- -
- 100%
- +
Как и всё в сверхобществе, книга – эволюционно законченный продукт духовности, не нуждавшийся более в развитии и совершенствовании.
***
«Как оформить хаос мыслей в идею? Неужели искусственный отбор приводит к невозможности генерировать идеи? А может, это отсутствие трудностей виновато, а не генетическое предопределение? Для мозговых процессов нужно преодоление, как движение мышцам. С чего же начать? Трудности недоступны – утерян даже навык ручного письма и способность к самостоятельному выбору без помощи ГКП.
Начать излагать, сковывать в серые словоформы безбрежные течения мыслительных процессов, чтобы не запускать, не застаивать до неприятного запаха их воды в обводных каналах совести? Или изолгать правду, притаиться за бытом, исстрачивать себя в поздравлениях друзьям, заполнять собою Тайм-Трэк, дробясь по обязательным пунктам? Нет, нет. Для отрождения скованных ленью чувств нужно новое, неповторенное и неповторяемое. Да, да, избегать повторения, копирования, клонирования – вот…»
С сумерками из специальной кроватной ниши выползла кровать и привычно заманила ко сну обещаниями мягкой нежности податливого одеяла, притягательной упругостью стана-матраса, лёгкой рябью простыни под дуновением невидимой заботы – нет, она, как идеальная жена, не способна причинять страдания. «Тело не запомнит хлопчатобумажные ласки, система кондиционирования подавит природу, и ты пропадешь в бесконтрастной пустоте». Элз старался заново понять предоставленное ему ложе. В нём что-то не так, не так как, вчера. Постельное белье цвело и благоухало привычно, заученно с детства или даже генетически, чтобы не возбуждать циркуляции смятения в усталом духе – нет, все повторяет вчера. «Наверное, это всё-таки я, я не продолжил себя вчерашнего, сбился на рефлексию. Пасть, скрыться, лечь на полу? – беспорядочные метания раненого – они всё равно изловят поле быстрого сна». Он знал: сегодня будут записывать сны и надо вытеснить переживания чем-то привычным и безопасным.
Сны пользователей писались ежедневно, но без оснований не подвергались обработке. Основания были, и он, пользователь N1685668, сам их навлёк, когда ввязал универсальных друзей в спор – симптом отклонения пользователя от нормы. Он подверг себя подозрению, и любой из трёх мог просигнализировать о его неблагонадежности в ГКП привычным скольжением пальца по экрану гаджета, а БАН-отдел всегда готов его подхватить.
***
БАН-отдел, или отдел Бесконтактного анализа надежности, слыл оформленной бюрократической организацией, грозящей и независимой от чьей-либо воли и интересов, с которой пользователи никогда физически не сталкивались, но о которой помнили все. Никто не знал, как она зародилась и что ею движет. В её функции вменялось отслеживание отклонений от нормального поведения и принятие мер по его нормализации. Кодекс нормального поведения пользователя принимался каждым через торжественную процедуру и подразумевал своё неукоснительное соблюдение. Используя информацию Тайм-Трэка, а также собственных устройств бесконтактной записи снов и томографии головного мозга, БАН-отдел принимал решения об отстранении пользователей от ведения обычной жизни и их локализации на полезных работах – добыче ископаемых ресурсов.
***
«Хочу ли я непременно снискать полезность у общества ввиду явной бесполезности сетки на сковороды для предотвращения чрезмерного распространения масла, которую я изобрёл? Хочу ли я участвовать в добыче ископаемых благ, лишая благ себя?».
Иф качнула общий воздух привычным запахом и доступностью своего тела, проскользнувшими по границам чувствительности обоняния. Элз легко замешался смешением ингредиентов, осуществлённых парфюмерным принтером по заказу Иф. Это безусловный сигнал к межполовому контакту – он обменяет желание на бесстрастный покой, который уже невозможно преодолеть до следующей порции. «Все повторяется так часто, что эмоции не успевают перезарядиться и страсть увядает. Что было, то будет и повторится в копиях».
«Но оценит ли, поймёт ли меня моя милая Фор, если я и во сне отдамся борьбе, порицанию? Фор! Ты всегда меня выручала, обеззараживая мои сны. Вы с Иф словно близнецы, но мой первый взгляд притянуло именно к тебе. Эгоистичный чёрный, монолитный цвет твоих рассыпчатых волос поглощает волны всех моих желаний, не отдавая, не отпуская их в бесконечность. Да, наверное, так притягиваются противоположности, так увлекает неизвестность, так чёрные дыры съедают свет, но я не смею сопротивляться, я не буду мешать желаниям, что каждодневно порождает моё мужское существо».
Сон Элз
Светлое пространство, заполненное стульями и столами; их ножки, приставленные, сваленные, разъехавшиеся танковым ежом, имеют свою жизнь, интересы. Свет льёт отовсюду, подтапливая лица. Как и зачем я тут оказался? Скользкий глянец пола, взгляд, боясь поскользнуться, ищет опоры, беспорядочно хватая предметы. «Зачем вы все собрались здесь?» – кричу. Не слышу себя – крикнул ли, сказал, прошептал? Дымка света быстро разъезжается, как заспанная простыня, расчехляя гоготание птичьего базара, клюющего в кровь обнаженные перепонки – я вижу, не слышу его. Все на одно и то же лицо, в масках, в масках Соответствия. «Да вы же все одинаковые!» – безрезультатно.
Чёрное пятно в углу держит спину математически правильно. Узнал! Это она, она! Фор! Торжественно несу дежурное кофе в пивной кружке со льдом и сколиозной трубочкой для медленного питья, сосредоточенно ищу себе угол. Она обозначает себя напряжением тела, мгновенно подправленной чёлкой. Газовый пеньюар, что на ней, чуть спадает со знакомых плеч – мне понятна свобода тела под ним. Подойти, присесть? «Какое чудесное утро? Разрешите разделить его с вами». Спотыкаюсь обо что-то живое и крупное, падаю. Иф?
Достигаю угла – забиваюсь-упираюсь глазами в препятствие стены, мерно подтягиваю к себе воду, отрывисто смотрю в Фор. Подойти? Прикрыть тыльную сторону её ладони своей – ведь это единственное, чего я хочу здесь и сейчас. Нет, не могу. Что-то мешает. Вода убывает, не прибавляя сил, оседая грузом в ногах. Ещё попытка – кто-то упёр себя в мои плечи. Иф?
Пустая белизна кафе с большой серостью принтера в глубине у стены с нарывом вспухшей от зуда красной кнопки. Выбираю Фор из списка желаемых наполнителей помещения. Количество копий? Одна. Одна? Хватит ли? Нажимай, жми!
Ну вот, снова она спиной к восприятию, влекуще обнажена, увлажнена бликующим маслом. Мы одни, я в рыцарских латах с трепещущим подносом и бесценным кофе ищу место, спотыкаюсь, падаю… Касание железа с кафельной безупречностью, наступающий скрежет по трассам нервного волокна и осознание отсутствия восклицаний толпы. Где вы, совесть общества – зеваки и зрители?
Пью чай в противоположном углу. Её формы искривлены до критической неизбежности – изнываю не глядя. Манит ладонью. Она ли? Она! Фор! Срываюсь порывом, хватаюсь губами за бархат её кожи, соскальзываю в глубины порока. Хохот, пальцы-указки вдруг наполнившейся залы распаляют, разгоняют страсть, загоняя меня в неизбежность. Формы гипертрофируются, сжимая, захватывая мою нерешительность. Я готов, уже близко…
***
– Он сам прислал это?
– Результат обработки специализированного компьютерного модуля ГКП. Стандартная операция: дискретизация сна на основе эголингвистического подхода с последующим интегральным нанизыванием на стрелу времени с сохранением аутентичных фигур речи.
– И?
– Пользователь N1685668 явно изменяет жене с женой своего универсального друга.
– Ха-ха-ха. Явно во сне? Только не разделяйте ни с кем этот искрометный вывод, я вас прошу. Не стоит быть столь наивным, N2025389, даже если это ваше первое задание. Наивность – свойство неразумного, блики глупости в свечении лжи, заблуждение, вызванное незнанием. Опасно тем, что даёт самые верные суждения в самый неподходящий момент. На первый взгляд – да, вы правы… но ГКП – великая программа! Она вмещает всю совокупность знания и осуществлённого опыта! Не надо лениться размышлять. Размышление – это поиск… И поймите: так делают девяносто пять процентов пользователей и это нормально.
– Нормально лениться?
– Нормально иметь любовников, чёрт! Любых, в явном и неявном виде. Да, это противоречит пользовательскому Соглашению. Но институт брака сохранен лишь затем, чтобы сдерживать численность пользователей в пределах двухсот-трехсот миллионов человек. Вам должно быть это известно. Иначе пришлось бы иметь дело с миллиардами. С миллиардами! Понимаете? Тайные вожделения, измены допускаются и даже провоцируются, поскольку сдерживают, создают условия нераспространения общинно-племенных отношений. Взгляните: рассматриваемый пользователь – блондин. Жена его – брюнетка. Ничего не замечаете?
– Коллеги! Мы удалились от темы конференции. У N1685668 были подозрения на странность, но они пока не подтвердились снами. Либо он чист, либо умеет программировать сны.
– Спасибо, N923458. Да, этот пользователь не так прост. N2025389, чем он полезен сверхобществу?
– Он проектирует специальные устройства для кухни и имеет патент на сетку против разбрызгивания масла.
– И он недоволен? Творческая работа, приносящая пользу, и даже с конкретным результатом. Об этом можно только мечтать в наше время. А отказ от принтеров, печатающих еду для домашних хозяйств, – несомненный плюс. Иначе пользователям женского пола нечем бы было занять своё свободное время.
– Простите, а можно ли научиться программировать сны? Мне казалось, жизнь духа не поддается структурированию извне.
– Программированию поддается всё. Самовнушение! Самовнушение…. Никаких технических ухищрений, понимаете? Просто небольшой промежуток времени перед сном думаешь в нужном направлении о каком-нибудь предмете – например, женщинах – концентрируешься, чем вытесняешь всё остальное. Старая религиозная техника – не искоренённый архетип сознания. Нам нужно продолжать наблюдение – он обязательно проявит себя. Что насчёт его универсальных друзей?
– Энд, N1693245 – нормальный пользователь. Никаких отклонений, служащий виртуального банка. Фор, N1694562, жена, брюнетка, работает на ресепшене в гостинице, также нормальна.
– Увлечения?
– Выезд на озеро в конце недели. Жарка мяса на углях. Фотография.
– Непорочная чистота, правило без исключений… Эта самая Фор и есть объект его вожделений?
– Несомненно, она.
– Понятно, понятно…. Так, и в чём же его странность?
– Обостренная тяга к поиску препятствий и их преодолению. Например, он хочет добывать дичь, создать литературное произведение в обход книгосозидающего модуля ГКП. Также наблюдаются: постоянные сомнения, ироничный тон изъяснения, критика сверхобщества, преобладание негативного психоэмоционального состояния над нормальным, проявляющееся в выборе тёмных оттенков при печати и…
– И чёрного цвета волос – понятно. Писатель? Какой-то анахронизм, хотя симптомы вполне типичны – всё начинается с охоты. Давно не встречал подобного… Он тянется к пользователю N1694562, в быту Фор – можно за это зацепиться. А? Что думаете, коллеги?
– Полагаться на женщин…
– Ну что? Что?! Известно – не рекомендуется. Провал эксперимента с эмансипацией, экономический коллапс двадцать первого века – помним, помним. Пришлось возвращать патриархат, отменять материальные деньги. Но они ответственны, исполнительны, если правильно на них воздействовать. Испуг, любовь, обещания лучшей жизни – известные козыри в игре мужчины и женщины. И вам, N2025389, придется ими воспользоваться.
– Но…
– Необходимо убедить Фор сотрудничать с нами – Элз потенциально опасен.
– Но…
– Что «но»? От «но» едет только лошадь. Все революции начинались с расслабленности и попустительства властей. Вы знаете, чем грозит революция в гомогенном обществе, каковым является наше сверхобщество? Существуют компьютерные модели… Один человек способен… Вовремя не погашенное возмущение подобного рода приведёт к хаосу и откату в развитии на пятьсот лет! Вам вновь придется освоить лошадь и ручное письмо. Готовы? Первое, за что они примутся, – сервера ГКП. Наш мир стоит на серверах! Спугнуть эту черепаху очень легко. И поверьте, она уйдёт и уйдёт быстро.
– Но не лучше послать его на реголитовые рудники? На Луне ещё не было ни одного побега, ни одного восстания.
– Хочется понаблюдать его в естественных условиях. Неужели любопытство уже полностью атрофировалось в этом лучшем из миров? Я так ещё жажду неизвестного. И верю: где-то, в толще этого мира, ещё остались непознанные поры.
– С созданием ГКП доля неизвестного ушла в пренебрежимо малую погрешность пять сотых процента. Ими интересуются только сумасшедшие или странные.
– Вы слишком прямолинейны, N923458. Для вас достаточно смочить крючок слюной. Да! Да, да, да. Вы правы, но лечить всё-таки интереснее, чем резать.
Глава 4 Порыв в никуда
«Ничто не может сдержать дни, плывущие мимо в потоке времени. Все попытки ухватиться за них памятью пресекаются однообразием жизни. Кто сплавляет эти брёвна? Я не могу остановить их багром мгновения».
Жизнь пользователей дробилась на дни. Дни расширялись количеством ускоренно и необратимо, набегая, съедая новые территории, подтачивая зубами прибоя гранит лет.
«Им по пути со Вселенной в стремлении разбавить изначальную пустоту собой».
Дни изымались временем, не закрепляясь в памяти, становясь невесомой последовательностью состояний, обречённых на перезапись следующими в очереди. Прошлого не было – было и будет только здесь и сейчас. Будущее – лишь то, что досталось, осталось от прошлого, нарастающий процент выполнения программы, подверженная моделированию и предсказанию данность. Его существо определялось длиной теломер, а значит, было измеримо и известно ГКП.
– Пластиковые, – Элз выдохнул больше, чем нужно и через ноздри, тем немного задерживая рвущееся обозначить себя раздражение – признак сосредоточенности, окрепшей от расправы с посылкой. Что-то будет в окрестности настоящего, не отраженное в ожидании.
– Пластиковые? Что пластиковое? У нас всё пластиковое, – занятый затылок отвечал рассеянно – Иф в косметическом автомате. Идеал должен ежедневно поддерживаться.
– Стрелы… – Элз нехотя кольнул в упругий идеал. Возвернётся и разверзнётся скандалом, сбрасывая брызгами оболочку?
Скандалы – малая погрешность межличностного взаимодействия пользователей, допускаемая сверхобществом.
– Элз!
– Иф! Я иду добывать дичь.
– Без меня!? – затылок сменился лицом, не законченным в косметическом плане.
– Без…
– Значит, уходишь к Фор! – Иф отключила хорошее настроение; меж тем как в красных узелках её глаз застенчиво набухала почка слезы, готовая перейти в истерический ливень и потопить в себе ясность восприятия. – Ты же, как все самцы, а я думала: особенный. Надеялась, верила…
– Я всего лишь на охоту, – Элз спешно возвёл плотину здравого смысла. – Между Фор и дичью есть очевидная разница.
– Ты всегда считал меня недалёкой. Разница?.. По-моему, всё одно: добыча и удовлетворение низких инстинктов, – лицо Иф дало течь. – То и другое нужно добыть, насладиться и бросить. Всё ради мига… – тон тонущего идеала – краски лица растекались в абстракции обиды.
– Миг – высший момент чувства, квантовый скачок на другой уровень бытия; точка притяжения будущих смыслов, траекторий жизни, наконец… – Элз подумал, что всплеск философии не похож на успокоительное, и смял конец растрепавшейся фразы.
– Ты о чём? – Иф немного прояснилась и бабочкой проветривала ресницы.
– О том, что нужно шагать, а лучше прыгать, потом снова шагать и снова прыгать.
– Поняла! Поняла! Я уступлю тебе свою беговую дорожку, велотренажер и батут. Или… вот что… Давай вместе, три раза в неделю. Заниматься. А? Только ты и я? – Элз не ожидал от Иф такой лёгкости.
– Ты, я и батут. Иф! Опомнись, – Элз сжал её плечи руками и произвел освежающее встряхивание в надежде разбавить заблуждение осевшими частицами разума.
***
В Соглашении пользователя пользователи соглашались использовать физкультуру как полезное средство утилизации излишних калорий и свободного времени, которые порождались извлечением удовольствия из пищи и не исстрачивались естественными путями. Параметры тела наблюдались индивидуальными гаджетами, программу занятий формировала ГКП. Три раза в неделю сила воли сочеталась с принуждением неравным браком и конвертировалась в пот и остаточную недееспособность при помощи средств-заменителей естественных состояний.
***
– Я не нуждаюсь в излишней мышечной массе как в цели и средстве, – выговаривая нечаянный манифест, Элз передвигал глаза по периметру сотокомнаты в надежде на зрителя; до столкновения с одиноко стоящим анатомическим креслом надеялся, но столкновение породило желание снять напряжение вертикали.
– Но одного таланта мало, – Иф говорила и водила губкой для слёз, соблюдая предписанные траектории.
– Если его сконцентрировать – достаточно, – кресло содержало известный своей нежностью силикон, тут же вступивший в тактильную связь с элементами Элз. Он задумался о положении – положение было удобным.
– Элз, ты…
– Иф, это кресло делает массаж вибрацией?
– Что?.. Нет… не знаю, я ни разу не пользовалась им. Все кресла делаю… Элз, зачем ты уходишь?..
– Наконец-то ты задалась вопросом «Зачем?». Теперь просто необходимо научить тебя отвечать на него: зачем ты напечатала это кресло?
– Зачем ты меня об этом спрашиваешь? Не понимаю… захотелось… Да потому что тебе наплевать на мои желания! Ни одного подарка! Одна сетка на сковородку за пять лет!
– Не одна…
– Не одна – есть ещё запасная.
– Ты забываешь…
– Нет! Это ты забыл обо мне!
Отношения накалились – сработала система экстренного тушения: потекла до того стойкая тушь, исходя книзу следящими ручьями. Руки Иф накрыли лицо присущей им непроницаемостью, лишая пожар доступа Элз. Пришлось думать абстрактно, наблюдая кончики пальцев, объятые красным пламенем лака.
«Во всём этом определенно есть что-то животное». Думая верно, Элз почесывал нос.
– Элз, прекрати чесаться и фыркать, как этот. Когда я плачу, ты превращаешься, прости, в животное… Охотиться будут на тебя… Кстати, в Тайм-Трэке нет проекта «Охота» – она будет противоправильна. Да, и почему ты не пишешь? Ты же хотел, рвался. Лучше пиши – я смирюсь.
– Не надо смирения – я же не время. Мне достаточно понимания… Не знаю с чего начать. Решил вот начать с убийства.
Далее шла пауза, тенью таившаяся за действием, сопровождавшая его неизбежным пятном. Не смыть, не уйти, не избежать, скрываясь за ускорением насыщения. Она идёт, преследуя после, поджидая зазевавшийся момент, занимая сейчас. А сейчас каждый приводил в порядок и соответствие то, что мог привести. Пауза приносила обновление нормального функционирования пользователей.
– Иф, ты никогда не задавалась вопросом: откуда берутся пользователи? В Соглашении мы согласились не поднимать этот вопрос даже наедине с собой, но всё же.
– О, Элз! Я не могу так быстро изменять… менять темы. Никогда не задумывалась. Этим занимается Центр планирования. Он проводит процедуру искусственного оплодотворения.
– Существует ли пользователепечатающий принтер? Печатают ли нас так же, как кружки, как кроссовки, как пиццу?
– Почему нет – сейчас печатают всё.
Некое событие прорвалось внезапностью своего свершения и обратило на себя внимание пользователей. Это МУИП испустил пульсирующий писк начала отложенной операции, вложенной кем-то до, чтобы повторяться в сейчас. Писк поколебал межпользовательские среды, среды раздражили чувства пользователей. Пользователи всколыхнулись – память вернула им установки на быт.
«Всевидящий незримый разум – я открою им на тебя глаза!» – так вскричал Элз в себе.
– Очередная вазочка. Каждый день по вазе, – это услышала Иф.
– По новой вазе, Элз, – Иф представила своё понимание и вернулась в косметический автомат. – Заполни Тайм-Трэк, милый, и готовься к обеду.
Милый… Идеал не мог быть разрушен, как нематериальное в своей сути, материальное в воплощении, находящееся вне воли воплощённого нечто, чьим носителем являлся каждый из них, из пользователей ГКП. «И ты однажды пришёл из чьего-то сознания, отделился от опыта, воплотился в управляющее, вневременное правило, что встало стеной, отгородившей нас от случайности свободы; сцепился с множеством частей, доказавших когда-то свою верность, чтобы уже никогда не быть изменённым. Бесконечно воспроизводишь сам себя, не замечая малых возмущений, не допуская больших. К чему ты стремишься? В чём твой итог?»
Элз иногда впадал в некое замкнутое состояние вопросов, подвергая себя продолжительной рефлексии, обволакивающей сотокомнату невидимой паутиной. На этой растянутой вязкости молчания свободный полёт Иф обычно прекращался залипанием крыльев. Элз был способен замыкаться в себе даже стоя – это он называл обновлением. Стояние сменялось необходимостью – инструкции должны выполняться.
Глава 5 Заполнение реальности
Бессолнечные дни шли усталой походкой. Будто сберегая силы для чего-то иного, бродили они по жизням, передвигая свои тучные шаги-часы в неизвестном походе, наматывая суточные круги. Шли, не подавая удовольствия созерцающим: нищим эмоциям – рабам безысходности, – поражённым безнадежностью и прочим не определившимся – всем странным, кто у окон толпил взгляды, мечты, чувства; тыкал лбы, пальцы, губы, решаясь, решал отойти и углубиться обратно.
Очередной мокрый странник-день ник к земле, не выдерживая наслоения серости на своих плечах, припадая дождём. Безучастные стёкла отбрасывали влагу технически, и, только проявляя симпатии к внешней среде, было возможно опознать его слёзы – мелкодисперсный дождь-изморось. Элз видел и знал, дышал на стекло, не оставляя следов внутри и вовне. Видел страдание дней, их замкнутость в круги суток и лет, повторяемость, вынужденность быть. «И за летним днём не наступит зимний, и весна не оборотится в осень. Что было, то будет и повторится в копиях».
В сотокомнате давление атмосферы содержалось в чистоте постоянства, отчего болезненные перепады не наступали. Головные боли, дистонии – не было ничего, что могло бы вывести из непрерывного состояния пользования. Элз выдохом сожаления отстранил дыхание от окна и принуждённым касанием вызвал Тайм-Трэк.
«В стародавние времена меня почли бы шаманом, а теперь я просто один из всех, без почёта и бубна».
Тайм-Трэк встрепенулся и обнял руку вторжения холодной синевой цифровой рутины.
«Не гниющий плод эволюции и развития, здравствуйте. Ну что ж, пожалуй, начнём, ибо возражений не было и не будет».
Возвращение сознания – 6:30;
«Зачем оно им? Кроме снов, как результата беспорядочного монтажа чувственного, ничего интересного. Всё, что лишено интереса, растворяется в прошлом изменчивой памятью. Но в случае… ладно».
Доведение до нормы (гигиенические операции) – 6:40 – 7:15;
«Значит, я в норме».
Поддержка естественного метаболизма путем потребления пищи:
Этап 1. Завтрак – 7:15…
«Завтрак, завтрак, завтрак. Так… А что было?… Хлопья? Нет… Мышиное молоко? Нет, мышиное молоко было вчера».
Тайм-Трэк не выдержал ожидания и замерцал протяжной настойчивостью женского голоса: «Пожалуйста, введите время и количество потребленных вами калорий. Введите… Введите…». Его высокие частоты пробивали терпение насквозь – голос необходимости всегда женский.
– Иф, я завтракал? Что-то не помню. Опять какая-нибудь экзотика вроде запечённых молодых еловых шишек под сиропом из карельской березы, от которых я отказался?
– Да… нет, не шишки… хотя у меня был сеанс потребления информации из ГКП. Как-то не обратила на тебя внимания.
– Всё одновременно и ничего в итоге! Прошу: не сочетай гаджеты и еду. Сколько раз повторять?!
«Пожалуйста, введите время и количество потребленных вами калорий. Введите… Введите…»
***
Двухчасовой сеанс потребления информации был обязателен для пользователей с момента заключения ими пользовательского Соглашения. Его время жестко не устанавливалось, но фиксировалось в Тайм-Трэке в постоянном поле, требующем внимания и отметки. Если знак проявления внимания – «v» – отсутствовал, то информация считалась не- потреблённой, то есть не обработанной пользователем, не зафиксированной аппаратом личной памяти, поэтому сеанс признавался несостоявшимся и должен быть повторён. Не информированный пользователь не мог признаваться нормальным.
Недопотребление информации приводило к различным межфункциональным расстройствам общественной значимости и полезности: отсутствию аппетита потребления, планов на конец недели, нарушениям коммуникации с универсальными друзьями (молчаливости, недорадости, недопониманию), ритма пользования и другим, реже встречающимся.
Информатизация пользователя осуществлялась в соответствии с его профилем определённой очерёдностью подачи и отсевом контента, не способного вызвать так называемый интерес – то, что обновляло и дополняло бы знакомые, а значит, не требующие дополнительных затрат энергии, остаточные впечатления, формировавшие индивидуальный профиль поведения пользователя (ИППП). Информационный контент набирался на основе рекламных сообщений, сменявших друг друга с периодичностью в три-пять минут. Он мог потребляться единовременно, а также частями вплоть до минимально возможной единицы информатизации пользователя – клипа. Соседние клипы сцеплялись в информатизирующий поток по принципу контрастности воспринимаемых составляющих: цвета, звука, смыслового наполнения; поток представлял собой дискретное множество – однажды запущенный клип должен быть потреблён целиком. Межклиповое пространство – паузы, промежутки, сочленения – временем не заполнялось и сводилось к минимуму.