Забытые

– Электрическая защита снята, – тут же отчитался бывший десантник. – Заходим внутрь.

Двое людей Блинова остались возле входа, третий – верзила с рисунком на шлеме, изображающим улыбающегося кита, выпускающего струю воды, последовал за нами в помещение.

Открыв металлическую дверь специальным ключом, я сразу понял, что чинить здесь нечего. С потолка и стен свисали разноцветные куски чего-то похожего на паутину. Нет! Скорее это напоминало пещеру, обросшую сталактитами и сталагмитами. На полу деформированной кучей замерло то, что когда-то было генератором.

– Это как же так? – удивился я, собираясь почесать затылок, но пальцы в перчатке коснулись гладкой поверхности боевого шлема.

– Нагрели. Здесь же один металл и пластмасса, – констатировал Блинов, ткнув кончиком носка матово-серую массу под ногами. – Остыла уже. А вот и место нагрева. Видишь пятно на стене? Действовали снаружи.

– Вижу, – я шумно сглотнул, представив себе, как тут всё словно на сковороде кипело, капало и сочилось. – Страшно даже представить инструмент, с помощью которого это сделали. Думаю, огромной газовой горелки у них точно в наличии нет.

– Уходим. Первый, я Второй, генераторная уничтожена. Ремонт невозможен! Повторяю, ремонт невозможен. Мы возвращаемся. Встречайте.

– Командир, у нас гости! – услышал я в ухе, и по спине моей пробежали мурашки.

Хотел быть героем, вот сейчас себя и покажешь. Тело моё охватила странная слабость. Захотелось присесть или лучше прилечь.

– Кто бы сомневался! – без удивления ответил Блинов, выскакивая наружу. – К бою!

Ошалев от происходящего, я бросил сундучок с инструментами на пол и потянул из-за спины штурмовую винтовку. Повернув рычажок включения аккумулятора, снял оружие с предохранителя.

Гвардейцы подкатили вездеход к воротам ограждения подстанции, перегородив их. Несколько человек залезли в кузов, укрывшись за его бортами, остальные притаились за металлическими узорами ограждения. Шагоход стоял чуть спереди и слева. Шестнадцать человек были готовы отразить любое нападение.

Я ожидал несколько свёрглов, ну, может, стаю в дюжину голов, но к тому, что увидел, точно готов не был.

– Это что за фигня! – не сдержав эмоции, произнёс кто-то в эфире.

Чего уж, я был полностью согласен с этим бойцом, ведь на нас двигалась цепочка существ с тёмно-синей кожей. Эдак лениво, по-хозяйски, они шли по нашей зелёной травке, таща за собой мечи, сабли, копья, ножи (ну, по крайней мере, я бы так назвал эти штуки у них в руках, да, да именно в руках). Двухметровые, мощные, хорошо развитые тела были обряжены в какие-то кожаные тряпки, бусы, талисманы, на головах некоторых были странного вида конусообразные шлемы. Лица туземцев (давайте называть их так) были выкрашены оранжевой краской. А ещё у них были клыки, выпиравшие изо рта и острые уши.

– А с осаночкой-то у них беда, – пошутил Блинов, ткнув меня локтем в бок. – На твоём снимке, кстати, тоже было видно.

Я ничего не ответил, лишь крепче прижал винтовку к плечу.

– Андрюха, ты это… не нервничай, – повернулся ко мне Константин, будто почувствовав моё напряжение. – Дыши глубже и помни, как тебя учили: лучше целься, больше двигайся. Ты же первый в классе был по стрелковой подготовке, и даже без руки. А с рукой-то ты сейчас ух! Всем покажешь.

Они бросились на нас разом и со всех сторон. Если бы не металлическое ограждение и не шквальный огонь орудий шагохода, буквально выкашивавший целые ряды, нам было бы несдобровать. Нас просто бы накрыло.

Туземцы двигались очень быстро – то ли из-за их подготовки (жизнь в тяжёлых условиях, наверное, закаляет), то ли благодаря анатомическим особенностям, но взять на прицел отдельного противника было очень сложно. Я раз за разом мазал и чертыхался. Мой выстрел нашёл цель только тогда, когда противник взлетел на вездеход и буквально пронзил копьём одного из гвардейцев. Разогнанный аккумулятором металлический шарик пробил голову убийце, снеся с к чертям примитивный шлем.

Шагоход захлёбывался огнём, разнося в куски пытавшихся забраться на него туземцев. Один из них запрыгнул на корпус, но был схвачен манипулятором за ноги и буквально размазан о землю. А вот металлическая лапа «Барсука» расплющила ещё одного нападавшего.

Словно мошки, летящие на источник света, всё новые и новые штурмующие запрыгивали на робота, считая его главной угрозой. Гвардейцы точными выстрелами сметали их с кабины шагохода, но те вновь карабкались на неё.

– Командир, я запросил эвакуацию, но ответа нет. Мне, кажется, связь пропала, – раздалось у меня в шлеме. – Там что-то произошло.

Расстреляв бросившегося на нас противника с огромным мечом, Константин метнул под ноги нападавшим ребристый шарик гранаты. Буквально схватив за шиворот, Блинов потащил меня к входу в генераторную.

Взрыв смёл первый ряд нападавших нашпиговав осколками их синие мускулистые тела.

– Миша, бросай робота – он уже дымится! – буквально проорал Блинов. – Прыгай к нам!

Кабина «Барсука» со щелчком приоткрылась, и оттуда выглянул пилот. Паля из пистолета-пулемёта, он сбрасывал с корпуса машины рвущихся наверх туземцев, а затем, разбежавшись, перепрыгнул через ограду генераторной, приземлившись у наших ног.

Кто-то из бойцов ловко забросил внутрь шагохода ещё одну гранату, и тот полыхнул словно спичка, сжигая повисших на нём противников.

– Стройся! – отдал новую команду Блинов.

Впервые я оценил эффективность «Мономахов» в сравнении с моей винтовкой. Слитный залп реликтовых железячек просто сметал всё перед собой. Тяжёлые пули пробивали тела несущихся в атаку кровожадных дикарей и отбрасывали их. Раз, другой, третий, а потом синяя волна всё же захлестнула нас и началась рукопашная. В ход пошли ножи, отобранные у туземцев, мечи, копья, и конечно, приклады. Надо сказать моя «ашка» и здесь была не на высоте. Лёгкая, почти пластмассовая – реальный ущерб противнику причинить она не могла. Пилот шагохода с ярко-голубыми глазами и длинными волосами, собранными в хвост, сунул мне в руку свой пистолет-пулемёт, а сам поднял с земли оружие убитого товарища. На нагруднике его была изображена птичка с красной грудкой, кажется их называли снегири.

Бам! Бабах! Бом! – раздавалось вокруг меня. Гвардейцы ожесточённо рубились с туземцами, стреляли из пистолетов, кричали от боли, но шаг за шагом отступали.

В какой-то момент, уложив бегущего на меня противника, я почувствовал укол в правый бок. Боль и жар вызвали волну тошноты, но я сдержался. Дохромав до ступней генераторной, опустился на них и тут же чуть не потерял голову от удара сабли подскочившего ко мне туземца. Если бы не пилот шагохода, короткой очередью отбросивший туземца, всё бы было кончено.

– Внутрь! – прогромыхал Блинов, пробегая мимо и увлекая меня за собой. Его прикрывал боец с изображением кита на шлеме и цифры "60", буквально косивший выстрелами из массивного дробовика не в меру ретивых противников. Кажется, эта штука получила у солдат какое-то аграрное название – «Комбайн» или что-то вроде того.

Под ноги наступающим полетело сразу несколько гранат. Взрыва я уже не видел. Массивная дверь закрылась, и мы оказались в темноте. Восемь человек переводили дыхание, не веря своему спасению, ровно половина отряда, прибывшего сюда менее пятнадцати минут назад.

Рана оказалась не серьёзной, и меня быстро перевязали. Так или иначе, повреждения получили все, слава богу, тяжёлых не было. Восемь тел наших товарищей остались снаружи с этими дикарями, даже страшно было подумать, что они с ними сделают. Уверен, об этом думали все.

– Корпус у генераторной мощный, металлический. Его не пробьёшь холодным оружием, – нарушил тишину Блинов, снимая с головы шлем. – Фу, какая вонь! Шлемы не снимать! Могли бы дождаться помощи, но меня беспокоит то, что нас могут в любой момент поджарить. А не хотелось бы. Давайте передохнём и будем думать, как отсюда выбираться.

Мы сидим уже более трёх часов и пока ещё ничего не придумали. Парни считают боеприпасы, латают доспехи, пытаются наладить связь с крепостью, но пока безрезультатно.

Среди инструментов я нашёл пару листов бумаги и при свете фонаря решил написать о том, что произошло. Если честно, привык я уже к этому. А раньше-то думал, что дневники пишут только в романах XVIII века или влюблённые девчонки. Смешно. Хочу домой, за стены, внутрь долины, где Игорек, встретив меня у ворот, лопался бы от зависти, хлопал по плечам, обнимал, а я бы просто улыбнулся ему и пошёл домой.

К маме с Иркой.

Глава 11: Мы победили

28 мая 2280 года

Коперник -3. Крепость «Суворов»

15 час 25 мин

Даже не верю, что живой. Чудо? Везение? Скорее стечение обстоятельств. Но сначала расскажу вам, как мы выбрались из западни.

За три с лишним часа мы обговорили уйму всего, продумали разные сценарии вызволения, даже фантастические. Но ни один из них не приблизил наше положение, хоть на шажок к спасению. Да и связи с крепостью так и не было.

– Командир, я, кажется, дрон починил, – нарушил очередное бурное обсуждение боец в шлеме с рисунком снежинки.

Он с самого начала копался со своим личным коммуникатором. Но это была не бытовая версия, как у меня, Игоря или Юльки, а военная, со складной клавой, закрепляющаяся на запястье.

– Снежок, ты же говорил – он упал, – удивился Блинов, склонившись над слабо мигающем в темноте экраном.

– Сначала пропал, а потом упал. Но мне удалось его включить и поднять в воздух, – кивнул гвардеец, ловко бегая пальцами по миниатюрным клавишам. – Вот только странность – как только он приближается к границам зоны, не затронутым терроформированием, связь сразу пропадает.

– Он что-то показывает?

– Сейчас увидим. Перезагружаю.

Наступила абсолютная тишина. Все смотрели на Снежка и молились, чтобы робот показал нам картинку с высоты птичьего полёта.

Наконец экран загорелся ярче, и связист радостно произнёс:

– Есть! Есть картинка! Смотрите, вот генераторная, ограда, перевёрнутый взрывом вездеход, дымящийся «Барсук»…

Краем глаза даже мне удалось взглянуть на миниатюрное изображение на экранчике. Правда, увидеть посчастливилось только разбросанные по земле тела туземцев. И… одинокую сгорбленную фигуру, бредущую к генераторной.

– А это кто? – озвучил вертящийся у всех на языке вопрос Снегирь.

– Чёрт его знает, помехи, – постукал пальцами по монитору Снежок. – Главное, что дикари свалили. Смотрите, вот они собрались на границе с нашей зоной. А чего они ждут?

– Похоже на старика с посохом, – задумчиво произнёс Блинов, указывая на одинокую хромающую фигуру. – Зачем к нам идёт дед с палкой?

Тот тем временем дошёл до генераторной и замер, остановившись в десяти шагах от ступеней. Сделав странные пассы руками, он направил свою палку на дверь. Поначалу ничего не происходило, а потом… вы не поверите, но из неё в генераторную ударил столб огня! Самого настоящего огня!

Стены помещения, в котором мы находились, скрипнули, и внутри раздался странный гул. Гвардейцы вскочили на ноги, не понимая, что происходит.

– Это он чем нас?!

– Это как так?!

– Ничего себе! Охренеть!

Гул нарастал, и внутри постепенно становилось теплее. Сенсоры «Росомахи» фиксировали подъём температуры. Под моими ногами чуть дрогнул пол, а точнее лист железа, на котором я стоял. Что-то шевельнулось в памяти. У меня возникла идея.

– Стойте! У вас есть лазерная горелка?

– У нас всё есть.

– Режьте пол!

Вопросы мне вообще никто задавать не стал. Через пару минут в полу сияло отверстие, а затем рядом ещё одно.

– Что мы здесь ищем? – коснулся моего плеча Блинов.

– А вот что! – произнёс я и указал командиру на пучки кабелей в защитной оболочке, ведущих к уничтоженному генератору. Подведены они были по специально пробуренным кабельным туннелям. Здесь их было сразу три. Размер их был таков, что в них могли легко работать техники. Ну, в случаи обрыва или любой другой аварии.

– Это что, всё ведёт в крепость? – не веря мне или скорее замаячившему шансу на спасение, спросил Константин.

– В долину. Крепость изолирована от таких ходов.

– А я и не знал, что они есть.

– Такие туннели только в первых пяти генераторных. Их прокладывали ещё старым способом. Работал робот укладчик. Позднее использовали метод проплавки почвы. Там отверстия только под провода, не протиснешься.

– Так, понятно. Слава богу, что мы в «Четвёрке». Андрюха, ты молоток, не зря тебя с собой взяли.

Гвардейцы одобрительно похлопывали меня по шлему и спине. Не скрою. Было жутко приятно.

Тем временем температура в помещении стремительно росла. Сенсоры просто сходили с ума, выводя информацию прямо в шлем. Плитка виртуального меню перед глазами была ещё не катастрофически красной, но уже пожелтела.

– Снежок сделай так, чтобы старикан перестал нас нагревать и отошёл в сторону от крыльца! – обратился Блинов к бойцу со снежинкой на шлеме. – Нам тут кое-что сделать надо.

– Это как?

– Дроном его отвлеки! Учить тебя что ли?

Связист проделал ряд манипуляций на пульте, чертыхнулся пару раз, а затем закричал:

– Уходит! Уходит!

Блинов коротко переглянулся с верзилой, у которого был дробовик (да, да, с тем самым, с улыбающимся китом на шлеме), и резко крутанул горячий рычаг металлической двери.

Когда дверь со щелчком распахнулась, Кит сделал два шага за порог и рывком втянул внутрь тело убитого туземца.

Бам! – вход снова надёжно закрыт, а верзила вяжет верёвкой труп, превращая в куколку бабочки, а другой конец привязывает к своей ноге.

– Он дрон сбил! – сказал связист, вглядываясь в монитор на руке.

– Как сбил? – остолбенел Блинов.

– Как, как? Откуда я знаю? Посохом своим. Была вспышка и всё. Датчики показывают, что робота нет.

– С ума сойти.

Стены снова вздрогнули, и гул вернулся, что явно говорило о том, что на нас снова обратили внимание.

– Дедушка злится, – рассмеялся Блинов, перекидывая штурмовую винтовку за спину. – Мы не будем ждать пока этот колдун нас тут зажарит до вкусной корочки. Уходим! Готовим взрывчатку, туннели должно надёжно завалить.

Не буду рассказывать подробно о целом часе мучений, когда мы продирались сквозь пучки обесточенных кабелей и проводов. О минутах отчаяния тоже не буду… Не раз и не два мне казалось – всё застрял окончательно, и отсюда уже не выбраться! Взрыв похоронил под тоннами земли и обломков «Четвёрку», и может того чёртового старика, а мы выбрались на поверхность на территории крепости неподалёку от ворот в «Суворов». Лазерная горелка снова открыла нам путь к спасению.

Эх, надо было видеть, как на нас смотрели люди. Они испугались, опешили, были сбиты с толку. Ну, а как им было ещё реагировать на вылезших из заросшего травой и кустарником старого коллектора восьмерых, измазанных сажей, грязью и кровью типов, тащащих за собой труп? Нас сразу окружили гвардейцы.

– Свои! Свои! – поднял руки Кит, к ноге которого всё ещё был привязан мёртвый туземец.

Узнав Блинова и его людей, бойцы с радостными криками бросились нас обнимать. Радость их была абсолютно искренней.

От старшего мы узнали, что у входа в крепость творится какая-то дикая канитель. Свёрглы огромной стаей пытаются выломать ворота и гибнут под выстрелами десятками. Седов в поисках нашей группы уже потерял три дрона и рассматривал вариант спуска спасательной группы с утёса прямо за стены.

– Всё это было ловушкой для нас, – резюмировал Блинов, запрыгивая в кузов грузовичка с яблоками. Мы все согласились с ним, ибо никогда ещё хищники так глупо себя не вели, да и к воротам просто так не подходили.

Усталых, но счастливых нас доставили в «Кремль». Евгений Иванович лично вышел встречать потеряшек. Здесь же была и моя мама. Расплакавшись, она повисла на моей шее, отчего мне стало даже немного неудобно перед окружающими. Впрочем, на нас никто не обратил внимания, ведь все замерли над трупом туземца с тёмно-синей кожей, лежащего на земле.

Хмыкнув себе под нос и раздражённо проведя рукой по седым волосам, Седов недовольно произнёс:

– Это что ещё за эльфа вы мне снаружи притащили?

Всё, я спать. Остальное дорасскажу позже.

Глава 12: Секунд-поручик

29 мая 2280 года

Коперник -3. Крепость Суворов

20 час 20 мин

Что происходило в крепости дальше? Сами угадаете? Нет? Мы все отправились на допрос к Борис Борисычу.

По началу мне показалось странным, что Седов не возражал, мы же практически из боя только-только вышли, но присмотревшись внимательно к гвардейцам я понял, что для них это дело привычное.

Про наши косяки разговоров не было, наверное, потому-что мы их и не совершили вовсе, действовали, так сказать, по обстановке, а вот про что нас подробно выспрашивали, так это про засаду, в которую мы угодили, растаявший генератор, местность где приняли бой, туземцев, их количество, внешний облик, поведение в бою, звуки которые они издавали, и знаете так подробно, так въедливо. В конце концов, я понял, что помню намного больше чем мне казалось. Куй железо пока горячо! А то потом всё перезабудем, ну или напридумываем себе чего. Не специально конечно. Для фиксации информации велась видео и аудиосъемка наших опросов. Ну что сказать? Борис Борисыч опять оказался на высоте.

Потом был душ. В котором у меня затряслись руки и ноги. Вот в бою не дрожали, а здесь да. Наверное, адреналин бесследно испарился или что там ещё, и тело осознало, что выжило чудом.

Мама осмотрела мою рану, похвалила перевязку (а я даже и не запомнил кто из бойцов её делал) всячески ухаживала за мной, а Ирка сказала, что гордится мной.

Когда я уже доедал тарелку каши с мясом, зазвонил домашний коммуникатор. Я думал маму на работу вызывают, а оказалось Марков приедет за мной, чтобы отвезти в крепость.

– А что случилось Андрей? Я что-то не так сделал.

– С чего ты так подумал? – улыбнулся сосед своей белозубой улыбкой. – Наоборот всё отлично, ребята тебя хвалят. Я так понял, что благодаря тебе они и спаслись. Парни сейчас планируют тела в крепость привезти. А то не похоронить даже, не по-человечески это.

– Согласен.

На меня вообще большое впечатление произвёл бой. Отвага и профессионализм гвардейцев. Вспомнил как они встретили врага в рукопашную, плечом к плечу, помогая друг другу, прикрывая спину товарищу. Слитные, чёткие движения несущие смерть. Ух, аж слёзы наворачиваются.

В кабинете Седова кроме хозяина находились особист и Блинов.

– Заходи Куницын, садись, – указал мне рукой на стул командир гвардейцев.

– Да я постою.

– Садись, я сказал.

Втроём они пристально уставились на меня. Знаете, с такими каменными лицами Сфинксов. Я даже испугался сначала, а потом увидел, что Костя улыбается, совсем чуть-чуть, но так чтобы я видел.

Мысленно уняв сердцебиение, успокоился и стал ждать когда они в гляделки наиграются. Они тоже ждали, но я то знал, что теперь могу потерпеть.

Первым не вытерпел Седов.

– Андрей, что касается твоего заявления. Костя готов взять над тобой шефство и просит зачислить тебя в кадеты гвардии…

– Да я готов хоть сейчас! – взвился я со стула. Радость буквально поднимала меня в воздух.

– Нет! В гвардию, нет!

– Но почему! – возмутился я.

– Потому-что ты инвалид. И я не хочу чтобы это стало причиной твоей смерти, – резко рубанул ладонью воздух хозяин кабинета. – Как я буду твоей маме в глаза смотреть?

– А что среди гвардейцев нет людей с искусственной конечностью?

Седов переглянулся с особистом, а затем проделал странную штуку – забросил левую ногу на стол, подняв штанину и продемонстрировав мне шикарный, дорогой протез.

– Не знал, честно, – опешил я.

– Никто не знает, – иезуитски улыбнулся Борис Борисыч. – Кабы не эта досадная деталь наш Евгений Иваныч никогда бы не попал в занюханную экспедицию по добыче герания. С его то талантами.

Никто не знает кроме вас. Вам-то про профессии положено. Так сказать по роду деятельности. Вслух конечно этого не сказал. Я же не больной.

– И нас бы сейчас не было, – смахнул пот со лба Блинов. Для него это был такой же шок как и для меня. Ещё бы, Седов всегда первый во всём и протез ему совсем не мешает.

– Есть и ещё Андрей, но они люди с большим опытом и получили травму уже имея его. Разницу понимаешь?

– Понимаю – угрюмо промямлил я.

– Однако, твоё прошение на должность пилота шагохода, я одобрил и заявление подписал, тепло улыбнулся хозяин кабинета, а Борисыч изобразил хлопки ладонями. – Смирна!

Я следуя команде взвился на ноги, выпрямившись по струнке.

– За проявленную храбрость и смекалку младший техник Андрей Куницын награждается внеочередным званием! Поздравляю!

Седов протянул мне погоны секунд-поручика. У меня даже сил стоять не осталось и я шлёпнулся задом на стоящий позади стул. Глупо кивал принимая поздравления и так же глупо замер у двери когда меня выставили.

Это что же получается, я офицер? Да я званием старше Борзова, который руководит мастерской. Ничего себе!

Седов дал мне три дня закончить все свои дела в мастерской, а затем предложил присоединиться команде Немова работающего над переоборудованием шагоходов. Будто знал о чём я мечтал.

До конца дня (парочку часов всё же удалось покемарить) был словно пьяный, я, любовался на маленькие погончики, которые лежали в моём нагрудном кармане и не верил своему счастью. Мне только исполнится восемнадцать, а я уже секунд-поручик.

Глава 13: Пилот

30 мая 2280 года

Коперник -3. Крепость Суворов

21 час 23 мин

Борзов принял мой уход стоически (хотя именно он два года назад и был инициатором моего трудоустройства, наверное, чтобы я занялся делом и не унывал), да по-другому и быть не могло. Мы же друзья. Ребята в мастерской за меня порадовались и на следующий день отпустили с богом в "Кремль", поэтому к новому месту назначения я явился с утра пораньше в новеньком комбезе с блестящими погончиками. Красавчик, – так мне сказала сестрёнка утром.

Кстати Игорь по секрету мне сказал, что не сегодня-завтра к ним прибудет сразу дюжина новых сотрудников. Раздувшись от важности Корнев заявил, что скоро тоже станет командиром. Посмеялись, конечно.

То, что крепость и долина перешли на осадное положение наш особист не шутил. Всё изменилось. В больнице, со слов мамы, готовились к приёму пациентов, делали ревизию лекарств. В долине на всякий случай увеличивали количество теплиц и приступили к разведению скота, кур и другой живности. Делали это быстро и надёжно, бездушным механическим методом, думаю пояснять не надо. Мы и раньше-то не голодали, а теперь Триумвират, это мы так Гаана, Седова и Борис Борисыча называли, приказал создать резерв продовольствия. На всякий пожарный.

На утёсе в рекордные сроки закончили демонтаж пулемётных комплексов, все подъёмы (как-то же злоумышленники туда поднялись) заминировали и утыкали датчиками с сигнализацией. К тому же там было установлено два десятка автоматических турелей "Чунга-Чанга" – адская машинка, состоящая из спаренных вместе крупнокалиберного пулемёта и мелкокалиберной скорострельной пушки. Попасть под её огонь – это окончательный демонтаж. Кстати клепали их пару лет назад в нашей мастерской.

Гвардейцы взяли новых кадетов. Кадеты спешно принимались в ряды действующей элиты. Хотя как спешно? Седов над ними измывался так, что я парней сильно жалел и немножко радовался, что не стою с ними в одном строю. Тренировки не прекращались, а только становились всё сложнее и сложнее. Материал будет качественный, зуб даю.

Количество особистов кстати тоже выросло. Борисыч, мобилизовал старую гвардию. "Старый конь борозды не портит". И тренировались они вместе с гвардейцами. Ну, почти.

Быков со своими производили боеприпасы всех калибров и размеров. Видел его мельком – борода не причёсана под глазами синяки. Работают в ночные смены, не иначе. Всё в крепости ремонтировалось и модернизировалось. Люди, миникары сновали туда-сюда. Словно сонное царство очнулось от долгой дрёмы.

Ну и самое главное. Оказывается, я ещё должен был учиться. Да, да, для будущих пилотов открылись офицерские курсы и с восьми утра до двух дня мы просидели над тетрадками, уставами, схемами и даже сходили на занятие рукопашным боем и в тир. Раньше я бы конечно сказал, что рукопашка пилотам шагоходов не очень-то и нужна, но побывав в реальной схватке быстро язык прикусил. На мой вопрос, сколько продлятся курсы, Александр Иваныч Плаксин – наш преподаватель, ничего не ответил. Но взгляд у него был, что надо. Я дедушку сразу зауважал. Он нас подготовит как надо, уверен.