Жизнь не только борьба

4.1.3. Последние шаги в «Астрофизике». 2006г….апрель 2007г.г.

4.1.3.1. С начала 2006г должен был придти очередной транш от заказчика 16 млн.р. – надо было продолжить закупать комплектующие. Но счета бухгалтерия почему-то перестала оплачивать.

Я полностью был погружен в свои дела (теоретические и алгоритмические) и в экономику старался не влезать – все вопросы Ипатьев решал сам, в т.числе воевал с «откатчиками». Как мне позже рассказал Ипатьев, на большую часть наших денег новый директор К.Н.Свиридов «наложил лапу», причём не только на наши, но и на деньги других отделов на разработки тем – под предлогом «на нужды предприятия». (Как выяснилось позже, «в том числе, и для личных нужд»). «Откатчикам» отстёгивать стало нечего. Ипатьев это понимал и вступил с директором в конфликт, что вскоре привело к ситуации срыва всех план-графиков, согласованных с заказчиком. И заказчик отвернулся – не без помощи полковника Ютилова.

(Вставка. В конце 2005г в директорское кресло был посажен Костя Свиридов, накануне защитивший докторскую диссертацию по вопросу борьбы с « космическим мусором» мощным лазерным излучением. Я видел эту диссертацию – это был очередной теоретический блеф. Тем не менее, хорошо знакомый нам в течение более двух десятков лет начальник какого-то лазерно-теоретического отдела «Костя» стал «Константином Николаевичем». В начале 2007г, за махинации в особо крупных размерах, он был снят).

Денег не стало хватать даже на зарплату! И ведущие специалисты стали уходить. Ушла Валя Орлова, экономистка Наташа, вначале 2007г ушли Володя Нефедов, Таня Усачева, Лев Никитин (соратник Матюхина, такой же пройдоха!) и боевой программист В. Пахомов. Отдел фактически рассыпался! В июле 2006 года случилось несчастье с Сашей Алявдиным – вдруг, у него, скорее всего на нервной почве, открылся «Паркинсон». Ему стало плохо – его всего трясло, ходить ему стало трудно, машину он уже не мог водить. (А ведь он входил когда-то в отряд подготовки космонавтов!). Он сам (!) решил уволиться, пока мы с Ипатьевым были в отпуске. Для отдела это был удар «под-дых» – непосредственно руководить разработкой средств стало некому. Он тоже, как и Ипатьев, был «Бауманец». (Ипатьев, придя из отпуска и, не обнаружив его, сказал мне: «Пусть трясся бы на работе, мы бы пережили!»). Примерно в это же время заболел и Кутейников – по линии головы (память, ориентация). Начались опять проблемы с сердцем и у меня и, к моему удивлению, проблемы с моими замечательными зубами, которые служили мне верой и правдой 60 с лишним лет после 42 года (в эвакуации, как это ни странно, мне их вылечила(!) старушка, хозяйка хибары, у которой мы жили. См. 1-ю часть). Но об этом – в следующем подразделе.

4.1.3.2. В сентябре 2006г я случайно столкнулся на территории, когда переходил в другой корпус, с нашим кардиологом, красавицей Олей (Юрьевной) Домашенко. Она спросила о самочувствии. Я ответил, что «не очень». Она нагнулась, подняла до колена штанину, обнаружила у меня немного опухшие ноги (я сам это никак не ощущал!), и заявила, чтобы я немедленно пришел к ней на приём в МСЧ. Что я вскоре и сделал. Диагноз – ИБС, стенокардия! И срочно упекла меня в КБ-6 почти на месяц.

Палата – на 2 человека, персональный лечащий врач – симпатичная Е.Ф. Белецкая, лет 40. Познакомились. Зачем-то она сразу сказала мне, что она замужем, и кто её муж. Иногда мы с ней обменивались семейными подробностями. Полусерьёзно, я ей сказал, что если она меня вылечит, привезу ей машину яблок – намечался богатый урожай. Она дала мне свой адрес – рядом с больницей…(Яблоки я ей так и не привёз, негодяй, свинья – по телефону мне сказали, что она с мужем уехала на юг отдыхать, на месяц). В эпикризе она написала, кроме всего прочего, рекомендацию: «Направить на ВК для определения группы инвалидности». (В ВК меня принимала довольно крупная, красивая блондинка лет 40 с типом разговора «начальницы». Подробно опросила меня и в конце разговора спросила, как я себя чувствую. Я не стал лукавить и сказал: «Хорошо». Ничего больше не спрашивая, она подписала документы на оформление 3-й группы (1ст.) «бессрочно»!!! – везет же мне на красивых и умных женщин последние 50 лет!).

Потом, в течение 2-х месяцев меня долечивала в нашей поликлинике предприятия Оля Домашенко. И вот эти две красивые, симпатичные женщины-кардиологи меня вылечили – уже 5 лет я забыл, что у меня есть сердце. Подробности далее.

4.1.3.3. А с зубами, вообще, получилось до безобразия трогательно. «Диклофенак» – основное обезболивающее, применяемое нашими «замечательными» хирургами-травматологами-ортопедами при болезни суставов. Здорово купирует! На двое….трое суток хватает одна таблетка. И так – в течении 3 недель стационара. И начинаешь думать, что ты выздоравливаешь. Тем более, колют еще какими-то общеукрепляющими препаратами («никотинка», витамиы В6, В12 и еще чего-то), а раз в 4… 5 дней – укол прямо в коленку! Через несколько дней после выписки наступает протрезвление – как будто не лечили, и всё возвращается «на круги своя».

И вот…..в конце третьего стационара я с удивлением обнаружил, что некоторые из зубов начали слегка покачиваться. Долго-долго думал, анализировал, прикидывал, оценивал, с чего бы это, и пришел к выводу – ЭТО МОЖЕТ БЫТЬ ТОЛЬКО ДИКЛОФЕНАК! Я понял, что с этой афёрой надо заканчивать и больше к этим «стационарным чудо-травмотологам» ходить нельзя – останусь без нужных еще мне зубов. Тем более, как мне сказал позже хирург нашей рай. поликлиники, он очень вреден для печенки (я это не замечал, почему-то).

Через пару недель после выписки, я пошел к нашему зубному в МСЧ. Он меня направил к протезисту, Рафик зовут, азер. (По отзывам, да и потом я сам убедился, очень хороший специалист с обслуживающей его бригадой подручных – среди них я обнаружил одного скромного, по внешнему виду, еврея!). Я ему (Рафику) рассказал, что зубы у меня заговоренные, 63 года были абсолютно здоровы, и стало плохо после лечения артроза, и что я подозреваю – в этом виноват диклофенак. Он посмеялся, обследовал весь рот, с периодом в несколько дней легко вынул (не вырвал, а именно вынул!) 4 самых проблемных зуба и сказал, чтобы я не откладывая, пришел к нему – будет делать слепки для протезов. Результат – во рту стало штук 8 красивых позолоченных зубов. Так я решил ещё одну жизненно важную проблему! (В дальнейшем, при лечении артроза, я внимательно следил за тем, что мне прописывают и пресекал выписку диклофенака и его производных).

4.1.3.4. Стало очевидно, что в результате «навала» директора и военных «откатчиков» отдел оказался без заказа, соответственно, без денег, и порушен в кадровом отношении. Руководство принимает решение – тему закрыть «по факту», а остатки развалившегося коллектива (10 человек) перевести в подразделение, занимающееся «силовым» поражением воздушно-космических целей уже более 30 лет на основе «лазеров на твердом теле», т.е. на спецстекле, под руководством В.П. Баркова. (Когда-то он был в отделе Ипатьева ведущим инженером). Специалист среднего класса, тоже «Бауманец», хороший организатор, с неба звёзд не хватал, уживался с любым руководителем предприятия. (У него был большой (человек 40) коллектив инженеров среднего уровня и несколько высококлассных специалистов-электронщиков и лазерщиков. Но системщиков, тем более теоретиков–приводистов, у него не было. Но военные его щедро обеспечивали, имея с этого большой «откат»). Многоконтурная система наведения его комплекса («ХХХ») замыкалась через цель по 3-м длинам волн, но должной точности не давала. Это и была одна из 2-х причин подключения нас к нему). Главное – он правильно «дружил» с военными на всех уровнях. (Неоднократно я его видел в МО при посещении нашего куратора, полковника Александра Павловича (фамилию забыл).

Ипатьев с этим решением дирекции согласился со скрипом, (Барков был в восторге!), а Кутейников встал «на дыбы»: «Он не достоин того, чтобы я работал под его руководством», и ушел в подразделение к своему ученику, накануне защитившему кандидатскую, заниматься небольшими лазерными комплексами в интересах СВ для обнаружения, пеленгации и точного целеуказания средствам подавления и уничтожения сухопутных «блестящих» целей, в том числе террористов, вооруженных светоотражающими приборами.

Так, в мае 2006г, я (главный специалист) и Ипатьев (уже как нач. лаборатории) с небольшим коллективом оказались у Баркова с задачей переформировать всю 3-х канальную систему наведения огромного (на двух многотонных носителях) уже почти готового к автономным стендовым испытаниям и на полигоне комплекса. (Уж очень здорово ХХХ был похож на комплекс «Облако»!??? (См.2-ю часть).

Сначала надо было разобраться, где и кто напортачил. Вплотную занялся этим Ипатьев. Барков подбросил 2-х студентов-дипломников (Ипатьеву, а тот мне) из МВТУ и МАИ, работа с которыми отнимала очень много времени у меня – ребята в основном были заняты «отвалом» – «косили» от армии, редко появлялись на работе. Оба диплома, фактически, мы с Ипатьевым сделали за них. Схемы они через «цифру» переснимали и переводили в плакаты-листы на плоттерах. Защитились оба на «отлично», а я, как официальный руководитель – получил приличную премию.

По теме мне пришлось заняться подсчетом амплитуды шумовой составляющей от зондирующего импульса активного локатора за счёт отражения от атмосферы. Факультативно, по просьбе моего друга, начальника группы ПДИТР, мне пришлось разобраться и откорректировать формулы, написанные с серьёзными ошибками в их официальном нормативном (!) «СС»-руководстве по расчету возможностей обнаружения наших испытаний спутниками из космоса. В общем, год перед уходом на пенсию был в активной, интересной работе.

В начале 2007г, вдруг, вышел приказ об «уводе» на пенсию всех неостепенённых специалистов старше 70 лет. (Мне уже было 76, Ипатьеву только отпраздновали 70).

И мы решили с мая 2007 года уйти! Барков пытался нас с Ипатьевым отстоять, но у него ничего не вышло – предприятие было близко к банкротству.

23 февраля 2007 года.

Юле 80! Отмечали у нас на Бакулева. Это был настоящий праздник! Было много гостей, родственников и наших общих знакомых. Было много подарков в виде конкретных вещей и конкретных сумм – от детей и не только (Марина Тумаркина – лингвист – переводчик скандинавских языков, дочь Льва Абрамовича Тумаркина (См. ч.2) – он, по просьбе Юли, способствовал поступлению Сергея в МГУ. Марина даёт персональные уроки для бизнесменов, работающих в Норвегии, Швеции).

4.1.3.5 Начало апреля 2007г. Опять, как и в марте 2005г, вдруг позвонила Ира: «Приезжай в техцентр на Старо-Калужском ш. (вблизи М. Беляево) – я заказала для тебе немецкую а/машину «Lancer» с автоматической КПП – тебе будет гораздо легче управлять, т.к. у тебя плохой голеностоп! Надо выбрать цвет, привоз будет в начале 2008 года!». Она взяла кредит в банке. И опять я в шоке – 17000$! (Фото: М.Е.Кутейников у меня в гостях на даче. И «Lancer»).

И вот наступило время ухода с работы, навсегда! В счет какой-то компенсации мне выписали довольно приличные деньги (около 40000р), разрешили взять (как подарок!) с собой старый компьютер и матричный принтер (для А-2). А Ипатьеву – ксерокс (А-4).

Незадолго перед уходом было крупномасштабное! празднование 70-летия Ипатьеву. С поздравлениями приходили практически все службы предприятия, начальники и отдельные сотрудники из многих СКБ. (Фото справа: Поздравляет Начальник ОКБ «Гранат» д.т.н. Н.В. Чебуркин, свидетели: Валерий Абрамов и В.А.Украинцев). Во главе с начальником ПЗ пришло почти всё его подразделение. Были представители от 1-го и 2-го отделов, друзья из многих тематических и отраслевых подразделений. (Характерный факт – Барков сам не пришел, прислал обоих заместителей). Накануне, когда Ипатьева спросили, что ему подарить, он ответил: «Такую же б/пилу, как и Украинцеву!). Всю подготовку и ведение празднования было поручено вести мне. От дирекции он получил тоже крупную компенсацию.

Оформив пропуска в нашу МСЧ-10, чтобы мы могли лечиться после ухода, 25 апреля 2007 года мы покинули «Астрофизику»!!!

Подведу итог! В общей сложности на оборону Государства я проработал с 1-го августа 1949 года по 25 апреля 2007 года – почти 58 лет!

И, мне кажется, поработал не плохо!!!

Я жил работой, я не представлял другого существования! Большую роль в моей жизни и в труде, конечно, играли мои друзья и коллеги. Перечислять всех здесь не буду, они упомянуты по ходу изложения материала. Упомяну только особенно дорогих для меня людей– людей «с большой буквы», ставших моими друзьями и, в некотором смысле, даже учителями (в техническом плане!). Это:

Людвиг Колесников и Марат Аваев («Алмаз»), Миша Кутейников и Саша Ипатьев («Астрофизика»). Кое-чего и я им дал! (Как сказал недавно, в телеф. разговоре, Л. Колесников: «Володя, я завидую твоей боевой биографии»)!

И конечно, самого дорогого для меня человека, коллегу и жену Юлию Александровну Морозову. Нельзя не отметить её большую роль в освоении теории систем управления ракетами на начальных этапах моей работы в «Алмазе». Она способствовала становлению меня как специалиста – теоретика! По-видимому, она сразу разглядела во мне некоторый потенциал, хотя к ним в лабораторию я «пришел совсем сырой» – слова начальника лаборатории В.Г. Цепилова (См. ч. 2 ). С момента нашего объединения в семью, мы гармонично дополняли и дополняем друг друга в радости и в невзгодах, понимая друг друга с полуслова, как в совместной работе, так и в быту. (Иногда, в подпитии, я ей говорю: «Юля, как тебе повезло с мужем со второй попытки!». А она мне в ответ: «Пузатик, а тебе, по-моему, не меньше!..... А иногда, в сложных семейных ситуациях, что бывает крайне редко, я ей говорю: «Ты наверно забыла, что ты меня любишь? Эта формула ей так понравилась, что она её рассказала всем своим подружкам………….).

Даже после её ухода на пенсию в 92 году из «Астрофизики» я, по её просьбе(!), подбрасывал ей для решения некоторые вопросы, которые можно было решить только с применением аппарата теории вероятностей, которым она владеет в совершенстве и, в частности, вопрос вычисления вероятности поражения лазерным комплексом сложной (групповой) цели. Она очень скучает по работе! Спасается стихами и общественной работой в обществе жертв политических репрессий «Мемориал» – она бригадир группы (25 жертв).

И, конечно, офицеры флагмана Гидрографии Северного Военно-Морского флота СССР Гидрографического судна (ГИСУ) «Экватор». До сих пор, в моей памяти стоит образ Командира этого замечательного корабля – высшей пробы офицера и человека(!), и штурманов – капитана-лейтенанта Сошальского и старшего лейтенанта Шемякина.

(К сожалению, фамилию Командира я не запомнил. Через поисковую систему Yandex я сделал запрос о ГИСУ «Экватор». В одном из изданий Гос. Научно-Исследовательского Навигационно-Гидрографического Института (С-Петербург) корабль «Экватор» упомянут (у немцев он назывался «Метеор») как судно, на котором был проведен огромный объём гидрографических работ в Атлантике и Северных морях. Написал туда эл. письмо <editor@navy.ru> с просьбой подсказать фамилию Командира. Сообщил, что я пишу Мемуары, очень надо. Ответ я не получил)

О замечательных людях НИИ-627 я писал в первых двух частях.

.2 

Жизнь и работа продолжаются! Несмотря ни на что.

4.2.1. Первый сезон «свободного полёта» – май…. октябрь 2007г

4.2.1.1 Свершилось невероятное – я могу работать на даче сколько хочу и сколько могу! А фронт работ – огромный и объемный, всего заранее и не перечислить.

Главное – надо было привести в порядок дорожки – надоело месить грязь! Центральная – от гаража до крыльца – около30м. Далее – от неё ответвления в уборную, в душ, в сарай, к раковине за душем.

Следующая, не терпящая отлагательств, работа – надо было привести в порядок крыльцо. Новое, огромное крыльцо, сделанное Васькиной командой по Юлиному проекту, было открыто со всех сторон, т.е. надо было делать дверь на входе (Юля захотела обязательно двухстворчатую и застеклённую!), застеклить боковую часть (открытый пролёт около 2.5м), поставить дверь на задний выход с крыльца на лестницу на второй этаж.

И ещё одна важная работа – необходимо было отеплить душевую (в том числе и цементный пол). Снаружи она была обита вагонкой, но этого оказалось мало. Надо было её отеплять изнутри, да и дверь тоже была хлиповатая! А от цементного пола здорово тянуло холодом по ногам в весенний и осенний периоды.

Надо было переделывать трап на крыльцо (он основательно подгнил).

Это был план работ на будущий период на несколько сезонов! И я, проведя посевную, приступил к его реализации.

Юля выбрала плиты 40Х40, (тяжелые – 15кГ каждая). Васька подсказал мне технологию, я её немного усовершенствовал – примерно 50% плит, уложенных ближе к дому и сараю, положил на раствор – для прочности, остальные – на песчаную подушку. На это ушло примерно 4 недели не очень тяжелого труда.

Каркасы для двухстворчатой двери и для трапа я решил делать металлические – металл был (еще со времён хаоса 90-х). Установка двери на входе неизбежно требовала сооружения небольшой площадки перед ней, т.е. выход из крыльца должен быть не сразу на трап, а на площадку длиной не менее метра, как я рассчитал. А это д/быть прочное сооружение из бруса сечением не менее 15х15 см. На изготовление двери и её застекление ушло примерно 3 недели.

Дверь на заднем выходе из крыльца на лестницу, ведущую на 2-й этаж, я поручил поставить васькиной команде. Купил с его помощью на базе в Н – Иерусалиме. За два дня они отлично сработали. Платой за эту работу было – перевозки их на машине в любое время и место.

Душевую я отеплил основательно – обил внутри кругом (и потолок!) 20-ти мм доской, подложив под неё 5-ти сантимеровый пенопласт. Поверх досок обил стены беловато– голубоватыми листами двухслойного пластика. Основательно утеплил дверь.

Хорошо помогли гости! Пару раз за лето Вова с Сашкой приезжали с друзьями и подругами с ночевкой на воскресные дни (однажды было 9 человек!). Как-раз прохудилась одна из 3-х бочек, что на высотной платформе в заднем торце гаража. Заменили! Покрасили все бочки антикоррозийной краской (даже те, что стояли на огороде возле грядок). Я заметил, что Сашкина подружка Лиза красила особенно тщательно, как-то мне это бросилось в глаза.

Раза три приезжала с ночевкой Ира. Каждый раз она привозила огромное количество дорогих продуктов. Она, в основном, занималась цветами. И тоже всё делала очень старательно. Она немного пополнела – Юля её покритиковала, но серьёзного значения этому факту не придала!!!

4.2.1.2. 3 июля 2007 года умер мой лучший друг, сосед по даче, коллега по работе в «Алмазе», Женя Гаврилов (выше я его упоминал). Жалко парня! Мы с ним были близки по всем параметрам и жизненным вопросам. За исключением одного – он не мог останавливаться «после первого стакана». Особенно в последние годы. И добило его…

пиво

, водку он уже не пил. За несколько месяцев до смерти он стал неадекватен. А через несколько месяцев в пьяном угаре умер и его сын Андрей.

Основным виновником случившегося, я считаю, является его жена Валентина – всю совместную жизнь она его «пилила» по поводу и без повода. (Иногда и мне доставалось!). Женя, скромный, деликатный по натуре человек, больше отмалчивался, запивая ситуацию спиртным. Их сын Андрей, ровесник моего Сергея, попав в какую-то передрягу, отсидел 8 (?) лет. Вернувшись из лагерей (около 90 г), он несколько лет интенсивно помогал отцу в работах по выращиванию «даров сада, в основном огурцов», а потом прекратил вообще ездить на дачу – начал пить (а может быть и не прекращал, после тюрьмы). Не имея образования, он был отличным «инстументальщиком-заточником», на работе его очень ценили. Даже тогда, когда он начал пить, его еще несколько лет не увольняли, хотя он неделями не появлялся. Семьи у него не было.

Их дочь, Наташа, умница, вся в Женьку, даже по походке, при разговоре красиво невыговаривает букву «Р», своевременно закончила институт по специальности, связанной с проектированием и эксплуатацией ЭВМ, поздно вышла замуж за Костю Батаева, физтеховца – загадочного (для меня) человека ( верит в Бога!), программиста экстра-класса и масштаба. Хорошо зарабатывает на очень крупных подрядах, в т/числе с инофирмами. Она родила (примерно в 83г) сына Леньку с родовой травмой – аутизм! Вскоре после смерти Жени, Валька тоже свихнулась, (на март 2010 – жива). Почти неадекватна, страшно смотреть! Жуть! В общем, Наташе сейчас здорово достаётся – на руках два недееспособных биологических существа типа «огурец».

(В весной 2009 году Наташа попросила меня договориться с моими друзьями-строителями о приведении брошенных уже как 2 года дома и участка в божеский вид, чтобы она могла вывести хотя бы на месяц на дачу мать и Леньку. Под моим контролем ребята заново сделали задний забор (старый, уже давно, полностью разрушился), построили новое крыльцо с трапом, покосили заросший до безобразия участок, починили душ (Костя – внук Сан Саныча Кривцова, друг с детства моих (Юлиных) внуков ) сварил новый зольник для душевой колонки, обрезали деревья. Ваня Лихов заново сделал всю эл/сеть с новым эл.счётчиком. Часто на участок приезжал Костя Батаев (я его встречал с поезда и через час, полтора увозил обратно). На будущее планируют продолжить реконструкцию дома – сделать трап на 2-й этаж, перекрыть крышу, покрасить дом).

«Уставшие, но довольные», мы закончили этот первый сезон «свободного полета» в самом начале ноября. Урожай вывозили за 2 заезда – «Almera» вела себя безупречно.

В результате, за этот сезон были сделаны следующие серьёзные строительные работы:

1. Проложил плитками дорожки,

2. Сделал и поставил двухстворчатую застеклённую дверь на металлическом каркасе.

3. Основательно отеплил душ.

4. Васькина команда смонтировала дверь на заднем выходе из крыльца на лестницу на второй этаж.

Переделать трап на крыльцо я не успел. Отепление пола душа Васькина команда пообещала сделать в самом начале следующего сезона.

4.2.1.3. Важное событие произошло в конце октября, когда на улице стало близко к нулю – около часа ночи внезапно выключили свет и, соответственно, погас мой замечательный электрический автомат-обогреватель BORK, который я купил на Митинском рынке прямо перед отъездом на дачу (2800р). Через час я так продрог, что готов был уже вскочить и ехать в Москву! Накрылся дополнительно еще одним тёплым одеялом, шубой и всем что мог. Ничего не помогало – дрожал, как суслик! А Юля – она мирно посапывала, укрывшись дополнительно еще одним одеялом и накинув на себя еще и зимнее пальто. На моё счастье это безобразие длилось чуть более часа – свет включили! Как показали последующие события, этот эпизод мой организм вскоре мне припомнил.

4.2.1.4. И вот мы дома. Я начал усиленно отдыхать в прямом смысле этого слова. А по вечерам увлёкся телевизором – регулярно смотрел сериал «Улица разбитых фонарей» – со мной это безобразие случилось впервые за последние 25 лет жизни, но было интересно!

Немного отдохнув, я решил: пора начать работу с компьютером! – почти полгода он стоит без дела. И я решил его включить!!! И начал осваивать. Как много интересного, непонятного!!! Пришлось подкупить литературу. В этот процесс активно включилась Ира, консультировали много Лида и Вова, и немного Сашка – он был реже, т.к. обитал у жены Лизы ( в р-не конца Минского ш., ул. Оршанская, 2 км от МКАД).

Примерно в это же время внуки подарили моей племяннице Юле настольный РС, и мы с ней почти синхронно начали осваивать эту «науку».

Следуя принципу «научиться быстро плавать можно только прыгнув в глубокую воду», я решил попробовать начать писать Мемуары. И выбрал «точку отсчёта» – С МОМЕНТА РОЖДЕНИЯ! В памяти стояло много рассказов мамы и отца об этом замечательном событии. Кроме того, я уверен был, что Мемуары как-то помогут мне наладить отношения с моим сыном Сергеем, прерванные им по непонятным мне причинам с 1996 года – с этого года он ни разу не приехал на дачу, ни разу даже не позвонил мне! Хотя, как я писал выше, с моей стороны было несколько попыток связаться с ним – в ответ было глухое молчание!