Граф Рысин из горного графства
- -
- 100%
- +
Неожиданно в меня вцепился какой-то член комиссии.
– Молодой человек, давайте пройдём испытания ещё раз.
– Зачем?
– Я уверен, что вы не раскрыли свой потенциал! Я думаю, что вы можете обучаться даже на боевых факультетах!
– Извините, но меня всё устраивает. Я мечтаю стать специалистом по магии кристаллов.
А он в меня вцепился и потащил куда-то к дальнему столу. Как я понял, здесь сидит главный на этом мероприятии, на этих вступительных испытаниях. Мы подошли к столу, за которым находилась очень строгая женщина. Здесь этот член опять заладил то же самое, что мне нужно пройти повторную проверку. Женщина его выслушала, потом спросила меня.
– У вас действительно довольно яркий источник, а вы показали минимально допустимый для поступления резерв. Не хотите вновь пройти это испытание.
– Не просто не хочу, а категорически против. Я желаю стать специалистом по магии кристаллов. Я уже поступил на этот факультет. А меня тащат куда-то и принуждают, зачем-то, к новым испытаниям.
– Коллега, согласитесь, что желание студента в данном случае является определяющим. Это вверх подняться выше истинных параметров нельзя, а спуститься вниз студент имеет полное право.
Этот тип от меня отстал и куда-то ушёл, а я остался стоять около этой дамы.
– Извините, вы не могли бы мне пояснить, кто и куда может опускаться? Я приехал из провинции, меня практически не готовили к поступлению, поэтому я плохо ориентируюсь. Но не хотелось бы влипнуть во что-то неприятное.
– Вы действительно хотите учиться на факультете вещества и изучать, в основном, магию кристаллов?
– Я могу не отвечать?
– Если вы хотите, чтобы я ответила на ваши вопросы, то будьте добры ответить сами и предельно откровенно.
– Это не повлияет на то, что я уже поступил?
– Нет! Обещаю, на факт вашего поступления это никак не повлияет.
Я задумался. Я не знал, кто эта женщина, но, понятно, что она работает в Академии, очевидно, что она имеет большой авторитет. Кроме того, всё её поведение по отношению ко мне говорить о том, что она человек умный и достаточно порядочный. Поэтому рискну сказать правду.
– Дело в том, что, в силу обстоятельств, я граф, владетель графства, но сам я нищий, и графство у меня пустое, без подданных. Мне нужно заработать много денег, только тогда я смогу привлечь людей и обеспечить развитие своего владения. Я считаю, что специалистам этого факультета проще всего зарабатывать магией.
– Но ведь есть ещё и природная предрасположенность. Вы знаете своё предпочтительное направление в магии?
– Извините, но врать мне бы не хотелось.
– А сказать не можешь… Да, и я никак не определю твою склонность. А родители у тебя кто?
– Мама была магом жизни, а отец целителем.
– Тоже был? Назови свою фамилию.
– Граф Рысин.
– Тот самый? Твой отец был гранд-магистром?
– Да.
– Так идём ко мне на факультет целителей!
– Извините, но нет. И вы не ответили на мой вопрос.
– Там чепуха. Допустим, студент показал резерв сто пятьдесят единиц. Это достаточно для поступления на магию воздуха. Но при желании он может пойти как на целителя, так и на магию вещества. Это считается опуститься вниз. А вот на магию воды или огня, то есть подняться вверх, он не может, там нужен резерв больше.
– Какая глупость!
– Парень, ты мне нравишься, пойдём в целители!
– Спасибо за доверие, но я уже решил!
Все, кто прошёл испытание, на следующий день писали сочинение. Но нас уже развели по факультетам, и написание этого сочинения, по моему мнению, было не очень то и нужным. Раз все пишут, значит, писать умеют, смогут писать конспекты и обучаться магии. Так и вышло, по крайней мере, на нашем факультете никого не отчислили по итогам написания этого сочинения.
Итак, я студент Королевской Академии Магии Славского королевства. Меня поселили в мужском общежитии в крыле, где живут студенты небоевых факультетов. Общага, она и есть общага! В комнатах размещают по четыре человека, это простых дворян, или по два человека, если они аристократы. Я попал в комнату с виконтом, третьекурсником с факультета магии жизни.
– Послушайте, граф, я бы хотел жить со своим другом. А его поселили с парнем с вашего факультета магии земли. Давайте поменяемся!
Я сходил, посмотрел, куда мне предлагают переселиться и с кем жить. Помещение ничем не отличалось. Первая комната была на первом этаже, а эта на втором, чуть дальше от входа в общежитие, но окно на ту же сторону. Если бы я хотел по ночам к девочкам бегать, то на первом этаже жить удобнее, но мне это не нужно. В соседи мне предлагают парня, виконта, студента второго курса факультета магии земли. Внешний вид у него, как у «ботаника». Однако, при знакомстве руку он пожал твёрдо и уверенно. На ладони ощущаются мозоли. От чего? Лопатой много работает или шпагой?
– Виконт, мне предлагают переехать в вашу комнату. Вы не против? Сразу говорю, я хочу учиться и не желаю, чтобы в этой комнате были пьянки, гулянки, девочки и выпивка. Вас устроит такой сосед?
– А вы бы согласились на переезд, если бы я был бароном?
– Ответ состоит из двух. Первый: если бы вы были бароном, вы бы жили в комнате на четверых. Второй ответ: если вас устраивает то, что я уже озвучил, что ваш сосед будет «заучкой», то мне без разницы, какой у вас титул. Главное, чтобы вы не мешали мне учиться.
– Тогда я согласен, Ваше Сиятельство.
Так моим соседом по комнате стал виконт Виктор Зайцев. Как я вскоре узнал, мозоли у него были от того, что каждое утро он занимался на стадионе, «качал» мышцы. Я, когда немного обжился в Академии, вошёл в ритм, начал по утрам бегать на стадион и обнаружил его там. То, что он встаёт раньше меня, я знал, но с вопросами не лез. А теперь у нас нашлось общее дело, и, в дальнейшем, мы иногда будили друг друга, если сосед проспал на утреннюю тренировку. В этом вопросе у нас было взаимопонимание и некоторое взаимное доверие. А вот в магии такого не получилось. Когда я попросил у Виктора почитать конспекты за первый курс, его ответ был резко отрицательным. Он ещё сказал, что в Академии не принято, делиться знаниями. Со временем я выяснил, что другие студенты не так болезненно относятся к обмену конспектами или информацией о том, чему нас учат. Но у Виктора в этом вопросе был «пунктик». Ну и ладно, не буду я к нему лезть, но пусть и он любопытства к моей учёбе не проявляет. Главное, что мы друг другу не мешаем. Размеры нашей комнаты позволили поставить два стола, и каждый занимается за своим столом.
Хотя я чаще занимаюсь в библиотеке, а на том столе, в комнате, у меня стоит чайник и шкатулка с печеньем на случай, если не успел покушать в столовой. Нет, бывает, что и я в комнате занимаюсь, но у меня полная автономия: светильник у меня свой, висит он над моим столом и соседу не мешает. Так, что мы с ним живём нормально. Друзьями не стали, но и врагами тоже не стали, даже неприязни друг к другу не испытываем, что уже хорошо.
В этом плане Виктор был довольно редким исключением.
Глава 5. Преодолей себя
Знаете, что было самым трудным для меня в Академии за первые два месяца? Не ударить в какую-нибудь наглую рожу! Почему-то многие аристократы, видя, что я не вхожу ни в чью свиту и не прибился ни к чьей команде, считают необходимым меня как-нибудь задеть, спровоцировать на ссору. На любые наезды я всегда отвечал:
– Извините, но мне это не интересно.
А деточки богатых родителей становились всё настырнее. Продолжалось это до первых практических занятий по немагической Боевой подготовке. Как оказалось, я не нравился не только богатым студентам, но и некоторым преподавателям. Вот и этот преподаватель, бывший лейтенант гвардии, говорят, завзятый дуэлянт, посчитал меня достойным объектом для своих насмешек. Я ходил на эти занятия со своей учебной шпагой. После очередной насмешки над тем, что некоторые «сиятельства» боятся взять в руки незнакомую шпагу, поэтому им лучше идти в куклы играть с девочками, я грубо ответил:
– Слышишь, лейтенант, я ведь и в круг могу вызвать, если ты не заткнёшься.
– Что? – визг, крик, возмущения. – Поединок!
Я вышел в круг с учебной шпагой и учебным кинжалом. А он с боевой шпагой. Потом до него дошло, что он преподаватель, и у нас занятия. Взял тоже учебную шпагу, и мы начали поединок. Ух, как он злился, но меня не достал ни разу за десять минут. Я продемонстрировал ему два пореза, а потом только имитировал и уколы, и порезы, не затрагивая его тело. Ему было понятно, что если бы я захотел, то уколол бы и порезал бы. Кое-кто из студентов тоже это понял. Они, студенты, долго шушукались, но нарываться и оскорблять меня перестали, всем стало понятно, что вызов меня на поединок чреват для них самих, потому что поединок будет сталью, то есть на шпагах. А магические поединки на первом курсе запрещены.
Через месяц за мной укрепилась всеобщее мнение, что я «заучка», «бука», «вылез из медвежьего угла» и с людьми общаться просто не умею.
А я совершенно случайно увидел студента со второго курса, который мог бы стать моим спарринг-партнёром. Он с какой-то лютой злостью лупил шпагой манекен в тренировочном зале. Я решил познакомиться.
– В чём деревяшка провинилась?
– В том, что не с кем тренироваться.
– А старшекурсники?
– Я случайно наткнулся на одного, и победил его в учебном поединке. А оказалось, что он Первая шпага Академии. Потом меня отвели в сторонку и указали, что есть такая традиция, что Первой шпагой должен быть пятикурсник, но уж никак не студент второго курса. Мне плевать на эту их клоунаду, первенство на звание Первой шпаги, но тренироваться-то не с кем.
– А давай попробуем.
Через двадцать минут, мы сели на скамейку еле дыша. Оба были исколоты и избиты шпагой соперника.
– Слушай, а ты кто?
– Граф Матвей Рысин, первый курс факультета магии земли, – на эти мои слова парень как-то сразу поник.
– А ты?
– Барон Стрелков Василий, второй курс тоже факультет магии земли.
– А чего вдруг скис?
– Ты же граф! Не захочешь с бароном тренироваться.
– Запомни, я неправильный граф. Для меня то, что ты отлично фехтуешь, значительно важнее, чем то, что ты не аристократ. Давай выберем дни, когда будем тренироваться. Сам-то не против?
– Я с радостью! Мы с Вашим Сиятельством сражаемся на равных, значит, от тренировок будет взаимная польза.
– А ты можешь на тренировках вот без этих «сиятельств». За этими стенами этикет нужно соблюдать, а то ещё запишут в бунтари. Но во время тренировки, давай, по именам и на «ты», идёт?
– Хорошо, а у тебя есть знакомые девушки целители?
– Нет, а зачем?
– Завтра весь будешь в синяках! Пойдём, просто попросим дежурных целителей подлечить нас.
Мы пришли в лазарет и встретились с женщиной, той самой, которая при поступлении звала меня в целители. Когда мы объяснили ей ситуацию, она вызвала двух студенток.
– Девочки, вот вам жертвы, тренируйтесь. Анюта, вот этот – мой крестник, с ним построже, он не захотел идти в целители!
Девушки отвели нас в другую комнату, долго нас расспрашивали, как это мы получили столько синяков и ушибов. В ходе этих расспросов и познакомились. Потом они развели нас в разные комнаты.
– Матвей, а у тебя невеста есть?
– Нет.
– Ты ничего себе не придумывай, просто у тебя очень красивое тело. Его так приятно исцелять и гладить…
А если девушке приятно гладить моё тело, то мне ещё приятнее гладить её. Я вспомнил все уроки и наставления Катерины и применил их на практике. Конечно, если у самой девушки не было бы желания, я бы тут со всем своим «мастерством» утёрся бы и пошёл восвояси. Но, видимо, я ей действительно понравился, и возникло у нас взаимное влечение. От поглаживаний я перешёл к массажу. В итоге получился у нас продолжительный интим. Девушку звали Анюта, она студентка-целительница с третьего курса.
– Мы с тобой стали близки, давай, хотя бы познакомимся, а то я о тебе только имя и знаю.
– А большего тебе знать не нужно!
Мне-то что? Удовольствие получил, ещё и говорят: «О большем и не думай!» Большинство парней именно о таких отношениях и мечтают.
– Анюта, мы с Василием будем такие тренировки проводить по два раза каждую неделю. Я не говорю, что вы каждый раз должны нас вот так приятно исцелять. Но нельзя ли организовать дежурство на этих тренировках на случай серьёзной травмы?
Когда через три дня мы снова встретились с бароном Стрелковым, то вместе с ним в зал пришли и две девушки целительницы. Мы с ними стали дружить, просто это не афишировали, потому что девушки были с третьего курса, а я с первого. По негласным правилам Академии такое не приветствовалось. Далеко не каждая тренировка оканчивалась интимными отношениями, но и они тоже большой редкостью не были.
– Василий, а как ты относишься к своей целительнице?
– Мне Василиса очень нравится, она тоже баронесса. Мы возможно, надумаем пожениться.
– А Анюта, она кто?
– А ты не знаешь?
– Нет, она отказывается говорить.
– Ну, вы даёте! Она графиня, дочь маркизы. Её мама вдова, но очень известная дама в столице. Фамилия у неё Годунова. Слышал?
– Нет!
– Скоро услышишь. Как только сплетники доложат ей, что её дочь с каким-то графом якшается, будет тебе большой кирдык.
Я озаботился и спросил при следующей встрече:
– Анюта, у тебя есть заклинание Запрет на беременность в рунной форме, чтобы в перстенёк вписать.
– А тебе зачем?
– Меня тут все твоей мамой пугают. Предполагаю, что за наши отношения меня могут кастрировать, а вот если ты забеременеешь, мне просто голову отрубят. Поэтому я хочу подстраховаться. Ты сама о себе заботишься, а ещё я со своей стороны наложу руну в нужный момент.
– Да ты трусишка!
– Ага, поэтому и жив до сих пор. Я ведь поддерживаю с тобой отношения. Даже если и боюсь, то вида не подаю.
– Герой ты мой! В библиотеке спроси справочник для целителей по программе третьего курса.
Мне учебник третьего курса в библиотеке не дали. Пришлось тащить в библиотеку саму Анюту. Потом сидели рядом и занимались. Я руну перерисовывал, а она учила что-то из целительства. Мы продолжали встречаться. Догадываюсь, что некоторые читатели, скорее, читательницы, воспримут описание нашего знакомства с Анютой, как надругательство над нравственностью. Как же так? Где цветы, вздохи при луне, долгие ухаживания? Или, хотя бы, где подвиг, когда герой спасает девушку, а она в него влюбляется? А у нас всё просто, даже примитивно. Она его лечила, они переспали и стали встречаться. Может быть, со стороны это так и выглядит, только это не совсем так. Я заметил, что девушка, когда решилась сама проявить инициативу, она словно в омут бросилась. Развратные барышни ведут себя совсем по-другому, а Анюте, зачем-то, это было нужно, но она решилась на это с большим трудом. Когда после моей просьбы посещать наши тренировки в качестве дежурных целителей девушки пришли в зал, Анюта была очень напряжена и буквально отслеживала каждый мой взгляд, каждое движение или слово в её адрес. Как будто для неё было очень важно, как я себя поведу. И, возможно, она опасалась, что я начну относиться к ней, как к девушке, «которая сама залезла в постель». Поэтому я несколько тренировок ограничивался только тем, что она меня исцеляла, мы говорили, шутили, я провожал её до общежития, и всё на этом.
А потом были робкие поцелуи, осторожные «обнимашки». Постепенно у нас установились отношения, про которые говорят: «Это мой парень!» и «Это моя девушка». Стали мы то ли друзьями, то ли любовниками, но, скорее, товарищами с близкими интимными отношениями. Постепенно у девушки прошла настороженность, а у меня она наступила. Почему? Потому, что я не понимаю, как я к Анюте отношусь. Уж не влюбились ли вы, граф?
Дело в том, что она не такая, как большинство девушек в Академии. В ней совсем нет жеманства, она может пококетничать, но это так, в шутку, это не является её привычкой или потребностью. Она может внимательно выслушать и аргументированно возразить или согласиться. В таких случаях говорят, что у девушки мужской склад ума. Но с местными мужчинами я её сравнивать не хочу, так как у мужской части студентов часто нет этого самого склада ума. Ни мужского, ни женского, одна спесь и гордыня.
Кроме того, она, на мой вкус, очень красивая девушка, довольно спортивная, эрудированная, а к учёбе относится так же, как и я: раз уж пришли учиться в Академию, надо взять отсюда знаний по максимуму. Поэтому мы и сидим в библиотеке рядышком. Да, с некоторых пор мы вместе ходим в библиотеку. Книги мы изучаем разные, но это не мешает нам и сидеть рядом, и пошептаться, если нужно, карандаш подать или что-то поддержать.
Глава 6. Выяснение отношений
В выходной день полдня мы с Анютой провели в постели в моём доме, и тут в мой дом приехала маркиза Годунова. Дочь выгнала, на меня кричит. Я её убеждаю, что вреда девушке не принесу. Пусть она в Академии живёт, как ей нравится. Она понимает, что потом её выдадут замуж за того, за кого мать посчитает нужным, но, пока учиться, может же она хоть что-то делать по своему желанию.
Мать за дочь переживает, любит, боится, что глупостей наделает.
– Ваша Светлость! Прошу вас, вы сами с ней спокойно поговорите, Анюта вполне всё понимает, против вашей воли не пойдёт и глупостей не сделает.
С трудом, но всё же удалось с женщиной поговорить без крика. Потом с личности Анюты перешли на обсуждение меня. Рассказал про себя, ничего не скрывая, понимал, что если совру, то стану врагом матери своей девушки. Мне это зачем?
– Ты понимаешь, что ты ей не пара?
– Сейчас – да, но я буду стараться.
И вот опять я думаю, где брать деньги и людей. Нужно развивать графство. Перечитываю записи отца. «Сын, в твоём камзоле в левом кармане медный и серебряный, в правом кармане мешочек с зерном, а в нижнем левом кармане мешочек с солью». Пусть камзол – это графство. Где низ, где верх, лево, право? Смотрим на карту графства.
Когда был жив отец, графство было широким, почти квадратным на карте. Правый карман с зерном, это баронства, где выращивают зерно. Они остались у князей Пустельгиных. Значит, у меня в горах есть медь и серебро? А теперь я ещё знаю пещеру с аметистами! Нижний левый угол на карте остался в моём владении, и там «мешочек с солью». Месторождение соли? Всё хорошо, но стоит мне заявить о любом из этих месторождений, как Пустельгины меня ликвидируют и землю заберут себе. Это у меня с ними заключён договор, что я почти свободный граф, хоть и не вышел из их вассалитета, но они обязуются меня не трогать. Плачу им пятую долю с доходов от графства, и они про меня не вспоминают. Но у них сохранился документ, что графство Рысье вошло в их княжество, когда мама вышла замуж за князя. Если они меня ликвидируют, то предъявят тот документ и заберут себе всё графство. Нужно как-то решать и этот вопрос. Может стряпчий что-то подскажет? Нужно консультация.
Поговорил об этой проблеме со своими подданными. Командир моей дружины, Пётр Стародубцев, знает, где местные жители понемногу добывают соль. Он показал мне это место на карте. Это предгорья, километрах в двадцати от переправы, почти на границе с ханством. Не из-за этого ли чуть не началась война с Ханством Большого Озера? Пока я это место просто запомню. Мне нужны компаньоны, потому что мне нужны люди и деньги. Только вот не вижу я толпы богатых людей, готовых предложить мне долевое участие в моих предприятиях. А нужны не просто богатые люди, а такие, при мысли о которых Пустельгины сразу же предпочли бы забыть про меня. Думай, голова, думай, я тебе куплю красивую вязанную шапочку с ушками, как у лесной рыси. Рысин я или нет!
– Анюта! А твоя мама, когда надо решать деловой вопрос, может отринуть всякие эмоции?
– Ты даже не представляешь, насколько!
– А со мной, если я приду с деловым предложением?
– Пойдём вместе сходим. В выходной поедем к нам, обратно поедешь один, чтобы все подумали, что ты просто по делу приезжал, а не ко мне приклеился.
– Да я не против, приклеиться!
– А я серьёзно!
– Прости, у меня нет ни малейшего желания тебя компрометировать.
А в доме Годуновых у меня состоялся серьёзный разговор с маркизой.
– Я начинаю разговор на пустом месте. Пока у меня ничего нет. Более того, надо мной весит угроза истребления. Но я сначала главную идею выскажу, а то иначе мы до неё не доберёмся, разбирая мои недостатки. Я примерно знаю, где есть подземные залежи соли. Соль хорошего качества, можно будет добывать в любых разумных количествах. Суть моего предложения: организовать добычу соли на троих. Это я, вы и хан Большого Озера. Я сам не могу это сделать, и вот почему.
Подробно рассказываю историю моей семьи. Упор делаю не на то, что сейчас я бедный, а на то, что Пустельгины жадные и завистливые. Они считают, что я их обманул тем, что вышел из вассалитета по отношению к ним. Они же, когда меня отселяли в замок, были уверены, что в любой момент могут на меня надавить и просто раздавить. Я же их подданный.
– Мне нужна ваша помощь в том, чтобы во всех столичных реестрах было зафиксировано, что я теперь не подданный Пустельгиных. И моё графство свободное, а не часть Полевого княжества. После этого я договариваюсь с ханом о долевом участии. Он даёт людей. Если других нет, пусть отдаст мне рабов. Я с ними заключу договор, что я их выкупил, но они должны десять лет отработать у меня, и эти десять лет я хану поставляю соль в уплату за этих рабов. Ещё он должен подписать обязательство о ненападении на моё графство, а в идеале – на наше королевство. Вы мне помогаете деньгами на первом этапе, и организуете сеть покупателей, которые будут брать соль большими партиями. Мелкой розничной продажей ни вы, ни я заниматься не будем. Хану пойдёт одна треть добываемой соли. Мы с вами доход делим пополам. Но и затраты тоже делим пополам. Ещё с вас толковый счетовод, потому что мне нужно учиться, а за доходами нужно следить.
– То есть, сейчас у тебя нет ничего, а получишь ты треть приличного предприятия? На пустом месте!
– Нет. Я получу всё предприятие. Собственник будет один, я! Но не на пустом месте: соль на моей территории. С вами финансами делимся поровну, а хану треть продукции отдаём, и даже в расчёты её не включаем.
– Я беру неделю на оценку ситуации.
– Вам оставить копию моего договора с Пустельгиными?
– Ну, оставь.
Когда парень ушёл, маркиза говорит с дочерью
– Анюта, а как ты вообще к нему относишься.
– Мама! Он мне очень нравится. Он очень честный, не терпит несправедливости, но странный, не такой как все: совсем не знает жизни высшего света. Боюсь, что на этом он себе голову свернёт. Ещё он много знает о магии такого, чего даже я не знаю. А ведь он только на первом курсе! И голова у него хорошо соображает. С ним интересно.
– Понятно, как человек он тебе интересен. А как мужчина, любовник?
Дочь вдруг насупилась:
– Не отдам!
– Ха-ха-ха! Дурочка, даже если он самый лучший любовник, он для меня ребёнок, я не буду так позориться. Не волнуйся. Но я поняла: ты за ним готова хоть в омут головой. А ты знаешь, кого я пророчу тебе в женихи?
– Младшего сына герцога Шаповалова. Он закончил Военную Академию, перебрал всех доступных дам «света», всех дам «полусвета», и половину шлюх в борделях столицы. Это он готовится к семейной жизни.
– И ты даже не возмущаешься?
– Я тебя знаю. Ты ведь уверена, что для меня так будет лучше! – и девушка выскочила из комнаты со слезами на глазах.
А маркиза оделась в строгое платье, вызвала карету и поехала «по делам». Поехала она в Канцелярию Королевского Двора.
Глава 7. Случайности неслучайны
В выходной день мы нашей студенческой компанией, вчетвером, гуляли по столице. Дошли до набережной и вышли на смотровую площадку, которая нависала над рекой.
После нас на смотровую площадку подошла большая группа молодёжи. Это была золотая молодёжь, они приехали в шикарных каретах, вышли все такие нарядные, вели себя шумно и развязно. Я предлагал нашим уйти, но на меня зашипели и отодвинули в сторону. Оказывается, это была принцесса Шарлотта, дочь четы монархов Изумрудовых, со своей свитой. Наши бароны смотрели на эту публику, как на ангелов, сошедших с небес. Анюта тоже была очень заинтересована, а я видел перед собой группу молодых людей, таких же высокомерных, как мои сводные родственники, князья Пустельгины. Я взял наших девушек за руки и почти насильно оттащил их чуть в сторону. Василий вынужден был присоединиться к нам.
Мои друзья продолжали рассматривать эту публику, а окружение принцессы вело себя, как обыкновенная пьяная компания. Парни, сопровождавшие принцессу, извлекли откуда-то бутылку вина и устроили типа розыгрыша, кто выше подпрыгнет, тот имеет право сделать глоток. И стали хором подпрыгивать. От сотрясения почвы грунт под этой площадкой потёк в сторону реки. Вся площадка начала наклоняться, люди на ней оцепенели от страха. Девушки начали визжать.