Сердца войны. Книга четвертая

Она взглянула на меня исподлобья и прошипела:

– Я хотела ребенка!

Секунды две я сидела в шоке, после чего закусила губу и решилась на кое-что не особо хорошее.

– Роди второго.

Молчаливый до этого Вильгельм подавился воздухом, мама ошеломленно меня оглядела, а я покраснела. Нет, ну а что?

– Все не так просто, как ты думаешь, Лесси, – ответил мне отец.

Я закатила глаза.

«А что там сложного-то?» – усмехнулась Алесса, вторя моим мыслям.

– Хорошо! – я поднялась на ноги, – если «все сложно», то найди себе хобби!

На меня скептически посмотрели две пары глаз. Я закатила глаза.

– Знаете что?! Сделайте так, чтобы все было «не сложно»! У вас двоих теперь есть время на это! – не сдержалась я.

Затем села рядом с маман и оглядела двоих, смотрящих куда угодно, только не друг на друга.

– Мам, в чем проблема? Судя по тому, как агрессивно ты сказала Вольтеру что ты не Леди Варг, ты или в разводе, или замужем не была. А значит никому ничего не обязана.

Лицо женщины осунулось, после чего она посмотрела на меня как на маленькую несмышленую девочку и добавила:

– На Танатосе другие законы, милая, – она тяжело вздохнула, – и я искренне рада, что ты под них не попадаешь.

Я нахмурилась, но что ей ответить не нашла. Возможно я и в самом деле не понимаю много.

В дверь постучали.

– Войдите! – ответил Вильгельм.

Мама пробурчала что-то вроде «Ходят тут, стучат!» и завалилась на спинку дивана. Я поправила платье, пытаясь скрыть острые коленки, и пожалела, что не надела под шелк ни одной нижней юбки.

Дверь отворилась, в комнату вошел молодой Магистр, возвестивший с порога:

– Замечательно, что вы здесь, Леди Асгард! Я как раз по вашу душу!

Формулировка мне не понравилась, как и его внешний вид с особо заметным хитрым блеском в глазах.

– Я уже отправил запрос на возвращение моей жены Лорду Вольтеру, но сейчас меня волнуете именно вы!

Он оперативно подбежал к нашей троице, упал на противоположное от Вильгельма кресло и усмехнулся, оглядев обескураженную меня.

«А раньше он тебя только по имени называл» – с подозрением произнесла Алесса.

Я тоже подметила этот факт, потому и была в некотором ступоре.

– Вот! – мне протянули запечатанный гербом рода Райдер свиток.

Я с сомнением приняла документ, оглядела отца, кивнувшего мне, и сломала печать. Разворачивать было страшно, но выбора у меня не было. На желтой бумаге было выведено несколько витиеватых фраз о том, какая я плохая – сломала главный замок Магистрата. А посему должна выплатить Райдерам… семнадцать!!! миллионов золотых.

Я опешила. В ступоре передала бумагу тут же посеревшему лицом Вильгельму. И только оглядев довольную физиономию Майка, поняла что происходит. А именно – кое кто наглый и не особо умный решил меня нае… одурачить.

Я хмыкнула и подалась вперед, отчего глава Деймоса стер ухмылку со своего лица.

– Откуда вы взяли такую сумму, Лорд Райдер? Мне необходим отчет экспертов с подписями и печатями, – я оглядела его напряженное лицо.

И не смогла скрыть усмешки. Я только начала.

– Я не должен предоставлять вам подобную информацию! – выдал он, попытавшись напугать меня моими же методами.

То есть – атаковав. Да только он не рос в Доме, где такое общение было для меня нормой.

– Правильно, вы обязаны ее предоставить, прежде чем требовать любую сумму, – я спокойно оглядела взбешенного Лорда.

– Хоррошо! – прорычал он, – я снижу сумму до пяти миллионов!

Вот это милость! Я усмехнулась.

– Полтора миллиона вам будет достаточно, – обломала его я.

Он ошарашенно перевел взгляд на такого же непонимающего моей наглости папу. После они оба взглянули на меня. Но совести у меня не хватало, потому я пожала плечами и состроила невинное лицо.

– Три миллиона, – Магистр начал тяжело дышать.

Я оглядела его скучающим взглядом и посмотрела в окно.

– Миллион, – на подоконнике кверху пузиком лежала моя мирида и загорала.

У парня задергался глаз.

– Я пришел не торговаться!

– Но именно это вы делаете, Лорд Райдер! – в тон ему ответила я.

Он взвыл. После чего опустил голову в ладони и продолжил:

– Я согласен на полтора миллиона, – сдался он.

Но не я.

– Это было раньше, сейчас уже половина.

Магистр полыхал – настолько сильно я его взбесила. Но если он сейчас начнет что-то говорить, у меня есть более весомый аргумент.

– Это даже не покроет всех расходов! – сам себя раскрыл он.

Я хмыкнула.

– Лорд Райдер, – я оглядела его красное от гнева лицо, – я не отрицаю своей вины в разрушении вашего замка. Однако, имеется одно весомое «но», упустить которое я никак не могу.

Я вздохнула и приготовилась к его вопросу.

– Давай уже, Леди. Убивай, – он откинулся на спинку кресла.

Я мило улыбнулась ему.

– По законам Деймоса, если я и другие Леди находятся в пределах твоего дома, ты обязан предоставить нам защиту при отсутствии рядом с нами сильного родственника, так?

– С тобой был Лорд Вольтер, – пробурчал он.

Я сложила руки на груди.

– Кто такое сказал? – я ухмыльнулась.

Он закатил глаза.

– Так вот. Если судить, что ты должен был защитить меня и Марконтьяр, то… – я задумалась, – при учете того, что одна Высшая Леди – полмиллиона, это уже один… А если учесть, что нас там было трое…

– Что значит трое?! – вспыхнул Лорд, чувствуя себя оболганным.

Я хмыкнула.

– Ты прав, это я считала без учета реальной стоимости! За меня Вольтер отдал шесть миллионов, Мао как минимум миллион, а Алесса… мам, сколько должна стоить Леди на Танатосе?

Мама дьявольски улыбнулась и сосредоточенно начала считать:

– Помимо того, что она девочка-курт, а они не продаются и ценятся выше кого бы то ни было, то… миллионов шестьдесят, – она подняла палец вверх, – если учитывать твою принадлежность к Варгам – еще пятьдесят. И, наконец, если учесть, что ты причислена к королевской семье, то… еще двадцать.

У Майкла открылся рот, у меня тоже. Сто тридцать миллионов за одну маленькую девочку? Причислена к королевской семье?! Да я сама столько не стою, чтобы носить в себе подобного человека!

– Я понял, – сказал Лорд и поднялся на ноги.

После чего вышел из кабинета, не сказав ни слова.

«Ты страшнее Вольтера» – пробормотала Алесса.

«А ты дороже всех нас вместе взятых» – подумала я.

– Мам… – я подняла взгляд на женщину, – если Алесса настолько… дорога, что будет тебе от ее похищения?

Она поймала обеспокоенный взгляд от меня и улыбнулась.

– По законам куртов я не являюсь твоей матерью, потому что не являюсь законной женой твоему отцу, – она печально меня оглядела, – меня ждет пятьдесят плетей у позорного столба и смерть от побоев стаи. Только я умру быстрее – стоит взойти солнцу, как я сгорю.

Я прикрыла тяжелые веки.

Она не сказала «Что произойдет», она произнесла «Меня ждет».

– Мы никогда не вернемся на Танатос, – сказала я.

«Я буду удерживать тебя в своем теле, пока не умру сама!» – добавила я мысленно.

Но ответа не услышала – Алесса молчала.

Мама усмехнулась и вновь откинулась на спинку дивана.

– У вас очень жестокие законы, – задумчиво произнес папа.

– Танатос не принимает слабости – там все завязано на силе, – Рая усмехнулась, – если ты сильнее, значит ты прав.

Я поморщилась. Такие законы мне точно не нравились.

Дверь вновь распахнулась, явив нашему взору Тихана в своей монструозной форме, который улыбнулся мне, заставил напрячься маму и, приблизившись ко мне, подал зубами письмо. Я кивнула, забрав запечатанный конверт, уже привычно сломала печать и достала лист бумаги.

«Минуту назад приходил Райдер. Просил помощи и защиты от тебя. У меня. Помощи. Что ты с ним сделала?

Феликс.».

Я не смогла сдержать смешка. После чего приняла у довольного от моего настроения Тихана перо, написала ответ и запаковала обратно.

«Мы остановились на пяти сотнях. Пусть не врет, что больше.

Люблю тебя, Лесси.»

На лице все так же блуждала улыбка счастья, не оставленная мамой без внимания:

– Я бы не хотела, чтобы эта влюбленная улыбка на твоем лице угасла из-за него.

Я подняла на нее взгляд.

– Она не угаснет еще несколько лет, – я потрепала по голове мириду и отпустила к хозяину, – я уверена.

«Несколько лет? Я думала наше разлучение пройдет раньше» – недовольное в голове.

Я обещала защищать подселенку до последнего, почему тогда она не может успокоиться?

«Потому что я хочу свободы» – донеслось до меня.

Рая подсела ближе ко мне и положила голову на плечо, зажав меня в крепких объятьях.

– Моя любовь не угасала полторы тысячи лет, Лесси, – прошептала она мне на ухо, – но только сейчас я понимаю, что счастья мне она не приносила.

Я мягко опустила свою голову на ее и уверенно сказала:

– Мое счастье не строится от одной только любви, мам. Для этого необходимо чтобы все, кого я люблю, были счастливы. Так что… пока я не увижу на твоем лице улыбку, а в глазах спокойствие, я не успокоюсь!

Мама улыбнулась мне, сделала объятья крепче и отстранилась. Вечно молчаливый папа тянул из бокала вино и перебирал бумажки. Очевидно, других дел у Лордов Деймоса не бывает, потому как если эти двое не пьют и не возятся с документами – они с кем-то спорят. Или чихвостят меня родимую.

В очередной раз открылась дверь, в кабинет прошел Тихан уже с другим письмом.

«Какое бы решение ты не приняла, я буду вместе с тобой. Хочешь со мной на ярмарку?

Твой Фил.»

Не теряя времени, я поднялась на ноги, сверкнула лучезарной улыбкой и чмокнула сперва маму, а затем опешившего отца в щеки. После чего рванула на выход, сказав напоследок:

– Если что, пошлете мириду, у меня тут эм… дела! Тихан, пойдем, – и только нетерпеливо, но с улыбкой подождав мириду, я рванула по коридору.

– Леди Алиса! Вам придется коснуться меня – я перенесу, – пронесся мимо Тихан.

А после того, как я остановилась на освещенной прожекторами тропинке, аккуратно приблизился, дав мне опустить на его голову руку.

Хлопок! И мы стоим напротив вольтеровского стола в его же кабинете.

Что странно – в прошлый раз это место показалось мне аскетичным и холодным, но сейчас я, сравнивая кабинет Фила с кабинетом отца, где царил вечный беспорядок и нагромождение вещей, выбрала бы первый. Помимо легкого пространства, здесь было много живого солнечного света и… огромный портрет Алессы на половину стены, который очевидно я до этого видеть не могла из-за иллюзии.

Девочка, одетая в пышное легкое платье принцессы, сидела в большом кресле у камина и, наклонив голову на бок, смотрела и улыбалась «в кадр».

– В прошлый раз здесь не было даже рамы, – я подошла ближе к столу и облокотилась на темную деревянную поверхность.

– Без моего разрешения все видят голую стену, – Вольтер оторвал хмурый взгляд от бумаг, оглядел улыбающуюся меня и посмотрел на мириду.

Та в единую секунду куда-то исчезла и вернулась с мягким диваном, обитым бархатной тканью и закиданным кучей подушек и пледом. Я хмыкнула, прошла до предложенного места и упала на него, закинув ноги на подлокотник. Забавно, что при наличии у Князя жлобской натуры по отношению к людям (он даже в своем кабинете стулья для посетителей не держит!), меня он по-настоящему балует. Такими темпами я стану самой мягкопопой Леди во всех трех мирах. После Алессы, конечно.

«Соперничаешь сама с собой?» – ухмыльнулась дама «тут-как-тут».

Я решила благоразумно промолчать. Пускай распространяет свой извечный куртячий негатив обособленно от меня.

– То есть мы не идем на ярмарку? – я скинула туфли и спрятала голые безчулочные ноги под плед.

«Это, кстати, выглядит намного пошлее, чем с ними» – добавила девушка.

Я была с ней категорически не согласна. Я же не совсем «бунтарское чудовище», шагающее против системы, потому ящик с сим предметом в гардеробной отыскала. В Мридифе любили кружева.

– Пара минут, – ответил мне Лорд, – Лорду Райдеру теперь негде жить.

Я усмехнулась.

– Лорд Райдер сбежал, бросив нас двоих наедине с убийцей. Если бы не мое желание пожить еще немного, то жить было бы некому.

Фил покачал головой.

– Если бы ты не отослала меня куда-подальше, нападения не случилось бы вовсе!

Я подняла на него взгляд и встретилась с черными слегка мерцающими глазами. После чего приняла сидячее положение, надела туфли и поставила локти на коленки.

– Я просто злее тебя, – я закинула ногу на ногу, – а еще эгоистичнее и беспощаднее.

«А еще скромнее и умнее» – я прямо почувствовала, как она закатила глаза.

– Я бы сказал, менее справедлива, – усмехнулся Князь.

Алесса хохотнула. Мужчина поставил печать на конверт. Затем поднялся на ноги, подошел ко мне и протянул руку, заставив улыбнуться и вложить в нее свою.

– Не отходи от меня больше, чем на два метра, – началась инструкция к самой обычной прогулке по необычному базару.

Я кивнула – куча правил лучше, чем сидеть в четырех стенах.

– Я проверил местность, но… не трогай своими сладкими ручонками то, что я еще не посмотрел.

Моя улыбка на фразе «сладкие ручонки» переросла в смешок, который я попыталась закрыть рукой.

– Лесси, – на меня посмотрели со всей присущей серьезностью, – ты выживешь в любом случае. Алиса – нет.

Улыбка на моем лице испарилась. Несмотря на мое «псевдовеселье» последних дней, мне было плохо. Очевидно я всего-навсего устала от кучи непонятных вещей, что происходит с завидной регулярностью: будь то убийца, шагающий за нами по пятам, приближающаяся свадьба, которая скорее всего принесет только проблемы в будущем, или же комментатор у меня в голове. Ах, да! Забыла про чертовский ужас, вызываемый у меня войной.

– Я поняла, – все, что я могла произнести.

Фил кивнул, найдя в моих глазах проблеск осознанности, и вывел за дверь. Где нас уже ждала снаряженная госпожа Элина. Женщина поклонилась сперва Лорду, а затем мне и только после этого начала диалог:

– Сегодня восхитительная погода, не так ли, миледи? – она сделала несколько шагов от нас, оставаясь на расстоянии трех метров.

Этикет, кажется, родился сразу после этой женщины.

Лорд призвал портал, в который шагнул первым, взял меня за руку и завел следом. Управляющая шагнула за нами.

– Как и всегда, госпожа Элина, – ответила я.

Женщина учтиво кивнула.

– У вас есть предпочтения в цвете нарядов, литературе, блюдах, других… необходимых ля жизни составляющих? – на меня посмотрели блеклые голубые глаза.

Я мотнула головой, в надежде, что она увидит. Тем временем мы вышли на каменную брусчатку, освещенную солнцем. Над головой раскрылся бумажный разноцветный зонтик, а в лицо подуло морским бризом – рядом было море.

– Не могли бы вы помочь мне выбрать необходимые ткани для вас, Леди Асгард? – не унималась госпожа.

Я счастливо улыбнулась яркому сочному солнышку, сделала несколько шагов из-под зонта, оглядела недовольного от этого Вольтера и посмотрела на большой торговый порт ниже по склону. Мы стояли на скалистом обрыве сбоку от шумной толпы людей, мелькающих у пришвартованных кораблей и таскающих грузовые тюки. В отдалении, чтобы не мешать торговцам и грузчикам, были выставлены несколько прикрытых тентами столов с рыбой и субпродуктами, а чуть дальше сновали люди – там находилась живая переносная ярмарка.

Я успела сделать только шаг, прежде чем над головой вновь возник зонтик, который мне беспрекословно всунули в руку, а на плечи легли две жесткие руки, развернувшие меня в противоположную сторону.

– Там ярмарка для бедных, Лесси. Нам в другую сторону.

Я отвела зонтик и ошарашенно взглянула ему в лицо. «Ярмарка для бедных»?! Что это вообще может значить?!

Лорд усмехнулся, схватил за край мой зонтик и закрыл мое лицо обратно, мол «лучше молчи». После чего взял за руку вновь и повел вверх по дороге.

– Полагаешь, аристократия может находиться рядом с простыми людьми? – он подождал пока я отомру, и легонько потянул за собой.

В его вопросе не было надменности, которая априори в нем полагалась. Я ощутила только очередной холодный факт, завуалированный под вопрос.

– Здесь никого нет, – решила сообщить я.

Потому как мы шли мимо забитых товарами разного сегмента лавочек, за которыми сидели продавцы и молча мне улыбались. Но я не видела ни одного аристократа-покупателя!

– Для покупки необходим только продавец, покупатель и товар, – начал ерничать Фил, – как видишь все в наличии.

– Нет, я вижу все три пункта, – я подняла на него взгляд человека, готового к пыткам, – другие покупатели где?

Мы прошли мимо оружейной лавки, но я успела вернуться и тем самым остановить Князя.

– Лорд Вольтер выкупил для вас ярмарку на несколько часов, – раскрыла заговор управляющая, – никто не посмеет зайти сюда, пока вы здесь, миледи.

На восхищенную учтивостью Лорда женщину взглянули две пары глаз: моя ошеломлённая и вольтеровская плотоядная.

– Ты настолько параноик, что мне страшно, – я посмотрела на мужчину без тени стыда и совести на лице, – я надеюсь стая не держит в оцеплении всю гору?

Он опустил взгляд. Я прыснула.

«Президент и то не так защищен» – добавила в копилочку моего полупсихоза свою монетку Алесса, – «а я говорила – выбирай Барсика! Сидели бы сейчас на Фобосе с мамой и бабушкой под боком и чай пили!».

Мне перспектива такой радужной не показалась, потому я обреченно вздохнула и пошла дальше.

– У меня лишь один вопрос, и я отстану, ладно? – я остановила Фила у лавки со сладкими фруктами и орешками в сахаре.

Мне кивнули, одновременно говоря, что можно брать все у этого продавца и то, что я могу задавать вопросы.

– Грамм двести вот этих, этих и вооон тех орешков, – я указала пальцем на нужные, – спасибо! Так вот, если я нахожусь с тобой в пределах двух метров, то зачем такой уровень защиты?

Мужчина забрал у продавца, пытающегося скрыть бегающие глаза, тканевый мешочек и пошел за мной следом.

– Слишком открытое пространство, аларин, – он совершенно серьезно оглядел дорогу впереди, – а ты маленькая и беззащитная, как птичка.

Это называется милая тирания. Чисто вольтеровское изобретение.

– Леди Асгард! – ко мне подлетела довольная домоправительница и указала на ближайшую к нам лавочку, – я нашла то, что нужно!

Прикасаться ко мне ей было нельзя, так что она, не смотря на прожитые года, по-юношески тараторила и зазывала меня в тканевый уголок.

Шла я к нему как на закланье, однако подгонялась нежелающим терпеть мою медлительность Филом, из-за чего добралась быстро. И не удивительно – когда тебя почти несут за плечи, даже пикнуть не успеешь, как доберешься до места назначения.

– Это, это и это, – я мимолетно ткнула пальцем в самые приятные по виду ткани и развернулась было обратно, но была остановлена тихим женским:

– Леди Асгард! Мы наслышаны, что вы планируете скорую свадьбу… Не желаете взглянуть на подходящие ткани?

Я повернулась обратно, пытаясь унять жгучие мурашки по спине. На меня смотрели ждущие скандала испуганные глаза девушки лет двадцати. Странно, что она вообще их подняла – мужчина из прошлой лавки даже слова не произнес, не то чтобы посмотреть.

– Я уже подобрала ткань, миледи, – госпожа Элина высокомерно оглядела девушку и фыркнула, – к тому же, кто будет выбирать ее у такого продавца?

– Я посмотрю, – выдавила из себя я и хмуро оглядела находящуюся в шоке женщину, – зачем же вы грубите, госпожа управляющая?

Шок у нее прошел моментально – она улыбнулась мне и повернулась лицом к девушке, сложила руки на груди и пробурчала:

– Леди очень добра, так что давай побыстрее!

Я закатила глаза и подошла ближе под тент, оставив Феликса под солнцем с моим зонтиком и заинтересованным взглядом черных глаз.

Передо мной было выложено пять видов удивительной красоты тканей, два из которых имели легкие кружевные мотивы, а остальные были больше похожи на шелк. Да только все они были черными!

Сзади донесся вольтеровский смешок, заглушенный моими словами:

– Это связано с традициями этих мест? – я оглядела совершенно спокойную управляющую, так же разглядывающую ткани, – черный цвет свадебного платья.

После моего пояснения на меня с непониманием взглянули две женщины, Фил закрыл зонтик, кинул его госпоже и подошел ближе ко мне. Чтобы наклониться сзади, опуститься к самому уху и прошептать:

– Черное надевают уже не невинные невесты.

Фокус моего внимания перенесся с его ухмылки на двух еще более шокированных женщин, переводящих взгляд с меня на мужчину.

– Платье придется перешить, Элина, – усмехнулся Вольтер, разворачивая меня к себе лицом.

– Я прошу прощения, Лорд Вольтер, – поспешно и очень виновато проговорила домоправительница.

Лорд взял меня за руку и повел дальше меж лавок.

– Не у меня, – сурово произнес он.

– Я говорила ей об… этом, – когда мы отошли на приличное расстояние, сказала я.

Князь сверкнул глазами и ответил:

– Я почти не жил в Мридифе. Слуги здесь расслабились.

Я усмехнулась. Фил не был хорошим хозяином, он был тем, кому плевать на других. Да только, как случилось, что его материк оказался одним из самых развитых и богатых на Деймосе?

– Ты делал все ради Алессы, – догадалась я, – и те сады… Прости, что все разрушила.

Я взглянула в его не выдающие эмоций глаза и кисло улыбнулась. Он вновь отгораживался от меня, скрывая чувства. А я вновь не знала, как действовать в этой ситуации.

– Если ты хочешь, я отстрою их заново, – во взгляде мелькнуло ожидание.

– Я?! – я отшатнулась.

«Алесса?» – спросила в голове.

Ответа не последовало.

– Ты, Лесси.

Я не смогла сдержать грустной улыбки.

– Меня пугает не замужество, – я закусила щеку с внутренней стороны, – и даже не то, что за ним последует, – мой взгляд нашел его, – я боюсь того, что только наступит момент счастья, и я смогу обрести свой дом, как придет… кто-то и разрушит все в единый миг! Я не хочу остаться на обочине в то мгновение, когда ты, Рая и папа пойдете вслед за ней…

«Даже у этого чертового блока на сознании есть польза» – прошипела Алесса, – «ты чувствуешь то же, что я».

– Мы останемся с тобой, – хмуро выдал Феликс.

Я кивнула, поджав губы.

– Сможешь ли ты повторить это, когда нас разделят? – сердце билось как пойманная в клетку птица.

Мужчина хмыкнул, сделал шаг ко мне и наклонился, чтобы замереть лицом к лицу.

– Обещаю, что скажу тебе это и все, что тебе следует услышать.

Глаза расширились, а дыхание стало прерывистым.

– Леди Асгард! – к нам подбежала домоправительница, – я нашла белую ткань! Не желаете посмотреть?

Ее глаза горели, а строгая прическа на голове растрепалась.

Вольтер выпрямился и сделал шаг назад, восстанавливая необходимую по этикету дистанцию. Меня взяли за руку и повели вслед за энергично щебечущей что-то женщиной, убедившейся, наконец, что никто ее Лорда опорочить не успел.