Плевать мне на игру! Тёмная душа

Взмахом трёх рук Зависть пустил «Волну смерти», которая в несколько секунд разошлась по виноградникам и забрала у всех, кого коснулась, 35 % здоровья и излечила его на двадцать пять тысяч очков. Элизабет избежала опасной волны высоким прыжком, но контратаковать не стала. В отличие от чёрно-белого чудовища, капитан заботилась о безопасности подчинённых, в особенности о своём оруженосце Агате Солер. Нибор знал, что Зависть не упустит такого шанса, поэтому, когда чудовище ударом молнии появилось у Элизабет за спиной, он использовал «Удар с провокацией». Из-за разницы в уровнях, показателя удачи и стойкости навык не сработал. И всё же Бродяга добился своего. Визуальный эффект провокации, что вылетел чёрной полосой из его меча, хлестнул Зависть по глазам. Доли секунды хватило, чтобы Элизабет успела среагировать и оттолкнуть противника ногой. Женщина издала воинственный крик, и от неё в нескольких направлениях разошлись потоки силы. Один из них нанёс Зависти семнадцать тысяч урона и отшвырнул его ещё дальше, а другой преодолел расстояние в две сотни метров и уничтожил вражеского убийцу. Осознав, что попали в западню, тёмные в панике бросились бежать, но этим лишь приблизили свою кончину. В надежде укрыться за хозяином тёмный маг подбежал к Зависти, но тот схватил его за шиворот и в один миг высосал все очки здоровья и опыт. Мужчина в чёрных одеждах тут же обратился в старика, а через секунду осыпался на землю прахом.

Нибор и его спутники благополучно выбрались из зоны поражения, где смогли перевести дух, однако и здесь их поджидали представители тёмной гильдии. Метаморф, который отрастил себе крылья, спрыгнул и тут же атаковал Нибора похожими на лезвия конечностями. Бродяга отразил атаку и окинул врагов взглядом. На его лице появилась довольная улыбка, ведь план удался, и ряды врага поредели настолько, что справиться с ними не составляло никакого труда. Оставалось лишь убить вражеского лекаря, тогда падёт защитник, а следом за ним метаморф и лучники.

– Анрин, – окликнул друга Нибор, – пора испытать твоё новое заклинание. Помнишь, используй его после первых двух ударов.

– Сейчас сделаем, – бодро ответил мрачный лекарь.

Бродяга сосредоточился на противнике и мысленно выделил уязвимые для атаки места. Как только он осознанно нанёс метаморфу несколько ударов и его энергия упала до шести очков, Анрин применил к Нибору заклинание «Сон». Тёмная душа незамедлительно взяла тело под контроль и окрасила белки Нибора в чёрный цвет. Метаморф и глазом моргнуть не успел – а их у него было четыре – как Дадао Стальной крушитель разрубил его руку и впился в плечо.

– 740 ОЗ!

Тёмный защитник тут же применил на Ниборе «Провокацию» и «Усмирение». Первый навык делал четыре последующих атаки бесполезными, а второй уменьшал регенерацию энергии на 50 %. Чтобы за раз избавиться от провокации, Тёмная душа создала в руке четыре ледяные иглы и метнула их в защитника. Не имея никаких ограничений в энергии, тело Нибора продолжило размахивать мечом и наносить метаморфу сильные удары. Понимая, что сейчас проиграет, метаморф превратил свои ноги в копыта и отскочил назад, после чего выпустил в Нибора несколько шипов.

– «Падение ангелов»! – прокричал и взмахнул мечом Балл Вей.

С неба на тёмных обрушились четыре столба света, каждый из которых нанёс восемьсот урона по площади. Атака значительно сократила здоровье лекаря и лучников, а также опустила здоровье метаморфа до 5 %. Очнувшийся ото сна Нибор убрал меч в ножны и тут же обнажил его. «Удар, не оставляющий тени» безжалостно оборвал жизнь метаморфа.

«Довольно таки бодро, – подумал Нибор. – За те десять секунд, что длился сон, я успел нанести семь тысяч четыреста урона. Мало того, сам я почти не пострадал. Тёмная душа, чем бы она ни была, отлично справляется со своей задачей. Возможно, стоит не избавиться от неё, а развивать. Но что именно произойдёт, когда я вложу в неё осколки души? К сожалению, система не сообщает, как именно будет улучшена способность. Каждый раз словно покупаешь кота в мешке. Но если есть шанс, что я смогу сам решать, когда и насколько отдавать ей контроль, им нужно воспользоваться».

Теперь, когда тёмные лишились значимой боевой единицы, Агата беспрепятственно смогла атаковать лекаря. Голубоглазая воительница в прыжке взмахнула молотом и следующим движением обрушила его на спину противника. Раздался хруст костей. Защитник хотел вмешаться, но путь ему преградил Балл Вей. Ловко орудуя щитом и мечом, высокий блондин в блестящей кольчуге быстро накопил урон и выпустил его во врага. Один за другим тёмные умирали от ударов Нибора и его товарищей, в то время как бой между Завистью и Элизабет Фейтл приближался к своему финалу.

– Какой у тебя чудный меч, – восхищался басистым голосом Зависть. – Такой острый и сильный. Вот бы у меня был такой.

Слова Зависти портили всё, чего он желал, но в этот раз они не возымели эффекта.

– Значит, меч легендарного качества, – гримаса чёрно-белого чудовища выразила недовольство.

В бою против Зависти Элизабет Фейтл старалась не приближаться к сферам. Но если в пылу битвы столкновение с ними было неизбежным, капитан спешила поскорее рассечь их мечом. Пока они не собрали достаточно воздуха и не уменьшились, урон был минимальным. Кроме того, пару раз ей удалось широким лезвием меча отбить сферу и направить её в заклятого врага. Ударом молнии Зависть исчез в небе и такой же молнией появился рядом с ней. Взмах опасной конечности, что могла одним касанием забрать уровень, заставил капитана отступить. Элизабет не заметила сферу и угодила под мощный взрыв.

– 17 т ОЗ!

Даже магический доспех не смог защитить Элизабет от увечья в виде сломанной ноги. Несмотря на торчащую из голени кость, Элизабет Фейтл продолжила сражаться. Игнорируя боль, она рывком устремилась к цели, однако нога помешала её достичь. На полпути воительница рухнула на колени и опёрлась на меч. Зависть тут же оказался рядом, но в следующий миг получил сильный урон и лишился очередной руки.

– 36 т ОЗ!

Элизабет специально разыграла эту сцену, чтобы усыпить бдительность врага и подпустить его на расстояние удара. «Отпор пацифиста» можно было применить только при определённых условиях, именно поэтому она разжевала сковывающие движение травы. Уловка удалась, однако урона, чтобы убить Зависть, не хватило. Чёрно-белое чудовище коснулось и впилось в её лицо острыми когтями. Уровень Элизабет упал до шестьдесят восьмого, а её здоровье сократилось на четверть. Её индикатор здоровья тут же упёрся в отметку 5 %, а меч выпал из рук.

– Теперь даже я тебе не завидую, – хищно улыбнулся Зависть и ударил её лицом о землю. – Любой, кто встаёт на пути у Торгоса и его грехов, становится мучеником и отправляется в бездну отчаяния. Чтобы ты понимала, бездна – это не место, это состояние, в котором пребывает душа после того, как её истязают все грехи. Не важно, как ты сильна и какая на тебе броня, внутри ты такая же слабая и беззащитная, как и все.

Когти Зависти медленно впились в живот Элизабет и пустили кровь. Женщина не смогла сдержать болезненного крика, при пятипроцентном запасе здоровья она была уязвима к любым его атакам. Зависть небрежно стряхнул с руки кровь, словно она была чем-то омерзительным, и потянулся к её лицу.

– Каждый из нас заберёт у тебя нечто ценное, – звучал над её ухом его мерзкий голос. – Я предпочитаю глаза, они у тебя такие красивые. Я прям завидую.

– Мы должны ей помочь! – заявила Агата, крепко сжимая древко молота.

Она осознавала, что просто приближаться к Зависти было очень опасно, но что-то внутри подталкивало на это риск.

– Не стоит, – остановил её Нибор. – Его здоровье восстанавливается со скоростью шестьсот очков в секунду. Мы даже через регенерацию не пробьёмся, это уже не говоря о том, что он выпил зелья и полностью восстановил здоровье.

Нибору больше остальных была выгодна смерть Элизабет Фейтл. Именно она представляла угрозу и ограничивала его преступную деятельность.

– Нибор прав, – согласился Балл Вей. – Ввяжемся с ним в драку, тут же умрём. Элизабет была на одиннадцать уровней выше, но всё равно проиграла. Нужно уходить.

Агата с сожалением посмотрела в сторону капитана. Сейчас Элизабет ничем не отличалась от обычной женщины и как никогда нуждалась в помощи. И дело тут было вовсе не в том, что Агата боялась потерять сильного покровителя, она действительно за неё переживала. В отличие от Нибора, Агата видела в местных NPC больше, чем программу. Как можно относиться как к вещи к тому, у кого есть прошлое, мечты и принципы? К тому, кто протянул тебе руку помощи в трудную минуту и был с тобой добр. Болезненный крик Элизабет заставил Агату сделать уверенный шаг вперёд. Не успел Нибор её остановить, как в Зависть устремилась и угодила стрела.

– 102 ОЗ.

Урон был незначительным, и то был только благодаря рейтингу пробивания брони, но этого хватило, чтобы чёрно-белое чудовище прекратило мучить капитана и перевело свой взгляд на охотника в кожаной зелёной броне. Клиф вновь натянул тетиву и выстрелил. На этот раз Зависть с лёгкостью уклонился и послал в ответ заклинание «Заговорённая стрела».

– Наследие охотников на монстров, – с улыбкой на лице произнёс Клиф. Он был ужасно рад обладать таким артефактом. – «Резня»!

Слепой охотник разделился надвое. Копия тут же приняла на себя удар заклинания и умерла, а оригинал продолжил делиться, пока их не стало семеро. Охотники рывком бросились врассыпную, стали бегать вокруг Зависти и осыпать его градом стрел. Как и говорил Нибор, урона едва хватало, чтобы пробиться через регенерацию. Взбешённый таким непочтением Зависть принялся создавать воздушные сферы. Прогремели мощные взрывы, но ни один из них не настиг охотника. Слух позволял Клифу хорошо ориентироваться в пространстве. Только Зависть обернулся, чтобы наверняка разобраться с надоедливым насекомым двадцать первого уровня, как белая саблезубая горилла схватила и утащила Элизабет Фейтл прямо у него из-под носа.

– А ну стой, тварь! – прокричал зверю вслед Зависть и молнией переместился к нему.

Вспышка молнии преградила саблезубому альбиносу путь, но он не растерялся и бросил капитана, словно камень, в противоположном направлении. Авантюрист из «Золотого грифона» поймал её ловким движением на руки и поспешил к остальным. Гвардейцы и авантюристы из разных гильдий, среди которых был и Лютер, коснулись жреца. Служитель света забрал у них часть здоровья, энергии и маны и создал защитный купол. Магическая преграда, что янтарём накрыла авантюристов, смогла выдержать атаку Зависти. Нанося свирепые удары ладонями, чёрно-белое чудовище пыталось пробиться через барьер, в котором одна за другой стали появляться крупные трещины. Ещё удар, и он окажется внутри. Нибор уловил замысел авантюристов и тоже подключился к опасной игре. «Удар, не оставляющий тени» хлестнул Зависть по лицу, а «Меткий выстрел» Клифа разбился о спину чудовища.

За несколько минут до этого Клиф смог отыскать в завалах разрушенной усадьбы проход и вывести Кристофера Олдрака на поверхность. Оценив ситуацию, – а на тот момент Элизабет уже проиграла Зависти, – седовласый коренастый мужик попросил подчинённых выиграть ему немного времени и спасти её. Пока авантюристы рисковали жизнями и ловко водили Зависть за нос, Кристофер Олдрак готовился применить самую сильную из своих атак.

Он залпом выпил зелья увеличения силы, удачи и урона и достал огромный меч из-за спины. На клинке меча, подобно замкам, висели четыре печати главенствующих стихий. Кристофер Олдрак закрыл глаза и усилием воли принялся срывать печати одну за другой. Пока глава гильдии готовился к атаке, союзники накладывали на него усиливающие эффекты. И вот, когда последняя печать оказалась на земле, воздух вокруг мастера побагровел и задрожал от исходящей от его тела силы. Кристофер Олдрак открыл глаза и, сосредоточившись на заклятом враге, принял боевую стойку.

– «Удар мастера»! – громко, но сдержанно, произнёс он. Взмах меча пустил алый магический свет в виде табуна лошадей, который вмиг преодолел расстояние в две сотни метров и прошёл сквозь тело чёрно-белого чудовища.

– 120 т ОЗ!

Ощутив резкую боль, Зависть перевёл взгляд на пустой индикатор здоровья и ужаснулся. Чёрно-белое чудовище обернулось в сторону Олдрака и заметило идущую от него траншею, да настолько аккуратную и ровную, словно её вспахали гигантским лезвием. Зависть и сам не понял, как оказался разрублен надвое. Брызнула чёрная кровь. Голова чудовища разделилась по вертикали пополам, а вслед за ней и тело. Грех был повержен.

– Да! Мы это сделали! – победно заголосили авантюристы. – Слава Кристоферу Олдраку, охотнику за грехами!

Вы приняли участие в рейде на темную гильдию, – высветилось сообщение у Нибора.

Получено достижение «Боец со злом».

Награда: Получен предмет – Осколок души 3х.

Члены гильдии «Стальной кулак» одолели одного из грехов Торгоса – Зависть.

Получено достижение «Я тебе не завидую» – количество опыта и алов в изломах времени увеличено на 10 % (Для мастера на 20 %).

Глава 6. Это наш долг

«Не зря взялся за этот квест, – подумал Бродяга, читая системные сообщения. – Особенно радует, что Анрин, Клиф и Лютер тоже получили по три осколка души. Моя команда становится сильнее, но после демонстрации барьера «Золотых грифонов», который выдержал атаку Зависти, приходит понимание, что этого недостаточно. В этой игре важен не уровень, а качество снаряжения. На двадцатом уровне у авантюриста Стального кулака от силы три тысячи здоровья и три сотни урона, тогда как у авантюриста из Грифонов одиннадцать тысяч здоровья и почти тысяча урона. Разница как между небом и землёй. Денег на то, чтобы закупиться у ремесленников, нет, так что единственный выход – чаще наведываться в изломы времени на кошмарном уровне сложности».

Пользуясь моментом, пока Агата перевязывала раны Элизабет и поила её лечебным зельем, Нибор принялся собирать мечи и опыт с поверженных врагов. Клиф и Лютер не остались в стороне и подошли к нему.

– Я уж думал, вы струсили и решили отсидеться в стороне, – насмешкой поприветствовал друзей Нибор. – Где вы так долго пропадали?

– Молчи, – проворчал Клиф. – Это было ещё то приключение. Как оказалось, в катакомбах нет никаких тёмных, зато там было полно огнедышащих ящеров. Не самый лучший противник для замкнутого пространства.

– Зато на них мы подняли несколько уровней, – похвастал Лютер.

Он и Клиф достигли двадцать третьего уровня.

– Ага, ящеры оказались сорокового уровня, – кивнул Клиф. – Благо с нами был мастер. Он крушил их с одного удара.

– Да, я заметил, что в этом ему нет равных, – Нибор обернулся в сторону Олдрака. – Но всё равно невдомёк, как он убил Зависть. У того было сто пять тысяч очков здоровья. Даже критический удар Элизабет Фейтл наносил от силы тридцать тысяч урона.

– Так ясное дело, грехи для него заклятые враги, – сказал Анрин, тоже выбирая себе предметы с тёмных. – Плюс он специально запечатал меч, чтобы накопить урон.

– А можно поподробнее? – попросил Нибор.

– У мастера есть список заклятых врагов, он ограничен десятью именами, но любому, кто в него попадает, Олдрак наносит трёхкратный урон. Это вне зависимости от удачи. То есть при срабатывании крита урон будет шестикратным. Единственный минус списка – имя врага остаётся в нём навсегда.

– Я слышал, грехи убили его дочь, – тихо, почти шёпотом произнёс Клиф. – Вот он и записал их имена в список, а теперь при удобном случае рубит им головы.

– А я и не знал этого, – украдкой посмотрел на мастера Лютер.

– Об этом не принято болтать, так что держи язык за зубами, – велел ему Клиф.

– Так ты же сам об этом треплешься! – возмутился златовласый юноша.

– Кто это тут треплется?! – возмутился Клиф. – Ты как со мной говоришь, щенок?!

Пока Лютер давал отпор слепому охотнику, Нибор скормил «Дадао Стальному крушителю» все собранные мечи. Их с лихвой хватило, чтобы поднять его уровень до двадцать четвертого. Бродяга с радостью бы сделал его двадцать пятым, но авантюристы из Золотого грифона тоже не зевали и быстро собирали все ценные предметы. Благодаря бонусу на плюс семь процентов к опыту Нибор повысил свой уровень до двадцать второго.

– Смотрите, какую нашёл занимательную вещицу, – Нибор сделал вид, что забрал кольцо у покойника.

– Ничего себе, – с явной завистью осмотрел предмет Анрин. – Кольцо жажды приключений на двадцатый уровень, даёт плюс шесть к энергии и шесть процентов к скорости.

– Кажись, мы такое у купца видели, – вспомнил Клиф. – Теперь ясно, кто перерезал ему глотку.

– В любом случае теперь оно моё, – Нибор без всякой опаски надел зелёный перстень.

– Все сюда! – окликнула авантюристов Элизабет Фейтл. Она потеряла левый глаз, но не силу и желание сражаться. – Рано вы расслабились, мы всё ещё не достигли своей цели.

– А ведь и правда, – осенило Лютера, – Мы так и не нашли детей. Но что, если они были в этом здании?

Все посмотрели на разбросанную по округе усадьбу.

– Исключено, – заверил Клиф. – Под этими обломками только тела тёмных и гвардейцев. Детей среди них нет.

– Откуда тебе знать? – с недоверием отнёсся к словам слепого охотника Балл Вей.

– Не важно, откуда он это знает! – прервала их Элизабет. – Мы обязаны найти детей. Мы обнаружили у Зависти пространственный ключ. Либо он ведёт к детям, либо в логово грехов. В общем, на той стороне может оказаться что угодно.

– Другие грехи? – недовольно покачал головой Балл Вей. – Мы едва с одним-то справились.

– Это наш долг! – заявила Элизабет. – Неважно, кто ты – гвардеец, авантюрист или просто крестьянин. Дети – наше будущее, и мы обязаны их защищать. Я благодарна всем вам за помощь в трудную минуту. Будьте уверены, как только мы спасём детей, я вознагражу каждого из вас.

«А пока мы будем их спасать, – подумал Нибор, – большинство из нас погибнет, благодаря чему не придётся давать слишком много наград. Она намного хитрее, чем кажется. Её гвардейцы быстро опустошили инвентарь Зависти, а ведь у него были самые ценные предметы».

– Что скажете, мастер? – обратился к Олдраку Громила Филипп.

– Думаю, у меня хватит сил на ещё один удар, – ответил Олдрак. – Он будет значительно слабее, но вместе с Элизабет Фейтл мы точно справимся.

Элизабет Фейтл ключом открыла портал, что засиял в воздухе приятной синевой. Из плоской пелены повеяло холодным ветром, полетели снежинки. Все без исключения были напряжены, на той стороне мог ждать враг куда страшнее Зависти. С мечом наперевес Элизабет шагнула в портал и исчезла, остальные, не мешкая, последовали за ней. На той стороне авантюристов и гвардейцев ждали холодные коридоры старого замка, из высоких окон которого открывался вид на заснеженные горы. Вокруг ни души, но в коридоре на снегу свежие следы.

– Восемь человек через два коридора налево, – предупредил Клиф. – Дети там!

– Тогда поспешим, – Элизабет ускорила шаг.

Следуя за капитаном Элизабет и мастером Кристофером, группа из двадцати семи человек ворвалась в просторный зал, который служил тёмным лабораторией. Облачённые в чёрные балахоны алхимики и травники терзали ножами невинного ребенка. Через трубки, что торчали из разрезов на его теле, они вместе с кровью выкачивали его молодость. Бурля в большом котле, под шептание заклинаний кровь преображалась в золотистую жидкость и по трубкам проходила дальше к магическому кристаллу. Там она наполнялась магией и меняла свои свойства. В тени дальнего угла стояла большая железная клетка, в которой ожидали своего смертного часа продрогшие от холода дети. Эта картина заставила Бродягу потерять над собой контроль. Всего на мгновение, но этого времени хватило, чтобы жестоко зарубить тёмных, которые прямо сейчас терзали ребенка. Остальные хотели последовать его примеру, но Элизабет, пробежавшись взглядом по залу, велела брать их живьём. Будучи слабыми ремесленниками, тёмные не оказывали сопротивления и вскоре лежали связанными на полу. Из ста похищенных детей в живых осталось только два десятка, а тот, что лежал истыканный трубками, умер у Нибора на глазах. Игра словно специально тревожила старые раны, заставляя Бродягу окунуться в воспоминания. Даже здесь он не смог их уберечь. Но самым страшным фактом стало то, что грех Торгоса по имени Гордыня уже забрал сильно концентрированное зелье. Элизабет Фейтл это не рассказывала, но Патрий был не единственным большим городом, где пропали дети. По её расчетам всё сводилось к тому, что Торгос вернул прежние силы и готовится нанести человечеству, а в особенности тем, кто зовётся «героями», ответный удар.

Часть представителей тёмной гильдии Элизабет заперла и подвергла страшным пыткам, а остальных в назидание грехам казнила на городской площади. Обычным повешением дело в этот раз не обошлось. Каждого из них засунули по пояс в бочку с жуками, которые медленно, но с аппетитом поедали человеческую плоть. Целых два часа их крики и стоны разносились по городу и радовали слух родителей, что потеряли своих чад.

Как и обещала, авантюристов, что принимали участие в рейде, Элизабет наградила сполна. Каждому даровала осколок души, сорок тысяч алов и возможность бесплатно покрыть рунами один предмет. После небольшого разговора с Кристофером Олдраком Клифу и Нибору были дарованы комплекты гвардейской брони. Все предметы из комплекта были двадцатого уровня, что сделало авантюристов значительно сильнее. Однако Элизабет была достаточно умна, чтобы затребовать от них обязательное выполнение одного задания в неделю от гвардейцев. Разумеется, о награде в таком задании не было и речи.

Получены предметы:

Капюшон праведника +10 к магической силе.

Нагрудник праведника +5 к живучести, +5 к стойкости.

Штаны праведника +10 к энергии.

Сапоги праведника +10 к энергии.

Кушак праведника +5 к живучести, +5 к стойкости.

Наручи праведника +10 % к урону.

Плащ праведника +10 к стойкости.

Весь комплект состоял из редких кожаных предметов двадцатого уровня, каждый из которых забирал по 1 % от скорости и давал +100 защите определённой части тела.

«Вот теперь можно драться с Балл Веем, – Нибор с радостью принял дар и согласился на условие Элизабет. – Жаль, что за подобные действия тут отправляют на плаху».

Сравнив свои предметы с полученными, он заменил всё, за исключением перчаток двадцать первого уровня, те давали +4 % к удаче, +7 % к скорости и штанов двадцать четвертого уровня с бонусами +10 к живучести, +4 к стойкости. Теперь Нибор ощущал явное развитие. У него было 6 300 очков здоровья, 1 400 очков маны и 590 урона от удара меча. Удача и скорость остались прежними, а вот стойкость возросла до 39 %. Теперь мало кто сможет пустить ему кровь или нанести серьёзное увечье. После церемонии награждения Нибор как бы невзначай наткнулся на Агату и шёпотом на ухо назначил ей встречу в чайной лавке.

* * *

До назначенной встречи оставалось ещё несколько часов, поэтому Нибор решил заглянуть в местный зверинец. Внутри здания с высокими потолками было множество накрытых тканью клеток, из которых доносились рык, скрежет когтей, ржание и аканье. Авантюристы часто заходили сюда, чтобы приобрести ездовое животное или снаряжение для него. Высокий мужчина по имени Гошгар погладил по боку большую ящерицу с пёстрым окрасом, как у попугая, скормил ей крупную курицу и завёл обратно в клетку.

– Приветствую вас в моём скромном зверинце, – учтиво поклонился Гошгар. Он был торговцем и опытным дрессировщиком различных диковин.

– Так уж скромном, – Нибор сразу дал понять, что лесть и учтивость на него не подействуют. – Снаружи висит вывеска, утверждающая, что это лучший зверинец Патрия.

– Не могу с ней не согласиться. Что привело вас ко мне? – поинтересовался Гошгар. – А я вас знаю, вы один из тех новичков, что прошли излом времени на кошмарном уровне сложности. Желаете приобрести ездовое животное или боевого питомца? Могу посоветовать несколько редких экземпляров.

– Пока хватит и информации, – Нибор достал из инвентаря чёрное яйцо размером чуть больше человеческой головы и передал его Гошгару. – Хочу узнать, кто его снёс и что в итоге вылупится.

– Давайте-ка посмотрим, – дрессировщик аккуратно взял яйцо и положил его в пух на столе.