Прошедший через миры

Глава 2. Из космоса в средневековье

А я начинаю жизнь на этой планете, и мне нужно выжить! В фантастических романах читал, как человек начинает жизнь на чужой планете голым и безоружным. У меня есть симбионт, одежда – комбинезон инженера, меч и нож, есть инструменты инженера, что находились в карманах комбинезона, и зажигалка. Мне намного проще! Но всё равно страшно и неуютно.

Поднявшись на стену каньона, я немного согрелся, попытался осмотреться, но ничего не вышло. Кругом лес. Деревья примерно одинаковой высоты, то есть нет точки, с которой можно обозреть окрестности. Поэтому просто иду вдоль речушки вниз по течению. В этой реке много рыбы, она совершенно не пуганная и попадаются довольно крупные рыбины. Я стою в воде в своём комбинезоне, и, когда такая рыбина проплывает мимо, убиваю её своим мечом. Потом просто жарю на костре, кусками, как шашлык. Теоретически можно и отравиться, но я все внутренности выбрасываю и шкуру рыбы не ем. Читал, что у ядовитых морских рыб ядовита именно шкура. Пока обошлось, не отравился.

На поворотах реки, там, где течение подмывает берег, попадаются прозрачные камешки: голубые, розовые и синие. Я, конечно, не геолог, но мне было интересно читать раздел для юных геологов в «Детской энциклопедии». Из всех томов «Детской энциклопедии» меня интересовали те, где было расписано про нашу планету, про её географию, про растения и животных, а также про технику и её развитие. А ещё разделы для юных путешественников и юных геологов мне были особенно интересны. О том, как выживать в лесу, читал в книгах об охоте. Поэтому что-то знаю и помню. Глядя на эти камешки, я почти уверен, что это драгоценные камни. Вдруг они и здесь ценятся? Тогда надо насобирать пригоршню, будут у меня первоначальные средства для обустройства в этом мире. Набрал штук десять камешков, крупнее ногтя большого пальца, и два десятка камешков меньшего размера. На второй день та небольшая речка, по которой я шёл, закончилась. Я вышел к средней реке. Пошёл вдоль неё и очень быстро вышел на дорогу.

Дорога – это люди, а я не знаю, что мне делать: выходить ли к людям? Но жизнь, судьба или ещё кто-то решили за меня. По дороге в мою сторону несётся конный экипаж, наверное, это карета, и за ней погоня. Как по заказу, около меня у этого экипажа от удара на яме ломается ось, колесо отваливается. Карета пробороздила жирную черту на дороге и встала, из неё выбрались двое мужчин и кучер. В экипаже плачет ребёнок, даже двое. Это уже определило мою позицию. Один юморист говорил примерно так: «Детей я не люблю, но мне нравится процесс!» Я тоже не могу сказать, что я всех детей люблю. Но ребёнок в беде, это особая статья, меня так воспитывали. Поэтому, очевидно, на чьей я буду стороне. Я иду к карете, но не успел познакомиться с этими мужчинами, как подскочили шесть всадников, спрыгнули с коней и бросились на этих мужчин и на меня тоже. Я достал свой меч и вступил в драку. Здоровенный мужик в кольчуге пытается меня разрубить пополам. Ответный встречный удар, и меч этого воина разваливается на две части, а я прокалываю ему горло до позвоночника. Отскакиваю и перерубаю шпагу, а потом отрубаю руку мужчине, что появился сбоку от меня. Следующему из нападавших подрубаю ногу, и он валится на землю, а я в это время добиваю инвалида с отрубленной рукой. Один из нападавших создал огненный шар, и пустил его в меня. Я рубанул этот шар мечом, он взорвался, и меня ослепило, но враг стоял в трёх шагах от меня, поэтому почти ничего не видя, делаю два шага вперёд и наношу удар мечом сверху вниз. В последний момент я различил яркое пятно нового огненного шара и удар направил на него. Очередной взрыв и темнота.

Очнулся я в карете, которую трясло весьма изрядно. Я решил, что нужно показывать, что мне очень плохо, а мне, и правда, было очень плохо. Услышал чью-то речь и ничего не понял, незнакомый язык. Но меня не раздели, не связали и даже не обезоружили, значит, не воспринимают как врага или раба.

Во всех фантастических и приключенческих романах герой в подобной ситуации изображает потерю памяти. А чем я хуже? Сыграю потерю памяти. Меня привезли в натуральный средневековый замок. У меня не до конца прошли травмы от выстрелов космического корабля, на лице есть ожоги от взрыва огненного шара, на спине и на затылке ссадины от падения после второго взрыва. В аптечке из капсулы ещё оставались куски целебного лейкопластыря, но я не могу их показывать людям, среди которых нахожусь. Меня положили в большой комнате на кровать, принесли большой медный таз, налили в него воды. Когда меня подвели к тазу, я сам расстегнул комбинезон и снял его, а вот когда его захотели забрать, я его не отдал. Раздевали меня, а потом обмывали, две женщины, но я реально плохо себя чувствовал, и мне было не до стеснения. Пока меня обмывали, я вспомнил про оружие. Меч и нож завернул в комбинезон и положил под подушку.

Меня лечат, мажут какими-то мазями, кормят. Всё это при полном молчании с моей стороны. Ко мне приставили молодую девушку, но она меня боится, возможно, из-за моего молчания. Она меня кормит, водит в туалет, но всё это делается молча. Получается, что я изолирован от активного мира. С одной стороны это хорошо, я пока ещё плохо себя чувствую, а с другой стороны, неужели я никому не интересен? А ещё я чувствую в этом мире внешнюю силу. Думаю, что это проявление энергетического поля, значит, в этом мире есть магия. И те огненные шары, которыми в меня швырял один из нападавших, это явное проявление магии.

Днём в комнату заглянул ребёнок: девочка лет восьми – десяти. Я её подозвал и стал с ней объясняться жестами, звуками, пантомимой. Она воспринимает всё это как игру, и дело пошло. Рука, нога, голова. Пусто, полно. Идти, стоять. Говорить, читать, писать. Ты, я. Она – Жизель, я – Майкл. Так мы познакомились, и я уже знаю десяток слов. Своя память у меня неплохая, и ещё её усиливает симбионт, так что я легко запоминал всё, чему Жизель меня обучает.

Когда пришла мать девочки, я пытался ей объяснить, что потерял память.

– Голова, пусто, – показываю на себя, на голову, стучу по голове, развожу руками.

Потом я показываю человека, его силуэт, показываю на себя, что человек на меня накладывает руки:

– Человек, я, голова, говорить, читать, писать.

Женщина не понимает, а девочка удивляется бестолковости взрослых. Я, конечно, не понимал дословно, что она говорит, но по её мимике и жестам, очевидно, что она говорит матери:

– Ну, мама, что тебе не понятно? Майкл хочет, чтобы ему вернули память. Чтобы он мог говорить, читать, писать.

– Если он потерял память и ничего не помнит о своей жизни, как же её вернуть?

– Ну, мам, не ту память. А чтобы говорить, читать и писать. Ну, как в школе учат. Он хочет, чтобы маг его научил этому всему.

Женщина стала мне объяснять, что на такое обучение с услугами мага нужны деньги. Я, конечно, не понимал и обратился к «переводчику». Жизель запросила у матери денежку, та принесла, и девочка мне показывает, что нужно такие монетки, много. Монета, видимо, золотая, но получается, что вопрос только в цене. Выпросил бумагу и ручку и стал разбираться с цифрами. У людей в этом мире тоже по пять пальцев на руке, поэтому и система счёта десятичная. Выяснили, что нужно порядка пятисот золотых. Я достал из кармана комбинезона пять крупных кристаллов синего цвета и выложил их на стол. Женщина всплескивает руками, качает головой. Горничную отправили за мужчиной, видимо хозяином этого замка. Мужчина и женщина переговорили, он забрал камни и ушёл. Я подмигнул девочке, и она весело засмеялась.

На следующий день я стал вставать. Голова кружилась, если делаю резкое движение, значит, у меня ещё и сотрясение мозга. Захотел помыться, показал жестами, и меня отвели в моечную. Но когда я разделся, у меня хотели забрать комбинезон в стирку. Не отдаю. У меня есть тонкая, но объёмная сумка, и я сложил все свои вещи в неё. Когда помылся, мне выдали местную одежду. Я переоделся, но везде хожу со своей сумкой. Все удивлены, показывают пальцем, мол, больной на голову. Это я переживу, а вот потерю меча или комбинезона с инструментами могу и не пережить, особенно, если они попадут не в те руки. А у меня в кармане комбинезона ещё и камешки лежат, которые в этом мире тоже ценятся.

Через неделю приехал местный маг и, поколдовав над моей головой, записал мне в мозг информацию со своего кристалла. Во время этой процедуры я почувствовал поток информации. Но он был узкий и как бы из одного угла кристалла, который маг прижимал к моему лбу. Я потянул ещё информацию из этого кристалла. Только её я направил не в то местом в моей голове, куда записывал маг, а непосредственно в симбионт. Было такое впечатление, что ему это понравилось, получение новой информации, и в его архив была скопирована вся информация из кристалла. Так мне это ощущалось и представлялось. Маг что-то заподозрил. По завершении процедуры записи информации в мою голову, он заговорил со мной, я хотел уже ответить, но тут вбежала Жизель и начала говорить на другом языке. Я ответил на том же языке, на котором говорила девочка:

– Я вас не понимаю.

Маг успокоился и ушёл в кабинет к графу для доклада и оплаты, как я понимаю. Жизель смотрит на меня с улыбкой.

– Так и знала, что надо прийти. А ловко ты его обманул!

– Ты меня не выдавай.

– Не выдам, этот маг, он противный. Просто он с папой дружит, а я его терпеть не могу.

Я оделся в выданную мне одежду и приготовился к разговору с отцом девочки. А она меня успокаивает:

– Не бойся, я папе скажу, он тебя не будет обижать.

– Как мне потом тебя благодарить?

– Очень просто, я буду твоей невестой.

– А ты не слишком торопишься? Тебе ещё только восемь лет.

– Не восемь, а десять, и Святая Аннета сказала, что ты моя судьба. Так что даже и не думай искать другую невесту!

Ага! Приплыли! А девочка тем временем сбегала куда-то, потом взяла меня за руку и повела в кабинет к отцу. Там хозяин замка и его жена.

– Папа, ты Майкла не обижай, он будет моим женихом. Мама, пойдём, пусть мужчины поговорят.

– Как это понимать? – граф в растерянном негодовании.

– Я её не подговаривал. А правда, что она может предсказывать?

Граф вытер лоб, и смотрит на меня весьма сердито.

– Это тайна, если ты разболтаешь…

– Если считать, что это действительно так, то получается, что я её жених, поэтому не разболтаю. Но проблем у меня очень много.

– Каких?

– Я ничего не помню, кроме имени. Кроме проблемы с памятью, у меня ещё беда в том, что нет ни документов, ни графского перстня на пальце. Как мне занять подобающее место, чтобы быть достойным вашей дочери?

– Ты, действительно, всерьёз воспринял её слова?

– Важнее, как вы их восприняли. Девочка мне нравится, но не как женщина или девушка, для этого она ещё совсем ребёнок, а как человек. Можно сказать, что мы подружились. Если вы позволите, я бы пожил некоторое время в вашем замке. Я ничего не помню об этом мире. Знаю слова, география, история, а что в них внутри, для меня – пустота. Поэтому у меня есть две просьбы. Скажите, те камни, что я вам отдал, реально, сколько они стоят?

– Они неогранённые, поэтому их цена около пятисот золотых, а после огранки – в два раза дороже.

– У меня есть ещё такие камни, но у них цвет другой. Они такие же ценные? – показал пять камней розовых и голубых.

– Эти раз в пять дешевле.

– Вы не могли бы их обратить в деньги? Часть этих денег я заплачу за проживание в замке.

– А вы помните бой на дороге?

– Нет.

– Так вот был бой, нас могли убить, а вы вмешались, и все враги были уничтожены. Был ранен мой возница, и вас контузило. Но вся моя семья жива, благодаря вам. Поэтому я с вас денег не возьму. Я бы и за услуги мага сам заплатил, но у меня сейчас по суду арестованы счета в банке.

– Тем более, переводите эти камни в деньги, и пользуйтесь. Сильно захотите, вернёте, когда разберётесь со своими врагами. Так я могу пожить в вашем замке?

– Вы можете жить в замке, сколько захотите.

– Тогда у меня есть вторая просьба. У вас Жизель старший ребёнок? Я имею в виду, у вас тут есть учителя для детей? Может быть, они и со мной позанимаются, или хотя бы учебники дадут? Нужно же мне как-то знания о мире восстанавливать.

– Сейчас лето, занятий нет, но учебники у дочери есть, спросите сами, раз уж она ваша невеста, пусть сама с вами занимается. А сын ещё маленький, ему только шесть лет.

– У вас в замке есть гарнизон? Я могу с кем-то позаниматься фехтованием?

– Я дам команду капитану. Говорите, документов никаких?

– Да. Может быть, и были, но сейчас ничего нет.

– Это сложнее.

– Если я живу пока у вас, то вы на мои проблемы не отвлекайтесь, решайте свои. Когда разберётесь, потом вернёмся к моим.

– Я подумаю.

С этого дня мы с Жизель стали неразлучны. Она многое мне рассказывала сама. Оказалось, что ей уже десять лет, просто она маленького роста. И у неё были учебники, по которым её учили нанятые учителя. Я их проштудировал за месяц.

– Если ты собираешься выходить за меня замуж, тебе нужно набрать нормальный рост. Ты не переживай, твой маленький рост, это не приговор, но ты начинай нормально кушать, а чтобы не растолстеть, будем заниматься бегом и фехтованием.

– Может вместо бега лучше танцами заниматься?

– С кем, со мной? Но у нас большая разница в росте, так танцевать невозможно. Хотя научить меня танцевать тебе следует.

– Вот и я о том же. Как только подрасту, будем учиться.

Капитан стражи замка, Басилио Валентини, он же командир дружины, команду графа принял к исполнению, меня поставили в строй с гвардейцами, и начали гонять, как бойца, в общем строю.

– Нет, капитан, я не помню, но уверен, что я дворянин. Мне нужны тренировки по фехтованию, а не тупая рубка в общем строю.

– Лейтенант Бароне, потренируйте этого зазнайку.

Лейтенант решил меня «наказать», приказал взять учебную шпагу и учебный кинжал. И начал меня атаковать. Техника у него намного выше, но реакция лучше у меня. Поэтому я его достать не мог, но все его атаки я тоже останавливал. Лейтенант злился. Видимо, он в гарнизоне считается лучшим фехтовальщиком.

– Господин лейтенант! Совершенно очевидно, что я умудряюсь останавливать ваши атаки только за счёт скорости. Я прошу вас обучить меня ещё и мастерству.

– Я бесплатно не тренирую.

На эти слова я протянул ему три маленьких самоцвета.

– Их стоимость около шестидесяти золотых. Надеюсь, за три месяца учёбы этого хватит?

Пришлось ему меня учить. Но учить он может. Я не демонстрировал максимальную скорость, а отрабатывал технику, особенно, действия второй рукой, чего у абордажников не было.

Девочка по имени Жизель жила с родителями в их замке. Она никогда не задумывалась о том, что ей очень повезло, ведь она родилась аристократкой. А местное общество сословное, простолюдинов здесь за людей не считают. Их семья не очень богата, но папа – граф, у них есть графство, правда, населения в нём немного, но есть город и много лесов. Отец, граф Франко, бывший военный и не стремится развивать промышленность или сельское хозяйство, но замок у них есть, город и все подданные графа платят налоги, у графа даже есть свой дом в столице королевства. Правда, до последнего времени Жизель в нём не была.

У Жизель была одна особенность или способность. Она иногда предсказывала грядущие события. Мама запрещала ей «заниматься глупостями», но отец её слова воспринимал всерьёз, и хвалил дочь, если что-то, предсказанное ей, сбывалось. А девочка никогда не ошибалась, просто она иногда сама не понимала своих предчувствий. Этой весной у неё появилось ощущение грядущих перемен. Когда отец решил взять её с собой в столицу: «Большая уже, пора на столицу посмотреть» – она не отказалась, хотя было очень тревожно. Но вместе с тревогой была надежда, почти уверенность, что всё закончится хорошо. Отец подумал и сынишку тоже взял с собой.

При возвращении из столицы их попытались задержать в землях герцога Карбоне. Начальник патруля стал требовать, чтобы они поехали к герцогу, в его город. Граф Франко накричал на этих патрульных, а сам, с сопровождением, поехал в своё графство. Через некоторое время они заметили погоню. Четвёрка дружинников пыталась задержать преследователей, но у тех был маг, он просто снёс с дороги этих воинов и погоня продолжалась. Кучер кареты пытался оторваться от всадников, но у них сломалось колесо, и карета встала. Они были уже на своей территории, но, не смотря на это, настигнувший их вражеский отряд спешился и накинулся на них. Отцу и оставшемуся в живых дружиннику пришлось вступить в бой. Неожиданно для всех на их стороне оказался человек в очень странной одежде и с необыкновенным мечом в руках. Он мгновенно убил двух и ранил одного нападавшего, а потом маг бросил в него огненный шар. Этот человек своим удивительным мечом разрубил этот шар и двинулся на мага. Вражеский маг запустил в этого воина ещё один шар, который взорвался от встречного удара, убив самого мага и контузив этого странного воина. При этом были оглушены ещё два вражеских бойца, и граф с помощником быстро их добили.

А этот странный воин оказался совсем молодым парнем. Его, контуженного, положили в карету и отвезли в замок. Когда он пришёл в себя, оказалось, что он потерял память. Но молодой человек имел хорошее воображение, живой ум, и они с Жизель сумели найти общий язык, хотя первоначально он не понимал ни одного слова. Они устроили своеобразную игру, и парень быстро учился новым словам. Потом он с помощью Жизель сумел объяснить маме девочки, что ему нужны услуги мага, и у него оказались драгоценные камни, которыми можно было за эту услугу заплатить.

В это момент Жизель, как-то совершенно по-взрослому, решила, что этот парень, это её судьба. Поэтому, когда он спросил её:

– Как мне потом тебя благодарить? – девочка уверенно и по-взрослому ответила:

– Очень просто, я буду твоей невестой.

Глава 3. Я остаюсь в замке

Граф Антонио Франко говорил, что у него заблокированы счета. Продав предложенные мною камешки и, воспользовавшись полученными деньгами, аристократ смог инициировать в суде рассмотрение его споров с соседом, герцогом Карбоне, по вопросам оплаты движения через территорию герцогства. Граф в суде не проиграл, но и не выиграл. За проезд до сегодняшнего дня его платить не заставили, а вот в дальнейшем придётся за проезд платить или мы окажемся отрезанными от столицы. Счета ему разблокировали, но на них было не густо, так как перед этим он много денег потратил на дружину. Я понял, что у него проблемы с деньгами, и сам предложил сделать вылазку к той реке, где собирал эти камни.

– Я смутно помню, что я лазил в реку. Вода была холодная, и это врезалось в память. Я думаю, что там я эти камни и нашёл. Дайте мне трёх преданных вам людей, мы с ними проедем туда, но пусть они мне подчиняются. Я сделаю так, что они не будут видеть самого процесса поиска камней.

Людей мне выделили, и мы съездили к тому месту, где был бой, и меня контузило взрывом. Далее мы вышли к реке среднего размера, немного поднялись по ней и встали на длительную стоянку. Приданные мне бойцы разбили лагерь и начали обустраиваться на ночлег. А я один поднялся чуть выше, до устья малой речки, и пошёл по ней вверх по течению. В этой речке я и искал самоцветы. Потом в лагере отогревался горячим чаем и самогоном, настоянным на травах. Я собственно не сильно и замерзал, так как лез в воду в комбинезоне, переведённом в режим скафандра, но всё же замерзал, и нужно было показать напряжённый труд добытчика ценного ресурса. Через три дня мы поехали обратно. В кабинете графа я вывалил на стол большую часть своей добычи: два десятка крупных кристаллов синего цвета и три десятка других цветов. А ещё было полсотни некрупных камней, с ноготь указательного пальца.

Граф вскочил из-за стола, забегал по комнате и руками замахал:

– Я не могу это принять!

– Ваше Сиятельство! Мне очень нужна ваша помощь! Сам я не могу как-то легализоваться, получить документы, что я дворянин. В этом случае мне придётся начинать с положения простого наёмника, простолюдина. Я прошу вас помочь мне в этих делах, а для этого нужны деньги. Переведите все эти кристаллы в деньги и положите в банк. Может быть, не за один раз, вам виднее. Потом, когда вы сможете мне помочь, остаток разделим пополам. Зачем мне драгоценности, если меня будут считать простолюдином?

Граф Франко сказал, что он будет думать. Камни я оставил у него на столе в надежде на его порядочность. А больше мне не на что надеяться. Если бы он был человеком совсем не порядочным, ему было бы проще всего меня убить, назвав бродягой или разбойником, а камни просто присвоить. Но пока я не видел в свой адрес никаких поступков, говорящих о том, что со мной хотят обойтись нечестно. Интересно, это мне повезло попасть к порядочным людям, или тут всё общество такое? Хотя, нет! Это я погорячился! Сосед, герцог, требовал с графа деньги и даже пытался его убить. А это высший аристократ! Видимо, как и у нас, на Земле, возле престола порядочных людей не бывает.

Антонио Франко, граф в двенадцатом поколении, свою взрослую жизнь начинал с карьеры военного. Благодаря нормальному отношению к подчинённым, трудолюбию, личной отваге, и высокому титулу он быстро дослужился до полковника. Один из его приятелей служил во Внутренней Канцелярии, являющейся чем-то, объединяющим функции контрразведки и службы безопасности. В соседних государствах подобные службы так и называются: Тайная служба или Тайная Стража. Приятель, играя на патриотических чувствах молодого полковника, привлекал его к проведению разведывательных операций, иногда, даже на территории других государств. Когда возник вооружённый конфликт, точнее говоря, небольшая война с Пустошью, государством кочевников, полк полковника Франко был брошен на затыкание дыры в обороне королевства. Были кровопролитные бои. Только участие в боевых действиях пожилого мага Альберта Перрена, неожиданно приехавшего из столицы, спасло полк от полного разгрома. Фактически полк, при поддержке этого мага, остановил многократно превосходящие силы кочевников.

Наконец подошли основные силы армии королевства, и командование боевыми действиями приняли на себя генералы из столицы. Но, вместо того, чтобы отпустить полк Франко на переформирование и лечение раненных, эти генералы остатки полка бросили в самое опасное место сражений. Полковник пытался устроить скандал, в ответ на что, ему приказали доставить депешу лично королю в руки. Маг Перрен полковнику пояснил причину таких действий этих генералов, и тоже собрался ехать в столицу. Граф не хотел верить в подлость аристократов, но факты – упрямая вещь. Перед отъездом он сказал своим доверенным лицам из его полка, что их полк хотят уничтожить полностью, чтобы приписать себе все заслуги. Его отсылают, и он не сможет помочь бойцам. Поэтому, если у кого-то есть возможность сменить имя, нужно тайно уходить отсюда, с места боёв, менять имя и место жительства, иначе их обвинят в дезертирстве. Так королевская власть отблагодарила своих героев.

В столице, как только полковник заявил о намерении уйти в отставку в связи с ранением, его мгновенно уволили из армии и даже орден дали. Граф Франко продолжал поддерживать шапочное знакомство со своим приятелем из Внутренней Канцелярии, поэтому, когда у него возник конфликт с герцогом Карбоне, он поехал к нему. Только вот результат был отрицательный. Приятель разъяснил ему, что герцог входит в довольно близкое окружение короля, и против него никто не пойдёт: ни судья, ни их служба. А когда граф с детьми возвращался из этой поездки, на них напали люди герцога. Доказать факт, что это были люди именно Карбоне, невозможно, наверняка это просто наёмники, но погоню за ними организовали на территории герцогства. Когда у них сломалась карета, и бегство стало невозможным, граф собирался принять последний в своей жизни бой. До слёз было жалко детей, их ждала смерть, или рабство.