному Исламу».
Пресс-конференция Премьер-министра, секретаря Совета Безопасности России Сергея Андреевича Гусева проходила в «Президент-отеле» всего сорок минут. Когда он спускался с лестницы, его обступили журналисты и журналистки, одна из которых, с трудом выговаривая русские слова, подступила к нему вплотную и настойчиво задавала один и тот же вопрос:
– Господин Гусев, это правда, что началась война России с Исламом, как сказал господин Хамдиев?
– Господин ему тамбовский волк, – ответил Гусев. – А если серьезно, то к Исламу все это не имеет никакого отношения. За Хамдиевым и подобными стоят силы, враждебные и Исламу, и России. Им надо нас столкнуть. А этим «одноруким» мы не только оставшиеся руки, но и все остальное пообрываем. Переведите все точно, – обращается Гусев к стоящему сзади человеку.
Через два дня после пресс-конференции премьер-министр Гусев получил шифровку следующего содержания:
Сегодня в 6 часов 30 минут в купейном вагоне № 5 скорого поезда «Махачкала-Москва» был обнаружен повешенный вниз головой изуродованный труп молодой женщины с равномерно нанесенными ножевыми порезами на теле и большим надрезом на горле. Судя по результатам экспертизы, женщина была обезкровлена полностью, однако самих следов крови в купе, где она ехала в Москву одна, обнаружено не было. По-видимому, имел место некий ритуал, связанный конкретно с этой женщиной, документов которой также обнаружено не было. Судебно-медицинская экспертиза также показала, что перед убийством жертва была изнасилована несколькими соучастниками (судя по следам обуви, их было четверо). Допрошенные проводники вагона Никитин Владимир Федорович и Мусаев Асланбек Мусаевич утверждают, что ни ночью, ни утром не слышали ничего подозрительного, а также что в вагон не садился никто без билетов. Подозреваемые в соучастии в преступлении Никитин В.Ф. и Мусаев А.М. доставлены в Лефортовское СИЗО для допросов. По сведениям находящегося в лагере террористов в горах в 40 км к востоку от Урус-Мартана агента «Кровник» четыре дня назад без вести пропала четвертая жена главаряы террористов Нуруллы Хамидова, лицо с двойным гражданством – гражданка США и подданная Великобритании Анна (Фатима) Ганау, неотступно находившаяся рядом с ним в течение двух лет. Ведется следствие.
Премьер не стал соблюдать кремлевского регламента и звонить директору ФСБ. Прямо набрал номер Сазонова.
– Игорь. Это Гусев. Как дела? – минуты полторы слушал, что говорит ему генерал. – Слушай, найди и привези мне Сиренева. Срочно.
Уже через час майор Никита Сиренев сидел в премьера. Еле сдерживаясь, двигая скулами.
– Никита, ну ты все знаешь.
– Знаю.
– Ничего тебе лично говорить не буду. Все понимаю. Но хочу знать, что ты сам думаешь. Только по делу.
– Сергей Андреевич, по оперативной стороне сказать ничего не могу – меня же отстранили, посадили на бумаги.
– Отстранили за дело.
– Знаю. Но на самом деле меня раньше отстранили. Сразу, как я приехал.
– А это уже я знаю, а тебе бы знать не надо. Но сейчас мне надо знать, что ты думаешь.
– Ну что же, другому бы никогда не показал. Вам покажу. Но сам ничего не понимаю. Это ведь ночью было?
– Ночью. Точнее, совсем под утро, где-то в полпятого.
– Я еще ничего не знал. Когда шел на работу, проверил почту. Вот.
Сиренев протянул Гусеву листок бумаги. Гусев развернул его и начал читать:
Любимый мой! Мне было очень больно. Но все уже позади. Я почти дома. Мы обязательно будем вместе. Буду ждать столько, сколько нужно тебе. Твоя А.
Сиренев отвернулся, встал, подошел к окну. Стоял так, не оборачиваясь, несколько минут. Гусев не трогал его, тоже сидел молча, а потом позвал: а – Никита, иди сюда. Успокойся, вот, воды попей. Все, хватит. Мы ведь с тобой в разведке.
– Да, Сергей Андреевич.
– А раз в разведке, то хочу знать, что думаешь.
– Ничего не думаю. Не понимаю. Если это она, значит, она ехала в Москву.
– Одна?
– Видимо, одна.
– Смерть могла быть заранее срежиссирована? Она ведь тебе раньше писала – уйду, ну и все такое. Она ведь ехала к тебе, зная, кто ты. Значит, ехала к нам.
– Видимо, да. Но вряд ли она сама срежиссировала. Скорее, знала, что идет на смерть.
– Так или иначе, если она поехала, и причем в Москву, то, срежиссировала ли она свою смерть или просто знала о ней, она что-то этой смертью хотела сказать? Прости, Никита, а могло быть так, что смерть срежиссирована, а она жива, то есть, убили не ее?
– Я в это не верю. Но как оперативник, исключить не могу. Это только анализ ДНК может показать.
– А где можно ее ДНК узнать? Не думал?
– Я вообще об этом не думал.
– Придется подумать. Значит, так. Готовься. Поедешь в Штаты, в Англию. Куда тебе будет надо. Без анализов ее можешь не возвращаться. Кого она в Москве могла знать?
– Не хотел говорить, Сергей Андреевич. Ну, этого вашего… Путевского. – Так… а – Гусев слегка задумался. Да, Путевского она знала. – Ладно. Готовься. Но поедешь ты по линии ГРУ. Генерала Булгаса знаешь?
– Знаю.
– Ну, вот, он всем займется. Вернешься с результатами, будешь сразу двойным полковником – нашим и «соседей».
– Сергей Андреевич, не могу я.
– Как так не можешь?
– Убили ее. Именно ее убили. Я ведь ее…
Сиренев опять встал и пошел к окну.
– Я ведь ее всю знаю. Она это.
– Никита, иди сюда.
Сиренев подошел.
– Да иди ты сюда, не бойся.
Гусев обнял Сиренева за плечи, прижал.
– Эх, Никита, мне бы сына такого. Ну, ладно. Если ты прав – а я сердцем чую, что ты прав, – я должен, уже не как сотрудник ФСБ, а как премьер-министр и Председатель Совета Безопасности иметь тому доказательства. Дело это не шуточное. Речь идет о самом сердце тех, кто правит миром, – и ты это понимаешь. Я должен знать, что происходит на самом деле, кто действительно управляет всем. И тогда – либо вести с ними переговоры, либо бросать им вызов. Здесь вся история – живые и мертвые – вместе сходится.
– Сергей Андреевич. А я ведь хотел рапорт писать об уходе. В монастырь хотел проситься.
– А я тебя хотел дурака женить.
– На ком?
– Агента «Татьяну» помнишь? Которая Вера. Холодная.
– Да, все она вам докладывала. Даже это. Подробно…
– Работа есть работа. Уверяю тебя, она совсем не холодная.
– Поздно, Сергей Андреевич. Я ее помню еще и по Северску. Она хорошая, но поздно. Я уже все решил.
– Решил он. Ты что – забыл, что ты прежде всего разведчик? Решил…
Гусев замолчал, задумался.
– Но, раз решил, сделаем так. Ехать ты все равно поедешь. Это приказ. И не только за ДНК, но и еще за целым рядом сведений. С ней напрямую связанных. Точнее, с тем, кто там стоял за ней. А когда вернешься, иди в монастырь. Пройдешь послушание, примешь постриг, сразу тебя рукоположат, а через три-четыре года будешь епископом. Ты ведь из старообрядцев?
– Да, как и вы, я слышал.
– Ну, я отчасти, но, в общем, тоже. Если бы ты был из никониан, мы бы тебя не отпустили. А так – будешь епископом, займешься воссоединением старообрядцев и Патриаршей Церкви.
– А на какой основе?
– На старой, конечно. Но все рукоположения – от Церкви официальной. Об этом я давно думал. Если Патриарх за семнадцатый век покается, путь будет открыт. Зарубежники ведь так уже сделали. Без единой Русской Церкви мы Земского собора не соберем.
– Земский собор – это, значит, монархия?
– Это ты сказал, Никита. А, значит, ты уже и знаешь, зачем едешь. Не только по поводу Анны. Все документы и сведения по нашей истории – по тайной истории – коммунисты отправили туда. За это им позволили здесь быть у власти. До поры до времени. Похоже, твоя Анна была в курсе. Вот в курсе чего она была, тебе и предстоит узнать. Считай, что делаешь это в ее память. Значит – в распоряжение генерала Булгаса Александра Викторовича, на трехмесячные курсы переподготовки – и вперед!
– Я понял, Сергей Андреевич.
– Отвечать надо по форме – «Служу России!».
– Служу России! – выговорил Сиренев.
– Ну, значит, с Богом!
Вечером на госдачу премьер-министра в Архангельском привезли Путевского. Обычно радушный к своему частому гостю, Сергей Андреевич был на этот раз задумчив. Начал сразу:
– Как вы думаете, это ее убили?
– Думаю, да. Убили именно ее. Точнее, она сама себя. Не своими руками, конечно. Еще точнее так будет – она знала и к этому готовилась. Отдать кровь и принять дух. Я вам скажу, хотя вы вправе мне возразить, что это мистика.
– Говорите все, что думаете.
– Она еще появится, хотя никто не будет знать, что это она.
– На кого она могла работать?
– Вопрос поставлен правильно и одновременно неправильно. Это трудно объяснить. Но России она хотела помочь. Я даже думаю, это именно она сделала так, что начали на Кавказе, а не захватили Москву, которую можно было брать голыми руками еще несколько лет назад.
– Так на кого все-таки?
– На внеземные цивилизации, Сергей Андреевич. Шутка. Если серьезно – на Бога. Или на сатану. Третьего не дано. «Бог борется с враждебной силой Змия». Впрочем, сатана в конечном счете тоже служит Богу. Вы бы сказали, работает на Бога. Вот, послушайте, Сергей Андреевич:
«Она бывает прекрасною юной девой и отвратительной шинкаркой, молодой матерью и старой вдовой, молодою вдовой и бабушкой со многими внуками, верной женой и прелюбодейкой, шлюхой и монахиней, подколодной змеей и лесною рысью, голубицей и воронихой, маленькой девочкой и древней старухой, росой и облаком, лесным светляком и небесной молнией. Она появляется и исчезает тогда, когда решается судьба. Все в ней начинается и все в нее возвращается. В имени ее море и мать, смерть и премудрость, кровь и дух, в недрах которых рождается самое малое и самое великое, самое презренное и самое драгоценное из того, что есть и чего нет».
– Кто это написал?
– Так, один романтик прошлого века.
Вскоре Сергей Андреевич вызвал машину, и Путевского увезли домой, в Москву. Гусев домой не поехал. Он хотел поработать с бумагами, а потом еще в одиночестве побродить по дорожкам в заросшем орешником сосняке – километр от одного забора до другого и обратно, километр обратно, и еще раз, и еще – пока не начнет клонить в сон. Но это позже, а пока Гусев уселся за рабочий стол в огромном кабинете на втором этаже, вытащил из стопки документы, начал просматривать. Подписал один, другой, третий, а четвертую папку, полистав, отложил в сторону. Включил телевизор.
Передавали вечерние новости. Диктор, на этот раз не мальчишка в свитере, а похожий на тех, какие были на телевидении в советские времена, среднего возраста и при галстуке, твердым голосом вещал: «Сегодня премьер-министр России Сергей Гусев проинформировал Президента о мерах, предпринятых для восстановления конституционного порядка на Северном Кавказе и о задачах, поставленных перед российскими спецслужбами и спецподразделениями. Среди поставленных задач – быстрая очистка горной местности от отрядов Нуруллы Хамдиева и других террористов, рассечение их взаимодействия и уничтожение по частям. Действия спецназа и ОМОНа должны быть подкреплены ударами боевой авиации».
Гусев встал, включил электрический чайник, за три минуты заварил себе чай, сел обратно и, не выключая голубого экрана, начал снова просматривать папку за папкой.
А новости продолжались: «Сегодня в 6.30. утра в своем доме скоропостижно скончался президент совместного российско-британско-американского банка «Леон Брит», бывший губернатор города Северска Владимир Матюхин. Смерть наступила от сердечного приступа. Похороны крупного предпринимателя состоятся послезавтра на Ваганьковском кладбище».
Гусев оторвал взгляд от документов и внимательно посмотрел на экран. А потом вслух, сам себе, произнес:
–
Не бойтесь, убивающих тело.
–
Тайная любовь Премьера
Продолжение серии произведений о разведчике Сергее Гусеве, ставшим Премьер – министром страны (См. повесть «Дорога номер пять», рассказы «Анна – жрица Ордена Мелюзины"», «Четвертая жена террориста»)
Шел одиннадцатый час ночи, когда Премьер – министр Сергей Гусев открыл папку, на которой было написано: «Наркоагрессия с территории Афганистана» и достал три записки на его имя из Службы внешней разведки, ФСБ и Госнаркоконтроля. В документах в сжатом виде докладывалось об использовании средств, вырученных от реализации произведенного в Афганистане героина, на финансирование террористического бандподполья в России, Китае и Индии. Суммы, вырученные от наркотрафика, исчислялись десятками миллиардов долларов. Занимались этим американские и британские спецслужбы.
– Американцы опасаются возрастающего экономического, военного и политического могущества геополитического треугольника Россия – Китай – Индия, – подумал Гусев, – а британцы, вернее их финансовые круги, последние лет двести контролируют мировой наркотрафик. Понятен их союз в этом деле. Другие члены НАТО, в первую очередь немцы, не участвуют в этих грязных операциях, но, безусловно, знают обо всем. Союзники.
Гусев написал на записках резолюции, соответствующие профилю работы каждой спецслужбы. Госнаркоконтролю он поручил перевести переговоры с американцами, которые категорически отказываются уничтожать посевы опийных полей в Афганистане, из закрытых в публичные. Задействовать возможности соответствующих структур ООН, мировых и отечественных средств массовой информации.
Он понимал, что вероятней всего американцы ответят всплеском террористической активности своей агентуры на Северном Кавказе. Возможно и в Москве. Однако молчать больше нельзя. Будет еще хуже.
Неожиданно для самого себя Гусев вновь вернулся мыслями к немцам. Он вспомнил доклады контрразведчиков об активности немецкой разведки на Кавказе. Суть этих материалов в том, что агенты БНД очень аккуратно вербовали источников информации среди участников бандподполья – предпочитали не иметь дело с теми, кто хоть однажды принимал участие в проведении терактов. Благодаря такому подходу БНД прекрасно владело информацией по обстановке как на Северном Кавказе, так и в Закавказье и в то же время подрывными операциями против России не занималось. В отличие от агентов ЦРУ и МИ-6, которые были задействованы в организации самых кровавых терактов. Достаточно вспомнить Беслан.
По его указанию немецкую агентуру не трогали, чтобы немцы знали, на какую подлость способны англосаксы и делали выводы: кто им друг, а кто способен воткнуть нож в спину. Нам выгодно, чтобы Германия была сильной и дружественной России, а американцам не выгодно. На примере Кавказа немцы научатся противостоять подрывным операциям своих «союзников».
Гусеву становилось горько, когда он мысленно возвращался к болезненной теме Беслана. Организаторов и исполнителей этого кровавого теракта уничтожили, а вот до заказчиков добраться не удалось. Не потому, что не знали их. Слишком они могущественны. Не по зубам пока. До них тоже доберемся. Чуть позже. Для этого страна должна стать мощнее в разы. Чтобы достичь такого положения он согласился стать Премьером. Необходимо сделать Россию не просто сильной, а мощнейшей в мире. Вновь создать Империю. Евразийскую Империю.
Он закрыл папку и вызвал помощника. Очередной рабочий день Премьер – министра окончился.
Около часа ночи Сергей Гусев приехал домой. Аня еще не ложилась спать. Ждала его. Накрыла на кухне ужин. Гусев съел бутерброд с сыром, запил стаканом апельсинового сока. Жена сидела напротив. Ничего не ела. Молчала.
– Похоже, спать я лягу не скоро, – подумал он. Спросил жену:
– Что, Аня, тебя беспокоит?
– Сережа, я уже говорила тебе, что все понимаю. Но так все-таки нельзя!
– Что ты понимаешь и чего нельзя? Говори, пожалуйста, яснее.
Глаза Анны наполнились слезами. Однако она сдержалась, не заплакала.
– Понимаю, что тебе необходима отдушина, разгрузка от нервных перегрузок и Алена для этого подходит лучше меня.
– Аня, ты опять об этом?
– Конечно об этом. О твоей жизнерадостной хохотушке-веселушке. За последние три года я уже перегорела. Истерик не будет. Но все-таки надо быть скромнее. Твоей Алене. Никто в стране не помнит, когда у меня день рождения, а когда у Алены Яктаевой – все информагенства знают. Отмечают большими статьями о замечательной спортсменке, депутате и просто красавице. Центральные телеканалы показывают концерты, которые так и называются «Алена». Телекамеры постоянно показывают ее, сидящей в первом ряду, с букетом цветов.
– Поверь, Аня, я совершенно не в курсе, что о ней пишут в СМИ и рассказывают на телевидении. Я занят более серьезными делами.
– А ты, Сережа, нашел бы несколько минут и зашел в Интернет. Набери слово в любом поисковике – «Гусев», или слово «Алена» и тут же услужливо выскочит подсказка: «Алена Яктаева родила сына от Гусева». Как мне читать такое? А нашим детям? Разве трудно выйти к телекамерам и сказать, что все это – вранье?
– Аня, ты ведь знаешь, что я об этом уже говорил. Перед телекамерами.
– Говорил. И я тогда посчитала это сплетней. Когда появились слухи о рождении ребенка, следовало повторить опровержение. Ты этого не делаешь. И она не делает. Что же мне думать?
– Пойми, чем больше я буду опровергать слухи, тем больший интерес у всех будет к этой теме!
– Куда уж больше. Вся страна обсуждает, где она бывает, у кого одевается, какими духами пользуется. Хоть кто-то знает, какими духами я пользуюсь? Никого это не волнует. А Алена, оказывается, раньше любила духи под названием «Наоми Кэмпбелл», потом «Клиник», а сейчас предпочитает новые испанские.
Гусев улыбнулся, пытаясь перевести разговор в шутку:
– Аня, достаточно того, что я знаю, какими духами пользуешься ты, моя жена.
– Не надо, пожалуйста, про жену. Я по-прежнему не буду с тобой встречать иностранные делегации и выезжать с визитами за рубеж. Не хочу услышать вопрос от журналистов о твоей возлюбленной.
Сдерживая себя, чтобы не вспылить, Гусев сказал:
– Аня, ты моя жена. Других не будет. Давай на этом заканчивать. Завтра у меня напряженный день.
В пятницу, около восьми часов вечера, Гусев сидел за рабочим столом в своем кабинете. Брал из стопки документы, просматривал. Один подписывал, другой, полистав, откладывал в сторону. Иногда посматривал на экран телевизора. Передавали вечерние новости. Диктор, на этот раз не мальчишка в свитере, а похожий на тех, какие были на телевидении в советские времена, твердым голосом вещал: «Сегодня Премьер-министр России Сергей Гусев проинформировал Президента о мерах, предпринятых для расследования терактов в московском метро и о задачах, поставленных перед российскими спецслужбами и спецподразделениями по уничтожению их организаторов, установленных среди руководителей бандподполья на Северном Кавказе».
Гусев вновь мыслями вернулся к пророчеству старушки, которая уже дважды подходила к нему с благословением. При этом, первый раз в Хабаровске в 1991 году, она остановила Сергея Гусева прямо на улице, а второй раз в Троице – Сергиевой лавре накануне его назначения на должность Премьер – министра, когда он с женой и детьми поклонялся мощам Святого Сергия Радонежского.
Думал он о словах старушки. И о ней самой.
– Не простая это старушка. Очень даже не простая. Может сама… Как же я сразу не догадался!
Она сказала, что Россию возвеличит Православие и Царь… Царь и Православие. Православный царь.
Сергей Гусев еще раз перечитал лежащий на столе документ. Это была справка об истории и родословной русских царей, об их родстве с европейскими королевскими домами, перечислялись существующие в мире королевства. В Европе королевствами были Великобритания, Испания, Швеция, Дания, Норвегия, Бельгия, Голландия и еще несколько более мелких государств. Согласно их конституциям главами государств там были короли и королевы.
Во многих арабских странах правят короли и шейхи. В Японии императора продолжают почитать почти как Бога.
Россия, чтобы восстановить былое могущество, вновь должна стать Империей. Евразийской Империей. Во главе с Императором. Легитимным. Чтобы ни у кого не было сомнений в его царском происхождении. Царский род у нас один – Рюриковичи. Только они являются потомками Меровингов, а в их царском происхождении не сомневается ни один историк. Те же историки прекрасно знают, что нынешние королевские дома в Европе Каролинги по происхождению, т.е. они не царского рода. Этим в последнее время активно пользуются тайные инициаторы строительства Нового мирового порядка под управлением Великого Монарха.
Для того, чтобы обновить власть в Европе и реализовать идею глобализации, нужна династия, превосходящая Каролингов по родовитости и имеющая больше оснований для обладания Королевскими престолами Европы и планеты в целом. Более того, эти новые правители земного шара должны понимать, что глобализация будет иметь не столько экономический характер, сколько общую духовную платформу и новое мировое правительство будет ТЕОКРАТИЧЕСКИМ, а не светским. Такой обожествленной династией на планете сейчас считают только Меровингов.
В средние века предки мажордомов – Каролингов, узурпировавшие власть, добросовестно вырезали царей – Меровингов. У нас – на Руси – как обычно поступили наоборот – пригласили Рюрика из Меровингов править собой. И сохранили их. Женитьба европейских королей и принцев из Каролингов на дочерях русских князей Рюриковичей несколько улучшила их кровь, добавив подлинно царскую.
По данным европейских ученых – генетиков отдалёнными потомками Рюрика по женской линии являются 10 современных монархов Европы (Норвегия, Швеция, Дания, Голландия, Бельгия, Англия, Испания, Люксембург, Лихтенштейн, Монако).
Однако превзойти царскую, божественную кровь Меровингов, которая передается только по мужской линии, они не могли по определению.
Россия должна быть готова к подобному развитию событий и иметь собственного потомка Меровингов из Рюриковичей. К счастью, у нас их больше сохранилось, чем во всем мире.