Пределы разума

– Хорошо, – кивнул старик.

– Начнем, пожалуй, с вас. Вы великий Нойлар, хранитель и создатель Ордена белой сирени. Вы обрекли себя на смертную жизнь в ином мире ради бессмертия в нашем, но цикл времени сохранялся лишь в ином мире, поэтому вас всякий раз нужно призывать, чтобы вы вернулись к нам. Так сказать, без приглашения вы сюда попасть не сможете. Я перестал жевать, отставил тарелку, закрыл глаза, улегся на бок и накрылся с головой одеялом.

– Что вы делаете? – изумленно воскликнул старик.

– Я хочу уснуть и проснуться у себя дома, вот что. Сны зашли слишком далеко, я чувствую вкус еды, и это ненормально. У вас есть меч? Мне нужно убить себя, тогда я окажусь дома.

– Меч висит на стене, но вы не сможете…

Я не дал старику договорить, вскочил с кровати и схватил меч. Я решительно вонзил его в свое тело и увидел, что клинок прошел сквозь меня, не причинив мне вреда – на моем теле не осталось ни единой царапины.

– Ну вот и подтверждение того, что я сплю, – пробормотал я. – Даже не могу себя убить…

– Это лишь подтверждает то, что вы Нойлар.

– Да что еще за Нойлар такой?!

– Хранитель и создатель Ордена…

– Да это я уже слышал. Но ты понимаешь, что все это ненастоящее: и этот огонь в камине, и люди за окном, даже это перо. – Я в отчаянии швырнул меч на пол, бросился к письменному столу и, схватив первое попавшееся перо, принялся сгибать его в разные стороны, пытаясь доказать его иллюзорность.

– Нойлар… – Старик удивленно смотрел на меня.

– Не называй меня Нойларом. Я обычный парень из обычной семьи обычных рабочих, а не какой-то там Нойлар.

– В том мире да, но в этом вы Нойлар, хранитель и…

– Что делает этот ваш Орден? – оборвал я старика, вновь заведшего свою шарманку.

– Это ваш Орден. Он был создан для защиты нашего мира от тени. Пять тысяч лет назад в наш мир сквозь дыру в небесах пробралась тень самой Вселенной, что падает от создания света. Истинное зло. Вы и два ваших товарища – величайшие воины, каких когда-либо знала наша земля, – решили дать ей отпор. Вас было трое. Нойлар – благородный рыцарь и хранитель света. Одним лишь взглядом он сжигал тьму, а его лучезарный меч дарил надежду братьям по оружию и внушал ужас всем врагам. Второго звали Борх. Искусный боец, владел топорами, как художник владеет кистью, до первой крови он сражался как человек, но стоило врагу лишь слегка оцарапать его, как он превращался в самого настоящего зверя. Нет, облика он не менял, но сила и мощь его возрастали тысячекратно, а что самое главное – в таком состоянии он пребывал в полной неуязвимости до тех пор, пока враг не падал бездыханным наземь. Ну и наконец, третий воин, а точнее, воительница, Мора… Ох, какая прекрасная была женщина. Она соблазняла и влюбляла в себя врагов, один лишь взгляд – и она уже решает за мужчину, как ему следует поступить и как следует думать. К тому же она была истинным мастером маскировки: на поле боя ее никогда не было видно, но всегда ощущалось ее присутствие. Когда тень опустилась на землю, восстали воины тьмы. Против вас троих выступила целая армия. Чем больше вы убивали врагов, тем быстрее они возрождались. Силы покидали вас, Мора не могла проникнуть в сознание самой тени, чья истинная суть была неподвластна человеку. Борх сражался как зверь, но его подвиг был напрасен – дети тьмы не умирали. Тогда ты, Нойлар, понял, что без света нет тени, что тень умрет во тьме. Тогда ты поднял свой лучезарный меч и вонзил его себе в грудь. Свет озарил весь мир, брешь в небе была закрыта благодаря величайшей жертве, вашей и ваших друзей. С тех пор мы жили в мире и покое. До сего дня… – Старик с грустью смотрел на огонь, а я до сих пор не верил в происходящее. На протяжении всего рассказа я несколько раз щипал себя в надежде проснуться, но, увы, попытки были тщетны. Даже если это и был сон, то, очевидно, мне нужно было увидеть его до конца. Может, тогда я смогу проснуться?

– Как тебя зовут? – хрипло спросил я наконец.

– Мое имя Корх. Я маг-целитель великой Башни магов Ордера белой сирени. Правда, сейчас я ничем не лучше простого лекаря.

– Почему?

– Наша магия зародилась тогда, когда мы научились черпать силу из света в своих душах, света, который вы даровали нам. Но с вашим уходом свет погас, и магия стала бессильна.

– Но ведь я здесь. Почему тогда твоя магия до сих пор не работает?

– Вы еще не пробудились до конца, вам предстоит пройти обряд. Только тогда вы вновь озарите светом нашу землю и наша магия сможет противостоять силам зла.

– Что за силы зла, о которых вы все говорите?

– Маги и колдуны, последователи Ордена истинной тени, они захватывают города и деревни, берут под контроль целые государства, они… Корх не успел договорить, как в комнату вошел высокий мужчина. Одет он был примерно так же, как и старик, только на шее его висело ожерелье, изображавшее переплетенные друг с другом ветви сирени.

– Доброе утро, о великий Нойлар. – Он преклонил голову и хитро улыбнулся: – Меня зовут Акацель. Я хранитель Ордена белой сирени.

– Очень приятно. А я Нойлар, тоже хранитель Ордена белой сирени.

Акацель никак не отреагировал на мое высказывания, и я со вздохом пришел к выводу, что, похоже, в этом мире отсутствует чувство юмора. По сравнению с Корхом хранитель был молод, а вот пост занимал высокий.

– Сколько вам лет, Акацель?

– Немногим больше пятисот.

– Вам более пятисот лет, а вы выглядите моложе уважаемого целителя и уже хранитель Ордена. Корх сказал, что без меня ваша магия бессильна, а вы сумели сохранить молодость. Каким образом? Акацель с презрением посмотрел на Корха, а старик тем временем виновато опустил голову.

– Корх всего лишь деревенский целитель, о магии он знает ровно столько, сколько ему дозволяется. Великие же знания требуют великого труда, Нойлар. Это, между прочим, ваши слова. Советую вам съездить в Лес тайн, там вы сможете обрести ясность и получить ответы куда более прозрачнее, чем может дать вам этот старик. Я приказал оседлать вам коня, а мы с Корхом тем временем подготовимся к обряду. Старик все это время молчал. Было ясно, что он боялся Акацеля. Еще несколько минут назад бодрый и оживленный, Корх с приходом хранителя поник, и глаза его уже не светились надеждой. Он посмотрел на меня, смиренно улыбнулся, кивнул и удалился. Во дворе меня ждали серый конь и конюх. Я сказал, что не имел раньше дел с лошадьми, и он любезно рассказал мне, где повод, а где стремена и зачем они вообще нужны. Во дворе же я понял, что на самом деле оказался в замке, возвышавшемся в самом центре оживленного города, большого и красивого. Дороги здесь были мощеными, а дома построены из камня, преимущественно белого и коричневого цветов. Под окнами горожане разбивали небольшие, но пышные цветники. Прямая дорога начиналась у ворот замка и уводила за городские стены. Перед тем как попасть в лес, нужно было преодолеть широкое поле. Я ехал верхом, а конюх вел в поводьях моего коня. По пути он пытался научить меня держаться в седле. Когда мы подъезжали к лесу, конюх предложил мне поехать рысью, но попытка оказалась неудачной. Меня страшно трясло в седле, я прыгал, как мешок с картошкой, а потом конь чего-то испугался и помчался галопом, мои ноги тут же выскочили из стремян, и я кубарем вылетел из седла. Конюх не смог удержать испуганное животное, и конь убежал в лес. Я, на удивление, остался цел и даже не сильно ударился. А потому я вначале лежал на локтях и со смехом наблюдал за тем, как забавно конюх мечется по полю, пытаясь удержать коня, а потом я лег на спину и залюбовался небом, прекрасным и чистым синим небом.

– Мой Нойлар, простите меня… я… конь… просто…

– Да ничего страшного. Незначительные трудности лишь закаляют и дают мотивацию к дальнейшему обучению. Однако конюха мои слова не убедили, он был до смерти напуган.

– Я расскажу, что приказал тебе уйти и поскакал рысью один, тебя никто ни в чем не обвинит и не накажет, – сжалился я.

Его глаза округлились, он упал на колени и принялся горячо меня благодарить, отчего я тут же смутился и приказал ему встать. С тем, что все происходящее не сон и что я на самом деле какой-то там могучий Нойлар, еще можно было смириться, но играть роль чьегото там господина я не мог: мне никогда и никто не прислуживал.

– Надо, конечно, найти коня, но это потом, – продолжил я, когда конюх немного успокоился и смотрел на меня без былого страха. – А пока расскажи мне про эти места. Где мы находимся, кто наши соседи, какие звери тут водятся? В общем, все, что знаешь об этом мире.

– Простите, господин, но я простой конюх, никогда и ничему, кроме своего ремесла, не учившийся, а потому многого не знаю. Скажу лишь, что это королевство Ордена белой сирени, а в лесу живет множество диких зверей.

– Эх, ладно, пойдем тогда искать коня.

Мы вошли в лес, и я поразился тому, насколько он был чистым и красивым. Высокие сосны перемежались елями, дубами, зарослями можжевельника и черничника. То тут, то там попадались пышные шапки папоротников. На земле не было видно ни единого упавшего дерева. Конюх объяснил, что такие деревья тут же собирают и используют в хозяйстве. Лес… Я привык к городскому лесу с кучей мусора и сухих деревьев и веток, но это был совершенно другой лес, который смело можно было назвать сказочным. Память ко мне уже почти совсем вернулась, и я уже хоть и смутно, но мог вспомнить свой мир, хотя собственное имя для меня пока оставалось тайной. Мы шли по следам копыт, которые ясно отпечатались на лесной дороге. А лес словно изучал нас, птицы садились перед нами на ветках и наблюдали за тем, куда мы идем. Ежики тут были невероятно смелыми, они не прятались, а, напротив, высунув носы, провожали нас любопытными взглядами. В конце дороги раскинулась поляна, окруженная кустами белой сирени. Там-то беззаботно и пасся мой конь. Увидев нас, он резко поднял голову и дернулся в сторону, но конюх приманил его сухарем, и конь наконец сдался и подошел. Он был без уздечки – видимо, она слетела во время скачки, зацепившись за одну из веток. Конюх закинул на шею коня свой поясной ремень и придержал животное за морду.

– Что это за место? – спросил я.

– Это сиреневая роща, Нойлар. Я слышал рассказы об этом месте, хотя сам тут не был ни разу. Говорят, что здесь раньше было гиблое болото и вы день за днем приходили сюда молиться. И в день, когда вы отдали свою жизнь свету и победили тень, это место превратилось в поляну, окруженную белой сиренью, которая с незапамятных времен украшала герб вашего дома. Ведь до того, как вы стали служить свету, вы были одним из знатнейших лордов королевства.

– А почему я ходил молиться именно сюда, тем более что здесь было болото?

– История вашего дома очень печальна. Ваш отец любил охоту, в день вашего совершеннолетия он взял вас с собой. Зверь, на которого вы охотились, ранил вас в попытке убежать. Вашего отца охватила ярость, и он стал преследовать зверя, а вас приказал отвезти домой. Дальше охоту он продолжал один. Будучи ослепленным яростью, он не видел дороги и попал в болото. Он отчаянно боролся за свою жизнь, но в конце концов выбился из сил. Так болото забрало жизнь вашего отца.

– Ну вот видишь, сколько всего интересного ты на самом деле знаешь…

– Просто вы живая легенда, легенды о вас рассказывают даже малым детям, когда те боятся спать по ночам, чтобы вселить в их сердца надежду на лучшее. О ваших подвигах знают в наших землях все от мала до велика. Я взобрался на коня, и конюх повел меня обратно в город. Что ж, похоже, мне нужно вначале обучиться верховой езде, прежде чем вновь отправляться в лес.

Путь в город прошел без происшествий. В замке меня встретил Акацель и пригласил в Башню белой сирени. Пока я проезжал по городу, то не заметил ни одного попрошайки на улице, а ведь во всех фильмах о Средневековье, что я смотрел, во всех книгах, что я прочел, улицы буквально кишели попрошайками и оборванцами всех мастей. Однако здесь все было иначе. Опять нахлынули воспоминания о моем родном – родном ли? – мире. Я вновь попытался вспомнить свое имя, но и в этот раз потерпел неудачу.

– Башня белой сирени, великий Нойлар! – провозгласил меж тем Акацель, выдернув меня из глубоких раздумий.

Башня из белого камня была столь высокой, что с земли не было видно ее крыши. С многочисленных балконов гроздьями свисали ветви цветущей сирени. Похоже, она здесь вообще была повсюду. Перед главными воротами был устроен фонтан со статуей метров пять в высоту. Я присмотрелся и понял, что статуя – это я сам, только лет на двадцать старше и раза в три больше. Массивные доспехи из белого железа ярко блестели на солнце.

– Прошу вас, Нойлар.

Мы вошли в башню, которая изнутри показалась мне даже больше, чем снаружи. Здесь было столько книг, что, пожалуй, даже пересчитать их все было попросту невозможно – на это не хватит и целой жизни.

– Здесь собраны великие знания этого мира, чем выше этаж, тем книги ценнее, – объяснил Акацель. – Однако человек не сможет получить те знания, которых он не заслуживает. Путь на самый верх – это дорога великого труда и самоотверженности, а еще непростого выбора. Цена обретения знания – вечное одиночество. Человек, у которого есть семья и который жаждет знания ради богатства, власти или могущества, скажет, что цена невелика, но, поверьте, потеряв близких, он сломается быстрее, чем тот, кто всю жизнь провел один. Видите, сколько книг? Их тут столько, что целой жизни не хватит на то, чтобы прочитать хотя бы малую часть. – Он хитро улыбнулся, словно решил продемонстрировать мне навыки телепата. Мне показалось, что мы прошли всего один пролет, как вдруг оказались на последнем этаже.

– Как… как нам это удалось?

– Если человек верит в чудеса, они случаются в его жизни тогда, когда он ожидает их меньше всего. Если человек знает про чудеса, они случаются тогда, когда он того пожелает. Тот же, кто недостоин великих знаний, не сможет подняться даже на второй этаж. Он будет бесконечно пытаться, но все его попытки окажутся тщетными. Достойный же в одно мгновение окажется на любом этаже, стоит ему только захотеть. Мы вошли в зал, имевший форму полукруга. Передней стены в нем не было, вместо нее зияла огромная дыра. Я такого дизайнерского хода не оценил – в дыру можно было запросто упасть. Посередине зала стоял круглый стол, однако все стулья были повернуты спинками к зловещей дыре. За столом сидели шестеро монахов, Акацель присоединился к ним, устроившись в центре.

– Присаживайтесь, – привстав, поклонился монах с краю и жестом указал мне на стул, который появился словно бы из ниоткуда.

– Это Гольц, мастер превращений, – представил монаха Акацель. – Я собрал вас всех здесь, чтобы сообщить важную новость – обряда пробуждения не будет! Монахи удивленно переглянулись и принялись нервно перешептываться.

– О великий хранитель, разве семеро не ради этого отдавали свои жизни? – в конце концов не выдержал мастер превращений.

– Семеро, Гольц, оказались предателями, они не пытались вернуть Нойлара, а на самом деле желали его уничтожить. Слуги тени затуманили их разум, они обернулись против нас и нашего дела.

– Но почему мы тогда должны отменить обряд? – вступил в разговор другой монах – старик, сидящий слева от хранителя. – Разве нельзя считать удачей, что Нойлар здесь? Семеро нас предали? Ну так что ж! Очевидно, у них что-то пошло не по плану, а значит, нужно окончательно пробудить Нойлара и покончить с тенью раз и навсегда!

– Ты меня удивляешь, Параль, – Акацель презрительно посмотрел на говорившего, – семеро надеются, что ты именно так и поступишь. Они провели обряд и перенесли Нойлара сюда, но для чего, как ты думаешь? Для того, чтобы мы закончили их дело! Проведя обряд, мы убьем Нойлара раз и навсегда. Все замолчали, Акацель говорил очень убедительно, но я ему не доверял, буквально нутром чувствовал, что с ним что-то не так. Я сидел, слушал спор и в конце концов решил вмешаться:

– Если меня не пробудить, то я не стану Нойларом, а если я не стану Нойларом, то что мне тут делать? Все посмотрели на Акацеля, ему явно было что сказать, но с ответом он не спешил.

– Мы будем ждать, Нойлар, – в конце концов медленно проговорил он. – Сейчас нам не остается ничего другого. Мы уже ищем тех семерых, о которых нам все известно, а когда найдем, они поведают нам о тех, о ком мы еще ничего не знаем. Пока же вы можете прогуляться по городу, внизу вас ожидает ваш слуга.

– Корх?

Все в этот же миг посмотрели на Акацеля, и тот даже немного растерялся:

– Нойлар, не хотелось бы сообщать вам эту печальную новость сейчас, но Корх сошел с ума. Его осматривал мастер врачевания Параль и пришел к неутешительным выводам. Впрочем, старик давно уже был не в себе, а сейчас и вовсе опасен для общества, особенно для вас. Корх говорил вам о битве с тенью?

– Да, он поведал мне об этой битве, а также о моих союзниках…

– Врагах, Нойлар, в этом-то вся и проблема, – перебил меня Параль. – Корх давно уже лишился своей магии, а вместе с ней его покинул разум.

– Он рассказал вам историю, которая ввела вас в заблуждение. Возможно, Корх уже давно служит семерым, жаль, мы так поздно это поняли… – поддержал собрата Акацель.

– Тогда как все было на самом деле?

– Вы не приносили себя и ваших тогда еще добрых товарищей в жертву. Вы должны были прибегнуть к магии крови, но это бы полностью лишило вас сил и вы превратились бы в обычного смертного. Тогда Борх и Мора решили вас предать, они знали, что света внутри вас хватит, чтобы озарить весь мир, и ударили вас в спину. И свет действительно озарил все вокруг, но Борх и Мора стали слугами тени и свет не смог уничтожить ее полностью.

– Я хочу увидеться с Корхом!

– Но, Нойлар, боюсь, это невозможно.

– Почему?

– Он находится на Золотых лугах, и туда не пускают посетителей.

– Вы мне говорите, что я, великий Нойлар, хранитель и создатель Ордена белой сирени, не могу посмотреть в глаза человеку, который меня пытался обмануть? Надо сказать, что я осознанно пошел на хитрость, так как словам Корха верил больше, чем россказням Акацеля, и внезапное исчезновение старика сразу после беседы со мной меня насторожило. Это все произошло неспроста, и мне позарез нужно было увидеться с целителем. Он явно не все успел мне рассказать, а я хотел узнать конец истории.