- -
- 100%
- +
– А что сам барон Хаук? – предпринял последнюю попытку ректор.
– Горит желанием учиться и служить на благо империи.
– Грэс, совет и так думает, что у тебя слишком большое влияние на меня, – он замолчал. Несколько минут они смотрели друг на друга. Первым сдался Кнуд. – Хорошо, я поговорю с Веславом, но прошу, в ближайшие полгода не давай им повода.
– Спасибо, – она обогнула стол и, наклонившись, чмокнула ректора в щеку.
–
Лабораторной работе по регенерации тканей, был посвящен весь учебный день. Два серых кролика, принесенных в качестве тренировочного материала, несмотря на неопытность студентов, выжили. Теоретически суть работ я понял, но так использовать магию пока не умел, остался в роли зрителя. Зато воочию наблюдал за действием заклинания. И как обычно, по привычке, выискивал его ключевые нити, в поисках способа разрушить.
После занятий профессор Краус попросил Алекс сходить со мной к управляющему академией. Госпожа Диас распорядилась, чтобы мне выдали зеленую мантию. Точнее три штуки. Две для учебной деятельности: летнюю и зимнюю. Одну: для выхода в свет.
Хоть я и извинился за вчерашнее и то, что Матео затянул нас в неподходящее место, Алекс отнеслась ко мне прохладно. Вроде обиделась, но непонятно на что. Я попытался разговорить ее, спросив про обучение на первом курсе, но она отвечала больше односложно.
Получив связку с мантиями, пришлось тащиться с ними обратно через всю территорию академии, чтобы попасть на прием к госпоже Диас. Студенты других кафедр потянулись в сторону выхода. Пара групп отмечала первый учебный день, расположившись на траве под тенью деревьев в большой парковой зоне.
Секретарь, молодая девушка, наверняка студентка старших курсов или магистратуры, сказала, что меня давно ждут, и пропустила в кабинет без лишних вопросов.
– Как прошел первый учебный день? – спросила Диас, едва я устроился на жестком стуле.
– Нормально. Поучаствовал в увлекательном представлении по спасению кроликов из рук ретивых студентов.
– Профессор Краус говорил, что ты прочел большой анатомический атлас, под его редакцией. А ведь таких издавалось всего восемь штук. Шесть из которых находятся в академической библиотеке.
– Буду считать себя везунчиком, – улыбнулся я. – И сколько стоит один экземпляр, раз их всего восемь?
– Тысяч десять, пятнадцать, – прикинула она.
– Ого! Тогда я еще и богат.
Наставница рассмеялась и пододвинула второй стул, усаживаясь напротив.
– Мои лекции, – она кивнула на кипу тетрадей на столе, перевязанных грубой ниткой, – стоят не меньше. Потеряешь хоть листочек, откручу голову. Писать их та еще морока.
– Буду беречь, как зеницу ока. Могу брать по одной, для сохранности.
– Бери все. Как только выучишь содержимое, наизусть, считай, что они твои, – она скрестила руки на груди. – Я утрясла все формальности с ректором. С завтрашнего дня ты мой студент. Чтобы близко тебя не видела рядом с Кудияром и его магами. У тебя две недели, чтобы ощутить силу и научиться ее использовать. Иначе не успеешь за ходом учебного процесса. Послезавтра у новичков первое практическое занятие. Будут пытаться нащупать "каналы" в собственном теле.
Поговорили с госпожой Диас мы минут тридцать. Так, ни о чем конкретном. Она поспрашивала о том, где я остановился, хватает ли у меня денег на жилье, и не хочу ли я переехать в общежитие при академии. Рассказала о разных мероприятиях, планируемых в ближайшее время. Главным событием должно было стать посещение академии самим императором. Новички должны будут принести особую клятву и только тогда получить официальный статус студентов.
Уже по пути домой, все никак не мог отделаться от пакостного ощущения, что интерес Грэсии Диас ко мне неспроста. Не видел я еще в жизни бескорыстных людей, дающих что-то другим, не рассчитывая получить выгоду. А тут и на второй курс в одночасье перевела, и лекции личные выдала, и помочь с магией обещала. Подозрительно. Вроде и раньше меня использовали, так почему же сейчас недоверие вызывает пакостное чувство…
–
Стоило опустить голову на подушку, как пора вставать. Вчера я до двух часов ночи читал пухлую тетрадку Грэсии, пока ровные строчки не начали расплываться. Почерк у заведующей кафедрой был красивый. Ровные буковки аккуратно сплетались друг с другом, а заглавные, как и положено, красовались завитками и хвостиками. Да большинство книг, которые мне довелось прочитать, не могли похвастаться подобным. Разве что небольшие зарисовки от руки, заставляли улыбнуться.
Вчерашний день в академии запомнился длинной лекцией по кровеносной системе. Данный материал у меня имелся, поэтому я просто слушал, делая небольшие заметки в тетради, чем вызвал возмущение молодой женщины преподавателя. Да и новые сокурсники кисло смотрели в мою сторону. Не знаю, как они, а я бы ни за что, не успел бы записывать. Поэтому собственным каракулям я предпочел записи госпожи Диас.
Во время большой перемены удалось пообедать с Матео, который каким-то образом нашел меня у корпуса целителей. По его словам, первокурсников артефакторов было всего трое и все до того скучные, что проводить с ними свободное время он наотрез отказался.
Узнав, что меня перевели на второй курс, Матео долго не мог поверить, утверждая, что я над ним подшучиваю. Зато потом долго смеялся, говоря, что глупее поступка он не видел. Ведь мне предстояло учить сразу два года и свободного времени мне теперь не видать. Потом понял, что гулять и пить ему будет не с кем и погрустнел, требуя от меня выделять для столь важного занятия хотя бы один день в неделю. Я пообещал ему два дня, на чем мы расстались.
Сегодня же в академии, прямо у входа в корпус целителей меня встретила госпожа Диас. Причем выглядела она как-то слишком воодушевленно, словно вот-вот должно случиться что-то хорошее.
– Ты прочел ту часть, которая посвящена каналам магии? – строго спросила она, по пути к нужной аудитории. Первый этаж корпуса был отведен для первокурсников. Среди их серых накидок, в зеленой мантии я чувствовал себя не в своей тарелке. Не люблю выделяться из толпы. Привычка.
Перед госпожой Диас студенты торопливо расступались, склоняясь в почтительных поклонах.
– Вчера вечером прочел, – отозвался я, ловя на себе взгляды. – Кое-что не понял, но вроде все запомнил.
– Все? – шутливо улыбнулась она. – И в чем измеряется ширина канала? Пять основных показателей инквинарного канала.
– Ширина измеряется в… такой штуке: "ку". На нее похожа буква, только хвостик назад. Количество преобразованной силы по тесту Авеля. Пять показателей инквинарного состояния канала: разрыв постоянной преобразования более чем на секунду, судороги и непроизвольные сокращения лицевых мышц, обильное потоотделение, покраснение глаз и в случае полной блокировки канала – дезориентация и бред.
– И сколько всего состояний канала?
– Два нормальных и четыре отклонения.
– Вообще, отклонений пять, – сказала она, немного задумавшись. – Но в учебном курсе рассматривается только четыре основных…
Лаборатория для практических занятий по открытию каналов и использованию силы, насчитывала всего шесть столов. За большим количеством студентов преподаватель следить не успевал. А занятие это совсем не безопасное. Хапнет по глупости студент слишком много и прощай зрение. А может и кровоизлияние в мозг получить. Но, на то, чтобы нащупать магию, даже под присмотром наставника уходило до полугода постоянных занятий. Я же, если вспомнить, потратил на это почти три года. Если быть точнее, нащупал магию я раньше, вот только прикасаться к ней долго не решался.
Да и что делать сейчас, представлял смутно. Демонстрировать способности не хотелось, так как в наличие была всего одна капля силы. А тянуть силу из грязного источника категорически не хотелось. Я бы спросил у госпожи Диас совета, но обещал учителю никому не рассказывать о том методе, которому он меня научил. И он был единственным человеком, обещания которому я поклялся выполнить, пусть даже ценой жизни. Хоть, он этого и не одобрял.
Тем временем появилась пятерка студенток, чья очередь подошла сегодня. Преподаватель, женщина в возрасте сорока, сорока пяти, отметила что-то в своем журнале и указала им на столы. Госпожа Диас выбрала место рядом с окном. Я сел напротив, удивленно озираясь по сторонам. Звуки, окружающие нас полностью пропали. Вот преподаватель начала что-то объяснять, но я видел только открываемый рот.
– Чтобы студент мог сосредоточиться, тут стоит специальная защита. Вводную часть можно пропустить, – она удобнее устроилась на стуле. Взгляд ее стал серьезным и сосредоточенным. – Уже касался силы? Ощутил канал?
– Что-то вроде, – не стал врать я. – Но процесс идет очень медленно.
– Хорошо, – она кивнула. – Существует теория, что чем чище используемая сила, тем медленнее она проходит через канал. А уровень чистоты измеряется одним простым тестом. Как раз его мы сейчас и проведем.
Если я правильно понял из записей, то от чистоты силы зависело качество произносимых заклинаний. Показатель в восемьдесят процентов, считался почти идеальным. Следовательно от заклинания можно было ждать именно того эффекта, на который оно рассчитано. При показателе в сорок процентов, заклинание сработает в треть своей силы. При тридцати процентах, уже одна пятая силы заклинания.
– Пробовал копить силу? – она немного подалась вперед, теряя серьезное выражение лица. Я бы сказал, что сейчас она в предвкушении.
– Коплю, – вздохнул я. – Сейчас одна капелька.
– Капелька? – не поняла она, сдвинув брови к переносице. – Ты представляешь силу в виде воды?
– Угу.
– Хм, – на этот раз она задумалась минуты на три. Я не мешал. – Ладно, оставим пока так. Давай руки. Одной капли для целителя мало. Очень мало. Ты должен пропускать через себя больший объем. Сейчас я попробую передать тебе немного силы. Надеюсь, она окажется достаточно чистой, чтобы ты смог ощутить ее. Как только нащупаешь, скажи, или кивни, и я увеличу поток, расширяя твой канал и восприятие.
Сосредоточился. По аудитории поплыли синие и светло-желтые линии. Столы осветились синим, показывая заклятья тишины. Приблизительно через минуту появилось неприятное ощущение внутри. Словно что-то давит. Прислушавшись к этому ощущению, уловил тоненький поток силы. Поставил под него "кружку", наполнил. Вроде такая же чистая, словно прошла двойную стадию очистки. Поразительно. Одну порцию набирать – пара дней, а тут уже вторая.
Я напрягся, выгнав всю собранную ранее силу, освобождая место. Госпожа Диас поморщилась, словно увидела поток грязи, который я вылил.
– Я уловил, – сказал я.
– Столько ты черпаешь за раз?
– Если об объеме, то немного больше.
– А так? – поток силы слегка увеличился, позволяя набирать мерную емкость для очистки за пару секунд.
– Примерно столько.
Неожиданно тоненькая струйка силы превратилась в огромный водопад. Словно прорвало плотину. От неожиданности я подался назад, падая со стула, и больно ударился лбом о столешницу. Из глаз посыпались искры, но я не потерял ни капли этой силы.
– Вот таким потоком силы надо оперировать, – улыбнулась госпожа Диас. Она потянулась и коснулась ушибленного лба кончиком пальца. Боль моментально утихла. – Минимум.
– Я так не смогу, – сказал я ошеломленно. – А как она у вас получается такой чистой?
– Практика, – слегка наклонив голову, ответила она. – Я беру лишь ту часть, которая необходима для исцеления, отсеивая все ненужное. С каждым годом практики чистота силы растет. А теперь давай, поделись со мной капелькой своей силы, – она коротко рассмеялась и вновь взяла меня за руки. – Проверим, насколько чистой она может быть у тебя.
Я сосредоточился, подцепил капельку чистой силы и передавал ее Диас. Она приподняла брови, прислушалась к чему-то, наклонила голову сначала вправо, потом влево и удовлетворенно кивнула.
– И? – нетерпеливо спросил я, так как она не спешила рассказывать.
– Не могу понять. Отголоска не услышала. Как быстро ты соберешь еще столько же?
– К завтрашнему вечеру.
– Значит, десять раз по капле, лишь через две недели… Наставница Лара, – повысила она голос.
– Да, госпожа Диас, – отозвалась преподаватель.
– Отметьте, барон Хок получает оценку "отлично".
Та кивнула и быстро внесла в журнал соответствующую запись.
Глава 4
Первая неделя учебы пролетела совершенно незаметно. Затем вторая. Все это время я только и делал, что учился, читал лекции, ходил на практику, ну и пару раз мы оторвались с Матео в питейной "Красный подол". Что касается Асверов, то они не проявляли ко мне интереса. Лишь пару раз появилась Терес, расспрашивая, как идут дела и что удалось выяснить. Но за две недели я смог лишь получить доступ к библиотеке, в которой искать требуемое, не имело смысла. Алекс же эти две недели старалась избегать меня везде, кроме аудиторий. Да и там, выбирала парту подальше. Обидно, но с этим я поделать ничего не мог. Решил, пусть идет, как идет. Зато, полученный от госпожи Диас запас сил, я успешно очищал и уже сомневался, стоит ли копить их в таком объеме.
Небольшие успехи появились и в магическом плане. Во время одного из практических занятий, в то время как другие лечили "здоровых" кроликов, мне дали задание оживлять дохлого таракана. Чтобы привыкнуть и правильно понять, как использовать силу в лечебных целях, брали большого таракана, с кулак размером и отрезали ему голову. Как только таракан помирал, а эти сволочи умудрялись жить по несколько дней без головы, над ним можно было экспериментировать.
Демонстрируя навык, Профессор Краус тыкал пальцем в бок дохлому таракану и тот задорно дрыгал ножками минут пять. Кстати, этот тест проходили все, переходившие с первого курса на второй. Даже время засекали, сколько ножки шевелятся. Чтобы, значит, оценить правильную ли ты силу используешь или нет.
Вот, я одну капельку силы взял и ткнул пальцем в таракана. Получилось с первого раза. Таракан задвигал ногами, зашевелился, перевернулся со спины на живот и сбежал. А вечером в коридоре этот безголовый демон перепугал до икоты трех первокурсниц, а еще с полдюжины попадали в обморок. До вечера мы его ловили всей группой, но так и не нашли. Ох, и злы же были на меня девчонки из группы. А профессор шутил, что на следующий урок я буду оживлять безголового кролика. В итоге, в наказание за хулиганство меня назначили дежурным и заставили мыть колбы с остатками какой-то едкой жидкости.
Освободился я часам к одиннадцати. Даже не заметил, как быстро пролетело время. На завтра студентам полагался законный выходной, и сегодня на ночь я намеривался наведаться в Красный подол, выпить чего-нибудь успокоительного. Точнее сливовой настойки, уж очень она мне понравилась.
Чтобы попасть в нужный район, надо было пересечь по мосту искусственный канал, снабжающий водой обширные сады и парки района академии. Вспомнился рассказ Матео о том, что мост пользовался дурной славой в районе. Четыре из двадцати появлений оборотня приходились как раз на мост. Судя по отсутствию прохожих, местные жители в эти рассказы верили.
Ночью небо затянуло плотными тучами, скрыв уходящую луну, но магические фонарные столбы давали достаточно света, чтобы не свернуть шею. Ивейн, обычно державшаяся метрах в пяти позади, шла почти рядом, пытаясь что-то разглядеть в темноте. Руку она держала на рукояти меча. Не знаю, почему она нервничала, но я решил ускорить шаг. Мы как раз вышли на середину моста.
– Что-то расхотелось мне напиваться, – сказал я, чтобы услышать свой голос. – Может домой, а?
До русла реки свет фонарей не доставал, слышался лишь звук текущей воды. Ответить Ивейн не успела. В круг света, прямо из темноты снизу, вынырнула огромная туша какого-то монстра. Метра два в высоту, покрытый серой жесткой шерстью, оборотень бросился на меня. Острые когти, длиной не меньше десяти сантиметров, вспороли воздух в том месте, где я только что был. Я же катился по каменным плиткам моста, больно ударяясь коленками и плечами.
Ивейн с такой силой толкнула меня, что я едва язык не прикусил, даже не успев собраться. Наконец остановившись, я замотал головой, пытаясь остановить вращение мира. Сбоку послышался волчий вой и звук стали ударяющейся о камень.
Уследить за боем у меня не получилось. Оборотень прыгнул на тщедушную, по сравнению с ним фигуру, вспарывая воздух когтями. Что-то серебристое мелькнуло рядом с его мордой, ударяя в плечо, но без видимого результата. Вот сзади серой фигуры появилась Ивейн, но оборотень извернулся, взмахнул ручищей, и она улетела в темноту под мост, откуда раздался всплеск воды.
Странно, но в свете фонаря, я отчетливо видел, как из спины зверя высовываются черные щупальца, размером с руку человека. Одни щупальца свободно свисали, другие обвивали оборотня за шею и обвивали руки. Оборотень глянул на меня безумными глазами и прыгнул. Я попытался увернуться, но четыре острых когтя воткнулись мне под правую ключицу и оборотень легко поднял меня в воздух. Я понял – не жилец. Он откусит мне голову, словно собака воробью и не заметит. Я сделал только то, что умел, из последних сил рубанул по щупальцам, задействовав всю собранную силу. Что-то черное взорвалось внутри оборотня, разбрасывая во все стороны ошметки щупалец и какую-то черную кашу. Меня отбросило на землю, выбив воздух из легких.
Переполненный магической силой, я забыл и про боль, и про вытекающую из раны кровь. Приподнявшись на локте, я смотрел, как тело оборотня изгибается и ломается. Через несколько секунд на каменных блоках сидела до боли знакомая девушка, обладательница светло-каштановых волос.
Тряхнув головой, Алекс сбросила оцепенение и удивленно уставилась на меня. А вот я рухнул обратно на землю, так как силы кончились, а вдохнуть не получилось. Несколько секунд я пытался дышать, но почему-то не выходило.
–
Грэсия Диас – заведующая кафедрой целителей
Крытая повозка вылетела на мост с громким стуком, едва не задев фонарный столб. Двойка лошадей еще не успела остановиться, а Грэсия соскочила с места возницы и оказалась рядом с Алекс.
– Дура! – выкрикнула Грэсия, оттолкнув ученицу. – Говорила же, не думай, не думай, выкинь его из головы на две недели!
Берси моргнул, вроде бы даже удивленно, увидев над собой заведующую кафедрой, и открыл рот, вот только сказать ничего не смог. Четыре круглых отверстия в правой части груди почти не кровоточили, но вряд ли усилиями Алекс. Под бароном натекла уже приличная лужа крови.
– Кто еще тут был? – спросила Грэсия, вливая в тело ученика первую порцию силы. – Где тело?
– Она была, – отозвалась Алекс, показывая в сторону выхода с моста.
Под фонарным столбом, мокрая, сжимающая в руках меч, стояла Асвер. Глаза полудемона – словно два черных провала. Даже зрачков не видно. Лицо слегка заострилось, а из-под верхней губы выглядывали два острых белых клыка.
"Хана!", – подумала Грэсия, понимая, что шансов даже против малолетней девчонки асвера у них с Алекс нет. Имунная к магии и преобразившаяся она могла бы раскидать с десяток огненных магов, будь они здесь.
Повертев головой, демонесса в два прыжка оказалась рядом с Грэсией, лишь мельком взглянув на Александу.
– Где зверь? – немного неразборчиво из-за удлиненных зубов, спросила она.
– Исчез, – не задумываясь, ответила Грэсия. Не соврала, значит, лжи в ее словах демонесса не услышит. Так и произошло. Не дав той опомниться, она поднялась и указала на повозку. – Быстрее неси туда. Надо доставить его в академию. А потом ищи своего зверя сколько душе угодно.
Демон со стуком загнала меч в ножны и легко подхватила потерявшего сознание Берси. Уложив его в повозку, она запрыгнула на место возницы и, ловко развернув лошадей на месте, направила ее в сторону академии.
–
Проснулся я от того, что комнату заполнял неприятный резкий запах. Спать по соседству с этим ароматом было просто невозможно. Открыв глаза и увидев незнакомый потолок, попытался вспомнить, что произошло. Вроде бы и не напивался до беспамятства. А, точно, я ж до выпивки не добрался.
От лежания на чем-то высоком и жестком болела шея и спина. Справа от кровати, у стола что-то делала госпожа Диас, распространяя тот самый аромат, который не дал мне выспаться. Пересыпав бордовый порошок из маленькой чашечки в большую железную миску, окунула туда полоску ткани. При этом она мурлыкала какой-то незнакомый мотив.
– Доброе утро, – сказал я.
– Доброе, – отозвалась она, не отрываясь от процесса. – Как себя чувствуешь? Руками не трогай…
– Теперь точно знаю, как чувствуют себя насаженные на вилы.
В помещение вошла Алекс, держа на подносе несколько рулонов повязок. На рукавах темно-зеленого платья я приметил пару бурых пятен засохшей крови. Взгляд она отвела, делая вид, что занята важный делом.
– А ведь кто-то утверждал, что оборотня в городе нет, – хмыкнул я, – списывая все на бурную фантазию Матео.
– А она должна была рассказать все, как есть? – госпожа Диас закончила замачивать часть повязок и повернулась, вопросительно приподняв бровь. – И другие студенты ее бы поняли и пожалели?
– Да уж, – согласился я с ее иронией. – А вы знали?
– Знала, – легко призналась она. – Садись.
Алекс помогла мне сесть, глядя так, словно это я виноват во всем. Госпожа Диас приложила мокрый бинт к четырем рваным ранам у меня на груди и принялась заматывать.
– А целительная магия разве…? – немного удивился я.
– Это, чтобы ты шерстью не покрывался в особенно лунные ночи, – пояснила она. – Лучше перестраховаться.
Забинтовав, она прошла в угол комнаты к умывальнику, чтобы вымыть руки. Я принюхался к бинтам и скривился.
– Что ты сделал, там, на мосту? – спросила госпожа Диас.
– Я что-то сделал? – съязвил я. – Наверное, едва не умер, если вы об этом.
– Не ерничай, – она тщательно вытерла руки полотенцем и вернулась к кушетке. – Наша общая знакомая герцогиня, превращаясь в волка-людоеда, развоплощается лишь скушав кусочек от своей жертвы. А раз твоя голова еще на месте, значит, что-то произошло, – она немного наклонилась и так улыбнулась, что у меня холодок по спине пробежал. – Магию, что использовали на мосту, не слышали разве что Асверы на другой стороне города. А кроме тебя и молодой демонессы там никого не было. Не хочешь же ты сказать, что это она колдовала?
– Хорошо, хорошо, – сдался я, пытаясь отодвинуться от наседающей целительницы. – Там, когда оборотень появился, я увидел, что из его спины растут черные щупальца. Вот я их и разрезал. Кстати, Инесс в порядке?
– Демонесса? В порядке. Что с ней станется? – отмахнулась госпожа Диас. – Пойдем, – она взяла меня пол локоть. – Диваны в гостиной больше располагают к беседе.
Стоило встать, как накатила слабость, и женщинам пришлось почти нести меня до удобного дивана, через две комнаты от операционной. Усадив в его центр, они заняли кресла напротив. И взгляды у обеих одинаковые, готовые слушать провинившегося студента.
– Черные щупальца, говоришь? – переспросила госпожа Диас и задумалась.
– Так, вроде, до полнолуния далеко, – сказал я. – С чего такая агрессия?
Да уж, то, что Алекс оборотень, мягко говоря, удивляло. Слышал, спокойно живут они далеко на севере, но видеть не доводилось. Вроде бы и империя с ними не воюет, а даже наоборот.
– Проклятие, – ответила вместо Алекс Грэсия. – Кто-то в городе балуется незаконной магией. И когда этот темный попадет мне в руки, то свои он потеряет.
На минуту в комнате повисло молчание. Алекс снова опустила взгляд, рассматривая туфельки. Грэсия же сверлила взглядом меня.
– А можно уточнить, что такое "проклятие"? – спросил я, стараясь не подать виду, что заинтересовался.
– Сложное заклинание, живущее за счет носителя. Если приводить аналогии, то я бы назвала проклятие – паразитом. Опиши, что ты видел.
Я еще раз описал черные щупальца, выходящие из спины оборотня и то, как они разлетелись ошметками.
– Ты можешь видеть нити заклинаний, – как бы констатировала госпожа Диас этот факт. Причем сказала так, как будто это преступление.
– Ничего я не вижу, – проворчал я. – Мало ли чего с перепугу не привидится.
– А ну, Алекс, встань, – приказала Грэсия. Та неохотно поднялась, поправив платье. – Сейчас черные нити видишь?
– Я же говорю, ничего не вижу…
– Не видишь, или их нет, – оборвала она меня.
Я вдохнул и сосредоточился, но, ни черных, ни каких бы то ни было других нитей, я не увидел.
– Не вижу.... Все, как обычно.
– Понятно. Значит, в этом теле ничего необычного, – задумчиво протянула она. – Алекс, давай, перевоплощайся. Посмотрим на оборотне.
– Что?! – удивленно воскликнула Александра. Взгляд у нее метнулся от Грэсии ко мне и обратно. – Я не буду!
– Что значит: – "не буду"? – сурово переспросила заведующая кафедрой.
– Я…, – неуверенно начала Алекс, снова посмотрев на меня, смущенно краснея. – Он же… Не буду я превращаться! И вообще, ты не думала, что я опять впаду в… и голову ему откушу!