Лаврентий Берия. Оболганный Герой Советского союза
- -
- 100%
- +
«Кадры решают все», – произнес Сталин в мае 1935 года на встрече с выпускниками военных академий в Кремле. И добавил: «Самый ценный капитал – это люди».
Именно кадры определяли как победы мужающей власти, так и ее поражения. Именно люди – равно как и «нелюди» – писали своими делами историю триумфов и реестр ошибок, и преступлений. И Сталин понимал это как никто, порой… разочарованно разводя руками в кадровом бессилии.
Вот фрагмент письма Сталина Кагановичу от 12 августа 1932 года.
«Берия производит хорошее впечатление. Хороший организатор, деловой, способный работник. Присматриваясь к закавказским делам, все больше убеждаюсь, что в деле подбора людей Серго – неисправимый головотяп. Серго (Орджоникидзе. – Ред.) отстаивал кандидатуру Мамулия на посту секретаря ЦК Грузии, но теперь очевидно (даже для слепых), что Мамулия не стоит левой ноги Берия. Я думаю, что Орахелашвили придется освободить (он настойчиво просит об этом). Хотя Берия не член (и даже не кандидат) ЦК, придется все же его выдвинуть на пост первого секретаря Заккрайкома. Полонский (его кандидатура) не подходит, так как он не владеет ни одним из местных языков.
Привет!
И. Сталин
Прискорбно, но жизнь одного из создателей отечественной промышленности Серго Орджоникидзе трагически оборвалась 18 февраля 1937 года тоже отчасти из-за кадровых просчетов.
Масштаб вредительства в промышленности вынудил Политбюро 7 февраля 1937 г. принять постановление о переводе на режим усиленной охраны ряда крупных предприятий и электростанций страны. К тому же Серго стали известны и результаты контрразведывательной проверки кадрового состава его наркомата тяжелой промышленности, на котором, собственно говоря, и держался тогда военно-промышленный комплекс СССР, а в конечном итоге и обороноспособность Советского Союза. Так вот, эта проверка показала, что среди работников наркомата 71 человек являлись бывшими офицерами белой армии, 287 – офицерами царской армии, 94 – имели судимость за контрреволюционную деятельность, 41 – были судимы за должностные преступления, 131 – являлись выходцами из семей торговцев и промышленников (в том числе и бывших владельцев национализированных предприятий), 131 – являлись выходцами из дворян, 73 – из семей священнослужителей (которые в первый период советской власти сильно пострадали от нее). То есть, практически весь, возглавляемый Серго Орджоникидзе наркомат тяжелой промышленности, насчитывавший 828 человек, состоял из лиц, мягко говоря, не самым лучшим образом настроенных по отношению к советской власти. И это в самом сердце советской промышленности, от которой зависела обороноспособность СССР. А к этому следует добавить, что с 1936 г. внешняя разведка НКВД СССР сумела наладить поступление неопровержимых данных о постоянной утечке секретных сведений об экономике СССР и, в частности, тяжелой и оборонной промышленности за границу, в нацистскую Германию. Как? Мы расскажем об этом подробнее буквально через полсотни страниц.
Лаврентий Павлович Берия – вероятная креатура Орджоникидзе – не был кадровой ошибкой наркома тяжелой промышленности.
Из письма от 26 августа 1931 г. Сталина Кагановичу:
«Здравствуйте, т. Каганович. Пишу о Закавказских делах. На днях побывали у меня члены Заккрайкома, секретари ЦК Грузии, некоторые работники Азербайджана (в том числе Полонский). Склока у них невероятная, и она у них, видимо, не скоро кончится… Я их помирил кое-как, и дело пока что уладилось, но ненадолго. Лгут и хитрят почти все, начиная с Картвелишвили. Не лгут Берия, Полонский, Орахелашвили. Но зато Полонский допускает ряд бестактностей, ошибок. Самое неприятное впечатление производит Мамулия (секретарь ЦК Грузии)… Комическое впечатление производит предСНК Грузии Сухишвили – безнадежный балбес…
Если не вмешаться в дело, эти люди могут по глупости загубить дело. Они уже испортили дело с крестьянством в Грузии, в Азербайджане. Без серьезного вмешательства ЦК ВКП Картвелишвили и вообще Заккрайком бессильны улучшить дело, если считать, что они захотят улучшить дело. Как быть? Надо:
1) Назначить… на конец сентября (к моему приезду) доклад в Оргбюро… о положении дел;
2) Прочистить их хорошенько на заседании Оргбюро и снять ряд лиц типа Мамулия;
3) Назначить третьего секретаря Заккрайкома (предлагаю Меерзона) (Меерзон Ж.И, в тот момент являлся заведующим организационно-инструкторским отделом ЦК ВКП(б); избран секретарем Заккрайкома в 1932 г.), дав ему соответствующий наказ… Без таких мер дело в Закавказье будет гнить.
(И. Сталин. 26/VIII-31)»
Ну, а теперь – протокольно, телеграфным стилем.
31 октября 1931 года Политбюро ЦК ВКП(б) рекомендовало Л. П. Берия на пост второго секретаря Закавказского крайкома (в должности по 17 октября 1932 года), 14 ноября 1931 года он стал первым секретарём ЦК КП(б) Грузии (по 31 августа 1938 года), а 17 октября 1932 – первым секретарём Закавказского крайкома при сохранении должности первого секретаря ЦК КП(б) Грузии. Был избран членом ЦК КП(б) Армении и Азербайджана. 5 декабря 1936 года ЗСФСР была разделена на три самостоятельные республики, Закавказский крайком ликвидирован постановлением Центрального Комитета ВКП(б) 23 апреля 1937 года.
И еще одна немаловажная деталь. 10 марта 1933 года Секретариат ЦК ВКП(б) включил Берия в список рассылки материалов, направляемых членам ЦК, – протоколов заседаний Политбюро, Оргбюро, Секретариата ЦК. Но Л. Берия только в 1934 году на XVII съезде ВКП(б) был впервые избран членом ЦК!
За что же такой аванс доверия?
Понравился Сталину?.. Организовал «пикничок» Кобе под дуновение черноморского бриза?.. Примерно в таких категориях оценивают заслуги Лаврентия Павловича в начале 30-х современные «аналитики», примеряя на Берия и Сталина куцые пиджаки ельцинских 90-х. Ошибаются в главном. Берия не подошел бы фасончик, а Сталину – размер. Масштабы были иные.
К тому же «аналитиков» подводит поверхностное знание нравов эпохи и расхожее мнение о всесилии Вождя. Да и Вождем-то Сталин тогда еще не был. В 1934 г. на XVII съезде ВКП(б) именно Хрущёв первым назвал Сталина «гениальным вождем». В 1939 г. в юбилейном сборнике «Сталин. К 60-летию со дня рождения» Хрущёв писал:
«СТАЛИН – друг народа в своей простоте. СТАЛИН – отец народа в своей любви к народу. СТАЛИН – вождь народов в своей мудрости руководителя борьбой народов…» На съездах партии и других форумах Хрущёв также говорил о Сталине как о гении, великом творце, учителе.
А в начале десятилетия!.. В архивах сохранилась переписка Сталина и Кагановича, которая интересна всем: содержанием, стилем письма, характером обращений. И еще одной деталью. Выражаясь современным языком, почти сенсационной.
Осенью 1931 года И. Сталин поправлял здоровье в Сочи, держа руку на политическом и хозяйственном пульсе страны.
Вот письмо от 19 сентября 1931 года:
Здравствуйте, т. Каганович!
Самым важным вопросом ближайших месяцев считаю транспорт, прежде всего, – желдор транспорт.
Со стороны транспорта идет теперь основная угроза народному хозяйству, и именно транспорт нужно прежде всего лечить.
Декретными постановлениями ЦК дела не спасти, хотя такие постановления имеют немалое значение. Почему? Потому, что пока в транспорте сидит шайка самовлюбленных и самодовольных бюрократов типа Рухимовича, по-меньшевистски издевающихся над постановлениями ЦК и сеющих кругом разлагающий скептицизм, – постановления ЦК будут класть под сукно.
Надо эту шайку разгромить, чтобы спасти железнодорожный транспорт. Если требуется в этом деле моя помощь, скажите. Если можете обойтись без моей помощи – громите эту шайку, пока не поздно. Новых людей, верящих в наше дело и могущих с успехом заменить бюрократов, всегда можно найти в нашей партии, если поискать серьезно.
Привет.
И. Сталин
Казалось бы, директивы получены. Осталось только исполнить и доложить. Именно так нас учили понимать алгоритм сталинского управления страной: беспощадно, безжалостно, рукой тирана и т. д. Мягко говоря, не правильно учили.
Вот телеграмма Сталина Л. М. Кагановичу, В. М. Молотову, Г. К. Орджоникидзе от 27 сентября 1931 года:
Кагановичу, Молотову, Орджоникидзе.
1. Решительно возражаю против назначения Рухимовича предом Госплана или замом ВСНХ. Если можете подождать недельку, отложите вопрос. Лучше бы дать ему хозработу вне Москвы.
Тут уж двух мнений быть не может: Сталин просто рассержен, жди репрессий. Репрессий? О чем это вы?
Вот очередное письмо Сталина Л. М. Кагановичу от 4 октября 1931 года:
Здравствуйте, т. Каганович!
Письмо получил.
1) Я был поражен предложением т. Молотова насчет назначения т. Рухимовича предом Госплана – следовательно – замом пред. СНК. За то, что Рухимович провалился в НКПС и вел (ведет и теперь!) гнуснейшую агитацию против практической линии ЦК (вопрос о темпах и т. п.), его делают замом пред. СНК, его повышают! Что за чепуха!? Разве можно так воспитывать кадры? Нечего говорить – хорошее «воспитание».
То же самое нужно сказать о предложении Серго насчет замства Рухимовича в ВСНХ. Эти люди не понимают, что Рухимович есть Фрумкин № 2, с той, однако, разницей, что Рухимович опаснее, так как он, к сожалению, член ЦК. Я об этом написал уже Серго.
Рухимовича надо снизить и послать на внемосковскую работу по линии ВСНХ. Тогда все поймут, что ЦК не шутит и не болтает зря о генеральной линии. Поймут и подтянутся.
Рухимовича не «снизили» и не «послали». «Послали», похоже, Сталина. А Л. Рухимович оказался в кресле заместителя наркома тяжелой промышленности. В Москве. У Орджоникидзе. А в 1934 году – среди участников антисталинского заговора.
Вот такие «кадры», для которых важнее были политические игры, нежели обустройство страны. Просто игры, как им казалось, у них лучше получались.
Л. Берия выпадал из этого списка.
Во всяком случае, по части политических интриг. Поэтому его путь во власть не был самоцелью. А если уж придется – то высокое положение Лаврентий Павлович знал, как использовать. СТРОИТЬ!
Архитектор
«Сердце государственного деятеля должно находиться у него в голове».
Наполеон IДавайте поступим так. Внимательные и объективные исследователи деятельности Лаврентия Павловича Берия, опираясь на официальные документы, подготовили своеобразный отчет о пребывании Берия на посту руководителя Грузии в 1931-1938 годах. Авторы постарались свести к минимуму субъективные оценки, отдав приоритет фактам и цифрам. А статистика (честная!) – лучший беллетрист. Поэтому и мы предлагаем последовать за ней, лишь изредка дополняя текст любопытными и уместными деталями, а иногда используя редакторский карандаш.
Итак, первоочередной задачей, стоявшей перед новым руководителем Грузии, а потом и всего Закавказья, было обеспечение населения продовольствием. Надо было накормить народ.
К моменту прихода Берия на пост первого секретаря, сельское хозяйство было там же, где и раньше, несмотря ни на какую коллективизацию. Если нет земли – значит, ее нет. В Грузии вообще не было смысла создавать колхозы, если вести хозяйство, не отступая от давней традиции. И тогда молодой глава республики (32 года!) пошел наперекор «генеральной линии» – и, что удивительно, Москва ему не препятствовала. Оказалось, что и как хозяйственный руководитель, бывший чекист многого стоит!
Но для начала необходимо было сделать республику управляемой. А как этого добьешься, если каждый уездный глава ведет свою политику сообразно интересам своего клана? Этот вопрос Берия решил просто – вместо того чтобы приводить в чувство уездных владык, там, где секретари райкомов его не устраивали, он заменил их на бывших работников ОГПУ. Деканозов стал председателем Госплана республики и заместителем председателя Совнаркома. Гоглидзе – наркомом внутренних дел. Меркулов перешел на работу в аппарат ЦК.
Уже в декабре 1931 года Берия ликвидировал Колхозцентр, заменив его наркоматом земледелия. Вроде бы сугубо номинальное изменение, однако весьма красноречивое, ибо в колхозы в 1931 году было объединено всего лишь 36 % крестьянских хозяйств, и то в порядке административного рвения прежних властей. Новый глава республики показал, что не собирается добиваться стопроцентного охвата – сколько есть, столько есть.
А вот потом он сделал ход конем. Действительно, выращивать зерно в Грузии не имело смысла – все равно сельское хозяйство не могло накормить республику. Больше в колхозы никто никого не загонял. Мало того, в противовес российской практике, в республике пошли на увеличение подсобных хозяйств колхозников – чтобы произведенного там хватило не только для их хозяев, но и для продажи. А в колхозах стали выращивать не зерно или овощи, а те культуры, которые нигде больше в России не росли, – чай, цитрусовые, табак, элитные сорта винограда. А что хлеб? Хлеб можно купить и в России, торгуя с ней вином и мандаринами!
Но основной культурой стал чай.
В газете «Совершенно секретно», где автору этой книги довелось работать, было опубликовано интервью грузинского журналиста Михаила Черкезия с бывшим водителем Лаврентия Берия Николозом Меликашвили. Вот о чем он вспомнил:
«В мае 1934 года меня направили к начальнику железнодорожного вокзала. Тот посадил в мою машину двух элегантно одетых молодых мужчин с девятью кожаными чемоданами.
Я отвез их к Лаврентию Павловичу, а чемоданы сдал в комендатуру. На другой день Берия вызвал почти всех секретарей райкомов и председателей колхозов Западной Грузии. Мне он велел принести чемоданы.
– Слушайте внимательно, – обратился к собравшимся шеф. – В этих чемоданах – саженцы чая уникального вида. Каждый район возьмет по одному чемодану. Через год осмотрю ваши плантации. У кого высохнет хоть один саженец – тому несдобровать.
Впоследствии я узнал от Лаврентия Павловича, что те саженцы по его приказу были выкрадены нашими разведчиками с Цейлона, где за подобное преступление полагалась смертная казнь…»
Даже если в этой истории есть доля романтической легенды (национальная особенность уроженцев Кавказа, ничего не поделаешь), то суть рассказанного лишний раз подтверждает тот самый созидательный настрой, который пришел в Грузию вместе с новым лидером.
Чай в Грузии выращивали и раньше, мандарины тоже росли здесь давно – но никто не додумывался сделать на них ставку. Теперь увеличили плантации чая, мандаринов, начали повышать культуру земледелия, стали выращивать новые экзотические растения. А чтобы население республики не испытывало голода, пока новые культуры начнут давать урожай, пошли на увеличение приусадебных участков.
Два года ушло на подготовку, и в 1933 году начался рост сельского хозяйства. «При Л. Берия Грузия превратилась в страну, производящую в промышленных масштабах высокоценные специальные и технические культуры, – пишет исследователь той эпохи Алексей Топтыгин. – Берия знал цену разным методам руководства: отдельным культурам и формам организации производства посвящались пленумы ЦК, проводились съезды колхозников, выставки, активно задействовалось социалистическое соревнование, портреты передовиков производства не сходили с первых полос газет и обложек журналов. Но самое главное – Берия очень четко понимал значимость материального стимулирования колхозников».
И вот тут крупное сельскохозяйственное производство оправдало себя на сто процентов! Культуры были дорогие, и через несколько лет колхозы Грузии стали богатеть. В 1936 году их общий доход составил 235 млн. руб., в 1937 году – 315 млн. руб., в 1938 году – 366 млн. руб., а в 1939 году – более 500 млн. Лучший стимул для людей – материальный, и, видя такое дело, крестьяне без всякого принуждения пошли в колхозы. К 1939 году в них было объединено 86 % крестьянских хозяйств.
В 1932 году начались преобразования и в грузинской промышленности. Был создан наркомат легкой промышленности. Именно легкой! Все предприятия тяжелой промышленности переданы Наркомтяжпрому СССР, чтобы их непосредственно включили в выполнение всесоюзных планов. И в самом деле, зачем Грузии тяжелая промышленность? Что она с ней будет делать? Зато в годы первых пятилеток республика заняла первое место в СССР в пищевом секторе – по производству вина, переработке чая, консервированию плодов…
Немного цифр. За первую пятилетку объем валовой промышленности Грузии увеличился почти в 6 раз, за вторую – в 5 раз. При этом надо учесть, что первая цифра стартовала от суммы 37,5 млн. руб. – в эту сумму оценивалась валовая продукция в 1927 году, а в 1932-м она составила 257,5 млн. С этой цифры и стартовала вторая пятилетка, которая была перевыполнена по всем показателям.
В годы первой пятилетки объем капиталовложений в грузинскую промышленность составил 334,9 млн. руб., во второй пятилетке – 960 млн. руб. При этом рост достигался не сиюминутным «ускорением» – об этом можно судить по тому, что по-настоящему промышленность Грузии стала расти, когда Берия в Закавказье уже не было – такую инерцию сумел придать ей этот человек. Так, при нем была реконструирована угольная отрасль республики, а отдача пошла уже после его ухода в Москву – в 1940 году добыча угля возросла почти вдвое по сравнению с 1938 годом. На Чиатурских марганцевых рудниках была механизирована добыча руды. Появились в прежде отсталой республике и новые виды промышленности – нефтяная, машиностроительная. В Азербайджане резко увеличилась добыча нефти. Кстати, именно при Берия и с его подачи началось бурение шельфов в Каспийском море. За что его обвинили в… расточительстве. Мол, зачем бурить море, когда на земле дешевле. Теперь строят буровые в море, но о том, кто все это начал, как-то потихоньку забыли…
Но Берия активно занимался не только нефтью. Достаточно сказать, что уже в октябре 1933 года Берия лично передал Сталину две записки – одну о нефти, а другую – о редких металлах в Грузии.
Берия предлагал включить в план 1934 года:
• строительство крекингов и заводов по первичной переработке нефти;
• строительство керосинопровода Махачкала – Сталинград;
• расширение нефтепровода Баку – Батум;
• проведение геологоразведочных работ на новых площадях в Азербайджане;
• строительство новых судов для Каспийского пароходства.
Здесь все рассматривалось так, как оно и должно быть, – в комплексе.
Практически новой отраслью стало производство чая – при Берия в республике было выстроено 35 чайных фабрик. Раньше оборудование для них ввозилось из-за границы, но вскоре производство этих машин освоил Батумский машиностроительный завод. И т. д.
При этом первый секретарь курировал грузинскую промышленность так же, как Сталин – советскую: дотошно и со знанием дела.
В 1935 году Грузия, Азербайджан и Абхазия были награждены орденом Ленина. Той же награды удостоились и некоторые руководители, в том числе и глава Заккрайкома Лаврентий Берия.
Задумано было и превращение Тбилиси в «образцовый социалистический город». Берия лично курировал строительство – кстати, в ходе которого не было разрушено ни одного храма.
При нем же Грузия стала и «курортной столицей СССР», тогда началось массовое строительство санаториев всех уровней – от центральных здравниц до домов отдыха отдельных предприятий.
Одной из самых трудных проблем предвоенного СССР было образование. В конце XIX века уровень грамотности в Грузии составлял всего лишь около 20 %. Естественно, за годы империалистической войны, Гражданской войны, за время первых лет советской власти этот процент не повысился, поскольку образованием никто всерьез не занимался – вообще от деятельности пресловутых «старых большевиков» создается такое впечатление, что они рассчитывали, будто все само собой сделается.
Берия, сам мечтавший о высшем образовании, воспринял эту программу как свое кровное дело. Только за конец 1931-го и 1932 год ЦК КП(б) Грузии принял шесть постановлений по разным областям народного образования (за предшествующие пять лет к этой проблеме обращались дважды…). Постановления, принятые во время секретарства Берия, умещались на 1-1,5 страницах, но были насыщены цифрами, суммами, именами ответственных за исполнение. Стиль руководства – сурово административный. С 1932 года в Грузии переходят к всеобщему начальному образованию детей и подростков. Активно ведется строительство зданий медицинского, политехнического, сельскохозяйственного институтов. По комсомольскому и партийному набору тысячи грузин отправляются учиться в Москву, Ленинград, Харьков, Саратов… Массовый характер приобретает обучение рабочим специальностям.
К 1938 году Грузия по уровню образованности населения выходит на одно из первых мест в Советском Союзе. А по числу студентов на тысячу человек населения Грузия обогнала Англию и Германию. В городах начался переход от всеобщего начального к семилетнему образованию, и даже в деревне большинство населения теперь умело читать и писать.
Обратите внимание: на дворе стоял «кровавый» 1937 год. А Берия, к слову, не входил в состав «расстрельной» тройки! Хотя это была чуть ли не почетная прерогатива Первого секретаря ЦК! Может быть поэтому у него были, как бы сегодня сказали, «неприятности по работе». Нет, «созидательная» часть функционировала, как хорошо отлаженный механизм. Берия оказался как раз тем человеком, который «заставлял всех делать то, что они умеют». Кажется, такую формулу идеального управления вывел американец Ральф Эмерсон.
Но вот по части партийной бюрократии и закулисных интриг…
От каждого – по способностям
…История больше напоминала склоку, так ее оценил Сталин, хотя с этой, несколько легковесной оценкой можно и не согласиться. Но для нас важно, что фигуранты конфликта обладали различными взглядами на главное – СУТЬ ВЛАСТИ. И как бы ни казалось, что правота одного из участников бесспорна, а позиция оппонирующей стороны «шкурна», «барахольна» и попросту преступна – время рассудило по-своему.
Впрочем, мера исторического «времени» – категория весьма субъективная: для кого-то «давно пора», а для иных – «время пока не пришло».
В 1931 году ЦК ВКП(б) объявил о грубых политических ошибках и извращениях, которые были допущены партийным руководством Закавказья. Среди руководящих кадров, как Закавказья, так и республик, наблюдались элементы «атаманщины» – беспринципной борьбы за власть. Родоплеменной строй имел глубокие корни в регионе и приводил к созданию социализма с «кавказской спецификой», когда личные, узкогрупповые и клановые интересы ставились выше национальных и общественных. «Кумовство» было чуть ли не идеологической основой.
10 июня 1932 г. на Бюро ЦК КП Грузии рассматривался вопрос о групповщине наркома просвещения Грузии Марии Платоновны Орахелашвили и других, которые, как говорилось в постановлении Бюро, «путем распространения ложных слухов пытались противопоставить ЦК Грузии Заккрайкому и дискредитировать отдельных руководителей ЦК и Тифлисского комитета (в частности тов. Берия)».
Нарком просвещения Грузии Мария Платоновна Орахелашвили – жена первого секретаря Заккрайкома Мамия Орахелашвили. Люди они были весьма заносчивые даже по кавказским меркам. Мол, «мы из дворян и из интеллигентов, а этот Лаврик откуда взялся – быдло безродное…»
Супругов Орахелашвили в Грузии окружал обустроенный быт, атмосфера чинопочитания и даже наследственного «чинопоклонения», ради сохранения чего и был затеян «антибериевский скандал» 1932 года.
«…А суть вопроса была в том, что менее года назад всем им дали крепко по загривкам за неукротимую склонность к групповщине и кумовству при подборе кадров (вообще-то это абсолютно неизлечимая хроническая болезнь не только Грузии и в целом Закавказья, но и всего Востока, не говоря уже о России). Но, тем не менее, Мамия Орахелашвили, вторично став первым секретарем Заккрайкома, вновь пошел на поводу у своей жены и протащил ее кандидатуру в наркомы. Ну ладно бы только это. А то ведь сиятельная мадам тут же начала тянуть к себе всех родственников и знакомых, а дело просвещения в Грузии не сдвигалось с мертвой точки. Ее одернули по партийной линии. В ответ не в меру заносчивая Мария Платоновна пустила, как ей тогда казалось, самое страшное для Берии оружие – слухи о работе Лаврентия Павловича в муссаватистской контрразведке. Хотя, давно пребывая в «старых большевиках» Закавказья, она прекрасно знала, что все подозрения с Берия были сняты еще в 1920 г., когда он работал в Азербайджане, сняты решением Бюро ЦК КП Азербайджана после тщательной проверки и подтверждения данных Лаврентия Павловича несколькими свидетелями». (Арсен Мартиросян, историк)