Маразматичный старик хотел отдохнуть
- -
- 100%
- +
Ладно, вернёмся к нашим баранам, точнее к моим возможностям. Духовные врата я открыть не могу, нет энергии. Ускорить сбор энергии я не могу, так как не поставлены печати. Которым тоже нужна энергия. Ну этим я займусь чуть позже.
А вот дар. Рассмотреть его поближе будет не лишним. Хорошо иметь опыт, и без проблем проваливаюсь уровнем ниже. Духовный план и вот зачатки дара. Так, что тут у нас. Хм, не ошибся в прошлый раз, дар феникса. Перерождение и близость с огнём. Хороший набор. Лучше моего. Я был физиком в чистом виде. Усиление, ускорение и ещё много всего, что сделало меня отличным воином в своё время.
Да и на вторую сотню лет я огнём мог повелевать. Так что с этим проблем не будет. А вот перерождение, тут практического опыта нет, придётся нарабатывать. Так, что тут ещё, несколько маленьких бонусов к дару, но это пока не важно.
Ждать, пока дар пробудится своими силами, я не буду. Но чтобы встряхнуть его, нужна энергия, которой нет. Блин, в столице ни одной ПЭИшки нет. ПЭИшка, звучит конечно… Простые люди называют их просто аномалиями, но в моем окружение их зовут ПЭИшками.
Военные присвоили название Прорыв Иномирный с порядковыми номерами. Все чётко, по-военному. Не называть же их по цветам или ещё как. Вот мне бы сейчас ПЭИшку шесть. Вот там бы я… Сдох бы я там. Какая мне нахрен ПЭИшка?! Совсем с ума сошел, дурак старый. Не с таким телом. Слишком слаб.
К семи годам мне помогут поступить в Имперскую академию особого назначения. Вот там и наберусь всего, что мне нужно для спокойной жизни. Новые связи, сила, а главное – свобода. Но для того, чтобы туда поступить, мне нужно быть бароном. Ну, точнее, принадлежать к баронской семье, с чем меня прокатили.
Нужно как-то добраться до Ханова, он поможет. Но для этого нужны деньги на билет, хотя бы на бронепоезд. Так, а что у меня с деньгами? Я на пару секунд выбрался из своего сознания. Моё тело собирало металлолом. Весь грязный, но работа спорилась.
С такими темпами я на билет к семилетию и накоплю. Хотя что это я? У меня куча талантов, не одним металлоломом живём, как говорится. Ладно, это потом. И я снова погружаюсь в себя.
А может найти другого барона? Хм, и что? Да, не сдались местным баронам такие проблемы в виде пацана безродного. Хотя, мать у пацана, то есть, моя мама, весьма ничего выглядит. Отмыть, причесать и удачно выдать замуж. Ха…
Что это? Сознание словно завибрировало. Я возвращаюсь в реальность и тут же получаю по лицу от какого-то пацана. От удара падаю на пятую точку.
Улицы вокруг были грязными и пыльными. Куча ржавого металла и мусора окружала меня. Я осмотрелся и увидел группу местных хулиганов. Их глаза горели злостью и насмешкой.
Пацан, который ударил меня, стоял передо мной, держа кулак наготове. Он был немного старше и сильнее моего текущего тела. Ещё несколько мальчишек окружили нас, создавая полукруг. Их лица выражали нетерпение и азарт. Каждый из них был готов присоединиться к драке в любой момент.
Как говорится, здравствуйте. Только вышел в реальность и сразу по лицу. И вот сижу я на попе. Лицо горит, а передо мной хулиганы. Которые уже не первый раз из-за железок Макса били. Да, интересная тут компания. Пять парней и две девушки, неожиданно. Я про девушек. От шести до десяти лет. Н-да, и тот, что меня ударил, видно главный. Смотрит на меня, превосходство своё чувствует. Ну-ну.
– И чего вам мирно не живётся? – спрашиваю я и потихоньку поднимаюсь. Малолетние бандиты рассмеялись.
– И с кем мир делить, с тобой что ли? Доходяга, мы тебе уже говорили, что это наша территория и либо плати, либо вали нахрен отсюда. Говорили? Чего молчишь, говорили?
Парень явно удовольствие получал от своей речи. Пока он разглагольствовал, я встал и примерно оценил свои шансы. А они оказались не очень радужные. Троих я ещё смогу нейтрализовать, но дальше мне крышка. Хотя, если не париться моральными принципами, то и пятых с собой на тот свет заберу. Но оно мне надо? Я только начал…
Да и вообще, что за отдых без хорошей драки? Вон он как раз закончил болтать и хочет ещё мне дать, в этот раз с ноги в живот. Ну значит, будет хромой бандитом.
Делаю шаг назад, хватаю его ногу и резко поворачиваю тело, буквально падая на колено. Знакомый хруст и крик на весь переулок. Я ждать не стал и сейчас резко бегу в сторону, а они за мной. Потеря мобильности у лидера никак их не смутила.
Переулок был узкий, с облупленными стенами и мусорными баками по бокам. Запах гнили и тухлой еды витал в воздухе. Лужи грязной воды разбросаны по асфальту. Солнце едва пробивалось через щели между зданиями, создавая тусклое освещение. Гул города доносился издалека, смешиваясь с криками моих преследователей.
Мимо меня пролетали выцветшие вывески и ржавые двери. Воздух был тяжёлым, и каждое дыхание давалось с трудом. Я оглянулся и увидел, что они не отстают. Их лица были полны азарта и злости. Каждый шаг отдавался эхом в этих узких стенах. Я знал, что нужно найти выход из этого лабиринта, чтобы спастись. Ну и ладно, посмотрим, что нас ждёт за поворотом.
А вот за поворотом нас ждали ещё двое парней. Им было не до меня. В текущий момент они запинывали толстого мужика, который сжался у стены и методично получал тумаки от малолеток. Ему можно помочь, – подумал я и, чуть ускорившись, ударил коленом в голову одному, а второго просто толкнул, гася инерцию.
Я мог бы пробежать далее, но я его видел. Взрослый мужик, не слабак, так чего терпит? Вот я и закричал:
– Вставай, собака, и дерись с ними. Рукой хоть махни. Этого будет достаточно, чтобы любого из этой шпаны в нокаут отправить. Вставай…
Договорить я не успел. Удар по голове сбоку, и вот уже пацаны запинывают меня. Удары сыпались куда попало, но тут главное защитить жизненно важные органы. В основном голову.
Это нужно, когда уже не планируешь вставать, а я очень даже планировал. Меня китайское войско в прошлом не смогло задавить, хотя шансы тогда были призрачными. Но ничего, вырвались из окружения и ещё погнали их до китайской стены. А тут, какая-то пацанва. Я без боя не сдамся.
Я чувствовал, как каждый удар отдаётся болью. Пыль и грязь оседали на коже, делая её липкой и неприятной. Воздух был тяжёлым и душным. Каждый вдох давался с трудом. В глазах мелькали лица хулиганов, их злобные ухмылки и мерзкие голоса.
Толстый мужик, которого били, начал подниматься. Его лицо было перекошено от боли и страха. Он смотрел на меня, будто не веря, что кто-то вмешался. Кровь стекала по его лицу, капая на землю. Я увидел, как он сжал кулаки и медленно встал на ноги. Ну и на том молодец. Пора и мне вставать.
Ну а дальше, резкий поворот туловища к ближайшей ноге. Хватаю руками и кусаю. Кость. Твёрдая, ну ничего. Лёжа, отталкиваюсь ногами и уже кусаю мягкие ткани. Крик истошный надо мной, но удары всё равно сыпятся. На спине уже живого места нет.
Поддерживаю прокушенную ногу, и парень падает. А я к нему рывками ползу. Ага, боится и правильно делает. Руку на лицо, вот и шея, ну а дальше прости прощай, отморозок. Моя челюсть сомкнулась на шее.
Кровь брызнула мощно, но хоть получилось встать, пока они ошалели. Заметил также, что жирдяй тот наконец-то пришёл в себя и махает руками. Ну хоть не сбежал, уже радость. Я готов к третьему раунду. Смотрю на них и замечаю странность. А где девчонки? Были же с ними две. И тут боль, словно ужалили в спину. Оборачиваюсь. А вот и девчонки, точнее одна.
Тварь без затей мне нож в спину воткнула. Нащупываю его рукой и резко вынимаю из тела. Перед глазами поплыло, ноги подкашиваются. Но я ещё могу драться. Резкий взмах рукой, и её ухмыляющееся лицо порезано. И кричит она громко, я бы сказал пронзительно. Вон как все встрепенулись. Оставшиеся на ногах парни, кажется, были готовы порвать меня.
С такой раной, я и не надеялся уйти на своих ногах с поля боя. Перед тем как упасть, я успел сделать два удара. Минус два пацана, и вот уже я на земле. Сил нет, они меня пинают, а я смотрю на хмурое небо промышленного района.
Переулок был грязным и мрачным. Запах тухлой еды и мусора смешивался с запахом крови. Крики и ругань наполняли воздух. Толстый мужик махал руками, пытаясь отбиваться от нападающих. Его лицо было красным от усилий и злости.
Кровь стекала по моему лицу, делая зрение мутным. Удары сыпались со всех сторон, но я уже не мог защищаться. Каждое движение отдавалось болью. Мои силы покидали меня. Ощущение беспомощности и ярость переполняли меня. Я чувствовал, как жизнь уходит из меня с каждым ударом.
Мои мысли становились всё более расплывчатыми. В глазах темнело. Я чувствовал, как сознание покидает меня. Но я знал, что должен выстоять. Пусть даже на последнем издыхании. Я не сдамся без боя. Но упаднические мысли, предательски лезли в голову.
Вот и всё. Похоже, моя новая жизнь закончится не начавшись. Может, это карма, за то, что я душу того ребёнка выкинул. Блин, того ребёнка сказал. Душу Максимилиана.
Четыреста лет небо коптил, даже уже не сосчитаю, сколько мне точно лет. Может, не положен мне отдых. Или это моя глупость и самонадеянность. Думаешь, что всё знаешь. Все океаны по плечо. А оказывается, что шпана уличная тебя убить может. Забавно.
Серое небо заволокло тенью. Похоже, смерть заглянула на огонёк.
– Что, костлявая, решила лично меня забрать? Ну ничего, ещё повоюем.
Нож ещё был в руке, но поднять её я уже не мог. И так горестно стало, что я перед смертью не смог оскалить пасть.
– Ладно, живи пока. – говорю я и погружаюсь в пучину бесконечности.
Интересно, что я ждал смерти и, возможно, ад или что-то негативное, а мне привиделось мое день рождение. Кажется, это был мой юбилей. Ну да, это он. Императорский дворец. Гостей из высшего света тьма, а я танцую со своей пра правнучкой Виолеттой. Она сегодня в пышном платье. Светлое, нежное платье переливалось под светом хрустальных люстр, украшено кружевами и тонким золотым шитьем. Её каштановые волосы уложены в аккуратные локоны, а на лице – лёгкий румянец и искренняя улыбка.
Мы танцуем, не обращая внимания на людей, что хотели поздравить меня или просто поговорить. Она была особенной девушкой, немного глуповатой, но светлой. Как же сильно её изъян выгодно отличал её от всех моих родственников. Мне кажется, она одна будет горевать, когда узнает, что я умер. Хотя как она узнает, ведь тела не осталось.
– Дедушка, не грусти, это ведь твой праздник. Надеюсь, что ты проживёшь ещё столько же лет, – сказала она с улыбкой.
Улыбка у меня появилась сама собой. Виолетта – солнышко рода Самойловых.
– Кажется, нам не дадут повеселиться, дитя моё, – произношу я, видя, что Император кивает мне. Вызывает на разговор. Я киваю своей партнёрше по танцу и собираюсь двинуться к Императору, когда Виолетта хватает меня за руку и говорит:
– Держись, не умирай. Не ходи к нему.
Я оборачиваюсь, и мурашки бегут по моему телу. Мне страшно, но я не понимаю отчего и вздрагиваю, просыпаюсь. Надо мной стоит девушка в задумчивости, в руках какая-то мазь. Но не это важное – глаза её горят синим светом.
Глава 3. Нужны деньги
Я попытался дернуться, но она одной ладонью придавила меня, и грудная клетка захрустела под тяжестью её руки.
– Ой, извини! – пискнула она, и тут же глаза стали обычными, а рука не такой тяжёлой. – Отец! Он очнулся.
Тело болело, но моё состояние было гораздо лучше моих самых худших прогнозов. Похоже, в ее руках это Мазовская мазь. Сразу и не узнал. Мазовская, от слова МАЗ – монстр аномальной зоны. Иномерная органика неплохо помогала в жизни тех, у кого она была. В этот раз наименование придумали ученые. И вот что я хочу сказать. Достали они с военными. Кто первый нашел, тот и придумывает название. А у простых людей путаница.
Тем временем подошёл тучный мужчина, которого я спас в переулке. Ну как спас, просто накричал на него, а дальше он сам. Вид у него был не очень: лицо опухшее и покрытое синяками, одежда порвана и запачкана кровью и грязью, один глаз наполовину закрыт от гематомы, а губы потрескались и кровоточили.
– А ты крепче, чем показался мне изначально, – сказал он, на что я засмеялся, а после поморщился от боли. Все болело.
– Ты тоже. Я уж думал, запинают тебя там, а не, встал, да ещё и тумаков им надавал. Молодец! Мужик!
– Дерзкие слова для такого мальца. Но я понимаю, сейчас у тебя стресс. Меня Павлом зовут, а фамилия Калинин, может, слышал. – произнёс он и сел на ближайший стул.
И я правда слышал о Калинине. Точнее, о его магазине. Он был средним торговцем, но из простых. Вышел из самых низов. Хотя, может, это не он. Я осмотрелся, и сомнения у меня только усилились. Этот дом явно видел лучшие времена, и не похоже это было на успешного купца Калинина. Хотя… Я давно за имперскими новостями не следил, может что поменялось.
– Прошу простить моё любопытство, а что с тобой стало, Павел Виссарионович? Я думал, ты успешный торговец. Ну, так было два года назад точно. – говоря это, я подумал, что обращение у меня не по возрасту и статусу, и натянул глупую улыбку. – Меня Максимилиан зовут и спасибо, что спасли.
– Какая резкая смена поведения. У тебя, дружочек, точно сотрясение. Я, конечно, не успела проверить, но думаю, это так. Меня Анастасия зовут. Сейчас, проверю… – глаза девушки опять вспыхнули синим светом, но я поднял руку, останавливая её.
Девушка явно одарённая. Пятнадцать лет. Тонкая, изящная фигура. Её длинные каштановые волосы были собраны в роскошную косу. Яркие голубые глаза с глубокой искрой света, высокие скулы и тонкий нос. Её кожа была светлой, почти фарфоровой, а губы – нежного розового цвета.
Судя по тому, что я вижу, она уже открыла вторые духовные врата и активно пользовалась даром. Жаль, я не вижу, что у неё за дар. Мои способности остались в прошлом теле. За исключением опыта и силы души, но пока с их помощью я могу только анализировать.
– Не нужно меня проверять. Я почти в норме. И вы не ответили на мой вопрос.
Я посмотрел на Павла и понял, что за два года что-то случилось у мужика. Его лицо было опущено, взгляд уставший и потерянный.
– Да я почти разорён. Думаю, придётся продать магазин и уехать на малую родину. В Хабаровск.
Девушка тем временем убрала недешевую мазь в сейф, после чего аккуратно чмокнула отца в щёчку и побежала на второй этаж. Магазин, хоть и был в плачевном состоянии, но был двухэтажным. Что много значило, учитывая, что находился он в столице, хоть и в промышленном районе. Я как раз его рассмотрел.
Полки магазина были завалены различными инструментами и оборудованием для работы с МАЗами. Стены покрыты пылью и паутиной. В углу стоял старый кассовый аппарат, рядом с которым лежали потрёпанные каталоги. Многочисленные ящики и коробки были разбросаны по полу, некоторые из них открыты, демонстрируя свои содержимое. Витрины выглядели пустыми, а свет в магазине был тусклым.
Мой взгляд зацепился за систему охлаждения, точнее за её бок, что стоил порядка пятисот рублей за штуку. Правда, никто такой не купит. Точнее, теперь не купит. После того, как род Алаевых выпустил новый тип охладительного элемента. Интересно, это остатки или он неудачно закупился?
– Ладно, мне пора… – сказал я и попытался слезть с дивана, на котором я лежал. Было больно, чертовски больно.
Кстати, была причина, почему я не хотел, чтобы меня обследовали одарённые. Энергия после ритуала оставила на моём теле и душевном плане следы, которые лучше, чтобы никто не видел. Во избежание, как говорится. Я почти дошёл до двери, когда Павел сзади заплакал и произнёс:
– Когда она умерла, всё рухнуло. Моя жизнь, мой бизнес, всё рухнуло. Если бы не дочь, я бы давно… Давно…
Похоже, мужику нужна помощь. И чем пятилетний пацан не помощь? Ему, похоже, нужно выговориться.
– Оленька, она… Это она мне говорила, что покупать, на что повышать цену. А я лишь был фасадом. Лицом и именем магазина. Но заправляла всем она… – мужчина вытирал слезы, которые так и лились. – Когда её не стало, я был разбит, но хотел сохранить её детище. Да, Максимилиан, а это было её детище, а я лишь пустышка…
В такие моменты главное не сбить настрой человека. Так что я тихо вернулся на диван и просто участливо ждал.
– Я закупался сам. Но прибыли особо не было. Я использовал её старые списки, и первое время это ещё позволяло держаться на плаву. А после, в один момент, вся моя закупка стала никому не нужна, – он махнул рукой в сторону охладительных элементов. Получается не остатки, подумал про себя. – Я просрал дело моей любимой. Я… Я…
Кажется, он успокаивается помаленьку, значит, сейчас начнёт закрываться в себе. А такое я ему позволить не могу. Раз попался такой экземпляр, то его можно использовать.
– Прости меня, Максимилиан, я не должен был…
– Постой, Павел. Ты сказал важные слова, и я их услышал. А теперь ты послушай меня, – мужчина удивлённо поднял на меня глаза. – Хочу заключить с тобой сделку. Договор, если тебе так привычнее. Я помогу тебе со следующей закупкой. Поднимем немного твоё благосостояние. А взамен, ты женишься на моей матери.
– Ты хочешь, чтобы я стал твоим отцом? Бедный мальчик… – начал он, но я остановил его.Павел сидел, обдумывая мои слова. А потом лицо расслабилось и он улыбнулся.
– Нет, я хочу стать бароном, и для этого предлагаю сделку.
Мужчина громко засмеялся. Я терпеливо ждал, когда он закончит, чтобы услышать это:
– Ты хоть представляешь, что нужно, чтобы Империя дала мне титул барона? Ой, мальчишка… Я невольно нахмурился. И не от того, что он прав, а от обращения. К этому придётся привыкнуть или заставить всех привыкнуть ко мне. Вопрос на миллион.
– Давай не будем заглядывать так далеко. Я покажу, что я могу, а там уже ещё раз поговорим. Составь для меня список дешёвых товаров, которые ты можешь купить в огромном количестве и при этом не разориться. Я приду через день-два и скажу, что следует купить из этого списка и за сколько продать. Если ничего не выгорит, то убедишься в своей правоте, да продашь всё за бесценок и уедешь в Хабаровск. А вот, если мы всё успешно реализуем, да со значительной выгодой, то ты уже выслушаешь меня серьёзно. По рукам?
Я протянул ему свою ладонь, а он смотрит на неё и не моргает. Завис что ли? А не, отвис, хмыкнул и обхватил мою кисть своей большой ладонью.
– По рукам.
После этого я наконец покинул его магазин. Уже стояла ночь. Опять было холодно, еще и тело болело. Нужно добраться до дома.
Я шел по улицам, освещённым тусклыми фонарями. Мимо проезжали редкие машины, издавая шум на пустынных дорогах. Холодный ветер пронизывал до костей, заставляя меня вздрагивать при каждом шаге. Улицы были почти пустыми, только изредка можно было увидеть одиноких прохожих, спешащих по своим делам. Тротуары были покрыты тонким слоем грязи и мусора. Вдалеке виднелись тёмные силуэты зданий, возвышающихся над городом. Воздух был тяжёлым и влажным, что ещё больше усиливало ощущение холода. Чтобы не думать о физических проблемах, я отвлекся на размышления.
– При правильном подходе и некоторой доли удачи, я могу перевыполнить план по задачам и у меня ещё выбор останется. Взять, например, торговца. Справлюсь, подниму его бизнес, деньги пойдут рекой. Возможно, даже до титула доберемся. Или по пути соберу столько средства на билет. Брошу всех и поеду к Ханову. Хм, а жизнь налаживается. Уже даже варианты есть.
С этими мыслями я подошел к двери и постучал. Дверь открыла мама и выглядела она плохо. Она просто отошла в сторону и ничего не сказала. Хотя странно. Мой вид сейчас был не самым хорошим, но она и слова не произнесла. Вернулась к зашиванию вещей, не обращая на меня внимания.
Я говорил, что это странно? Так вот, я это заявляю, это странно. В этой семье явно что-то сломалось и при том давно. Ну да и ладно, где тут мой матрас? Блин, больно! Только и успел подумать я, когда опустился на пол. А после голова закружилась и затошнило.
– Похоже, Анастасия была права… – подумал я, а дальше меня словно свинцовой крышкой накрыли и я отключился.
Не знаю, сколько я провалялся, но по обрывкам бреда, что мне снился, кажется, не меньше суток. Пять лет, неокрепший организм. Почему я не выбрал себе двенадцатилетку? Или кого ещё постарше? Как я всегда говорю, если бы спросил сторонний наблюдатель. Ха. Но вообще, в столице сложно найти одаренных детей. Среди простолюдинов. И часто родители не такие сговорчивые, как у Максимилиана. Ну и главная причина, я всё рассчитал. Чтобы мне отдохнуть, нужно заранее подготовиться к этому. Хм, интересно, что я планировал веселиться простой мальчишеской жизнью до семи лет. Ну точнее, простой баронской мальчишеской жизнью. А чем эта жизнь хуже?
Да, я знаю ответ на этот вопрос. Потому что у меня всё пошло через жопку. И времени на веселье нет. Похоже, пора вставать. Я с трудом открыл глаза. Так и думал, что это будет Алена. Ухаживает за мной. Она как вторая мама в этом семействе.
– Фуф, очнулся. – девушка улыбнулась, а после стукнула меня по лбу. – Я же тебе говорила! Аккуратнее! О чем ты думал вообще!
Девушка ругалась, а мне было смешно. Отчитывает меня, а лицо при этом смешливое. Да и не того я возраста, чтобы воспринимать такое серьезно. Ладно, пора вставать.
– Ну куда ты встаешь? Полежи еще. – сестра попыталась меня уложить, но я был в норме. Легкая боль была и это хорошо. Значит я живой. Так говорили в армии, если больно, значит ты еще жив, боец.
Мамы и Степана не было, остальные дети занимались своими делами, кроме самого мелкого. Тот увидел, что я встаю и как бы случайно, задним ходом свою жопку ко мне. Забавный он, я даже не стал вставать на ноги, так и остановившись на сидячем положении. Он нашел опору в виде моей ноги и смешно встал оперевшись о меня. Еще и в ладоши хлопает. Озорник. Захотелось погладить его по голове, что я и сделал. А мальчишка смешную морду скорчил. Ладно, вспомню как его зовут, а то как-то неудобно.
Порывался в памяти и вспомнил Харитон. Мощное имя для такого засранца, ну и ладно. Потрепал его по голове и встал. Дальше у меня по плану освежиться и размяться. А после бы помыться, но что-то я не вижу тут ванны.
Отправил тело умываться, а сам пробежался по воспоминаниям и нашел. Оказывается тут есть выход во внутренний двор с дождевой бочкой. Самое то, после тренировки. Ей и займусь.
Тридцать минут, опять. Но тело было в порядке, что не могло не радовать. Мазовская мазь отлично справилась с ножевым, а время с остальным. Так что я готов к новым свершениям и холодному омыванию.
Я вышел во внутренний двор. Заставленный хламом и бельем на сушку, квадрат. Пять на пять метров, соединяющих пару домов. Сама бочка была большой и стояла на деревянных островках.
Разделся и окатил себя холодной водой. Бр-р-р. Еще разок. Блин, холодно. Но нужно помыться. Если я планирую вести дела, то желательно хотя бы не вонять на встречах.
Мылся я долго и тщательно, потратил кажется полбочки воды, но оно того стоило. А когда я хотел одеться обратно, то увидел, что рядом лежала свежая одежда. Кажется, Аленка заглянула и заменила те обрывки одежды в которых я спал, на что-то не такое дырявое. Простая и добрая семья. Может и хорошо, что так получилось?
Вернувшись домой, я просто и без затей обнял сестру и сказал:
– Спасибо.
Девушка потрепала меня по голове и ответила:
– А зачем ещё нужна семья?
Прозвучало немного двулично, но я уже просмотрел воспоминания Максимилиана касательно его продажи мне. Это было его собственное решение, а все кроме матери его отговаривали. Ну, не считая Харитона, тот просто мордашки строил. Этой семье нужны были эти деньги, и вот что из этого произошло. Могу ли я их судить? Нет. Точно нет. Я только за последние сутки… А сколько, кстати, времени прошло?
– Алена, а сколько я провалялся в отключке?
– Двое суток уже. Всё лежал и бредил. Виолетту какую-то жалел. Девочку, что ли, себе нашёл? – и хитро посмотрела. Но я на это особо внимания не обращал. Нужно было идти к Павлу. Нехорошо нарушать договоры. Так что я быстро пошёл на выход, где Алена преградила мне дорогу.
– А конечно бульоном тебя кормила, пока ты был в отключке. Но ты же толком два дня не ел. Ну-ка быстро за стол! Деятель юный! – Алена ещё и в гневе страшна была. Забавно.
Простая еда много времени не заняла, и вот я опять на улице. Всё без изменений, солнечный день, хмурое небо. Не бывает, сказал бы сторонний наблюдатель. Сам посмотри, ответил бы я ему. И ускорился. А то мало ли, что за сторонний наблюдатель.
Улицы были полны жизни. Люди спешили по своим делам, машины проезжали мимо, создавая шум. Воздух был прохладным, но не холодным. Лёгкий ветерок играл с опавшими листьями, поднимая их в воздух и кружа вокруг. Дома стояли с высокими окнами и старинными фасадами, каждый из которых рассказывал свою историю. Звуки разговоров, шагов и гудков автомобилей сливались в единую симфонию города.
Когда я добрался до магазинчика, уже начало темнеть. Дорога заняла сорок минут, не то чтобы далеко, просто маленькое тело, маленькие ноги, дольше дорога.