- -
- 100%
- +
Мне надо было торопиться пока ещё светло, я встал и не теряя времени быстро пошёл в хребёт. Забравшись на его вершину, остановился и долго любовался красотой, которая открылась передо мной на той стороне. Внизу пробегал ключ и с боков к нему спускались распадки. Посмотрев в даль, я увидел хребты, которые величественно стояли друг за другом и уходили за линию горизонта. Куда бы я не обратил свой взор, везде был лес, тогда мне показалось, что конца и края ему нет.
Может с той поры, когда в первый раз я увидел величие тайги, у меня возникла любовь к ней. Это чувство не прошло до сих пор и в любое время года я обожаю ходить по лесу. Для меня это как лекарство, порой находишься по тайге и от усталости валишься с ног, а на душе радостно и спокойно. Когда ты находишься в лесу и дышишь воздухом с разными запахами растений, как будто приобретаешь заряд бодрости, который хватает тебе надолго.
После того, когда ты возвращаешься домой и проходит немного времени, тебя вдруг опять начинает тянуть в тайгу. Ведь это болезнь, правда не знаю, как называется она, но по моему мнению, неизлечимая и навсегда.
Я ещё немного полюбовался красотой тех мест, которые увидел перед собой и стал спускаться вниз. С той стороны хребта пришлось идти осторожно, так как спуск был крутым. Спустившись вниз, я подошёл к ключу, который выбегал из узкого ущелья. Ключ был заросший густым и высоким тальником, а с боков по обоим берегам его поджимали небольшие скалы. Место было угрюмым и таинственным, свет от солнца уже не попадал сюда, а от воды тянуло сыростью.
Поёжившись, я осмотрелся вокруг и чуть дальше увидел россыпь камней, которая лежала на склоне ущелья. Мне стало страшно, что куда бы я не посмотрел, всё в этом ущелье выглядело мрачным и серым. К тому же темнело, потому что солнце скрылось за скалами и это не предвещало ничего хорошего.
– Надо быстрей возвращаться на табор, а то скоро станет темно и можно заблудиться. – промелькнуло у меня в голове, я растерялся и стал озираться вокруг, но чуть позже пришёл в себя и прошептал. – Ты не бойся, ведь ничего страшного не случилось, просто надо идти обратно на табор. Сейчас поднимусь на хребёт тем же путём, как добирался сюда. Затем перевалю через вершину, а там пойду вниз по подушке и спущусь к лагерю. —
Больше не теряя ни минуты, я развернулся и быстро пошёл обратно. Поднявшись на хребёт, я перевёл дыхание и посмотрел в ту сторону, где закатилось солнце.
– Всё, скрылось солнце и скоро станет темно, так что мне надо торопиться и быстрей идти. Задерживаться больше нигде не буду, а то в темноте не найду дорогу на табор. – подумал я и стал спускаться вниз к той подушке, по которой заходил.
Быстро шагаю вниз, а сам внимательно смотрю вперёд, ведь подушка уже должна показаться, вроде рядом была.
– А вот и подушка, по которой поднимался в хребёт, всё же я добрался до неё. Ура, теперь-то точно доберусь до табора, так как она спускается в падь и выходит прямо к нашему сенокосу. – обрадовался я, когда увидел подушку, которая просматривалась впереди.
Сорвавшись с места, я бросился к ней, так как захотелось быстрей попасть на табор. Добежав до подушки, я запыхался и остановился на краю леса. Когда немного отдышался и внимательно посмотрел на подушку, то растерялся. Я по ней не ходил, так как передо мной находился совершенно другой ключ.
– По этому ключу растёт высокий тальник, а там не было его, это совсем другое место, я не был здесь. Совершенно точно, такого высокого тальника в той подушке не было, я бы увидел и запомнил. – с ужасом подумал я и в голову полезли разные мысли. – Куда я попал и как мне теперь выбираться отсюда? Вроде шёл своим следом и должен был спуститься в ту подушку, которая выходит к табору, но оказался здесь. Я заблудился и пока ещё светло надо найти обратную дорогу. —
Внутри похолодело у меня, а голова пошла кругом от мысли, что придётся ночевать в лесу. Испугавшись и ничего не соображая, я бросился обратно в хребёт. Петляя между деревьями, я мчался что есть мочи и по пути несколько раз падал, спотыкаясь об сучки. Соскакивал и бежал дальше, а в голове была только одна мысль:
– Как же мне найти дорогу и добраться до нашего лагеря? Что же мне делать, ведь скоро станет совсем темно, я один останусь в лесу, а здесь дикие звери. —
Я бежал так быстро, что не заметил, как оказался на вершине хребта. Пробежав немного по верху, остановился и тяжело дыша осмотрелся вокруг. Вот только понять не могу, в какую сторону податься мне.
Тревожно озираясь по сторонам, я стал рассуждать:
– Значит так, с той стороны я поднялся на хребёт, когда пошёл обратно на табор, поэтому мне надо спускаться сюда. Там должна быть подушка, по которой я попаду на свой сенокос. —
Бросив взгляд вниз, я заметил, что среди деревьев проглядывается ещё какая-то подушка. Не раздумывая, я помчался к ней, на ходу произнося слова, как заклинание:
– Лишь бы это оказалась та самая подушка, которая находится рядом с нашим сенокосом, лишь бы она оказалась. Ведь должно же мне повезти и я найду обратную дорогу на табор. —
Пока бежал, несколько раз падал, так как спуск был крутым. Кубарем катился вниз под бугор, соскакивал и мчался дальше. Когда выскочил на край леса и осмотрелся, сразу понял, что опять попал в какой-то другой ключ. Стою, как обречённый и тяжело дышу, а на глазах выступили слёзы.
– Почему я такой невезучий, ведь первый раз пошёл на охоту и сразу заблудился. Если не приду ночевать на табор, дядя Митя будет переживать и больше не отпустит в лес. – вздыхал я и растерянно озирался по сторонам. Потом немного успокоился и стал соображать, – Вот снова попал в другой ключ, я здесь не проходил и всё вокруг незнакомое. Где я нахожусь и в какую сторону податься мне? —
Случайно бросив взгляд на другую сторону ключа, я увидел гурана. Дикий красавец с большими рогами стоял на бугре и подняв голову, смотрел в мою сторону. Расстояние между нами было метров пятьдесят, не больше, мы с удивлением смотрели друг на друга. На какое-то время я забыл о своей беде, стоял и любовался этим красавцем. До чего красивым было это зрелище, я до сих пор помню этот момент.
Неожиданно для меня гуран громко заорал и высоко подпрыгивая, поскакал в глубь леса. В тишине этот крик показался таким громким и грозным, что от страха я присел и ничего не соображая, бросился обратно в хребёт. Таким образом, напугав друг друга, мы с ним разбежались в разных направлениях. Он поскакал в одну сторону, а я рванул в другую. Не знаю, кто из нас бежал быстрее, но на вершине хребта я оказался моментально. Видимо пока я мчался на верх, у меня задымились подошвы кед от той нагрузки, какая выпала им. Ведь в гору я бежал с пробуксовкой, несколько раз падал, но быстро соскакивал и мчался дальше. На вершине хребта я остановился и тяжело дыша, перевёл дух.
С трудом отдышавшись, я кое-как успокоился и стал вспоминать:
– Так, когда я переваливал через этот хребёт, солнце светило мне прямо в лицо. Из этого следует вывод, чтобы мне попасть обратно на табор, оно должно быть позади меня. —
По красному зареву, где зашло солнце за горизонт, определил направление, куда надо идти. Больше не задерживаясь ни минуты, изо всех сил я помчался по этому курсу.
Бежал я, как молодой олень, высоко подпрыгивал и почти не касался ногами земли. Перескакивал через лежащие деревья и коряги, которые встречал на своём пути, и даже не пытался отвернуть от них.
В одном месте, когда пробирался через высокий ерник, из под ног с шумом и треском вылетел глухарь. Всё произошло для меня так неожиданно, что я отпрыгнул в сторону и оторопел от страха. Глухарь показался мне таким огромным, что пытаясь защититься от него я упал на колени и замахал руками. Такого ужаса я ещё не испытывал в своей жизни и мне стало не по себе. Испустив дикий вопль, я соскочил на ноги и с удвоенной силой кинулся бежать дальше.
Ну что сегодня за день такой, что всё было против меня. Зачем я пошёл через хребёт и умудрился заблудиться, надо было сразу вернуться на табор, когда добрался до вершины подушки. Затем меня облаял гуран, с которым мы побежали наперегонки, только в разные стороны. После этих передряг ещё глухарь откуда-то взялся и чуть не сделал меня заикой. Обычно глухари не подпускают к себе близко, а этот видимо крепко спал, поэтому я чуть не наступил на него.
Я бежал и всё время оглядывался назад, чтобы увидеть красное зарево, где зашло солнце и не потерять направление. Пробежав с полкилометра, я немного успокоился и вспомнил, что в руках у меня находится ружьё, про которое почему-то забыл от страха. Вот что страх делает с человеком, а ведь мог выстрелить в гурана и глухаря, потому что они недалеко были от меня.
Когда стало совсем темно, я выскочил из леса в какую-то широкую падь. Немного прошёл по ней и вышел на дорогу. Опустившись на колени, я пригляделся и рассмотрел на ней следы от телеги, это мы ехали с дядей Володей.
Я очень обрадовался, что выбрался из дремучего леса на дорогу и соскочив на ноги побежал по ней, ведь где-то рядом должен быть табор. Выбежав из-за поворота леса, впереди себя увидел костёр и от радости чуть не заплакал.
Припустив, что есть мочи, я помчался к табору и ещё издалека увидел дядю Митю. Он сидел возле костра и часто оглядывался по сторонам, видимо переживал, что так долго нет охотника. Увидев меня, когда я подбежал к костру, он сильно обрадовался, но виду не подал. Только посмотрел в мою сторону и строго спросил:
– Серёга, где тебя черти носили, ведь уже ночь на дворе и давно пора спать? Я уж было подумал, что потерялся бродяга и завтра придётся искать его. Давай рассказывай, где так долго шарахался по лесу и кого видел. —
Не дослушав его, я подбежал к столу и схватив кружку, зачерпнул воду из ведра. От сегодняшней беготни по пересечённой местности у меня пересохло в горле и так захотелось пить, что не мог говорить, а только мотал головой. Лишь после того, когда залпом выпил две кружки воды, я кое-как отдышался и рассказал ему, что произошло со мной.
Со всеми подробностями я обрисовал картину о своих сегодняшних похождениях. Во время своего рассказа бегал перед дядей Митей и показывал, как всё это происходило со мной. Я не стал скрывать и сразу сознался, что заблудился, и с большим трудом нашёл дорогу к табору.
С особым интересом я рассказал ему о том, как встретил гурана за хребтом в том ключе. Что он стоял на бугре недалеко от меня и у него были огромные рога. Подмигнув дяди Мити, я улыбнулся и пообещал, что в ближайшее время постараюсь добыть его.
Он покачал головой и произнёс:
– Добыть гурана это не простое дело, вот когда подрастёшь, тогда может быть и сможешь подстрелить его. —
Я закончил своё повествование о сегодняшних похождениях, затем налил в кружку чай и сел рядом с ним. Немного помолчал и вспомнив, что меня ещё сильно напугал глухарь, рассказал и об этом:
– Дядя Митя, когда я возвращался обратно на табор, то встретился с глухарём, который по всей видимости спал крепким сном, потому что подпустил близко к себе. Представляешь, я чуть не стал заикой от этой встречи. Чтобы попасть на табор, сломя голову я бежал вниз с хребта, а он вылетел прямо из под ног. Такого страху я ещё не испытывал, поэтому сильно испугался, ведь было уже темно, к тому же не знал куда бегу. А он, как будто нарочно, взлетел впереди меня в пяти метрах, тут испугался бы любой. —
Дядя Митя выслушал меня и долго смеялся над моими похождениями. Вдоволь повеселившись, он помахал перед моим носом пальцем и с серьёзным видом изрёк:
– Серёга, ты запомни это на будущее, что на охоте надо быть осторожным и внимательным, а главное не терять головы. Сегодня тебе был дан первый урок, вот что может произойти с новичком в тайге, когда он не знает местности. Это тайга брат, поэтому шутки с ней плохи. – затем положил мне руку на плечо и с усмешкой спросил. – Ну, что охотник, после сегодняшних приключений ты больше не пойдёшь на охоту? Вдруг заблудишься в лесу и не найдёшь дорогу на табор, что тогда будешь делать. —
– Дядя Митя, вот здесь ты не угадал, я обязательно пойду на охоту и попробую добыть того гурана. – возразил я ему и почесав затылок, сказал, – Подумаешь заблудился, ведь целым и невредимым вернулся на табор. Между прочим, я хоть сначала и заблудился, но всё же сообразил, как найти обратную дорогу по солнцу. —
Он покачал головой и сказал:
– Ладно, следопыт, уже поздно, так что пора идти спать. А того гурана ты всё же постарайся добыть, уж очень хочется поесть свежего мяса. – и засмеялся, потом спросил, – Как ты узнаешь его, неужели у него есть особые приметы? —
– Я хорошо запомнил его и как-нибудь определю, что это он. Вот увидишь, мы ещё встретимся с ним. – ответил я и пошёл в шалаш, так как завтра утром надо вставать рано.
Меня сильно увлекла охота и не давала покоя мысль, как встретить того гурана, с которым столкнулся в ключе. Я часто вспоминал тот момент, когда встретился с ним, где он такой гордый и грациозный стоял на бугре. А какие у него были большие рога, одно загляденье, вот бы добыть его.
Теперь у меня появилась цель, поэтому проработав целый день на сенокосе, я ужинал и взяв ружьё, каждый вечер уходил на охоту.
– Серёга, сегодня не ходи на охоту, а останься на таборе и отдыхай, ведь завтра надо работать на сенокосе. Что ты мучаешься, ведь не каждый взрослый может добыть козу, а ты ещё молодой. – отговаривал меня дядя Митя, но поняв, что это бесполезно, махнул рукой и проворчал. – Ладно, видимо эта охота у тебя в крови и упрашивать бесполезно, чтобы ты не ходил в лес. —
После того случая, когда заблудился, я стал ходить осторожно по лесу, поэтому внимательно осматривал всё вокруг и старался запомнить местность. Больше уже не блуждал, так как начал ориентироваться по солнцу и не терял головы. В незнакомые места сразу далеко не ходил, а постепенно разведывал их и благополучно возвращался на табор.
Всё-таки интересный случай произошёл со мной, вроде заблудился и это плохо, но зато на всю жизнь получил хороший урок и научился ходить по расположению солнца. Теперь я опрометчиво не шёл, куда глядят глаза, а брал ориентир и уже больше не терялся.
Я узнал те места, где был в первый вечер и понял, почему тогда не мог найти дорогу к табору. Оказывается, я спускался в один и тот же ключ, который выбегал из ущелья. Только я думал, что переваливал через хребёт на другую сторону и спускался в подушку, которая выходит к табору. А на самом деле ошибался и пройдя немного по вершине хребта, спускался обратно в тот же ключ, только в разных местах.
Места возле того ущелья, откуда выбегал ключ, мне сразу понравились, поэтому я облазил их вдоль и поперёк. Несколько раз спугивал там коз, они убегали прочь от меня, но я не успевал выстрелить в них. Ещё я обратил внимание на то, что они часто попадались мне в одном и том же месте, рядом с ущельем.
В этот раз, когда я спускался к ущелью, неожиданно из ерников выскочил гуран. Он перепрыгнул через ключ, заскочил на бугор и скрылся в лесу. Я не успел выстрелить в него, поэтому расстроился и сел на лесину, которая лежала недалеко от меня.
Сидя на дереве, я подумал и сделал для себя вывод:
– Видимо сюда выходят пастись козы, поэтому я часто встречаю их здесь. Травы много в этом ключе и рядом вода, что ещё больше надо козам. А может быть возле этого ущелья у них находится переход, где они с одного хребта переходят на другой. —
Это заинтересовало меня, вот только не давала покоя мысль, как же обмануть и добыть козу. Я долго думал, что же такое придумать мне и вдруг меня осенило:
– А что, если пораньше приду к ущелью и устрою засаду в том месте, где козы переходят через ключ. Я смотрел в тальнике у ключа и заметил там вытоптанную тропу, по которой ходят они. —
Эта идея понравилась мне, поэтому я решил осуществить её. Завтра пораньше приду и сяду в укромном месте, может повезёт на этот раз и придёт коза.
На следующий день я закончил работать раньше, чем обычно, так как мне надо идти к ущелью и сидеть в засаде. Всё же твёрдо я решил выполнить то, что задумал и устроившись в укромном месте, буду караулить коз. Вдруг мне подфартит и выйдет тот самый гуран, которого встречал тогда в ключе, а я его попробую добыть, как обещал дяди Мити.
Вернувшись на табор, я разогрел суп и поужинал. Затем собрался и пошёл на охоту. Когда добрался до ущелья, осмотрелся и стал выбирать место, где можно было сидеть.
– В самом ключе сплошная высокая кочка, а между ней вода, поэтому надо смотреть в другом месте. К тому же там травы по пояс и всё кругом затоплено, так что негде сидеть. – рассуждал я и внимательно посмотрел по сторонам.
На глаза мне попали несколько лиственниц, которые стояли чуть дальше от ущелья и по середине ключа. От них до тропы, по которой ходили козы, расстояние где-то сорок метров, а на этой дистанции уже можно было стрелять из ружья. Я решил сходить до этих деревьев и посмотреть, есть ли там сухое место, где можно было сидеть.
Прыгая с кочки на кочку, я добрался до островка, где росли деревья. Вот только пока добирался, несколько раз соскальзывал с кочек и промок до колен, так как был в кедах, а не в сапогах. Действительно, лиственницы стояли на сухом островке и здесь можно было выбрать место, чтобы сидеть в засаде.
Я наломал хвойных лап и постелил их под дерево, где решил устроить сидку. Затем присел на подстилку из лап и немного поёрзав на ней, остался доволен, так как сидеть на этом месте было удобно и мягко.
Приближался вечер, но солнце стояло ещё высоко над горизонтом и было рано ждать появление коз. Ноги у меня были мокрые до колен, поэтому я решил высушить одежду. Отжал носки и вместе с кедами развесил их на сучки деревьев, чтобы продувало ветерком. Сам же с голыми ногами сел на подстилку из лап и прижавшись спиной к стволу лиственницы, затаился и стал ждать.
Всё бы ничего, можно сидеть, но как на зло заболел коренной зуб, видимо от того, что намочил ноги. Вообще-то он ещё днём не давал мне покоя и болел. Я прилаживал чеснок на дупло и полоскал зубы солью, но не помогало. Дядя Митя посмотрел на меня и дал две таблетки анальгина, чтобы положил на зуб. Я использовал одну таблетку на таборе и тогда зуб перестал болеть, а другую положил в карман про запас.
Вспомнив про таблетку, я нашёл её в кармане и положил на дупло в зубе. Прошло немного времени, затихла боль во рту и у меня поднялось настроение.
Удобно пристроившись на подстилке, я сидел и внимательно смотрел по сторонам. Стояла тишина, которую изредка нарушал крик птиц, доносящийся до меня из леса. Они не сидели на месте, а перелетали с дерева на дерево и постоянно находились в движении. В голову лезли всякие мысли, всего на минуту я закрыл глаза и чуть было не уснул. Пересилив себя, встряхнул головой и открыл глаза. Вдруг на себе я почувствовал чей-то взгляд, кто-то пристально смотрел в мою сторону. Затаив дыхание и замерев на месте, искоса я посмотрел на косогор и там разглядел гурана. Высоко подняв голову, он грациозно стоял на бугре и смотрел в мою сторону.
– Это точно тот гуран, с которым я встречался, когда заблудился в этом месте и рога у него такие же большие. – промелькнуло у меня в голове.
Зрелище было очень красивым, я смотрел и не шевелился, только крепче сжал ружьё. Меня внутри колотило и от напряжения занемели руки, а пот катил по лицу ручьём, но вытереться было нельзя. Я застыл на месте, а время для меня тянулось так медленно, как будто остановилось всё кругом.
Немного постояв на месте, гуран спустился к ключу и скрылся в густых зарослях тальника. Подавшись вперёд, я заметил, что шевелятся кусты в том месте, куда зашёл он. Значит, он находится там и надо ждать, когда появится снова. Прошло немного времени, всё затихло и наступила тишина, но гуран не выходил на открытое место.
– Куда делся гуран, потому что больше не шевелятся кусты в том месте, неужели ушёл вверх по ключу? – тревожно подумал я и сам себя стал успокаивать. – Ты не торопись, надо немного подождать, этот гуран точно стоит в зарослях тальника. Он затаился и через некоторое время обязательно покажется из кустов. —
Шло время, а он всё не появлялся, как будто исчез. Случайно я бросил взгляд чуть левее русла ключа и недалеко от себя увидел гурана. Голова его торчала из ерника, но уже на этой стороне ключа и до него было метров тридцать, не больше. Осмотревшись, гуран вышел на чистое место и склонив голову к земле, стал щипать траву.
В одном стволе у меня был заряжен жакан, а в другом патрон с картечью.
– Буду стрелять в него жаканом, так надёжней, а то гуран большой и может убежать от меня. Он ведь рядом со мной, поэтому я не должен промазать. – промелькнуло у меня в голове.
Медленно подняв ружьё, я прицелился и выстрелил в него. Смотрю, а он стоит на месте и не падает, только начал трясти головой. Затем сделал несколько шагов и снова остановился, вертя головой в разные стороны. Я растерялся и не могу понять, почему не падает он или не убегает в лес.
– Неужели уйдёт от меня гуран и я не добуду его? Ведь близко стоял, когда я стрелял в него, а что если промазал. Что же мне сейчас делать и как добыть его, ведь я обещал дяди Мити? – в растерянности прошептал я.
Тут мой взгляд упал на ружьё и я вспомнил, что стрелял всего один раз. Сплюнув, я выругался:
– Дурак, почему не стреляю второй раз, ведь у меня же во втором стволе заряжена картечь. —
Уже больше не думая ни о чём, я прицелился и выстрелил в него картечью. Гуран вздрогнул и сделав несколько прыжков, упал в высокой траве.
Меня затрясло, как в лихорадке, но я думал только об одном:
– Я же видел, как упал гуран, значит картечью попал в него. А может притворился он, сейчас лежит в траве и ждёт удобного момента, чтобы соскочить и убежать. Как же мне подобраться к нему и не испугать? —
Не отрывая глаз от того места, где упал гуран в траву, я приподнялся, чтобы рассмотреть его, но ничего не было видно.
– На всякий случай надо перезарядить ружьё, а то вдруг соскочит и побежит. Чтобы не испугать его, я поползу к тому месту, где исчез он. Гуран не должен заметить меня в большой траве, я тихо подкрадусь к нему. – решил я, когда прошла дрожь и немного успокоился.
Я достал из кармана патрон и хотел перезарядить ружьё, но долго не мог попасть им в ствол, так как тряслись руки. Сосредоточившись, я всё же затолкал его в патронник, а пустые гильзы положил в карман. Затем лёг на землю и пополз к гурану.
Ползу между кочек, а внизу вода, но мне приходиться прижиматься поближе к земле, чтобы не заметил гуран. Когда прополз метров двадцать по этой грязи, решил посмотреть на то место, где упал он, а вдруг замечу его. Осторожно высунулся из травы и вижу, что приподняв голову, гуран смотрит в мою сторону.
Я снова прижался к земле и стал размышлять:
– Так, если не убегает он, то это означает, что я всё же попал в него. Так же я заметил, что гуран наблюдает за мной, он точно видит меня. А я, как дурак, с ног до головы замарался в грязи и ползаю между кочек, ведь можно подойти к нему. Но, на всякий случай, надо держать наизготовку ружьё, чтобы стрелять в него, если вдруг соскочит и побежит. —
Медленно поднявшись, я пригнулся и на цыпочках стал подходить к нему. Заметив меня, гуран попытался соскочить, но не смог, так как был сильно ранен. Стоя на передних ногах, он делал попытки подняться, но снова падал на землю. Чтобы не мучился и не убежал он, я прицелился и выстрелил в него, а то всякое бывает. Какое-то время гуран побился и затих.
С опаской, я подошёл к нему и стал разглядывать. Ещё долго я не мог успокоиться и меня трясло, как в лихорадке. От напряжения мои руки ходили ходуном, а зубы выбивали дробь, стуча друг об друга. Находясь в таком состоянии и всё ещё не веря, что добыл гурана, я несколько раз обошёл вокруг него. Затем осмелился и подёргал его за шерсть, но он лежал и не шевелился, по всей видимости был точно мёртв.
Внимательно рассматривая его, я заметил, что попал ему жаканом в челюсть, потому что она отвисла. Значит после первого выстрела гуран был в шоке, ещё бы немного, он мог убежать. Хорошо, что я успел стрельнуть картечью и не промахнулся вторым выстрелом.
Я сел на упавшее старое дерево, которое лежало недалеко от меня, посмотрел на гурана и подумал:
– Вроде лежит и не шевелится, а вдруг попался хитрый козёл и притворился мёртвым. Я уйду на табор, чтобы позвать дядю Митю, а он соскочит и убежит. Как назло у меня закончились патроны, чтобы окончательно добить его, а так же с собой нет ножа. Но ничего, я что-нибудь придумаю, он не обманет меня. —
Всякие мысли лезли в голову, что мне надо сделать, чтобы не удрал гуран, когда пойду на табор. В конце концов одна идея понравилась мне, поэтому я решил осуществить её.
Быстро соскочив на ноги, я зашёл в лес. Там стал собирать тяжёлые коряги и толстые сучки, чтобы придавить гурана. Затем подтащил их к туше и сверху стал слаживать на неё. Я закончил это делать, когда полностью завалил дикое животное.