Канцлер

– С формальностями покончено, контракт заключён. Поздравляю вас, Амунд Янович, – заблокировав и убрав в сумку планшет, на котором несколько минут назад мы подписали договор, я пожал руку главе администрации Хейердала.

Сопровождали меня на планету вооружённые до зубов Мальцев, Кирсанов, Сергеев и напросившийся с нами Фрунзе. Карл был без защитного костюма, зато с неизменной книгой и «Перуном» на плече. Спустившись вниз на скоростном лифте, я проводил ребят до автомобиля, который должен был доставить их в космопорт.

– Командир, а ты с нами разве не летишь? – удивился Кирсанов увидев, что сумка с планшетом из моих рук перекочевала в руки Лёши Мальцева.

– Нет, – помотал головой я. – У меня сегодня официальный выходной поэтому отдохну от вас, послоняюсь по городу. Посмотрю, как люди тут живут. Вернусь на Печорин завтра утром на корвете местного ополчения. Уже договорился.

– Я тоже не полечу, – удивил меня Фрунзе разглядывая проносящиеся мимо по дороге автомобили на настоящих колёсах. – Хочу в книжный зайти.

– Зачем? – спросил Сергеев падая на водительское сидение новенькой «Одессы» предоставленной нам администрацией колонии. – Скачай всё что тебе надо с «Имперского статута» у тебя же доступ есть.

– Нее, – смешно сморщил нос Карл, – хочу бумажную, чтобы обложка, страницы листать. – Я за настоящий хардкор!

Посмеялись и автомобиль с ребятами взвившись над стоянкой полетел над оживлёнными улицами города в сторону космопорта. На Хейердале всего два населённых пункта, но каких! Почти двести тысяч человек населения. Когда-то Лига Свободных миров планировала создать здесь транспортный хаб, даже высоток настроила, бизнес центр, да так всё и бросила.

– Командир, возьми. Мне без надобности, – сняв с плеча плазменную штурмовую винтовку Фрунзе протянул её мне. – Я прошвырнусь по букинистам, а потом к товарищу в гости забегу. Служили вместе в Пограничной страже.

Взглянув на оружие, я сунул руки в карман брюк.

– Ну уж нет, это не я попадаю в неприятности. Помнишь наше знакомство? Если что звони, а у меня Женькин «Сверчок» есть, – для наглядности я похлопал по автоматическому пистолету в кобуре на бедре. – Встретимся завтра утром в космопорте и полетим домой. Пока-пока!

Люди мимо меня пробегали по своим делам даже не взглянув. Прелести большого города. Тебя не замечают, на тебя всем плевать, и ты можешь побыть по-настоящему один в то же время никогда в одиночестве не оставаясь. Я прямо философ, как наш Репин. Где сейчас интересно Витольд служит? Видел его в последний раз на Гончарове, когда он только-только штабса получил.

Вот на парящих скейтах пронеслась стайка мальчишек, продефилировали девчонки в розово-голубых коротких гофрированных (по последней моде) платьицах, прошёл слепой старик, с роботом-поводырём, который осторожно поддерживал владельца за локоток.

Послонявшись по центру, заскочив в кулинарию, чтобы слопать пару пирожных со взбитыми сливками (мечта моего детства потому как на планете моей всё больше был песок, а не кондитерские изыски), посидел в парке возле искусственного озера с настоящими утками. Неожиданно что-то взгрустнулось. То ли из-за того, что Людмилу вспомнил, то ли нерождённого ребёнка.

Ещё немного понаблюдав как молодые мамашки с детишками кормили живых уточек бросая кусочки хлеба в воду, я встал со скамейки и по асфальтированной гладкой дорожке. не торопясь, направился к выходу из парка. Куда шёл не знал, просто наслаждался тем, что ничего не надо делать. Проголодаюсь – посещу одно из многочисленных кафе, устану – сниму номер в гостинице. Ещё только второй час дня. Времени полным-полно.

Прослушав новостной дайджест имперских новостей на огромном парящем экране, сейчас зависшим прямо напротив парковых ворот (Его Величество опять раскритиковал Сенат за медлительность и излишний бюрократизм), я решил пропустить мимо себя робота-уборщика, медленно ползущего по тротуару.

Вот тут-то ваш покорный слуга и почувствовал на себе пристальное внимание. Подняв голову, на другой стороне улицы, я встретился взглядом с высоким мужчиной в дорогом деловом фиолетовом костюме, с тёмно-красным галстуком и в остроносых ботинках. Волосы выкрашены в зелёный цвет, рот с тонкими губами (мама всегда говорила мне что люди с тонкими губами злые) до ушей. Незнакомец открыто и беспардонно пялился на меня словно я диковинка какая-то.

В общем как вы поняли мне этот гоблин в фиолетовом пиджаке совсем не понравился. Видно я ему тоже потому что, перестав по-дурацки скалится он, распахнув пиджак выудил из-под него пистолет-пулемёт «Скорпион» и прижав приклад к плечу выпустил в меня короткую очередь. Тут же из подворотни позади него выскочило трое вооружённых парней в коротких чёрных куртках и тяжёлых ботинках на толстой подошве. На лицах архаровцев были тактические визоры иностранного производства.

Вырвав из кобуры пистолет, я от бедра всадил короткую очередь в нападающего справа (Ну а что? Баранов называл это стрелять по-ковбойски, и мы на тренировках на спор палили друг в друга резиновыми пулями). Взмахнув руками, противник упал на спину продолжая жать на спусковой крючок пистолета-пулемёта. Пули хлестнули по проезжей части угодив в опускающийся на стоянку семейный «Тото», который тут же рухнув на бок заверещал сигнализацией. Слава богу никто не пострадал, выскочившая из салона молодая пара тут же бросилась в ближайший подъезд.

Оставшиеся убийцы открыли огонь по мне. Совершив длинный прыжок вперёд, я оказался под прикрытием робота-уборщика. Пули часто цокали по корпусу машины. Получив ряд пробоин тот сначала пытался двигаться, а потом зашипев и задымившись опустился на тротуар разбрасывая вокруг искры.

Вытянувшись вдоль робота на боку, я на мгновение высунул часть головы и правую руку из-за укрытия и поймав в прицел ещё одного типа с визором на лице отправил ему в плечо пару пуль.

– Дьявол! – раздалось в ответ на приличном имперском (хоть лёгкий акцент и имел место), но стрельба на время прекратилась так как противник предпринял разумную попытку обойти меня с разных сторон.

Воспользовавшись заминкой и понимая, что нужно «рвать когти», а то зажмут в тиски и поминая как звали, я рванул за угол ближайшего дома не глядя выпустив остаток магазина в сторону своих противников.

«Хреновая реклама для ЧВК. Директор Бестужев бегает по городу спасаясь от таинственных убийц. Да? Вот и я так же думал, меняя пустой магазин на полный и передвигая флажок предохранителя на стрельбу одиночными. На крейсерской скорости рванул сначала мимо ограды парка, спрятаться внутри там было нереально (вся природная зона размером со стадион), а потом нырнул в чистенький переулок с новенькими четырёхэтажками. Прямо позади на дорогу опустилась легковушка из которой выскочило ещё пара стрелков. «А вот фиг вам!»

Резко развернувшись, я встал на колено и как недавно на полигоне расстрелял вражеское подкрепление, потом добежал до трупов (трупов-трупов, вы сомневались?) схватил один из пистолетов-пулемётов, а из второго вырвал неиспользованный магазин. Пули снова зацокали за спиной и лодыжку обожгло огнём.

Не снижая темп бега, я ещё дважды следовал причудливым изгибам переулка понимая, что он плавно подымается вверх.

Вжих! – слева прямо на дом плавно сел ховербайк и его водитель, даже не сняв мотошлем открыл по мне огонь. Прыгнув щучкой, я скрылся за тумбой с электронными газетами. Когда стекло посыпалось мне на голову и за шиворот, сжал зубы и привстав расстрелял противника.

Рядом кто-то громко сглотнул и повернув голову в десяти шагах от себя я увидел замершую на лавочке девушку с рыжими вьющимися волосами. В руке её было надкушенное яблочко. Завизжав от страха конопатая бросилась бежать вниз по лестнице в сторону набережной (беги-беги, главное подальше и побыстрее!), а я продолжил подъём наверх снова слыша позади топот ног.

Сменив магазин в трофейном «Смоки» (дерьмовая машинка, но кучность отличная), я по лестнице заскочил на железнодорожный мост перекинутый над рельсами скоростного поезда. Только тогда и сообразил, что попал в ловушку. Позади, во главе с несущемся вперёд шутом вырядившимся Джокером, меня догоняло сразу трое противников (парочка даже лёгкие защитные костюмы на себя нацепила), а впереди огонь по мне открыла ещё двое. Стреляли прицельно по голове и в грудь, а это указывало на то что в плен брать не собирались.

«Они вели меня с самого начала и заманили туда куда хотели», – лихорадочно соображал я сумев всё-таки застрелить ещё одного убийцу. Пуля угодила ему прямо в лоб разломав визор надвое.

Тыдын-тыдын-тыдын-тыдын! – неожиданно мост под ногами завибрировал и по рельсам помчался поезд. То есть он в начале мчался, а потом делая поворот начала резко снижать скорость. Чего тут думать? Это был мой единственный шанс. Расстреляв остаток патронов из «Смоки» (кажется мне удалось ранить в ногу Джокера) я перепрыгнул через перила и рухнул на крышу скоростного поезда. «Ничего себе выходной у вас Алексей Александрович!»

Нет, конечно если бы он нёсся на максимальной скорости меня бы по крыше размазало, а так ничего, только коленки ударил. Вцепившись одной рукой в ребристую поверхность крыши, а другой крепко удерживая «Сверчок», в котором осталось четырнадцать патронов, я пополз вперёд.

Сразу двое убийц, по приказу корчившегося от боли придурка в фиолетовом пиджаке (Достал! Всё-таки достал!), сигануло на проезжающий внизу вагон. Первый слетел на землю и затих (по-моему, даже хруст был слышен), а второй распластавшись как лягушка удержался. Правда автомат потерял и потянул из кобуры под мышкой пистолет.

БАМ! БАМ! БАМ! – прицелившись я трижды выстрел, но в этот момент поезд дёрнулся и пули высекли искры справа от цели.

Вот же невезуха! Противник выстрелил в ответ буквально срезав с руки личный коммуникатор. Так мы сделали ещё пару выстрелов друг в друга, а потом я всё-таки собравшись сумел поразить цель. Последняя пуля клюнула стрелка в плечо, и он кубарем полетел вниз, взрезавшись в металлическую ограду у рельсов.

Поезд ещё раз повернул и впереди замаячил простор. Повеяло полевыми цветами и лесом. Всё это прекрасно, но для меня это означало, что транспорт пора менять. Разогнавшийся скоростной поезд для безбилетника – верная смерть. Дождавшись очередного поворота, а значит и нового снижения скорости, я каким-то чудом скатившись вниз приземлился на какие-то мешки с песком. Тоже не сахар, но и не бетонный пол. Правда поясница то ли скрипнула, то ли хрустнула.

«Вот же я дурак! Надо было брать предложенный Карлом «Перун», – думал я, на бегу и пряча бесполезное оружие в кобуру.

Гравий под ногами, деактивированная вереница роботов-обходчиков и ремонтников, какие-то одноэтажные склады, новенькая ещё не помеченная голубями цистерна с водой, а вон и ворота.

Хромая я направился к блестевшим серой антикоррозийной краской створкам, когда прямо с неба разбивая в песок камни ударила очередь из ручного пулемёта.

Приплыли! Бежать было бесполезно, и я забился под днище роботизированного грузовика со снятым двигателем. Сверху снова ударила очередь, пули скрежетали по металлу, но меня не достали. Пусть спускаются, а тут я их зубами грызть буду. Вот когда я пожалел, что не следовал примеру Лексина и Баранова везде таскать с собой нож. Надо помаленьку выдавливать из себя «только пилота». Помощи ждать было неоткуда, да ещё и волнение за Фрунзе сжимало сердце.

Убийцы действительно сели, распахнули двери и… дальнейшее, меня в общем-то не впечатлительного человека, впечатлило до печёнок. О чём я?

Представьте себе под озорные звуки «Полёта шмеля» Римского-Корсакова сверху с грохотом, подняв в воздух облако гравия и мелких пластмассовых осколков, рухнул тёмно-красный «Курган» с треугольными фарами. Да так ловко, что расплющил обоих пулемётчиков. Вот только что небо было чистое и вдруг он.

Из спасшей меня машины, в облаке пара из пробитого радиатора, удерживая в руках два стаканчика кофе (вот клянусь, что не лгу) вылез среднего роста, худой, скуластый мужчина лет тридцати пяти без мочки на левом ухе. Подойдя ленивой походкой к торчащему по пояс из-под бутерброда намертво сцепившихся от столкновения машин, но ещё живому пулемётчику (бедняга тянулся к валявшемуся рядом оружию) незнакомец раскрыл забрало его шлема и подмигнув мне, вылил кофе внутрь. Чтобы не слушать вопли мой спаситель закрыл шлем и отфутболив в сторону пулемёт подошёл ко мне как ни в чём не бывало, протягивая второй стаканчик герметично закрытого кофе. Что интересно это был мой любимый «Пилотский с коньяком».

От иллюзорности происходящего у меня даже правый глаз задёргался.

– Ты кто такой? – подозрительно спросил я разглядывая дымящийся стаканчик кофе в руке.

– Я-то? – мой спаситель почесал в затылке и обаятельно, по-мальчишески улыбнулся. – Лямкин, Миша.

Дёргавшийся на земле убийца окончательно затих.

– Ты что движок машины в полёте выключил чтобы свалится на них?

– Ага! – азартно потряс сжатыми кулаками протеже Знаменской (мне даже показалось он от гордости содеянного подпрыгнул) – Классно же вышло?!

– Ты чего больной?

25. Парам-пам-пам!

Вы бы видели как Бестужев посадил на землю автомобиль Ольсена. Залюбуешься! Тяжёлая «Неясыть» просто смяла капот шикарного лимузина вместе с двигателем рухнув на него сверху. Ну а чего? Всё правильно, он же один знал место и время подписания договора между ЧВК и администрацией Хейердала.

Уже спустя сутки большая часть беннингсенцев была на планете. Заодно и в перебрасывании сил на приличные расстояния потренировались. Мы то с Лексиным занимались с новобранцами на полигоне, разбирали тактику действий при штурме и зачистке помещений, когда прибежала Бородина.

– Мальчики, на Бестужева было покушение! Код тревоги красный! Вроде, тьфу-тьфу, жив-здоров.

И понеслась! Я будто снова корсарил. Скупая мужская слеза даже по щеке потекла. Да и ребята подобрались все как на подбор. Помимо миляги, Мальцева, которого я ещё по Академии на Жукове и драке с носорогами в «Холодной войне» знал, крепко скорешился я с Лексиным – мужиком опытным и мудрым, а ещё… а ещё очень мне нравились Кирсанов с Сергеевым – двое из ларца, пулемётчики от бога. Взгляну на них и Степана Петровича Неприведибеду вспоминаю. Пусть земля ему будет пухом. Опять же Фрунзе с Зиновьевым тоже были классными снайперами, каждый по-своему удивлял, но об этом потом, некогда.

В общем запрыгнули в «Вороны», парам-пам-пам и мы здесь.

* * *

Водителя, секретаршу (блондинку с надутыми губами от которой тем не менее приятно пахло дорогими духами) и телохранителя, положили мордой в землю, пукалку его пластиковую, Мамонтов пополам сломал. Только после этого за ногу из салона вытянули трепыхавшегося Ольсена. Наверное, им было страшно. Мне бы точно было страшно если бы твой лимузин только что превратил в груду металла современный орбитальный истребитель, а штурмовые винтовки на тебя наставила дюжина бойцов в КПУЗДах.

«Неясыть» крутанулась в воздухе на месте, повернувшись задней частью (избушка, избушка, повернись к лесу передом, а ко мне задом), створка грузового люка чуть приоткрылась и с трёхметровой высоты на асфальт спрыгнув приземлился Алексей Александрович. Забрало раскрыто, в руке зобунский «Сверчок». Давно я Бестужева таким злым не видел. Он вообще-то мужик хладнокровный. Кхм, исключая последнюю историю с Калбазовым. Хотя это вообще не моё дело… но скажу вам между нами, по секруту (вы же никому, да?) я бы этого гада просто пристрелил.

Ствол автоматического пистолета врезался в челюсть Ольсена да так, что тот застонал от боли.

– АЙ!

– Шутить со мной изволите, Амунд Янович? – пользуясь возможностями защитного костюма господин подполковник поднял чиновника за шкирку встряхнув в руке как пыльный коврик. По-моему, это произвело на Ольсена даже большее впечатление чем угроза оружием.

«Блииин, улетел, а коврики в ванной и в коридоре так и не выхлопал, – некстати вспомнил я. Ольга мне это потом обязательно припомнит. Прости любимая, зато я с денежками вернусь».

Мужичонка тут же покраснел, потом побелел и инфа из него полилась как из рога изобилия полезные плюшки. Сам себя выдал, дурачок.

– Алексей Александрович, я к покушению на вас не имею никакого отношения… почти, честно-четно. Меня просто конфиденциально попросили уточнить дату, когда вы прибудете на планету для заключения договора.

– Для чего? – снова встряхнул Ольсена командир видать, чтобы поток не иссякал.

– Мне пояснили, что хотят провести с вами переговоры! Заверили, что они будут очень-очень выгодными для вас лично и вашего ЧВК! Я ни в чём не виноват, – тут у главы администрации Хейердала из глаз натурально брызнули слёзы. – За этих людей поручился очень авторитетный человек!

– Кто?

– Пьер Атталь! Крупный промышленник и делец! Он в нашу планету, её экономику, уже десять лет огромные средства вкладывает!

Пальцем, увенчанным печаткой с большим красным камнем, Ольсен указал на громаду фабрики слева.

– Завод видите? Принадлежит ему! И это только один из многих!

Не опуская чиновника на землю Бестужев взглянул на чудо промышленного производства над которым барражировали грузовые автоматически баржи и снова повернулся к допрашиваемому.

– А тот кто просил информацию обо мне как выглядел?

– Он назвался Мехметом Шехзади. Но на османа совсем не похож. У меня запись сохранилась! Опустите меня пожалуйста на землю я покажу.

«Ну слава богу, побеспокоили уважаемого человека не зря», – ухмыльнулся я, а потом сел на корточки рядом с секретаршей и шёпотом произнёс:

– Девушка! Де-ву-шка!

– А? – испуганно повернулась ко мне блондинка всё ещё держа руки на затылке.

– А не подскажете что за духи у вас? Просто моя супруга подобные ароматы очень уважает.

* * *

Кукушка эта (вот интересно в жизни она молодая, симпатичная?) через Знаменскую и Атталя, и Шехзади проверила. Первый давно шестерил на Конфедерацию, а второй для Блистатеьной порты старался. В общем им обоим наш договор с администрации колонии был как кость в горле. Алексей Александрович ещё про какого-то клоуна спрашивал, но тут Мария Николаевна помочь не смогла.

Не тратя понапрасну время, мы бросились в погоню сначала за пытавшемся улизнуть с планеты промышленником. Космопорт в столице наши парни контролировали полностью и через него ему прошмыгнуть точно бы не удалось. Что этот гад удумал? Сел на собственный скоростной поезд и рванул на Старый космодром на экваторе. Мы понятно за ним на «Неясыти» и двух «Воронах». С ветерком!

– Вот он! – показал пальцем в раскрытый боковой люк на несущийся внизу по пыльной равнине состав Горелов (говорить из-за гула двигателей десантного корабля было сложно, и мы пользовались внутренней связью). – Сканер показывает, что цель в первом вагоне. Мы будем прыгать в последний. Зачистим весь состав с четвёртого по первый.

– Классика значит! – заправляя ленту в пулемёт буркнул Сергеев.

– Так, а вы куда собрались? – строго посмотрел наш айболит на Кирсанова и Сергеева.

– Вниз, – честно ответил Кирсанов.

– Размечтались! Туда пойду я, Лексин, Павел, Мамонтов, Никитский и Бородина.

– А мы что тут штаны протирать будем? – обиженно, ну как ребёнок, надул губы Коля Сергеев.

– Разговорчики! – не преминул включить командира Горелов. – Вы с Кирсановым будете открывать огонь по команде. Мы снизу отмечаем цели, синхронизируем, вы расчищаете нам путь.

– Понятно?

– ТАК ТОЧНО! – с известной долей сарказма, сделав вид, что о другом и не мечтали гаркнули парни.

«Ворон» начал снижение и нам всем пришлось схватиться за поручни, располагавшиеся над головой.

– А как в вагон попадём? – спросил я капитана, постукивающего подошвой левой ноги по полу. То ли протезированная нога болела, то ли ещё что, но на тренировках я хромающего Лексиным ещё ни разу не видел.

– Сейчас увидишь! – подмигнул мне капитан. – Мастер-класс от нашего аса.

А посмотреть и правда было на что. Поравнявшись с последним вагоном несущегося со скоростью семьсот километров в час состава, «Неясыть», управляемая Бестужевым, с ювелирной точностью вырезала прямоугольное отверстие в его металлической стене при помощи недавно установленной лазерной пушки.

Один за другим мы сиганули в проделанную для нас дыру. Я предпочёл прыгать последним, чтобы подстраховать Бородину. Об этом меня несколькими минутами ранее в текстовом сообщении попросил командир, всё же у нас опыта работы в КПУЗДах было намного больше.

В краткое мгновение прыжка больше напоминавшее полёт, я вспомнил наши последнюю семейную поездку на курорт. Вот почти на таком же поезде. Пацаны так радовались…

Сразу же после приземления мы попали под обстрел. Динамическая броня «лисят» отразила большую часть пуль и несколько выстрелов плазмы, но надрывавшийся ИИ практически молил отключить комплекс АДБ. В таком узком помещении, внутри металлического объекта от него было больше вреда чем пользы. Рассчитать сенсорами траекторию каждой угрозы, вычислить момент отражения, побочные угрозы типа рикошета… всё это жёстко перегружало операционную систему. К тому же сама по себе броня у КПУЗДОВ была весьма надёжной. Сжалившись над искусственным интеллектом, я вступил в бой по-старинке.

Первый магазин расстрелял почти не останавливаясь. «Ливень» пробивал почти все препятствия на своём пути ища живую цель. А внутри чего только не было. Какие-то ящики, чемоданы, картины у стены, статуи, даже вешалки с одеждой на колёсиках.

– Атталь что с собой всё барахло прихватил? – озвучил мои мысли Мягкий сбивая с ног точным выстрелом одного из охранников промышленника. Тот получив заряд в спину врезался головой в борт вагона так что сумел помять его.

– Богато у них с охраной, – сквозь зубы бросил я, прижимаясь к стенке вагона.

Нам противостояло не менее двух десятков опытных бойцов облачённых в корпоративные «Доги». Это конечно не армейские защитные костюмы с сервоприводами, пневмомоторами и джамперами, но в гражданском секторе самый надёжный аксессуар. Броня этих игрушек была вязкая и неплохо принимала в себя по пять шесть точных выстрелов сохраняя жизнь человеку находящемуся внутри.

Спросите почему я назвал наших противников опытными бойцами? Дело в том, что стреляли по нам исключительно из мощных пистолетов-пулемётов и крупнокалиберных дробовиков тем самым создавая сумасшедшую плотность огня на квадратный метр. Очевидно, что директор охраны Атталя был человеком видавшим виды. А ещё у атаковавших нас были щиты. Прочность которых я решил тут же проверить. Оставаться здесь нам смерти подобно. Нужно двигаться.

Распластавшись по полу и воспользовавшись тем, что ребята наконец-то пристрелялись по целям, я врубил джамперы рванув вперёд. Красочку конечно на костюмчике поцарапал, зато ведя огонь по проносящимся мимо охранникам уложил стразу троих. Скольжение моё закончилось, когда на пути у меня встал заслонившийся бронещитом противник с эмблемой золотого солнца на груди. Используя пневмоприводы, я развернулся к нему ногами вперёд, снова врубил джамперы на ходу разнося его защиту к чёртовой матери. С расстояния в пару метров пули «Ливня» прошивали щит как картон врезаясь в броню. Уже с третьего выстрела я разнёс шлем напоминающий собачью голову.

– Паша, не делай так больше, ты же знаешь у меня сердце больное! – Горелов буквально за шкирку затащил меня за груду ящиков, продолжая вести огонь по цели впереди.

Тем не менее мой манёвр и хрупкость щитов заставили противников отступить в соседний вагон. Там было почти пусто и видоискатель шлема теперь безошибочно отмечал ведущих по нам огонь противников, одного за одним превращая белые контуры квадратиков в красные. Ещё пару секунд и данные с наших шлемов были проанализированы, синхронизированы ИИ и скомпонованы на командирском планшете Лексина.

– Демон, Сатурн – это Лютер, – ожила внутренняя связь. – Цели отмечены. Открывайте огонь!

– Лютер это Демон. Цели видим ясно. Вас тоже. Не бойтесь не зацепим. Работаем!

Пара стрелявших в унисон пулемётов смела часть противников как метлой, других заставила распластаться по полу. Ребята стреляли из люка несущегося за скоростным поездом десантного корабля, казалось так будто просто обустроились на удобной позиции.

Вжимаясь в пол, я думал о том, что если выберусь позвоню Оленьке. Скажу сам во всём виноват. Потому что олень, нет баран. Посмеёмся вместе. Соскучился сильно.

По приказу капитана мы тут же пошли в атаку. Одна из пуль проскользнула по моей груди оставив длинную глубокую царапину, но и только. Я, Эскулап, Лютер и Мягкий двигались вперёд ведя постоянный огонь. Жанна Дарк и Медведь прикрывали нас одиночными выстрелами добивая раненых. Это только так говорится «двигались вперёд ведя постоянный огонь» вы знаете сколько часов тренировки нужно убить, чтобы вот так слаженно вместе действовать? То-то и оно, что много! А ещё нужно не зассать, потому что по тебе лупят прямой наводкой и тут либо ты, либо тебя. Светка у нас красавица просто. Валькирия!