Ночной кошмар для ведьмы

Пролог

Горячие пальцы мужчины сдавливали горло, а губы шептали что-то невнятное, но очень пугающее.

Девушка, широко распахнув глаза, смотрела на своего мучителя и дрожала всем телом от страха.

Его взгляд обжигал, заставлял превратиться в безвольную куклу для удовлетворения его самых пошлых желаний, и демон нагло пользовался этим, брал то, что могло дать ему молодое сексуальное тело белой ведьмы.

– Прошу… – хрипло прошептала Даша, находясь на грани обморока, и монстр ослабил хватку на шее, чтобы потоки раскаленного, огненного воздуха безжалостно ворвались в лёгкие девушки, выбив из ее тела очередной вымученный стон.

Демон погружался в узкое лоно своей жертвы медленно, растягивая каждый миг, наслаждаясь, питаясь ее эмоциями, как самым вкусным экзотическим блюдом.

Ее слезы не вызывали в мужчине жалости, потому что демон красного мира лишён подобных эмоций. Он жадно слизывал горячим удлинённым языком соленую влагу, наслаждаясь своим превосходством.

Даша не чувствовала боли, она была словно во сне, но где-то на задворках сознания истерично бился порабощенный монстром разум, крича о том, что всё это реальность, что нужно найти силы и сбежать, но вряд ли демон отпустит свою жертву раньше, чем получит полное насыщение и удовлетворение всех своих потребностей.

– Сладкая… вкусная ведьмочка… – шептали его порочные уста, окончательно погружая сознание Даши в нирвану.

Девушка уже находилась не в своей постели, она будто горела в огне. Каждая ее клеточка плавилась от демонического жара, и Даша перестала бороться, покорно отдала себя во власть огненного демона, потому что уже не хотела, чтоб этот невероятный мучительный сон когда-нибудь закончился…

Глава 1

Телефонный звонок вырвал меня из ночного кошмара, и я подскочила с постели с диким криком. Всё тело покрылось испариной, и неприятные ощущения от чужих прикосновений привели меня в еще больший ужас.

После надругательств того демона я частенько видела подобное во сне, но впервые это было так явно, словно я переместилась в другой мир, прямо в лапы к этому краснокожему чудовищу!

Огляделась по сторонам, чтобы на всякий случай убедиться в том, что я в квартире одна, и скинула с себя насквозь пропитанную пóтом сорочку, отвечая на звонок.

– Привет, милая. Надеюсь, ты выспалась и готова покорять мир? – зазвучал в трубке голос мамы, и я присела на постель, окончательно приходя в себя.

– Да, ну какой мир, мам? Доброе утро.

– Не скромничай, ты у меня умница. Я горжусь тобой и звоню пожелать удачи на новом рабочем месте.

– Спасибо.

Взглянув на часы, поняла, что на рассиживания времени не осталось, и направилась к шкафу, чтобы приготовить одежду.

– Дашенька, ты только это… не забывай про правила прописанные в разрешении. С этим департаментом теперь столько проблем и ограничений.

– Мамуль, не волнуйся, я прекрасно всё помню и считаю работу департамента очень важной и нужной в наше время. Сама понимаешь, сколько разных существ развелось вокруг, и многие пренебрегают своими силами, принося вред людям.

– Не думаю, что злобных тварей как-то остановят написанные на бумажке правила. Взять хоть этих рогатых… Как шастали сюда через порталы, так и шастают. Оборотни, вампиры… ни у кого бизнес не рухнул, только к нам – ведьмам отношение особое, проверки эти! Ясное дело, что этот Зверев против своих не попрет.

– Мама, прекрати. Максим справедливый и нет у него никакого особого к нам отношения.

– А чего он тогда мурыжил тебя этой проверкой почти месяц?! Мог бы и ускорить процесс, так сказать по родственному, – по голосу женщины было понятно, что она не в восторге от того, что я дружу с оборотнем, который женат на дочке правителя Красного мира демонов, да еще и являюсь названной крестной матерью их сына Самаэля.

– Ты знаешь, что я не приняла бы такую помощь. Все должны быть равны перед законом иначе какой во всем этом смысл?

– Смысл в том, что в мире есть куда более опасные существа, нежели моя добрая светлая девочка.

– Ладно, мама, мне пора собираться. Не хочу опоздать на работу в первый же день.

– Да-да, конечно. Всё, целую.

Мама без лишних слов сбросила звонок, и я осталась довольна тем, что на этот раз тема «поиск более подходящих друзей» закрылась, по сути, не успев открыться.

Быстро приняла душ и привела себя в порядок. Надела бежевое платье свободного кроя чуть ниже колен и заплела волосы в тугой колосок. Сегодня я должна выглядеть идеально, но без всякого пафоса и яркости.

Думаю, пациентам, страдающим от боли, будет не очень приятно видеть перед собой разодетую куклу.

Совсем немного подкрасила ресницы и нанесла на губы прозрачный блеск. Улыбнувшись своему отражению, открыла потайной ящик снизу туалетного столика и достала оттуда свой амулет.

– Великая Геката, помоги… – прошептала едва слышно, поцеловала священный камень, и повесила его на шею.

С виду амулет выглядел как обычная безделушка, купленная в магазине бижутерии, но на самом деле эта вещь очень древняя и заряженная магией нашего рода.

Мама передала его, когда мне исполнилось 18, и сказала, что он будет оберегать меня от всего плохого.

Не знаю, обладает ли крошечный камешек подобной силой, но мне определенно спокойнее, когда он со мной, хоть наличие амулета и не помогло мне в прошлом сберечь свою честь. Но я стараюсь не думать об этом, как о чем-то смертельно-ужасном.

У каждого в жизни свой путь и нельзя избежать то, что предначертано. К тому же я ни единого раза не пожалела о том, что познакомилась с Даяной и предложила ей свою помощь.

Теперь у меня есть самый прекрасный и необыкновенный малыш – огненный волчонок, которому сам Ценард пророчит великое будущее!

Выйдя в коридор, мельком бросила взгляд на комод возле стены, и тело снова бросило в жар от нахлынувших воспоминаний.

Точнее я даже не могла точно сказать воспоминание это или же очередной сон, но ощущения такие, что это было наяву и совсем недавно.

Конечно, сложно поверить в то, что я так просто и страстно придавалась любовным утехам с незнакомым существом, которое после растворилось в пространстве так же быстро, как и появилось до этого.

Я тогда очень переживала за Даяну не согласная с её решением касаемо продажи девственности, поэтому вполне возможно, что на нервной почве мне могло многое привидится, но голос разума утверждал, что тешить себя такими догадками не стоило.

Этот огненный демон заявился ко мне домой в поисках принцессы и наглым образом воспользовался моей беспомощностью, изнасиловал, унизил, заставил быть сексуальной игрушкой в своих когтистых лапищах, а потом просто испарился, будто и не было ничего, оставив после себя запах гари и восточных пряностей.

Даже сейчас, спустя столько времени казалось, что этот аромат витает в воздухе, будто им пропитались стены и, сколько бы я не проветривала помещение – избавиться от него не удаётся.

– Что ж, Даша… Удачи, – выдохнула, глядя на свое отражение, и вышла из квартиры, несмотря ни на что наполненная лишь положительными эмоциями и хорошими ожиданиями.

Глава 2

Крепко сжимала в руках ремешок сумочки, входя в помещение больницы пока что через центральный вход, потому что пропуск мне еще не выдали.

Первым делом мне нужно найти главного врача, чтобы сообщить о своём приходе и решить вопрос с документами о приеме на работу.

Подошла к окошку регистратуры и поинтересовалась, где можно найти Леонида Павловича, и молоденькая девушка вежливо направила меня на третий этаж.

Не знала, куда именно меня оформят, но хотелось бы в хирургию или детское отделение. Помогать людям после операций очень важно, а про детишек я вообще молчу, так хочется, чтобы эти маленькие ангелы никогда не болели, да и все люди тоже.

Нашла лестницу и начала подниматься по ступенькам, но дойти до нужного этажа не успела, потому что мне навстречу выбежала какая-то пожилая женщина и буквально упала мне под ноги. Я поспешила помочь незнакомке подняться, но сделать это оказалось не так просто.

Несчастная заливалась слезами и кажется, не соображала, что творилось вокруг неё.

– Кто-нибудь?! Помогите скорее! Человеку плохо! – громко закричала, оглядываясь по сторонам и пошатываясь от веса женщины, но больница будто вымерла. – Прошу Вас, придите в себя!

Бросать в таком состоянии убитую горем незнакомку ни в коем случае нельзя, и я, собрав все свои силы в кулак, самостоятельно повела ее на второй этаж, чтобы усадить на скамейку и попытаться узнать, в чем же всё-таки дело.

– Моя девочка… моя маленькая крошка… – единственное, что я смогла различить в потоке горьких рыданий.

Энергетика от женщины исходила тяжёлая и гнетущая, пропитанная огромным горем и ужасной болью, от чего мне сразу стало тяжело дышать.

Мой дар проснулся внутри и обжигал ладони, пытаясь выйти наружу, но я как могла, сдерживала его, потому что подобного нельзя допускать.

В разрешении на работу среди людей чётко сказано, что использовать магию по отношению к людям строго запрещено не в зависимости от того, какая цель преследуется при этом.

Черным ведьмам нельзя делать привороты и искажать реальность, варить зловонные зелья и прочее, а белым, чтобы не было возмущений по поводу неравноправия, запрещено исцелять.

– Подождите здесь, я позову кого-нибудь, – сказала, глядя в опухшие от слез глаза незнакомки, и хотела броситься на поиски хоть кого-нибудь из медперсонала, но женщина вцепилась своими холодными пальцами мне в руку и не позволила отойти.

– Помоги моей дочери. Я знаю, чувствую, что ты можешь. Помоги… ничего не пожалею взамен, жизнь свою отдам. Прошу!

– Извините, но у вас видимо шок. Вам нужно принять успокоительное. Я сейчас кого-нибудь…

– Она умирает, гаснет с каждым часом и никто в этой больнице не в силах ей помочь… кроме тебя. Ты светишься изнутри. Я вижу этот свет! – лицо женщины стало ещё более безумным, и она ткнула в мою в грудь пальцем, а у меня честно по спине мурашки поскакали от подобного.

– Простите, Вы ошиблись. Мне пора, – попыталась вырвать свою руку из цепкого захвата, но собеседница не собиралась меня отпускать.

– Высшие силы не могут наградить таким даром бессердечное существо. Спаси мою Агату, спаси.

Платок спал с головы незнакомки, и ее седые волосы разметались в разные стороны, а морщинистое лицо стало неестественно серым.

От подобного зрелища я пришла в ужас и уже начала истерично вырываться, желая поскорее избавиться от общества этой сумасшедшей.

– Отпустите! Отпустите меня!

– Нет! Моя девочка должна жить! Она должна жить!

Женщина сползла со скамейки коленями на пол и теперь смотрела на меня снизу вверх, обнимая мои ноги, а у меня сердце рвалось из груди от жалости.

Душа горела от противоречий, в голове гулом звучали предупреждающие слова матери, а моя ведьминская сущность требовала плюнуть на всё и помочь.

Раньше я лишь могла избавить человека от простуды или ускорить заживление раны, но последнее время я много занималась, читала древние книги и развивала свой дар, только вот воскрешать из мертвых никому не под силу, и я чувствовала, как время, отведённое Агате, быстро утекало, словно вода сквозь пальцы.

Со мной такое происходило впервые.

– Простите, я не могу… – прошептала, уже сама заливаясь слезами и искренне ненавидя эти дурацкие правила и законы!

Почему нельзя использовать белую магию?!

Почему нельзя делиться с людьми своим даром, спасая их жизни?!

Оборотням же не запрещено оборачиваться и разминать лапы, а вампирам пить кровь пусть и искусственную.

– Клавдия Егоровна, вот вы где! – послышался мужской голос за спиной, и женщина резко перестала плакать и поджала губы, будто боялась сболтнуть что-то лишнее. – А мы вас по всей больнице ищем.

Двое мужчин в синей больничной форме подхватили Клавдию под руки и без всякого труда подняли ее на ноги.

– Прошу тебя… – произнесла, едва шевеля губами, но вновь замолкла, когда из-за моей спины вышел высокий молодой мужчина.

На нем не было больничной одежды, и честно не очень-то он внешне походил на врача.

Взгляд какой-то… тёмный, будто внутри нет никаких эмоций.

Внешность тоже хоть и очень красивая, но всё равно отталкивающая. Чёрные волосы, пухлые губы, гладковыбритый волевой подбородок и тело как с рекламной листовки известного спортивного клуба, только, несмотря на всё это, было в мужчине что-то звериное, то, от чего нужно бежать без оглядки особенно, таким как я.

Белая классическая рубашка отлично гармонировала с загорелой кожей, а стильные брюки и начищенные до блеска явно дорогущие ботинки совсем не вписывались в обстановку больницы, стены которой давно пошли трещинами.

– Что происходит? Кто эта женщина и почему она плачет? – задала вопрос мужчине, ежась под его пристальным взглядом.

Его одеколон пах весьма приятно, и я точно не ощущала этот аромат прежде, но почему-то он мне показался знакомым.

Ещё этот взгляд…

Не могла разобрать, какая именно энергетика исходила от этого человека, но мне неожиданно стало безумно жарко.

На лбу выступила испарина, и я замахала перед лицом папкой с документами, чтобы хоть как-то охладиться.

– А вы собственно кто и с какой целью интересуетесь? – оскалился в совсем недоброй улыбке, отвечая вопросом на вопрос мужчина, а мне показалось, что я просто сгораю изнутри.

– Я – Семенихина Дарья. Сегодня мой первый рабочий день в должности стажёра помощницы старшей медсестры. А Вы кто?

Понимала, что открыто нюхать людей нельзя – это, по крайней мере, не совсем этично, да и не было у меня такого острого нюха, как у оборотней или других существ темной стороны, но Даяна настоятельно рекомендовала выяснять, что за существо перед тобой, прежде чем начинать даже самый безобидный разговор.

А Максим советовал при малейшем намеке на что-то странное и опасное брать ноги в руки и бежать. К своему разочарованию я на данный момент даже не могла понять человек ли мой собеседник или же нет.

– Мое имя Денис. Я работаю заведующим отделением психотерапии. Клавдия Егоровна очень необычный пациент и я благодарен, что Вы, Дарья, побыли с ней и возможно предотвратили ужасную трагедию.

Голос у этого Дениса просто нереально прекрасный. Он подобно сладкой густой патоке окутал моё тело, заставляя забыть обо всех подозрениях.

– А… а ее дочь – Агата? Что с ней? Это из-за нее у Клавдии нервный срыв? – вообще я понимала, что это совсем не мое дело, и Денис не станет обсуждать с какой-то стажёркой своих пациентов, но мне безумно хотелось поговорить с ним.

– Дарья… Агата умерла два года назад.

– О, нет, – печально выдохнула, честно не ожидая подобного. – Как же так?

– Вообще Клавдия очень хорошо держится, но иногда срывы всё же происходят. Мы стараемся помочь несчастной всеми силами, чтобы она не оказалась в специализированной клинике, откуда таким пациентам назад дороги, увы, нет.

– Это всё так грустно, – шмыгнула носом и вздрогнула, когда неестественно горячие ладони коснулись моих плеч.

– Дарья, имея такое доброе сердце и слабые нервы, Вы выбрали не ту профессию, – произнёс очень тихо и даже вкрадчиво, и у меня в прямом смысле слова начали подкашиваться ноги, а между ног запекло так, словно там начался пожар.

– Я… мне… – забормотала невнятно, практически перестав понимать, что происходит.

Меня спиной прислонили к стене, а горячие наглые пальцы без стеснения начали исследовать моё тело.

Понимала, что это неправильно, и вокруг полно народу, но прекратить это не могла. Позорно призналась сама себе, что я и не хотела прекращать.

Мне нравились горячие потоки, которые пронизывали мое тело, я будто погружалась в огненную лаву, которая плавила в голове все ненужные мысли…

– Я опаздываю на работу! – с ужасом выдохнула и открыла глаза.

Работники больницы спешили по своим делам, подозрительно поглядывая на меня, а я… я была растеряна и кажется всё-таки опоздала, хоть и приехала задолго до назначенного времени.

– Только не это! – вскрикнула, решив подумать о произошедшем потом, и понеслась в конец коридора, уперевшись носом в дверь кабинета главного врача.

Хотелось ворваться и слёзно объяснить, что я опоздала не потому, что долго сплю, но воспитание не позволило вести себя так бестактно и нагло. Настойчиво постучала в дверь, но ответа не получила.

Побежала назад и спросила у первой попавшейся женщины на счет того, где сейчас мог быть Леонид Павлович, и та, окинув меня презрительным взглядом, сообщила, что мужчина, скорее всего, на планерке. А еще добавила, что посещения разрешены с одиннадцати, и что я ко всему прочему шатаюсь по больничным коридорам без бахил.

– Извините, пожалуйста, я просто так волновалась, что совсем забыла о бахилах, – попыталась оправдаться перед женщиной. – Подскажите, где поблизости можно их приобрести?

– Ну, уж не у меня в карманах! – усмехнулась та, а мне осталось лишь нетерпеливо переминаться с ноги на ногу, ожидая более точного ответа, потому что не хотелось еще раз злить местную уборщицу. – Ладно. На первом этаже возле входа в кафетерий недавно установили автомат с бахилами.

– Понятно! – сорвалась с места, но через пару шагов опомнилась и вернулась, потому что не красиво просто так убегать, не поблагодарив за помощь. – Спасибо.

– Да не за что, – пожала плечами женщина, и я снова чуть ли не бегом направилась в сторону лестницы. – Эй, блаженная! – донеслось в спину. – Ты цветочки-то свои забери! Ненароком у аллергиков обострение начнётся! Это всё же больница, а не оранжерея.

Не совсем поняла, о чем именно говорила моя собеседница, но ошарашенно открыла рот, увидев возле стены на том самом месте, где меня чуть не соблазнил Денис, рассыпанные по полу лепестки белых роз.

– Да, сейчас. Извините, – решила не тратить время на доказывание того, что это не мое и не имеет ко мне никакого отношения.

Скорее всего, уборщица видела наши обжимания с Денисом и поэтому решила, что это мы намусорили.

Ладно, мне не трудно убрать, тем более касаться нежных бархатистых лепестков очень приятно, правда все они были опалены по краям и практически не пахли, однако всё же вызывали во мне странные ощущения, будто меня с ними что-то связывает, но что я, увы, понять не могла.

Глава 3

Летела вниз, не замечая ступенек, к автомату с бахилами и с ужасом отметила, что через пару минут время перевалит за десять утра, а я всё еще не сообщила главному врачу о том, что давно слоняюсь по его больнице, пытаясь преодолеть вырастающие на пути препятствия.

Голова разболелась, и внутренний голос нашёптывал, что я упустила свой шанс, но я не намерена так просто сдаваться.

Я выдержала трехчасовой тест в компании человека-змеи в департаменте, поэтому так просто не сдамся!

Не хотела возвращаться на работу в кафе, потому что там реально опасно. И отдавать себя на служение Ковену тоже не хотела, потому что сестры там занимаются темными незаконными делишками.

Нужно просто успокоиться и выпить кофе. Уверена, что Леонид Павлович поймет и поверит в то, что я вообще-то самый ответственный работник в мире, просто сегодня вселенная действовала против меня.

Ещё этот Денис…

Что за выкрутасы?

И я тоже хороша, ничего не скажешь! Будто тот демон в прошлом заразил меня своей похотливостью!

Да, у меня нет парня, но это не повод вешаться на первого встречного мужчину, хоть тот и сказочно красив. Тем более после того случая с нападением в переулке я стала очень избирательна касаемо мужского пола.

Обхватила горячий бумажный стаканчик ладонями, стараясь хоть немного расслабиться и собрать свои мысли в кучу.

Взгляд скользил по посетителям кафетерия, отмечая то, что большинство людей, пьющих этот бодрящий напиток, буквально добивают себя этим. Многим нельзя употреблять кофеин, я чувствовала это по энергетике и отпечатку болезни на их ауре, но люди странные, они будто смеялись в лицо смерти, наивно надеясь ее обмануть.

Всех я могла бы исцелить, но почему-то в данный момент мой дар не просился наружу, и внутри было относительно спокойно, словно всё так и должно быть, словно эти люди должны умереть…

– Здесь свободно? – отвлек от мыслей чей-то тоненький голосок, и я перевела взгляд на худенькую девушку в белом халате.

– Да-да, конечно.

– Если не выпью двойной экспрессо, то просто упаду без сил, – выдала девушка и протянула мне руку. – Елизавета.

– Дарья, – представилась, удивляясь какие все вокруг общительные.

Даяна пугала меня тем, что работники данной сферы на зарплате у государства весьма грубы и недовольны своей жизнью, и я была несказанно рада, что не поверила подруге.

– Ночная смена выжала из меня все силы, – пожаловалась Лиза. – А мне ещё малого от бабушки забирать. Сон для меня – несбыточная мечта. Сегодня нужно везти сыночка на процедуры… – частота произношения слов заметно уменьшалась, и девушка на самом деле теряла силы.

Кофе вряд ли способен помочь при истощении и такой усталости организма.

– Сколько сыну? – решила немного помочь Елизавете разговорами, чтобы та не уснула, уткнувшись носом в крышку стола.

– Два года. Он у меня хороший. Уже столько умеет! – оживилась моя собеседница, и я довольная собой сделала парочку глотков кофе. – Ножки только плохо крепнут. На массаж вожу и в бассейн, чтобы двигательную активность развивать.

На самом деле девушка находилась на грани. Ее аура отсвечивала не чётким контуром, как полагается для здорового человека, а была надорвана во многих местах, что говорило о явном сильном эмоциональном истощении.

Запаха гниения я не ощутила, а значит со здоровьем у Елизаветы более-менее все нормально, но совсем скоро она просто вырубится от реальности, и мне бы не хотелось, чтоб в этот момент у нее на руках был ребёнок.

– Муж, наверное, гордится своим сыном, – не нашла ничего другого, чтобы хоть как-то приободрить Лизу.

– Муж? Конечно, гордится. Своей новой девкой гордится, которая не обременяет его сложными проблемами и больным ребёнком.

Лиза сдавила свой стаканчик так сильно, что тот лопнул в её руках, и горячий напиток протек на скатерть. Девушка чертыхнулась, вытерла выступившие из глаз слезы и поднялась на ноги.

Мне даже показалось, что ее слегка пошатывало, и это, скорее всего, не только от недосыпания, но и от недоедания.

Стало жалко её и малыша, который без мамы точно не увидит счастливой жизни.

– Мне пора.

– До скорого, Лиза. Я надеюсь, что буду твоей коллегой, – протянула руку новой знакомой, решив, что если подброшу ей немного энергии, ничего плохого не случится.

Девушка сжала мою ладонь, и я мощным потоком запустила в ее тело через руку заряд энергии, восстанавливая по большей части ее эмоциональное состояние.

Никаких искр и вспышек. Всё тихо и без привлечения внимания со стороны людей.

Конечно, будь рядом оборотень или вампир, то они бы с легкостью почувствовали энергетический всплеск, а уж демоны не только почувствовали, но и в течение пары минут при желании смогли бы это отобрать, но вокруг на радость мне находились лишь ничего не подозревающие люди.

Елизавета широко распахнула глаза, и на ее щеках проявился здоровый румянец. Она посмотрела на меня и улыбнулась, а у меня на душе стало тепло и спокойно.

– Мне пора. До скорого, коллега! – помахала рукой на прощание девушка и чуть ли не в припрыжку покинула помещение.

Я же посмотрела на часы и, поняв, что планёрка и обход по идее уже должны подойти к концу, снова поднялась на третий этаж, в надежде всё же закончить то, что хотела с самого утра.

Из кабинета доносились мужские голоса, и я снова постучала в дверь, нервно сжимая папку с документами.

– Заходите!

Меня дважды приглашать не надо, и я, собравшись с духом, вошла в кабинет, где на диванчике расположились двое мужчин, расслабленно попивающих ароматный кофе.

Обстановка в кабинете показалась мне вполне уютной. Мебель, конечно, старенькая, но вокруг чисто и убрано всё по своим местам.

– Слушаю Вас, – сказал один из мужчин, отвлекая меня от рассматривания интерьера.

Леонид Павлович оказался вполне приятным внешне мужчиной плотного телосложения. На вид ему чуть больше пятидесяти, но рыжеватые волосы практически не тронула седина, что нельзя сказать об отросшей реденькой бородке.

Его собеседник, тоже врач, судя по белому халату и табличке с именем на правом нагрудном кармане, напротив обладал очень худым телосложением. Полностью седые волосы были собраны на затылке в небольшой пучок, а на глазах маленькие круглые очочки.