- -
- 100%
- +
Внезапно он увидел силуэт впереди. Фигура светилась, пылала, лицо глядело сплошной черной бездной, всклокоченные волосы, точно змеи, развевались на ветру. Он хотел подползти ближе, но наткнулся на что-то и упал сверху на препятствие. Сперва он подумал, что это камень, но это оказался рюкзак, рюкзак болотного цвета, рюкзак здоровяка. Подняв голову, Клим увидел, что он вновь на склоне один. Там, где раньше было видение, теперь остался лишь небольшой пригорок. Нужно ли ползти туда дальше?.. Интуиция подсказывала, что там нет ничего, кроме опасности. Непонятный страх сковывал его, замерзшими руками он стал доставать баллон из рюкзака Косматого…
Кислород прибавил сил, голова прояснилась. С большим трудом ему удалось установить палатку прямо там, около небольшого пригорка. То, что обычно занимало не более двадцати минут, на ужасном холоде и ледяном ветру отняло не меньше часа. Укрывшись внутри, он упал на пол без сил. Руки были обморожены и сильно опухли, ремень от часов тисками сжимал запястье, но пальцы не слушались, и он не мог снять часы. Ног он тоже не чувствовал. Мозг изменил кровоток, спасая жизнь, жертвуя теплом конечностей. Он понимал, что без потерь не обойдется, может, понадобится ампутация, но был рад, что жив, что не сгинул на горе. Сознание постепенно покидало его…
Он стоял на вершине Эвереста над просторами мира. Видел его край, чувствовал ветер небес. Руки ловили теплые и ласковые потоки воздуха. Невероятная высота не вызывала страха, ее глубина дарила только восхищение, только спокойствие. Как часто он грезил об этом миге, как сильно желал оказаться тут. Он оглянулся по сторонам. Слева распластались необъятные дали Тибета, справа утопало в облаках плато королевства Непал. Священные буддийские флажки и ленточки, привязанные к небольшому треножнику высшей точки планеты, яростно хлопали на ветру.
Но что-то было не так. Вокруг никого. Никто не поздравлял его с победой. Все, кто был рядом, погибли или покинули его, а та, которой он обещал вершину, все еще ждет его возвращения… А что будет, если он не вернется? Как он вообще оказался тут? Острая необходимость быть здесь теперь исчезала. Меркли чувства особой значимости, жизненной полноты, причастности к числу избранных. Решения его теперь представали в ином свете. И он просто стоял на пике мира с нарастающим чувством опустошения внутри, совсем один, ничего не чувствуя.
Эпилог«Согласно полицейским отчетам, в конце марта группа преступников из четырех человек совершила ограбление известной кинокомпании, представители которой прибыли в базовый лагерь у подножия Эвереста до начала сезона восхождения для проведения рекламной съемки «Огней Непала» – известных во всем мире алмазов. Завладев камнями, бандиты попытались достичь Южного седла, расположенного на высоте 7900 метров. Оттуда они хотели спуститься в Китай, чтобы скрыться от правосудия.
Отряд местной полиции, отправленный в погоню, не имел бы шансов поймать грабителей, если бы не разразившийся на склонах высокогорья ураган, который, по словам старожилов, был самым сильным за всю историю Сагарматхи.
О судьбе похитителей на текущий момент известно следующее.
Один преступник в ярко-красной куртке был найден недалеко от тропы, идущей по ледопаду. Он умер естественной смертью в результате серьезного пищевого отравления и воздействия горной болезни. Бандиты избавились от него, скинув со склонов вместе с ненужными вещами, среди которых было также обнаружено три разрешения на спуск в Китае.
Другой похититель лежал на животе без обуви и верхней одежды недалеко от второго лагеря. Вся спина у него была ободрана, точно его тащили по камням. Предположительно, возникшие между бандитами разногласия спровоцировали ссору, в результате которой его избили и выставили из лагеря в непогоду без одежды. Под телом преступника нашли еще одного альпиниста в черной куртке, который пролежал под снегом не менее десяти лет. Он обнимал замерзшего бандита, словно старый товарищ.
Еще одно тело обнаружили у подножия ледяной стены, недалеко от третьего лагеря. Вид найденного громилы был ужасающим: одежда расплавилась, плоть обожжена, кожа полопалась, волосы на голове выгорели, вместо глаз зияли обугленные дыры. Преступник умер от удара молнии, а затем упал со скалы.
Последний член банды находился на Южном седле, на краю обрыва. Он сидел в положении полупоклона, обнимая полный кислородный баллон, вентиль которого замерз. Снег забился в его капюшон, маска на лице отсутствовала, глаза были разодраны, левая рука у него была без перчатки, опухшая и почерневшая, она сжимала фотокарточку, на обороте которой кто-то мелким почерком написал: «Ты вернешься, обещай, мне играть Шопена. Твоя Н.».
В заключении сообщаем, что «Огни Непала» так и не были найдены! Поиски продолжаются».
«Эхо гор», спецвыпуск, апрель 20**, Намче-Базар, Непал
Апостасия от Любви
Ему грезилось в болезни, будто весь мир осужден в жертву какой-то страшной, неслыханной и невиданной моровой язве… Целые селения, целые города и народы заражались и сумасшествовали. Все были в тревоге и не понимали друг друга, всякий думал, что в нем в одном и заключается истина, и мучился, глядя на других, бил себя в грудь, плакал и ломал себе руки. Не знали, кого и как судить, не могли согласиться, что считать злом, что добром…
«Преступление и наказание», Федор Достоевский
АнастасияЧерное небо, белый снег. Ветер, хлесткий ветер, как сумасшедший мельник, сбивал Настю с ног в этот утренний час, налетал со спины, рвал подол пальто, крутил выбивающиеся из-под шапки миндальные волосы, подгоняя на важную встречу, результатов которой теперь ждали на всем Белом свете. Всего через несколько часов Совет по науке и безопасности должен утвердить положение стрелок на часах Рокового дня, установив время до наступления необратимой катастрофы.
В этом году международная комиссия ученых и нобелевских лауреатов собралась в России. Такая честь была оказана стране за успехи в борьбе с бушевавшим по миру вирусом. Именно русские сумели создать безопасную вакцину и безвозмездно поделились результатами работы с народами мира, не думая о расчете, прибыли и собственных интересах. И как русский танец, широкий и открытый, достижения лучших в России умов хлынули в люди – безбрежно и бескорыстно.
Настя работала микробиологом в ИЦ имени Гамалеи в Москве, именно в ее лаборатории была разработана применявшаяся повсеместно вакцина «Спутник победы». Она знала все о пандемии и вирусах и была приглашена экспертом на итоговое совещание, чтобы огласить перед миллиардами людей решение Совета.
Москва в эти дни была закрыта на карантин, и потому участников Совета разместили в одной известной писательской резиденции недалеко от Рязани, чтобы там огласить вещи всемирной знаковости.
И на такую важную встречу опаздывала теперь Настя. Причины задержки были очень для нее важны, но, пожалуй, в масштабах решающихся сегодня вопросов могли показаться любому незначительными и слишком частными. Ее Петр заболел. Первые симптомы недуга были такими же скверными, как и те, что были у него когда-то давно, в пору первых случаев вирусных заболеваний.
В ту нервную ночь Петр все никак не мог уснуть. Пил много воды, пошатываясь, ходил по комнатам, пугливо озирался, косился все на что-то в темных углах квартиры, прерывисто, с посвистом дышал, а после полуночи слег в лихорадке.
Насти не было рядом. Исследования, важный научный проект, ее группа как раз работала над вакциной. Но она бесконечно звонила, советовалась и даже ругалась с коллегами, обсуждая назначения и принимаемые меры, – до тех самых минут, пока врачи не приехали и не забрали Петра в реанимацию. А дальше был какой-то дурной сон. Петр долгое время боролся за жизнь, и многие месяцы прошли, пока они снова встретились.
В те далекие дни их разлуки Настя сожалела, что не успела сказать Петру в последнем разговоре всего несколько слов на прощание, а потому сегодня утром она, опасливо оставляя дом, написала записку, где рассказала ему о своей привязанности и о том, чтобы он не боялся, так как теперь все привиты, и течение недуга быстро пойдет на спад…
Резиденция писателей, отданная на время совещания Совету, располагалась на дне оврага вдоль реки, называемой местными «Медвенка». Раньше там стояло всего несколько изб, а крутые склоны оврага были усеяны частыми деревьями и кустарниками. Теперь же склоны превратились в почти отвесные стены, растительность выкорчевали, а дома разрослись по обоим берегам реки. И только Медвенка, по-прежнему замерзая в ноябре и вскрываясь в апреле, вытекала на север у какого-то давно позабытого села, чтобы пересечь несколько шоссе и соединиться со своей старшей, стремительной сестрой-рекой.
Спускаясь в низину по крепкой металлической лестнице, словно в снеговую купель погрузилась Настя. Запылила вьюга своим веретеном откуда-то со дна оврага. Настя закашлялась, закрыла глаза, а когда снова попыталась разглядеть окрестности, увидела внизу ухоженные, припорошенные снегом деревянные дорожки, редкие деревья, укутанные оставшимися с новогодних дней гирляндами, навесные, обледеневшие мостики над рекой и спрятавшиеся в тумане дома с белыми крышами, которые, казалось, будто парили в облаках. Каждый год в Рождество здесь случалась книжная ярмарка, собирались писатели из всех городов России и устраивали встречи и презентации, чтения и мастер-классы, играли в снежный бой, топили дровами баню, покупали в лавках жареные каштаны, сладкую вату, елочные игрушки и другие сувениры, а еще пили водку и совершали такие поступки, о которых не принято писать в прозе.
Но теперь здесь было тихо, приехали гости, важный Совет. Воздух в низине был глухим и холодным. У Насти закоченели пальцы, и ей хотелось скорее дойти до людей, до тепла. Сойдя с лестницы на берег, она вышла на неширокий деревянный настил. Ступая по его устланной снегом поверхности, Настя обнаружила под ногами лед: было очень скользко, и каждый шаг давался с трудом.
«Хоть бы песком посыпали или золой», – думала про себя Настя, разглядывая впереди самый крупный в окрестностях трехэтажный сруб, расположенный на склоне выше домов, тумана и замерзшей реки.
В этом первом доме писательской резиденции, приютном месте встреч молодых талантов с легендарными кураторами известной на всю страну литературной школы, теперь располагался главный обучающий центр. Сюда-то и заехали еще неделю назад ученые, эксперты, знатоки, нобелиаты и лауреаты премий мира. Посмотрев до того достопримечательные места, проведя первые совещания, члены Совета должны были проговорить сегодня главные, всеобщие угрозы, составить список предупреждений и определить положение стрелок на часах, наблюдая которые, каждый из нас должен был приосаниться и вспомнить о возможном близком финале и находящейся всегда рядом погибели.
Подбегая к резиденции, Настя заметила мелькнувшую тень на другом берегу. Тень скоро выскочила из тумана и остановилась у одинокого ссохшегося дерева, недалеко от перекидного моста, соединяющего берега реки. Крупный черный пес приветливо разглядывал Настю. Его мощная смоляная голова задорно выписывала круги в воздухе, а лапы пружинили от нетерпения, и казалось, что он вот-вот встанет на дыбы. Настя испугалась и стала быстро подниматься к месту совещания по скрипучим деревянным ступеням.
На небольшом плато, у верхнего края оврага, стоял трехэтажный сруб. Настя иначе представляла его себе. В уведомительных листках, разосланных накануне, был изображен гигантский деревянный дом, справленный под старину из светлой необработанной ели, с массивными дверями, нарезными ставнями и широким крыльцом. Теперь же дом больше походил на гибрид современного и исполненного в старом стиле сруба. Широкое крыльцо превратили в стеклянный тамбур с автоматическими распашными дверями, деревянные ставни заменили на оконные жалюзи, всю крышу центра искололи антеннами и облепили солнечными батареями, а вдоль обрыва помещался парад флагов различных стран, да и само дерево дома теперь выглядело тусклым и помутневшим.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.