Не в магии счастье

– И как же вы молодой человек умудрились стать виконтом.

– Знаете, нет ничего проще! Выдал замуж свою вдовую матушку, признал её мужа приёмным отцом, и сразу из графа превратился в виконта. Правда в Академию, наверное, никто сообщать не будет, но опасаюсь, как бы не обвинили в присвоении неположенного титула.

– Лучше, конечно, самому написать обращение в канцелярию.

– О горе мне, горе! Меня теперь девушка бросит, зачем ей какой-то виконт.

– А что, этот вариант надо обдумать, у нас ту даже маркизы есть, а уж «графьёв» – просто немерено, зачем же нам виконт, – это Мия надо мной издевается.

– Ах, милые барышни, обсуждать мужчин, это так скучно, давайте поговорим о вас, женщины! И о том, что они устраивают?

– Да что мы можем устроить, нам бы только быть рядом с хорошим мужчиной! – это Мия пытается избежать дальнейшего обсуждения её персоны.

– Эта молодая особа поделилась с матушкой своим богатым жизненным опытом, а матушка поделилась с батюшкой. Папа два дня бегал по дворцу и грозился кастрировать столь опытного учителя юной особы. Но после общения с матушкой, он сменил гнев на просто сердитое лицо, и обещал кастрировать вышеупомянутого учителя только в случае, если одна молодая особа понесёт до окончания Академии. А посему матушка рекомендовала срочно изучить плетение со срамным названием.

– Ну что вы девушка, мы будем изучать плетение с очень благозвучным названием «Безопасный интим».

– О, как! Ради такого названия и я готова «Чашу блудницы Яиры» изучить ещё раз.

– Лиза, ну я его давно знаю, там на три блока меньше, чем в малом исцелении, и два блока других, а так ничего особенного.

– Виконт, вы отвратительно влияете на эту молодую особу. Вы только послушайте, какая она стала зазнайка. Раньше ходила бы и стонала: две недели учу, никак не запоминается. А теперь у неё «…всего два блока другие».

– Лиза, подскажи, если нам с Мией захочется побыть вдвоём, куда лучше пойти, в гостиницу, или в мою комнату в Академии.

– Идите уж сразу во дворец, в опочивальню наследника.

– Ой, не вредничай. Скоро и твой кавалер приедет.

– Тс-с-с! Вы меня подставить хотите? – потом всё же ответила:

– Мики, представь себе, вы в номере в гостинице. Под дверью пять гвардейцев. Из комнат слева и справа постояльцев выселяют. Я дежурю на этаже с двумя посыльными. А вокруг гостиницы толпа обывателей, мечтающих увидеть развратную принцессу.

– Да! Картина просто эпическая!

– Поэтому, ребята, потерпели бы вы до начала занятий. В Академии к вашим чудачествам все привыкли, ни для кого ничего нового не будет.

– Тогда пошли, сходим в Королевский храм, уже больше месяца не были.

И мы пошли. В храме был новый настоятель. Он встретил нас ровно, не выделяя Мию. Мы прошли к алтарю, и он засиял, словно радовался встречи. Ну, раз нас так встречают, я положил две ладони на верхние грани алтарного кристалла и подкачал его своей магической энергией. При этом, видимо, божеству захотелось поразвлечься, и он покопался в моих мозгах. А как иначе объяснить, что в далёком магическом мире под сводами храма Светлого зазвучала мелодия вальса Свиридова из кинофильма «Метель»?

Мы стояли перед алтарём и скульптурой Светлого, пока не закончилась музыка. Девушки просто таяли от этой музыки, а у меня на глазах наворачивались слёзы. Так реально почувствовал себя дома, на Земле, что просто не хотелось возвращаться сюда, в этот мир. А потом увидел перед собой встревоженное лицо Мии, и сразу вернулся в действительность. Мия вытерла платочком мои глаза, и мы пошли из храма. У девушек хватило ума и такта ни о чём меня не спрашивать.

А про настоятеля говорили, что он, после нашего посещения, женился на молодой служке. Связано ли это с музыкой, никто не знает, но, известно точно, когда ему предложили повышение в их иерархии, он отказался, сказав, что здесь он реально близок душой к Светлому.

Наши каникулы подходили к концу. Принцессе Мие зачем-то понадобилось повидаться с бабушкой, и мы пришли во дворец. Она оставила меня в зале с красивыми картинами на стенах, и большими окнами. По случаю жаркой погоды все окна были открыты, и я стоял возле одного из них, наблюдая, как в сквере под окном молодые придворные пытаются «убалтывать» и «охмурять» молодых девиц. Девушки, скорее всего, были из свиты королевы, или жены наследника.

– И что делает молодой маг в стенах этого дворца? – раздалось у меня за спиной.

Глядя на развлечения молодёжи, я и сам поддался игривому настроению, поэтому, не оборачиваясь, ответил:

– Я не маг, я волшебник.

– А имя у великого волшебника есть?

– Я Гудвин, Великий и Ужасный! – продолжая шутить я повернулся к говорившему.

Эту шутку я не сам придумал, так шутил главный герой в книге Николая Воронкова «Хочу остаться собой». Он потом стал очень крутым магом, но ведь и я к тому же стремлюсь.

Передо мной стоял старичок: небольшого роста, очень пожилой мужчина в одежде придворного, но множество амулетов говорили, что это маг, скорее всего, целитель. После моих слов, дедушка посерел лицом. Взгляд его стал недоверчивым и обшаривал меня, словно ища подтверждение чему-то. Потом он поклонился и, пятясь, вышел из зала. Я понял, что со своим Земным юмором опять сделал что-то не то. Тут появилась Мия в компании с какими-то девушками, спрашивать было невозможно, и мы пошли на выход.

В кабинете королевы старый целитель с поклоном спрашивал жену монарха:

– Ваше Величество, а кто тот молодой человек, что стоит у окна в зале перед вашей приёмной.

– Подозреваю, что это кавалер моей внучки.

– А вы знаете, кто такой Гудвин, Великий и Ужасный?

– Нет, а кто это?

– Вот, даже ваше поколение его не знает, а откуда может знать этот молодой человек?

– Да что случилось, уважаемый Джулиан?

– Молодой человек представился этим именем. Это имя великого волшебника, то есть, необыкновенно сильного мага. Он боролся с проявлениями злых сил в нашем мире. Ему противостояли жуткие чудовища, которые могли подчинять разумных. Им, почему-то, помогали красивые и гордые разумные, которых в наших легендах называют эльфами. Однажды Гудвин исчез, а вместе с ним исчезли и те чудовища, и эльфы. Легенды говорят, что Гудвин увёл их в глубокую пещеру и завалил там, но и сам остался там же. Откуда этот мальчик может знать эти легенды. И ещё один момент, он не читается как маг. У него явно есть дар, но ни силу дара, ни мощность его каналов я определить не мог. Такое впервые в моей практике.

А мы продолжали веселиться, ведь стояли теплые деньки, которые были последними днями наших каникул. Один раз мы даже съездили искупаться на то же место, что и в прошлом году. Но все никак не могли переключиться на беззаботный отдых, слишком сильные были воспоминания о тех нападениях. Даже то, что девушки были в новых купальниках, закрытых и весьма скромных по меркам Земли, и довольно вызывающих по меркам этого мира, не смогло снять общий тревожный настрой. Так и уехали, толком не повеселившись.

Но вот и каникулы закончились. На общем построении мы стояли на месте третьего курса, и теперь мы считались старшекурсниками. Кстати, теперь нам разрешены магические, и не только, дуэли на специально оборудованном полигоне.

По рекомендации Лизы, сходил в администрацию Академии и написал заявление о том, что у меня изменился титул, указал причину. Почему-то все смотрели на меня с сочувствием, кто-то – с искренним, кто-то – с притворным, а кто-то – со злорадством. А мне было совсем всё равно.

Неожиданно мне предложили прийти в ректорат, а там какой-то служащий, или, как мы их называем, клерк, предложил мне пройти обследование на магическом шаре.

– А с чего баня-то упала, – не удержался я от земного юмора.

– Какая такая баня? Я вам нормальным языком говорю, вы обязаны пройти обследование на магическом шаре! – клерк пытается брать «на горло», то есть повышает голос, усиливая психологическое давление на студента.

Ага, студента! Ты против меня – щегол, у меня за спиной более двадцати лет педагогического стажа. Мне твои потуги, как выступление клоуна.

– Вы не представились!

– Я исполняю обязанности секретаря ректора, вам что, этого не достаточно?

– Конечно, нет, господин без имени. Будьте добры представьте документ, на основании которого вы пытаетесь отправить меня на какие-то обследования.

– У вас изменился дворянский титул, это достаточная причина, для проведения полного обследования.

– На основании какого документа, вы это заявляете? Прошу показать мне этот документ.

– Студент вам что, указания ректора не достаточно.

– Ради Светлого, что вы так нервничаете. Покажите мне указание, или указ ректора. И всё встанет на свои места.

– Как я вам покажу устное указание ректора.

– А вот сейчас я уверен, что вы нагло лжёте. Наш ректор вполне опытный бюрократ, он такое указание не мог отдать в устной форме. Теперь я настаиваю, чтобы сюда вызвали ректора, или нашего декана. Надеюсь, вы знаете с какого я факультета.

– Мне больше делать нечего, как знать про каждого наглого студента.

– И опять вы врёте. Я вынужден сам сходить за деканом, – и иду к двери.

Этот умник пытается на меня наложить плетение паралича, но я накрыт Чёрным куполом, выхожу из приёмной ректора и сталкиваюсь с самим ректором.

– Ваше Могущество! Сейчас от вашего имени меня пытались отправить на обследование. Назваться этот господин отказался. Я прошу пояснить мне, что происходит, или наказать того, кто пытался за вашей спиной проворачивать какие-то мутные дела.

– Я разберусь, и вас проинформируют, – и пошёл дальше.

Ректор явно в курсе, но на себя брать не хочет, пошёл уточнять диспозицию. Скорее всего, это спецслужбы. Надо уточнить у Лизы.

После ужина пригласил девушек ко мне в комнату.

– Уважаемые графини и… Лиза, извини, но я до сих пор не знаю ни твоей фамилии, ни титула. Если можно, просвети меня!

– Виконтесса Елизавета фон Мюлер. Только не нужно об этом рассказывать на каждом углу.

– Я понял. Так вот, уважаемые графини и виконтессы, не могли бы вы меня проинформировать, если знаете, или тихонечко, без излишнего шума узнать, с чего это вдруг спецслужбы захотели проверить мои магические способности?

– А откуда такая информация,– встречно интересуется виконтесса.

Я рассказал, о вызове меня в приёмную ректора. Особо подчеркнул, как среагировал ректор.

– Да, сильно похоже на Мииного папочку. А ты против того, чтобы пройти такое обследование?

– Да, против, от такого обследования я не жду ничего хорошего.

– Почему, – это уже обе девушки интересуются.

– Посмотрите внимательно на мой источник.

Девушки в упор меня разглядывают, потом обходят меня по кругу.

– Да вроде бы нормальный источник, слабенький, и близко к грудине, а так ничего осо…

– Мия, а как у него может быть слабый источник? Ты вспомни, что он творил на той поляне, где на нас нападали! Паралич веером на всю поляну, это уровень магистра. Мики, ты давай сразу колись. Мы-то, может быть, и простим все твои прегрешения, а вот службы наследника будет копать от языка, до копчика.

– Так что, сможете узнать, почему под меня начали копать, кто, и зачем?

– Попробуем, только как бы хуже не сделать?

– Если ректор мне ничего не говорит, значит, ещё ничего не закончилось.

На этом мы и остановились. Через два дня сидим тем же составом на том же месте.

– Мики, все твои проблемы от твоего языка. Ты зачем назвался каким-то Гудиным, да ещё и Ужасным.

– Это была шутка. Гудвин, Великий и Ужасный. Это был такой мошенник, он всем говорил, что он волшебник, то есть очень умелый маг. А сам просто делал качественные иллюзии.

– А вот и нет! – и Мия пересказала мне ту историю, что её бабушке рассказал старый маг целитель.

Я кивал, улыбался, делал вид, что раскаиваюсь. А мозг сверлила очень яркая мысль: «Горячо, совсем горячо, разгадка этого мира где-то здесь!»

На другой день, встретив одну Лизу, сказал ей:

– Мне очень нужно узнать, где в какой стороне жили эти эльфы и их чудовища, или куда их увёл Гудвин.

Лиза долго молча смотрела на меня, потом сказала:

– А ты о ней подумал? Что с ней будет, если ты сдохнешь?

– Знаешь Лиза, я не вру, я, правда, потерял память, но чувствую, что если я кое-что не сделаю, плохо будет не только Мии, но и всем остальным. Поэтому и тренируюсь, не останавливаясь ни на день. Помоги! Я думаю, кое-кому даже интересно должно быть, а что же я раскопаю, если помочь мне с информацией.

Девушка только осуждающе покачала головой, и ничего не сказала.

На следующий день меня снова пригласили к ректору. На этот раз секретарь сидел обычный, и меня пропустили в кабинет ректора. А там сидели сам ректор, декан нашего факультета, дядя Томас, или правильнее сказать, гранд-магистр Томас фон Кламер, и наследник престола принц Вильям ля Валуан.

– Студент виконт Мики ля Витур, при поступлении в Академию, в результате небрежности некоторых должностных лиц вы не прошли обязательную процедуру проверки ваших способностей на магическом шаре. Мы не можем выпустить вас из Академии, не оформив все документы надлежащим образом. В том числе документ о проверке ваших способностей. Поэтому будьте добры, подойдите вот к этому шару и положите на него руки.

– Ваше могущество! А если эта штука сломается? Вы ведь будете очень огорчены?

Все присутствующие весело рассмеялись и смеялись около минуты, только дядя Томас вдруг оборвал свой смех, и внимательно смотрел на меня. Когда все отсмеялись, он сказал:

– Мики, ты же можешь дозированно подавать силу в плетения. Вот и убавь подаваемую силу вполовину.

– Всё равно это будет неправильно. Когда я поступал, у меня была одна емкость источника и мощность энергетических каналов. В Академии я два года тренировался, не жалея на это времени, теперь эти параметры возросли в несколько раз. Если вы их измерите, и запишите как проверку при поступлении, это будет совершенно неправильно.

– Вы нас учить будете? У студента за время обучения емкость источника возрастает в полтора – два раза за пять лет обучения. Что вы нам тут рассказываете? – это наш декан свою «ложку дёгтя» в мою «бочку с мёдом».

– Вы, Ваше Могущество судите по самым ленивым студентам. Я дружу с графиней Мией ля Ришат. За год нашего знакомства она увеличила ёмкость своего источника со 160 до 350 единиц, то есть больше чем в два раза. Подчёркиваю, за один год. А я занимаюсь упорно все два года, и не только по увеличению ёмкости, но и мощность каналов усиливаю. Поэтому я и опасаюсь за ваш прибор.

– Хватит нам головы морочить, подходи к шару, – это уже наследник престола начинает давить, а я считал его умнее.

Подхожу, как приказано к шару, накладываю руки на него и начинаю потихонечку подавать энергию в шар. В зале появляется звук, похожий на шум водопада, сначала далёкого, негромкий, но довольно быстро он переходит в громкий шум. При этом по шару пробежали разноцветные сполохи, а потом он засветился ровным белым светом, и когда свет стал слепящим, а звук водопада превратился в рёв, я просто прекратил подачу энергии в шар. Потом убрал руки с шара и, глядя на принца, спросил:

– Достаточно?

У принца в нервном тике подёргивалась левая щека. Дядя Томас, который по моему представлению является начальником службы безопасности то ли факультета, то ли всей Академии, схватился руками за голову, и так и застыл. Декан и ректор смотрели то на принца, то друг на друга. Наконец ректор вернулся в действительность.

– Так, студент, подождите в приёмной.

Я вышел, и включил своё умение Слухач. Кое-что удалось услышать, но разобрал не все звуки, так как в коридоре шумели сильнее, чем было слышно из кабинета.

– Ваше Высочество! Достаточно ли такой проверки студента ля Витур?

– Да уж, более чем достаточно. Насколько я понял, у него развиты все направления, то есть он – полный маг. Вы можете сказать, он всю свою мощность подал на шар, или там ещё есть резерв.

– Можно его самого спросить. Проверять его максимальную мощность на шаре я не рискну. Тут он был прав, так можно сломать наш магический шар. Чем мы тогда студентов проверять будем?

– Уважаемые маги! А вы до конца осознаёте, что он тут сказал?

Гранд-магистр Томас фон Кламер ещё ниже опустил голову, не убирая рук от головы. Весь его вид как бы говорил: «Полный капец!»

– Насколько я помню, студенты принимаются в Академию, если их внутренний источник имеет ёмкость не ниже 60 единиц. А выпускаете вы магов и даёте диплом, при условии, что этот параметр не ниже 100 единиц. За пять лет ваш студент обязан поднять емкость источника не менее чем до 100 единиц, то есть менее чем в два раза. А девочка подняла ёмкость источника более чем в два раза за один год. Про себя студент сказал, что за два года поднял ёмкость в несколько раз. Вопрос к вам уважаемые маги: а почему все ваши студенты – бездельники? Почему у вас нет никаких стимулов, чтобы они, как этот парень, рвали жилы, чтобы повысить своё могущество? Кстати, кто у вас специалист и можете сказать, чему равна ёмкость источника у студента ля Витур?

– Ваше Высочество! Шар определяет этот параметр в диапазоне от 50 до 500 единиц. У данного студента параметр выше 500 единиц, точнее сказать невозможно.

– И что будем делать? Ко мне поступает просто куча предложений, начиная от того, чтобы этого студента изгнать из Академии и из королевства, и заканчивая тем, чтобы запереть его в камере, и проводить над ним опыты! Ваши предложения, господа?

– Позвольте, Ваше Высочество! – гранд-магистр Томас фон Кламер решил взять слово, – Парень уникум, равнять по нему других не стоит. Вопрос о том, что наши студенты выпускаются слабыми магами, это предмет отдельного и подробного разговора. Кстати, именно у студента ля Витур есть очень критические мысли по этому поводу, но это, потом. О его судьбе. На сегодняшний день он ни разу не дал повода сомневаться в его преданности короне. Кроме того, у него есть матушка, которую он очень любит, и живёт она недалеко от столицы. Это ещё один якорь, который его удержит от попыток навредить королевству. Первый якорь, это та девушка, у которой источник увеличился в два раза. Я не берусь ничего советовать Вашему Высочеству, но, по моему мнению, мы имеем очень сильного мага, пусть пока не полностью обученного, но уже очень сильного, и преданного королевству. Я вообще не вижу смысла даже обсуждать те ваши предложения. Пусть тот, кто предлагает, сделает хоть что-то полезное для короны, прежде чем желать вреда тому, кто это полезное реально делает. Могу добавить, что все студенты, которые дружат с этим парнем, начинают обгонять в своём развитии других студентов. Наверное, это нужно рассматривать и брать на вооружение. И получается, что авторы всех предложений, которые вы озвучили, на самом деле желают ослабления нашего королевства.

– Эх, как вы развернули вопрос?! Все согласны с гранд магистром фон Кламер? Тогда позвольте пока откланяться, а через неделю, уважаемый ректор, давайте проведём совещание на тему, как повысить уровень подготовки студентов Академии. Привлекайте кого хотите, но мне нужны здравые мысли, дающие реальный результат.

Я вскочил с места при выходе принца из комнаты, развеял плетение Слухач и низко поклонился. А принц встал напротив меня и стал смотреть мне в глаза. Я встал по армейской стойке «смирно», и уставился ему в переносицу.

– Дурачком прикидываешься?

– Так точно! Подчинённый перед начальником должен иметь вид лихой и придурковатый, чтобы начальник не подумал, что подчинённый слишком умный.

– Что-что! Ну-ка повтори!

Пришлось повторит трижды, пока принц запомнил. Секретарь еле сдерживался, чтобы не засмеяться в полный голос. Потом меня отпустили на занятия. Когда я вошёл в класс, преподаватель магии огня, который вёл в данный момент занятия, решил поиздеваться надо мной.

– О, наконец-то Виконт ля Витур, соизволил прибыть на занятия. Ему ведь не обязательно приходить к началу занятия, он и так всё знает.

– Ваше Могущество! Меня только что воспитывал наследник престола. Можете ему сами сказать, чтобы он меня в следующий раз не задерживал.

– А по мне хоть король! Вы пропустили полтора занятия. Мы тут между прочим, уже изучили плетение файрбола. Если вы не сможете его продемонстрировать на следующем занятии, зачёт вы не сдадите.

– Ваше Могущество! Вы, пожалуйста, уточните, файрбол это огненный шар, – и я создал на ладони огненный шар размером с апельсин, затем развеял его, точнее поглотил энергию обратно, – Или это плазменный шар, – и я создал на ладони плазменный шар, размером поменьше, затем и его развеял.

А сам смотрю на преподавателя такими честными глазками, и ресничками хлоп-хлоп, как девочка. Его бедного перекосило всего, хотел поиздеваться и сам стал посмешищем, потому, что я его, получается, носом ткнул в неправильную терминологию, да ещё и продемонстрировал плетение, которое будет изучаться только в следующем учебном году.

Мне позволили сесть на своё учебное место и больше не доставали.

На занятиях мне было совершенно не интересно. Я выпросил у студентов нашего факультета конспекты за третий, четвёртый и пятый курс. Пролистал их все, мой Комп всё запомнил, и, приходя на занятия, я лишь слегка отслеживал, что дают преподаватели в этом году. Большинство давали тот же материал с точностью до запятой. И только по Кристалловедению материал отличался, так как сменился преподаватель. Но Кристалловедение закончилось на втором курсе, что, по моему мнению, для амулетостроителей совершенно неправильно.

По магии воды занятия в этом полугодии вёл тот самый преподаватель, на безответственность которого, я чуть было не пожаловался в прошлом учебном году. Он очень настороженно отнёсся к моему присутствию, но я молчал, на занятиях делал то же, что и остальные студенты, и всё нормализовалось. Кстати плетение Водяная стрела, он нам преподал правильно, видимо, когда готовился сам проводить занятие, всё же разобрался и выявил неточность в новом учебнике.

Так и шли занятия, я на занятиях успевал просматривать записанные в Комп учебники, книги, а поле обеда работал на полигоне в составе группы или индивидуально. От боевой подготовки на мечах меня освободили, но я иногда ходил на пятый курс водников. Там были два студента, с которыми мне было интересно сражаться. Их подготовка так же значительно превосходила общий уровень других студентов.

Тем удивительнее было, что меня вызвали на поединок. По совершенно надуманному предлогу, якобы я оскорбил его девушку, которую я вообще не знал, меня вызвал на поединок маркиз ля Мюлэр, сын герцога Мюлэра, владетеля большой провинции на границе королевства. При этом он сделал всё, чтобы поединок был магический, он называл меня трусом, дутым магом, несчастным амулетчиком, который умеет только зад просиживать, и так далее. Я смотрел на него, как на злую маленькую собачонку, пнуть – хозяйку обидишь, промолчать и уйти, собачонка будет уверена, что ты её боишься, и может даже попробовать укусить.

– Сталь! Поединок на шпагах, через три дня, – и ушёл.

Сам я был очень обеспокоен этим вызовом. Маркиз не мог не знать, что как мечник, он мне не соперник. Да, он вроде бы пытался свести дело к магическому поединку, но это было как-то очень нарочито, как будто специально, чтобы я выбрал сталь.

Я пошёл к девушкам, рассказал им о своих сомнениях, попросил поговорить Мию с отцом, а Лизу с кем она сочтёт нужным. А сам занялся тем, что стал разрабатывать для себя защиту на основе Чёрного купола, но которая была бы не широким куполом, а рядом с телом. Предварительно создал себе рубашку, не пробиваемую никакими механическими предметами. Помню, читал у кого-то, как один главный герой сделал себе такую рубаху, но сделал её свободной. Когда в него попал арбалетный болт, этот болт не смог пробить рубашку, но вмял ткань рубахи глубоко в тело, нанеся серьёзную рану. Поэтому рубах на мне будет две, одна, это как бы исподнее, плотно обтягивающая тело, а вторая, сверху, красивая и свободная.

Черный купол совсем близко к телу подогнать не удалось. Но тогда я сделал сторожевую систему, при приближении ко мне предмета со скоростью файрбола или стрелы, мгновенно возникает Чёрный купол, диаметром около двух метров, то есть по метру от меня в каждую сторону. Получился комплекс рун, который я внедрил в кости своего скелета и замаскировал от обнаружения их, как амулета. В день поединка меня вызвали к ректору, и наш уважаемый ректор стал меня запугивать тем, что если я нанесу серьёзные травмы сыну герцога, то мне уже не жить.

– Ваше Могущество! Правильно ли я вас понял, что этому маркизу вполне разрешается меня убить, а мне это запрещено?

– Да, господин виконт, вы совершенно правильно сформулировали проблему. Именно так!

– А вам самому не противно?

– Ты, щенок, поживи с моё, покрутись среди высших аристократов, научись видеть интересы короны. Тогда и вопросы задавать будешь!