Хранители равновесия

Иван Петрович Кентавров, человек, чья жизнь была размеренной, как ход маятника, и предсказуемой, как решение квадратного уравнения, никогда не отличался склонностью к авантюрам. Сорокалетний учитель математики, он предпочитал тишину кабинета и стройность формул суете и неопределенности. Однако, как это часто бывает, судьба решила внести свои коррективы в его упорядоченное существование.

В тот злополучный вечер, возвращаясь домой после очередного утомительного дня, Иван Петрович, погружённый в размышления о предстоящей контрольной, не заметил зияющей чёрной дыры на тротуаре. Открытый люк, словно пасть неведомого чудовища, поглотил его. Секунда невесомости, крик, который так и не вырвался из груди, и затем темнота.

Когда сознание вернулось, первое, что поразило Ивана Петровича, был запах. Не привычный, затхлый аромат канализации, а что-то иное, пряное и незнакомое, смешанное с запахом влажной земли и чего-то животного. Мужчина попытался пошевелиться, но тело откликнулось с непривычной тяжестью и странной, непривычной гибкостью. Открыв глаза, он увидел перед собой не серые стены колодца, а густую зелень листвы, пробивающуюся сквозь трещины в чём-то, что казалось ему скалой?

Паника начала подступать, но тут он услышал голос. Низкий, бархатистый, с лёгкой хрипотцой.

– Очнулся, значит. Неплохо для начала.

Иван Петрович попытался повернуться, и тут его взгляд упал на собственные ноги. Или, вернее, на то, что их заменяло. Мощные, покрытые густой шерстью, с копытами на концах. Сердце забилось в бешеном ритме. Он поднял руки, они тоже были покрыты шерстью, а пальцы казались толще и сильнее. В зеркальной глади небольшого пруда, который он обнаружил неподалеку, отразилось существо, которое он никогда бы не узнал, если бы не его собственное, теперь уже не совсем человеческое, сознание. Кентавр.

– Не пугайся так, учитель, – снова раздался голос.

Иван Петрович вздрогнул и поднял голову. Перед ним стоял мужчина. Высокий, статный, с пронзительными голубыми глазами и длинными тёмными волосами, собранными в хвост. На нём была простая кожаная одежда, а за спиной висел посох, от которого исходило едва уловимое свечение.

– Ты кто? – прохрипел Иван Петрович, с трудом осознавая, что говорит. Голос тоже звучал иначе, глубже и грубее.

– Зови меня Элрик. А ты, как я понимаю, попал сюда не по своей воле. И, судя по всему, не в своём теле.

Элрик улыбнулся, и в его глазах мелькнул огонёк понимания.

– Не волнуйся, такое случается. Мир этот полон чудес, и не всегда приятных.

Иван Петрович попытался осмыслить происходящее. Магия? Кентавр? Это было похоже на самую дикую фантазию, которую он мог себе представить, но реальность была неоспорима. Он, Иван Петрович Кентавров, учитель математики, теперь был кентавром в каком-то неведомом мире.

– А где я? – спросил он, чувствуя, как его охватывает странное спокойствие, смешанное с предвкушением чего-то неизведанного.

– Ты в Аэрии. Мире, где магия это дыхание жизни, а меч верный спутник. И, как ты уже заметил, где существуют кентавры, – ответил Элрик, обводя рукой окружающий лес. – И, кстати, о спутниках. Позволь представить тебе ещё одного нашего друга.

В этот момент из-за деревьев вышел огромный медведь. Шерсть его была бурой, как осенняя листва, а глаза – умными и проницательными. Он остановился рядом с Элриком и издал короткий рык, словно приветствуя Ивана Петровича.

– Это Боян. Он не только силён, но и мудр. И, поверь, он понимает больше, чем кажется на первый взгляд, – пояснил Элрик.

Иван Петрович, всё ещё находясь в состоянии шока, кивнул. Медведь, маг, кентавр. Всё это казалось нереальным, но он чувствовал, что должен принять эту новую реальность.

– Что мне делать? – спросил Иван Петрович, чувствуя себя потерянным и беспомощным.

Элрик посмотрел на него с сочувствием.

– Для начала научиться ходить. А потом мы отправимся в путь. В этом мире всегда найдётся место для приключений. И, возможно, ты даже найдёшь способ вернуться домой. Хотя, признаюсь, это маловероятно.

Мужчина подошёл к Ивану Петровичу и протянул руку.

– Позволь помочь тебе встать. И не бойся, я научу тебя всему, что знаю. А Боян присмотрит за нами обоими.

Иван Петрович, теперь уже не Иван Петрович, а просто кентавр, принял протянутую руку. Он почувствовал прилив сил, странную, животную энергию, которая наполняла его тело. Он встал, неуклюже переступая копытами, и сделал первый шаг. Мир вокруг него закружился, но он удержался на ногах.

– Неплохо, – одобрительно сказал Элрик. – А теперь вперёд. Нас ждут великие дела.

Иван Петрович посмотрел на Элрика и Бояна. В их глазах он увидел не только силу и мудрость, но и надежду. Надежду на то, что даже в этом странном и опасном мире он сможет найти своё место. И, возможно, даже стать кем-то большим, чем просто учителем математики, случайно упавшим в люк.

***

Первые шаги были, мягко говоря, неуклюжими. Иван Петрович, или теперь уже просто Кентавр, как его мысленно окрестил Элрик, чувствовал себя так, будто впервые учится ходить. Его новые, мощные ноги казались чужими, непослушными конечностями, которые норовили запутаться друг в друге или споткнуться о корни деревьев. Каждый шаг сопровождался странным ощущением тяжести и непривычной координации. Боян, словно опытный наставник, шёл рядом, иногда издавая тихие, ободряющие звуки, которые, как казалось Кентавру, были полны понимания.

– Не торопись, – мягко говорил Элрик, идя чуть впереди. – Твоё тело ещё не привыкло к этой форме. Это как учить новый язык. Сначала слова кажутся чужими, но со временем они становятся твоими.

Кентавр кивал, пытаясь сосредоточиться на каждом движении. Он вспоминал уроки физкультуры в школе, но это было совсем другое. Здесь не было правил, не было инструктора, который бы показывал, как правильно ставить ногу. Была только интуиция, которую ему предстояло развить, и помощь его новых спутников. Он чувствовал, как мышцы его нового тела напрягаются и расслабляются, как кровь пульсирует в жилах, наполняя его неведомой силой. Это было одновременно пугающе и захватывающе.

– А как я буду есть? И пить? – спросил Кентавр, его голос всё ещё звучал непривычно грубо.

Элрик обернулся, его голубые глаза светились добротой.

– Ты теперь кентавр. Твоя пища травы, листья, ягоды. А пить ты будешь из ручьёв и озёр. Твоё тело стало частью природы, и оно знает, что ему нужно.

Кентавр посмотрел на сочную зелень вокруг. Он никогда раньше не задумывался о том, что едят животные. Теперь ему предстояло стать одним из них, по крайней мере, внешне. Он осторожно наклонился и попробовал сорвать пучок сочной травы. Вкус был свежим, немного сладковатым, и, к его удивлению, приятным. Он почувствовал, как энергия наполняет его, словно он выпил стакан воды после долгой жажды.

– Видишь? Твоё тело само подсказывает тебе, – улыбнулся Элрик.

Они шли по лесу, который казался бесконечным. Солнечные лучи пробивались сквозь густую листву, создавая причудливые узоры на земле. Воздух был наполнен пением птиц и шелестом листьев. Кентавр чувствовал себя частью этого мира, хотя и не до конца понимал его законы. Он наблюдал за Бояном, который двигался с удивительной грацией для своего размера, и за Элриком, который, казалось, знал каждый камень и каждое дерево.

– Ты говорил, что я попал сюда не по своей воле, – начал Кентавр, когда они остановились у небольшого ручья, чтобы напиться. – Как это произошло?

Элрик задумчиво посмотрел на воду.

– Мир этот – перекресток реальностей. Иногда завеса между мирами истончается, и тогда случаются такие вещи. Падения, перемещения, даже вторжения. Ты, похоже, оказался жертвой одного из таких прорывов. А люк, возможно, это был портал, который открылся на мгновение.

– Портал? – переспросил Кентавр, вспоминая своё падение. Это звучало гораздо более логично, чем просто несчастный случай.

– Да. И не всегда эти порталы ведут в приятные места. Но ты оказался здесь, и это уже факт. Теперь главное – научиться жить здесь.

Кентавр посмотрел на свои копыта, на шерсть, покрывающую его тело. Он чувствовал себя чужим в этом теле, но в то же время ощущал его силу и выносливость. Он был кентавром, существом из мифов и легенд. И это было странно.

– А ты тоже из другого мира? – спросил он, глядя на Элрика.

Маг улыбнулся:

– Я родился здесь, в Аэрии. Но я много путешествовал, изучал магию и древние знания. И я видел многое, что выходит за рамки обыденного. Поэтому я и могу помочь тебе.

Боян подошёл к Кентавру и ткнулся ему в бок носом. Кентавр инстинктивно погладил его по густой шерсти. Медведь издал довольное урчание.

– Боян чувствует твою растерянность, но и твою силу, – сказал Элрик. – Он мудрое существо. Он знает, что ты не просто заблудший путник, а кто-то, кто может изменить многое.

Кентавр почувствовал, как в нём зарождается что-то новое. Не просто страх или растерянность, но и любопытство, и даже надежда. Он был учителем математики, человеком, привыкшим к порядку и логике. Но теперь он был кентавром, существом, живущим в мире магии и приключений. И он был готов принять этот вызов.

Наши путники продолжили свой путь, углубляясь в лес. Элрик рассказывал Кентавру о мире Аэрии, о его истории, о его обитателях, о магии, которая пронизывала всё вокруг. Он говорил о древних эльфах, живущих в глубине лесов, о гномах, кующих оружие в подземных пещерах, о драконах, спящих в горах, и о людях, которые пытались построить свою цивилизацию в этом опасном мире.

Кентавр слушал, затаив дыхание. Всё это казалось невероятным, но он видел доказательства вокруг себя в странных растениях, в необычных животных, в самом воздухе, который был наполнен энергией. Он начал понимать, что мир Аэрии это не просто сказка, а реальность, в которой ему предстоит жить.

Вечером они остановились на ночлег у небольшого озера. Элрик развёл костер, и его пламя осветило их лица, отбрасывая причудливые тени на деревья. Боян устроился рядом с Кентавром, согревая его своим теплом.

– Завтра мы доберёмся до небольшой деревни, – заговорил Элрик, глядя на огонь. – Там мы сможем пополнить запасы и узнать последние новости. Но будь осторожен. Не все в этом мире рады видеть кентавров, особенно тех, кто выглядит так необычно.

Кентавр кивнул. Он понимал, что его появление в деревне вызовет переполох. Но он был готов к этому. Он был кентавром, и он должен был научиться жить в этом мире, несмотря на все трудности.

– Я постараюсь, – сказал он, глядя на огонь.

Элрик улыбнулся:

– Я знаю, что ты сможешь. Ты сильнее, чем думаешь.

Кентавр посмотрел на свои мощные ноги, на свои сильные руки. Он чувствовал, как в нём пробуждается сила, о которой он раньше и не подозревал. Он был кентавром, и он был готов к приключениям. Он был готов к этой новой жизни.

***

Утро встретило их прохладой и туманом, стелившимся над озером. После скромного завтрака из ягод и кореньев, они продолжили свой путь. Кентавр чувствовал себя увереннее, его движения стали плавными и скоординированными. Он уже не спотыкался на каждом шагу и мог даже бежать, пусть и не очень быстро.

К полудню они вышли к небольшой деревне, окруженной деревянным частоколом. Запах дыма и жареного мяса доносился издалека, вызывая у Кентавра странное чувство голода. Он никогда раньше не ел мяса, но теперь его тело, казалось, требовало чего-то более существенного, чем трава и ягоды.

У ворот их встретили двое вооружённых копьями стражников. Их лица выражали смесь удивления и страха при виде Кентавра.

– Кто вы такие и что вам нужно? – спросил один из стражников, держа копьё наготове.

Элрик выступил вперед:

– Мы путники. Нам нужны припасы и отдых. Мы не причиним вам вреда.

Стражник недоверчиво посмотрел на Кентавра:

– А это, что это такое?

– Это мой друг, Кентавр. Он тоже путник, как и мы, – ответил Элрик, стараясь говорить спокойно.

Стражник поколебался, но затем кивнул:

– Ладно, проходите. Но будьте осторожны. В последнее время в лесу неспокойно.

Они вошли в деревню. Жители, увидев Кентавра, замерли, словно кролики перед удавом. Дети прятались за спинами родителей, а взрослые шептались, указывая на него пальцами. Кентавр чувствовал себя неловко, но старался не обращать внимания.

Элрик повёл его к небольшой таверне, где они смогли заказать еду и напитки. Кентавру принесли огромную миску тушеного мяса и кружку эля. Он ел с жадностью, чувствуя наслаждение от пищи.

Кентавр, впервые попробовавший мясо, ощутил прилив сил, а затем, когда они вышли из таверны, на деревню напал отряд орков.

Элрик и Боян вступили в бой, но силы были неравны. Кентавр, несмотря на страх, бросился на помощь, используя свою новообретённую силу. В пылу битвы он увидел, как Элрик и Боян пали, сражённые врагами. Оставшись один с врагом, кентавр почувствовал отчаяние.

В этот момент, когда надежда почти покинула его, из гущи леса, словно призрак, появилась фигура. Высокая, стройная, облачённая в кожаные доспехи, амазонка держала в руках лук, натянутый до предела. Стрела, выпущенная с невероятной точностью, пронзила горло ближайшего орка, заставив его упасть без единого звука. Затем появилась вторая, третья стрела, каждая находила свою цель с пугающей скоростью.

Её глаза горели решимостью, а движения были отточены до совершенства. Она не произнесла ни слова, но её присутствие было красноречивее любых речей. Девушка встала между кентавром и оставшимися орками, готовая продолжить битву.

Кентавр, глядя на неё, почувствовал, как в нём вновь разгорается искра надежды. Он был не один. И хотя его друзья пали, их жертва не была напрасной. Он должен был выжить. Он должен был бороться. Он должен был отомстить.

Амазонка кивнула ему, словно понимая его мысли.

– Не стой столбом, кентавр, – прозвучал её голос, низкий и сильный, как натянутая тетива. – У нас ещё есть шанс.

Кентавр, собрав последние силы, поднял голову. Он посмотрел на амазонку, на её решительное лицо, на её готовность сражаться. И в этот момент он понял, что его приключение только начинается. Он был не просто кентавром, попавшим в чужое тело. Он был воином, и его путь лежал через битвы и потери, но также и через дружбу и надежду.

Орки, ошеломлённые внезапным появлением амазонки, замешкались. Этой заминки было достаточно. Кентавр, вдохновлённый её примером, снова ринулся в бой. Его копыта били по земле, его тело стало единым целым с его яростью. Он больше не был неуклюжим путником. Он был кентавром, защищающим свою новую родину, своих новых друзей. Битва продолжалась, но исход её был ещё не ясен.

Амазонка, словно тень, скользила между деревьями, её стрелы находили цели с безжалостной точностью. Каждый выстрел сопровождался коротким, резким выдохом, словно она вдыхала саму смерть и выдыхала её в сердца врагов. Кентавр, следуя её примеру, почувствовал, как его тело откликается на новую цель. Он больше не был просто существом, движимым инстинктом самосохранения. В нём пробудилась ярость защитника, ярость того, кто видел, как его мир рушится, и кто готов был сражаться до последнего вздоха.

Кентавр бросился вперед, его мощные копыта сотрясали землю, а передние ноги, словно два острых копья, рассекали воздух. Он не думал о тактике, не просчитывал ходы. Он просто действовал, чувствуя, как адреналин бурлит в его жилах, как каждое движение становится точным и смертоносным. Он видел, как один из орков, с окровавленным топором, готовится нанести удар по амазонке. Не раздумывая, кентавр рванулся вперёд, подставив под удар своё крепкое тело. Удар пришёлся по его боку, оставив глубокую, жгучую рану, но он не отступил. Вместо этого, он с силой ударил орка передними копытами, опрокидывая его на землю.

Амазонка, воспользовавшись моментом, выпустила стрелу, которая вонзилась в горло поверженного орка. Она взглянула на Кентавра, в её глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение.

– Ты неплохо держишься, лесной зверь, – сказала девушка, её голос был спокоен, несмотря на хаос вокруг. – Но нам нужно уходить. Мы не сможем удержать деревню.

Кентавр, тяжело дыша, кивнул. Боль от раны пульсировала, но он чувствовал, что должен продолжать. Он видел, как амазонка собирает свои стрелы, как она быстро и ловко движется, словно танцуя среди смерти. Он понял, что она не просто воин, она часть этого леса, его защитница.

– Куда мы пойдем? – спросил он, его голос был хриплым от напряжения.

– Туда, где нас не найдут, – ответила амазонка, указывая на гущу леса. – Там есть место, где мы сможем перевести дух и залечить раны. Но сначала, нам нужно выбраться из этой передряги.

Кентавр начали отступать, двигаясь спина к спине, прикрывая друг друга. Орки, оправившись от первого шока, снова начали напирать, но амазонка и кентавр сражались с удвоенной силой. Каждый их шаг был выверен, каждое движение смертоносно. Они были как единое целое, два воина, объединённые общей целью выжить.

Кентавр чувствовал, как его тело слабеет от потери крови, но он не сдавался. Он видел, как амазонка, несмотря на свою ловкость, тоже получила несколько царапин. Но она не показывала боли, её лицо было сосредоточено на битве.

Наконец, они достигли края леса, где орки, казалось, не решались преследовать их дальше. Они остановились, тяжело дыша, и оглянулись на деревню, которая теперь была окутана дымом и пламенем. Кентавр почувствовал горечь утраты, но также и странное чувство удовлетворения. Он сражался. Он защищал. Он не был беспомощным наблюдателем.

– Они не остановятся, – заговорила амазонка, её взгляд был устремлён в сторону деревни. – Орки вернутся. И они будут искать нас.

– Мы будем готовы, – ответил кентавр, его голос звучал твёрже, чем он ожидал.

Он посмотрел на амазонку, на её сильное, решительное лицо. Кентавр знал, что его путь только начинается, и что эта встреча была не случайностью. Он был в этом мире не один. И, возможно, именно эта амазонка станет его проводником, его учителем, его союзником в этой новой, опасной жизни.

– Меня зовут Лира, – представилась амазонка, протягивая руку кентавру.

Кентавр, немного поколебавшись, пожал её руку. Его копыто было грубым и шершавым, но Лира не отшатнулась.

– Я не знаю своего имени, – признался кентавр, смутившись.

Лира улыбнулась, и в этой улыбке было что-то тёплое и ободряющее.

– Тогда мы дадим тебе имя. Ты сражался с орками, как лев! Пусть тебя зовут Лев!

Кентавр, или теперь Лев, почувствовал, как что-то внутри него изменилось. Он больше не был просто кентавром, попавшим в чужое тело. Он был Львом, воином, который только что пережил свою первую битву и обрёл первого настоящего друга.

***

Лира, с её острым взглядом, внимательно осматривала Льва, оценивая его рану.

– Это не просто царапина, – сказала девушка, её голос был лишён всякой паники, но полон практичности. – Нам нужно найти безопасное место, где я смогу обработать её как следует. Иначе ты ослабнешь, и это может стать нашей общей гибелью.

Лев кивнул, чувствуя, как боль в боку усиливается с каждым шагом. Он доверял Лире безоговорочно. В её присутствии, несмотря на пережитый ужас, он чувствовал себя менее одиноким. Амазонка была воплощением силы и спокойствия, якорем в бушующем море его новой реальности.

– Ты знаешь это место? – спросил кентавр, пытаясь не показывать, как ему тяжело.

– Знаю, – ответила Лира, её взгляд скользнул по густой чаще. – Есть старое святилище, скрытое от посторонних глаз. Там мы сможем укрыться. Но путь туда не будет лёгким. Лес полон опасностей, и орки, скорее всего, будут преследовать нас.

Они двинулись дальше, углубляясь в лесную чащу. Солнечный свет едва пробивался сквозь плотные кроны деревьев, создавая причудливую игру теней. Воздух стал прохладнее, насыщенный запахами влажной земли, хвои и неведомых цветов. Лев старался идти в ногу с Лирой, но его раненая сторона давала о себе знать, заставляя его двигаться медленнее.

– Ты хорошо сражался, – сказала Лира, не оборачиваясь к кентавру. – Для того, кто только что обрёл своё тело и свою силу, ты показал удивительную храбрость. Ты не дрогнул, когда увидел, как пали твои друзья.

Лев почувствовал, как его грудь наполняется странным теплом. Слова Лиры были как бальзам на его израненную душу.

– Я не хотел, чтобы они погибли, – прошептал кентавр. – Я чувствовал себя таким беспомощным.

– Беспомощность – это лишь состояние ума, – ответила Лира. – Ты выбрал действовать. И это уже многое значит. В этом мире, Лев, выживают не те, кто силён от рождения, а те, кто способен принять вызов и бороться, даже когда кажется, что всё потеряно.

Кентавр и амазонка шли, молча, некоторое время, каждый погружённый в свои мысли. Лев пытался осмыслить произошедшее. Он помнил обрывки воспоминаний из прошлой жизни: шум города, запах книг, тепло рук близких. Но эти воспоминания казались такими далёкими, такими нереальными по сравнению с суровой действительностью, в которой он оказался. Он был кентавром. Он был воином. И он должен был научиться жить в этом новом теле, с этой новой силой, с этой новой судьбой.

Внезапно Лира остановилась, подняв руку.

– Тише, – прошептала она. – Слышишь?

Лев прислушался. Сквозь шелест листьев и пение птиц доносился отдаленный звук, похожее на рычание. Оно было низким, утробным, и от него по спине Льва пробежал холодок.

– Орки, – констатировала Лира. – Они идут по нашему следу.

Лев напрягся, готовясь к новой схватке.

– Не сейчас. Они ещё далеко. Нам нужно ускорить шаг. Святилище близко, – тихим голосом произнесла амазонка.

Кентавр и амазонка снова двинулись вперёд, но теперь их шаги были более быстрыми и осторожными. Лес вокруг них казался более враждебным, тени – более глубокими. Лев чувствовал, как его рана пульсирует, напоминая о его уязвимости.

Через некоторое время они вышли на небольшую поляну, в центре которой возвышался древний, поросший мхом камень. На камне были высечены странные, витиеватые руны, излучающие слабое, мерцающее свечение. Лира прикоснулась к ним, и камень тихо загудел, открывая потайной вход в пещеру. Внутри их ждала тишина и прохлада, а также древние тайны, которые Льву только предстояло разгадать.

Вход в пещеру зиял, словно пасть неведомого зверя, готового поглотить их в свою утробу. Лев, ощущая невольную дрожь, переступил порог. Запах сырой земли и чего-то древнего, почти забытого, ударил в нос. Лира, с факелом в руке, освещала путь.

Пещера оказалась на удивление просторной. Стены были покрыты такими же рунами, как и камень снаружи, но здесь они казались более яркими, словно живыми. Лев чувствовал, как магия пронизывает его, покалывая кожу и вызывая странное возбуждение. Он, человек из другого мира, запертый в теле кентавра, ощущал связь с этим местом, связь, которую не мог объяснить.

Вскоре они достигли развилки. Два туннеля уходили вглубь, оба тёмные и зловещие. Лира остановилась, нахмурив брови.

– Какой путь выбрать? – спросила она, её голос эхом разнёсся по пещере.

Лев прислушался к своим ощущениям. Один из туннелей казался холодным и отталкивающим, словно в нём таилась опасность. Другой, напротив, манил, обещая ответы и, возможно, даже надежду.

– Я чувствую, что нам нужно идти направо, – сказал Лев, указывая на туннель, излучающий едва уловимое тепло.

Девушка кивнула, доверяя его инстинктам. Они двинулись вперёд, факел отгонял тьму, а каждый их шаг отдавался гулким эхом в тишине пещеры.

Вскоре туннель начал сужаться, пока они не оказались в узком проходе. Лев, с его крупным телом, с трудом протискивался вперёд. Внезапно, впереди забрезжил свет.

Кентавр и амазонка вышли в огромный зал, освещённый множеством кристальных сталактитов, свисающих с потолка. Каждый кристалл излучал мягкое, переливающееся свечение, создавая завораживающую картину. В центре зала находился алтарь, сложенный из того же камня, что и вход в пещеру. На алтаре лежал древний, потрепанный временем фолиант, переплетённый в кожу дракона.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.