Три шага до магии. Трилогия

– Ты рассказываешь, какой он удивительный, а кто он?

– Мой муж! – посмотрела по сторонам, – наш муж!

– А кем он был до поступления в Академию? – это Розалия.

– Теперь этого не знает никто кроме него, – наставница качает головой.

– А зачем вам это раскапывать? – подключается к разговору Ирена.

– Кто-то боится, что он может бросить нас, предать сбежать куда-то? Я в такое не верю. Мы вместе столько перенесли, что я почти всегда могу сказать, что он будет делать. А что раньше делал, кем был, это ведь не так важно!

– Да я и не спорю, просто привыкла про всех знать, с кем имею дело.

– Вот знала ты про принцессу, что она может подлость сделать, а ведь не верила в это. А Майкл он полостью предсказуем в своей порядочности. Как и что он это сделает, это предсказать почти невозможно, но в каком направлении будет действовать, это очевидно, – Розалия как бы подводит итог разговору.

– А ещё его контрабандисты называют ан Дрович, – вспомнила Анейра.

– Что ты сказала?! – Розалия подскочила к Анейре,– Повтори!

– Ан Дрович, – растерянно повторила молодая женщина.

– Вы не представляете, как много всего это объясняет! Я думала, это стало легендой, а это реальность.

– А что за легенда?

– Давно, много лет назад, главой одного из кланов у гномов был человек анд Дрович. Тогда у них была большая война, и гномы проигрывали эту войну, и чтобы сохранить хотя бы часть территорий царь гномов пошёл на уступки захватчикам. И только клан анд Дрович не сдавался, они заперлись в Загорье, и враги ничего не могли им сделать. Но нашлись предатели, и всю семью главы клана отравили, а врагов запустили в ущелье. Много гномов из клана погибло в той битве. Но остался в живых младший сын Алекс ан Дрович, и он увёл остатки клана на север, через тайный проход в горах. С тех пор они называются Северный анклав гномов. А Алекс, проведя остатки клана через тот проход, ушёл обратно, чтобы запутать следы. С тех пор северяне не дружат с царством гномов. Легенда гласит, когда вернётся Алекс ан Дрович, и возглавит один из кланов, он победит всех врагов, и царство гномов снова станет великим государством. Даже, если это всего лишь легенда, вам за него надо держаться двумя руками!

– Да, опять рожать! – невесело улыбнулась герцогиня.

– Как это? – недоумение на лице Розалии.

– Так он нам задачу поставил, каждой по три ребёнка родить!

– И вы будете выполнять?

– Обязательно! Абсолютно обязательно! – и три подруги нашего героя дружно расхохотались.

Середина восьмого года моей жизни в этом мире ознаменовалась судьбоносным решением, решили детей больше не рожать, по крайней мере, в ближайшие пятнадцать лет. Ребятишек у нас уже восемь: у Ирианы – Микаэль, Алина, Влад; у Анейры –Анюта, Рондал, Катрин; у Ирены – Мики и Роза. А у меня детей восемь, правда, официально – семь. Микаэль у нас считается маркизом и сыном герцога Трефа де Брюлен. Дети Ирены считаются виконтами, а наши с Анейрой – бароны, то есть дворяне, но не аристократы.

И дети-то подрастают. Мы их постоянно контролируем, уговариваем не пользоваться магическими силами, обещаем обучить всем премудростям, когда младшим Владу и Катрин исполнится по шесть лет. Но чувствую не дотянем до того срока, слишком большая разница в возрасте. Микаэлю и Анюте будет по одиннадцать лет. До этого времени нам их не удержать, начнут бесконтрольно применять магию, а там и до беды не долго. Поэтому решил старших детей отдать в простую школу, так сказать для социализации, то есть для вливания в общество разумных, где далеко не все маги, в отличии он нашей семейной ячейки.

Мы с детьми занимаемся много. Вот, например, когда Микаэль вдруг начал задирать нос, мол, я маркиз, я предложил им с Анютой играть в игры на развитие интеллекта. Например, я придумал слово. На какую букву (звук) оно заканчивается? Тебе придумывать слово, начинающееся на эту букву (звук). И так по кругу. Иногда и взрослые подключались к таким играм. И далеко не всегда Микаэль выигрывал, что сбивало с него спесь. Но быть среди сверстников, получать уроки общения, как положительные, так и отрицательные, это нужно и важно.

В двух километрах от территории Магической Школы Дрона находится деревня. Раньше она принадлежала барону де Дурен а после известных событий, стала принадлежать барону де Дрон, то есть моему приёмному отцу.

Я решил в этой деревне открыть обычную школу, для обучения детей грамоте. Женщины меня поддержали, и за лето было построено здание школы, подобраны учителя. Собственно учителей было два, женщина из ремесленных кварталов должна была учить детей грамоте, истории и географии. А мужчина из города, бывший служащий мэрии, согласился обучать математике, основам бухгалтерии и основам законодательства королевства. И ещё настоятель храма Святой Анюты изредка навещал эту деревенскую школу и рассказывал детям основные постулаты местной религии.

Первый год всё было нормально, Микаэль иногда дрался с деревенскими мальчишками, тех злило, что они с Анютой сильно опережают их в освоении учебных дисциплин и преподаватели приводят Микаэля и Анюту в пример. Потом они мирились, вместе бегали на речку купаться, собирали ягоды на холмах. За нашими детьми постоянно просматривал кто-нибудь из дружины, но не навязчиво.

В городе Холмограде барон де Дрон – младший стал считаться одним из самых богатых и известных граждан. Не аристократ, но прекрасно образован, производственник и меценат, галантен и учтив. Вот только гусар до такой степени, что в его доме живут жена и две любовницы, он имеет детей от всех троих и между детьми не делает различия. Поговаривают, что и законодательница моды в городе, которой принадлежал модный музыкальный салон, маркиза Розалия де Гроса, тоже не избежала его чар, но это не точно. Может быть, она просто дружна с женщинами барона. В какой-то момент в церковных кругах началось брожение по поводу морального облика этого барона, он ведь владелец Магической Школы Дрона, там учится лучшая молодёжь города, чему их там научат. Однако и среди церковников нашлись здравомыслящие разумные. Настоятель храма Святой Анюты объяснил всё поведение барона весьма доходчиво: магам разрешено иметь до трёх жён, но если герцогиня выйдет замуж за барона, то она станет баронессой. А зачем это ей, и её детям, даже если это дети от барона? И настоятель Храма Сияющего активно поддержал коллегу и запретил распространять слухи, будоражащие общественность, но не имеющие юридической подоплёки.

Я об этом не знал, но мне подсказали, что я давно не посещал храмы.

В выходной день мы всей семьёй выехали в храм Сияющего, обговорив, как мы будем себя вести. Сделали пожертвования и подошли к алтарю, я держал за руки Микаэля и Анюту, у женщин на руках было по ребёнку, и еще трёхлетние малыши держались за юбки. За спиной стоял гул шепотков, и не все они были благоприятные для нас. Я встал на одно колено и мысленно обратился к Сияющему: «Доволен ли ты мной, о, Сияющий?» В это время, Анюта, вывернув ручонку из моей руки, подбежала к алтарю и положила на него обе руки, но тут же отдёрнула их.

– Ой, холодный!

– «Не шали, здесь нельзя!» – громоподобный шёпот пронёсся под сводами храма.

Девочка отбежала, и прижалась ко мне. Тот факт, что она прикоснулась к священному алтарю, и не была за это жестоко наказана богами, сегодня будет известен всем в городе!

«Ты ещё не всё сделал!» – это прозвучало только в моей голове. Ну что же, ответ получен. Я выпрямил ноги, отошёл к жёнам, подождал, пока они мысленно пообщаются с Сияющим и мы направились на выход. Провожала нас полная тишина.

Далее мы посетили храм богини любви и материнства Святой Анюты.

Здесь начало было таким же, шепотки за спиной, косые взгляды. Только служители храма радостно приветствовали нас всех. Прошли вперёд к алтарю, не только я, но и женщины преклонили одно калено и замерли перед статуей богини. Тут я заметил, что алтарь начищен и вымыт, но выглядит как-то блёкло. Тогда я выбрал свой      самый большой накопитель и слил из него всю энергию в алтарь. И он засиял радужными переливами, как новогодняя ёлка 21 века на Земле. Судорожный вздох пронёсся по залу, и все присутствующие опустились на колени.

«Здравствуй, драчунья!» – мысленно обратился к богине.

«Уйди, противный!» – раздалось в голове, и когда я обалдел от такого обращения, последовало продолжение: «Ха-ха-ха-ха!» Нет, ну вот как с ней серьёзно общаться, обыкновенная смешливая девчонка.

«Благослови старшую дочь!»

«Пусть подойдёт к алтарю».

– Анюта, а здесь алтарь тоже холодный?

Девочка уверенно подошла к алтарю, ведь папа послал, и положила на него руки. Алтарь перестал переливаться цветами радуги, засветился ровным неярким зелёным светом, а в зале зазвучала тихая музыка. И была эта музыка из моего мира. Когда-то в Советском Союзе была детская телевизионная передача, и там звучала песня: «Спят усталые игрушки, куклы спят, одеяла и подушки ждут ребят». Вот эта музыка и звучала под сводами храма.

А Анюта подошла ко мне и шепнула на ухо: «Он тёплый!»

– Запомни, – шепнул в ответ, – это храм Святой Анюты, и ты Анюта. Алтарь можешь трогать только в храме Анюты! – и девочка серьёзно кивнула в ответ.

– И что это было, – насели на меня наши мамочки, когда мы вышли из храма.

– Нет, вот когда я от Святой Анюты подзатыльники получаю, это для вас нормально. А когда Анюта поприветствовала другую Анюту – у вас паника! Всё нормально, милые мои. Программу общения с богами на этот месяц выполнили, поедем домой.

Если бы у них на руках не было детей, быть бы мне битым, а так обошлось сердитыми взглядами.

Дожили до зимы, пошёл десятый год моего пребывания в этом мире.

В один из дней вдруг из деревни примчался посыльный:

– Ваша девочка убила сына старосты, в деревне бунт!

– Всю дружину, кроме охраны – в деревню! Герцогиню в коляску и в деревню! Следователя туда же!– сам бегу в сторону ворот.

– Ужас ко мне! – выбив дверь в конюшне, жеребец догоняет меня, как и было отработано бежит слева.

Правой рукой хватаюсь за рог и взлетаю на спину коня, не замедляя бега. Усиливаю голос магией:

– Открыть ворота! – и вылетаем из усадьбы. Через десять минут взмыленный жеребец влетает в деревню, проносится до школы, грудью врезается в спины крестьян, окруживших школу. Несколько разумных как кегли отлетают в сторону, Ужас тормозит, встав на дыбы. Я соскальзываю с коня, показываю ему место рядом с собой. У стены школы стоит наш дружинник с обнажённым мечом, за его спиной Анюта и Микаэль. Успел!

Поворачиваюсь к толпе лицом. Староста, наподобие всяких нехороших политиков на Земле, раззадоривает толпу.

– Вот барон примчался защищать свою дочь, вон целых шесть наших односельчан при этом покалечил. И ему тоже всё сойдёт с рук!

Так! Зачем нам этот несанкционированный митинг?

Накладываю лёгкий паралич на старосту. Он замирает на полуслове, и стоит неподвижно. К нему подскакивают двое разумных и пытаются что-то говорить, поддерживая старосту. На этих двоих тоже лёгкий паралич! Поворачиваюсь к стражнику.

– Что здесь произошло?

– Я начало не застал. Когда увидел, сын старосты, что-то кричал вашей дочери и корчил рожи. А она его сожгла.

Вперёд шагнул Микаэль, загораживая собой сестру.

– Он сам виноват! Он давно её изводит. Он и меня изводил, только я ему разбил нос, вот он на Анюту и переключился.

В толпе нарастает гул. Усиливаю голос магией.

– А ну все заткнулись! Иначе сейчас все будете стоять столбом, как ваш староста! Кто из вас сам видел, что произошло?

Никто не вышел, не подал голоса.

– Итак, вы ничего не видели, всю бучу вы затеяли со слов старосты! Погиб его ребёнок. У моей дочери открылся магический источник, и она с ним не справилась. Это часто бывает у магически одарённых детей. Здесь погиб ребёнок старосты. Я хочу знать, как это всё было! Если никто не виноват, просто случайность, то староста получит компенсацию деньгами. Конечно, ребёнка это не вернёт, но, что у вас в деревне никогда не гибнут дети, не умирают от болезней? Сейчас мы вызовем следователя, и он во всём разберётся. Вам опасности никакой нет, моя дочь больше не появится в этой школе, и другие дети не пострадают. Поэтому сейчас просто расходитесь по домам, я не позволю вам устраивать самосуд по отношению к моей дочери, это будет приравнено к бунту.

Толпа как-то не спешила расходиться. В руках у многих были палки, а у некоторых даже цепни, это груз на цепи, прикреплённой к рукояти, это как кистень, только на длинной ручке. Грозное оружие в умелых руках. Чернявый мужичок, скрываясь за спиной широкоплечего мужчины пытался развернуть очень опасную агитацию:

– Он один, навалимся все сразу, – и шагнул чуть в сторону.

– Копьё! – и агитатор полетел под ноги остальным, громко завывая.

Ещё бы не завывать, нога-то сломана ниже колена, так, что там открытый перелом. Толпа замерла. А сзади подъезжает моя дружина, двенадцать прекрасно экипированных всадников. Видя, что боевых действий нет, бойцы просто пиками раздвигают толпу в стороны. Следом подъезжает карета, из неё выходит герцогиня. Именно так! Герцогиня!

Толпа сразу начинает редеть, кое-кто пытаются забрать и обездвиженных, но я не разрешаю, только кровь остановил чернявому мужику. Чуть опоздав, появляется мой чекист и следователь в одном лице.

– Амир, нужна информация. Сын старосты чем-то обидел мою дочь, и она сожгла его магией. Она спокойная девочка, и знает, что магию применять нельзя. Но она это сделала! Здесь что-то не то, рой в плане безопасности.

– Ваша Светлость! Посмотрите свежую память Анюты, Микаэля, если нужно, то и преподавателя. Потом решим, что дальше делать.

Ириана ласково разговаривает с Анютой и гладит её по голове. Потом говорит ей:

– Не бойся, расскажи всё папе! Твой папа очень справедливый человек, он не будет сердиться напрасно!– а сама переключается на сына.

Я же просто прижимаю к себе дочь и пытаюсь, как бы, прочитать её мысли. Но нет, метальная магия, это совсем не просто!

– Папа, он про тебя гадости говорил. И говорил, что скоро тебя поджарят на сковородке! А потом он меня ударил вот сюда и смеялся, говорил, что я такая же, как наши мамы, что они плохие, – девочка показала на грудь.

Конечно, в шесть лет никакой груди там нет, но мальчик бил именно в грудь, именно девочку и именно в грудь.

– Ваша Светлость! Надо читать память старосты! Вот, я почти уверен, что без эльфов тут не обошлось. В любом случае, сам староста должен был быть нам благодарен, а в его доме про нас говорили всякие гадости. К чему бы это?

Дружинники связали всех парализованных, и я снял паралич со всех. Прихлебатели все молчали, а чернявый мужичок и староста стали мне угрожать. Мол, если я их немедленно не отпущу, у меня будут большие неприятности от очень важных разумных.

– Амир, бери пять дружинников и делай обыск в доме старосты. Его подкупили. Ищи оплату. Что это, я не знаю, скорее всего, деньги, но не обязательно.

Ириана долго отмывала руки, после работы с сознанием старосты, как будто испачкалась.

– Майкл его наняли, чтобы он организовал тебе неприятности. Его сын должен был спровоцировать наших детей на удар магией. Он, конечно, не ожидал, что Анейра мальчишку сразу сожжёт, но он добивался чего-то подобного. Далее всеобщее возмущение в деревне, угрозы тебе. Ты, сгоряча, перебьёшь половину деревни, а дальше обращение к суду чести, приезд Представителя Короля и ты на каторге. Нанимали его какой-то эльф не из города, и один из городских магов. Имени не знаю, но я его тебе покажу. Эти двое – простые прихлебатели из деревни, он их держал для всяких поручений. А чернявый поставлен, как бы, помогать, но староста думает, что контролировать. Его посмотреть не смогла, у него стоит блок, очень сильный.

– Лейтенант, вот этот чернявый опасный враг, возможно очень хороший воин. Я ему сейчас подлечу ногу, но вы держите его связанным. Повезёте в магистратуру, он подбивал крестьян на бунт против барона. Но вы его не довезёте, он попытался сбежать и вы его застрелили. Только не забудьте верёвки снять!

Лейтенант понятливо кивнул. Я поверхностно залечил чернявому ногу, кость срастил, сосуды были цели, кожу срастил, закрыв ранение. Ничего не чистил, и если он выживет, у него начнётся воспаление, а может и гангрена. Его увезли. А к нам подъехал Амир Кунак, наш следователь и протянул мне большой кошель с серебром.

Когда мне собрали всё население на площади, картина была выяснена во всех деталях, поэтому говорил я уверенно, зная, что я не ошибаюсь.

– Вам недавно очень повезло несколько раз. Вас освободили от гнёта магического воина, который вас беспощадно обирал. Потом вас отдали барону де Дрон, нормальному справедливому барону. Потом я для ваших детей открыл школу, бесплатную школу, где ваши дети учились грамоте и счёту.

– Но у меня есть враги, они подкупили вашего старосту. Для него вот эти двести серебряных оказались дороже, чем жизнь собственного сына. Он натравливал своего сына на наших детей, из–за этого его сын и погиб. Но и вы все были на его стороне, никто из ваших детей ни разу не заступился за наших детей, никто из вас не сказал, ни нам, ни стражникам, сопровождающим детей, что их начали специально травить, обижать, вынуждая перейти к защите. За всё хорошее, что было для вас сделано баронами де Дрон, вы отплатили чёрной неблагодарностью. Вижу, кое-кто уже трясётся от страха, ну да, я же маг, я сейчас пол деревни спалю! А если я такое чудовище, зачем же вы мне вредили, как же вы раньше-то не боялись? Вы просто глупцы, дураки, не видящие, что для вас хорошо, а что плохо. Но я предательства не прощаю!

– Школа, само здание пусть пока стоит. Но учителей я увольняю, платить им больше я не буду, мои дети вместе с вашими больше никогда учиться не будут. Вы всю жизнь пытаетесь выбиться из нищеты, у ваших детей появилась такая возможность, но вы сами у них эту возможность отобрали. А вот этот ваш староста за откровенное предательство и действия во вред своему барону будет висеть вот на этом дереве, и два дня снимать его запрещаю.

Дружинники быстренько повесили старосту на толстый сук большого дерева на краю площади. Его семью я приказал изгнать из баронства де Дрон. Маленьких детей там больше не было, а все остальные были такие же непорядочные, как и глава семьи, ныне покойный.

А учителей я не уволил, а перевёл работать на территорию магической школы, где для наших детей построили отдельный учебный корпус, в котором установили кучу защитных амулетов, поглощающих случайные всплески магии, если вдруг такие произойдут.

И жизнь опять стабилизировалась. Мы живём, много работаем, наше благосостояние растёт, положение в обществе укрепляется. Мы уважаемые граждане этого города.

Особое внимание в нашей семье уделяем воспитанию и обучению детей. Мы рады, что они все одарённые и очень талантливые, но и хлопот с ними во много раз больше, чем с обычными детьми. И никто из нас не знает, что через год мы будем возвращаться в Загорье, что будут ещё войны и победить будет совсем не просто.

Но это уже другая история, не про барона де Дрон.