Записки

Моя небольшая, но трогательная книга посвящается всем нам.

К сожалению, жизнь бывает часто несправедлива к нам, и мы теряем близких для нас людей. Это может произойти в любое время, даже когда мы этого совсем не ждем и к этому совсем не готовы.

Хотя можно ли к этому подготовиться?!

Ни я, ни кто-то другой, никто не знает, как этого всего избежать, мы не в силах всё это исправить и поменять.

Как всё это пережить без боли, я тоже не смогу дать совет.

Но на примере героев моей книги я могу показать и рассказать вам, как можно немного лучше сделать нашу жизнь, несмотря на такие трудные испытания, которые подкидывает нам судьба.

С любовью, Екатерина Гаврилина!

Предисловие

Я бежала, сама не зная куда, а самое главное от кого? Ведь от себя не убежать.

Мелкие капли дождя постепенно увеличивались, дождь становился всё сильнее и сильнее. По лицу и телу стучали огромные капли дождя.

Я остановилась! Больно, очень больно пронзали капли всё моё тело. Но я не чувствовала этой боли, эта боль никак не могла затмить боль, которая была внутри меня. Всё моё сердце разрывалось на мелкие кусочки, комок в горле не давал мне дышать, мне хотелось крикнуть, но голос пропал.

Я стояла, опустив голову и сглатывая капли дождя. Мне казалось, что дождь очистит не только моё тело, но и мою душу.

Так и произошло. В какой-то момент, я наконец-то поняла, что нужно сделать и побежала назад….

Глава 1 – Болезнь

Я была обычной девушкой, которая училась в 11-м классе в обычной среднеобразовательной школе. Ничем особым от всех подростков, которые учились в моём классе, я не отличалась. Мне также было интересно в том возрасте подольше погулять, не слушаться своих родителей и не учить уроки.

Наверное, все проходили через это. Но не у всех в таком возрасте случались очень сильные, душевные потрясения, которые полностью ломают твою жизнь и веру во что-то лучшее и прекрасное.

То, что произошло со мной, заставило меня в какой-то момент полностью разочароваться в жизни, перестать верить во что-то хорошее. Ну а то, что в жизни могут случаться чудеса, я вообще перестала воспринимать данное утверждение, как существовавшее.

В тот момент, когда все мои сверстники мечтают о вступлении в новую жизнь, в беззаботное, свободное и самое весёлое студенческое время, я мечтала, чтобы у меня всё это даже не начиналось. Не буду скрывать, я хотела, чтобы моя жизнь закончилась, мне не хотелось жить. Как бы страшно, это не звучало, но это было так.

Сейчас я расскажу, как всё начиналось.

Я была единственным ребёнком в семье. Я всегда спрашивала родителей, почему у меня нет братика или сестрички, как у всех моих друзей во дворе. Родители мне всегда отвечали, что слишком сильно любят меня и не смогут уже разделить эту любовь на братика или сестричку. Раньше меня всегда устраивал этот ответ. И я даже радовалась, так как оставалась самой любимой и единственной в нашей семье. После, когда я стала становиться старше, я понимала, что дело было совсем не в этом. У мамы были какие-то проблемы со здоровьем, и даже я далась своим родителям с трудом.

Мама с папой у меня замечательные люди. Я всегда смотрела на них и мечтала, чтобы в моей жизни всё так же было, как у них. Так сильно они друг друга любили, так восхищались друг другом, и практически никогда не ругались. Да, я сама удивлялась, как мама всегда могла найти подход к папе, а папа всегда старался в любых ситуациях пойти на компромисс маме. Я гордилась своей семьей. С мамой и папой я всегда находила общий язык. Мы всё время пытались проводить вместе. Мы ходили в походы, ночевали в палатках, папа меня учил ловить рыбу, а мама варить уху, из той рыбы, которую мы вместе с папой сумели поймать.

Когда я спрашивала у родителей, как они познакомились. Мама и папа рассказывали мне две разные истории. Причём я никогда не могла понять, какая история мне нравится больше. Но я могла слушать истории их знакомства миллион раз.

Папа говорил, что заметил маму в институте ещё на вступительных экзаменах и сразу влюбился. Папа всегда нежно и мило описывает маму при их первой встречи:

– Да, Лин, мамочка была одета в белое, пышное платье с большими голубыми цветами на нём. На голове у мамы был высокий хвост и белый бант. Мамины большие голубые глаза, которые были такого же цвета, как и цветы на её платье, сразу же запали мне в сердце. А маленький и немного остренький носик твоей мамы сразу проткнул моё сердце насквозь. Во время экзамена мама постоянно стучала по столу, она так нервничала перед своим ответом. Я уже и сам забыл про свой билет, пока любовался твоей мамой. Но потом взял себя в руки и стал готовиться к ответу, так как понимал, если завалю экзамен, то не поступлю в институт, а если я не поступлю в институт, то не смогу каждый день видеть твою маму.

– Но, а потом, как вы познакомились?

– Затем после всех экзаменов, я видел пару раз твою маму на нашей с ней кафедре экономического факультета, но, к моему сожалению, мы попали с ней в разные группы. И твоя мама не обращала на меня никого внимания. Но в один прекрасный вечер у твоей мамы сломался каблук. Мама стояла в растерянности у большого белого столба при входе в институт. Я сразу её увидел и предложил ей свою помощь. Твоя мама, как сейчас помню, так нежно и мило мне улыбнулась, что я потерял дар речи и уже не знал, как дальше продолжить разговор. Поэтому после того, как я убежал до ближайшего ларька с ремонтом обуви, и, отремонтировав маме каблук, вернул его, я не смог ничего сказать твоей маме, кроме: «Пожалуйста» на мамино: «Спасибо». Я снова опустил свой шанс. Но наступил вечер первокурсников и на нём мы наконец-то близко познакомились.

Это был папин рассказ об их знакомстве, а вот то, как об этом рассказывала моя мама:

– Доченька, твой папа всегда стеснялся со мной заговорить, он всегда на меня смотрел, ещё начиная со вступительных экзаменов. Я тоже смотрела на него, улыбалась ему, подмигивала ему. Ещё бы, у тебя вон какой красивый папа: высокий, стройный, голубоглазый шатен, что бывает очень редко, с огромной улыбкой до ушей, которая сразу тебя завораживает. Но всё было напрасно, он никак не мог со мной познакомиться. Я стала думать, что может просто я не в его вкусе. На вечере первокурсников я снова увидела твоего папу: он стоял в кругу друзей и с очень грустными и томными глазами рассматривал всё вокруг. И я решилась подойти к нему сама и пригласить его потанцевать. Но не успела я об этом подумать, как меня опередила какая-то девушка, она подошла первой и пригласила твоего папу танцевать. Какое было моё удивление, когда твой папа вежливо ей отказал. Я испугалась подходить сама. Но всё же решила попробовать. И через несколько минут мы уже кружились в танце, после которого твой папа сам стал меня приглашать и даже проводил домой. И вот, если бы не я, твой папа так и не решился со мной познакомиться, и не было бы тогда сейчас тебя.

На что папа всегда делал своё замечание:

– Не надо, я хотел тебя пригласить, просто не успел, мои планы сбила Марина, девушка с моей группы, которая пригласила меня потанцевать перед тобой.

Мама, смеясь, всегда соглашалась с папой, чтобы он успокоился, но всегда в этот момент подмигивала мне. В ответ на это я всегда смеялась и целовала в щечки своих родителей.

Мама с папой не только учились вместе, но работали в одной организации. Папа был начальник финансового отдела, а мама его помощником. Папе действительно нужен был помощник. Во всех своих профессиональных делах папа был ас, но с памятью часто были проблемы. Папа мог забыть про совещания, про ежемесячный отчёт, про различные деловые встречи и всего того подобного. Мама всегда обо всём напоминала папе. Мама была, как папин еженедельник, в памяти которой было всё четко расписано. Поэтому мама с папой на работе организовывали очень плодотворный союз.

После приятной части своего рассказа, мне придётся перейти к самому тяжелому и переломному моменту моей жизни.

Как сейчас помню, была поздняя осень, и мама стала чувствовать постоянное недомогание. У неё очень часто болела голова. Папа решил не откладывать всё это в долгий ящик и сразу же повёл маму в больницу. Маме выписали лекарства, и какое-то время маму уже не беспокоили головные боли, и она чувствовала себя, как всегда прекрасно – шутила и смеялась с нами.

Однажды, я пришла со школы, мама с папой сидели на кухне за столом и спокойно разговаривали, хотя в тоже время находились в каком-то нервном состоянии. Я не понимала, что происходит.

– Дорогая, может всё-таки не надо пока Лине это говорить. Я уверен, что всё будет хорошо.

– Нет, у нас никогда не было секретов от нашей дочери, она должна знать всю правду.

– Мама, пап, да вы о чём? – я сразу прервала их диалог, так как совершенно не понимала, в чём дело.

– Доченька, – обратилась ко мне мама и нежно улыбнулась, так же как всегда она улыбалась нам с папой. – Ты понимаешь, жизнь такая сложная штука, в жизни у всех есть сложности, вот и у нас появилась небольшая сложность. Но всё будет хорошо. Мы были в больнице, я прошла обследование, у меня небольшая опухоль головного мозга. Но ничего страшного, я буду лечиться, возьму отпуск на работе, зато мы сможем вместе проводить больше времени.

Мама говорила всё очень непонятно, но я сразу поняла:

– Мама, у тебя, что рак?

– Да, но….

– Мама, почему? – я больше ничего не могла произнести, слёзы стекали по моей щеке огромными каплями, мне казалось, что мама всё врёт, что такого не может быть, не со мной, не с моей мамой, нет.

– Не плачь, пожалуйста, не плачь, – произнесла мама и стала меня обнимать.

Я тоже очень сильно обняла маму, папа тоже обнял нас всех и сказал:

– Мы со всем справимся! Мы всегда будем вместе!

В тот момент, я так поверила папе, я так поверила его словам, что не могла, а главное не хотела думать, что, какая-то болезнь сможет забрать у меня маму. Я читала про рак, я понимала, что это такое, сколько людей им переболели, многие умирали, но ведь многие и выживали и до сих пор живут. Значит, шанс есть, шанс есть и у нас.

Я решила, что должна быть сильной и не плакать, а помогать маме. В школе я никому не рассказывала, о том, что происходило у меня в семье. Меня успокаивала мысль о том, что, если никто об этом не знает, значит, этого всего и нет.

Первый месяц после того, как мы узнали о маминой болезни, мама пошла на поправку. То ли лекарства стали помогать, то ли вся наша с папой забота делала мамино положение намного лучше.

Я стала думать, что всё действительно наладится, и мы в скором времени поедем на природу с ночёвкой, все вместе, как раньше.

Мама очень часто сидела за столом и что-то писала на маленьких бумажечках. Затем она сворачивала эти листочки и складывала в конвертик. А сами конвертики укладывала в коробочку. Я как-то попыталась узнать, что она делает, но мама мне сказала, что скоро я всё узнаю, но нужно немного подождать.

Однажды, я очень долго не могла заснуть, поэтому пошла на кухню, чтобы выпить стакан воды. Проходя мимо родительской комнаты, я услышала, в первый раз в своей жизни, как мама с папой ругаются. Я остановилась у их двери и стала слушать.

– Но почему? почему? почему ты не хочешь пройти это лечение до конца, – кричал папа на маму.

– Я не хочу терять времени. У меня его осталось очень мало, пока я буду бегать по всем процедурам, я не смогу провести это время с вами. Я хочу подольше побыть с вами. Пойми это. Меня уже не спасти. Пожалуйста, не кричи на меня.

– Прости, прости. Я просто так тебя люблю! Я не могу видеть, как ты медленно угасаешь, я хочу приложить все усилия, чтобы ты вылечилась. Давай продадим квартиру, давай поедем заграницу, там другие врачи, там лучше лекарства.

–Пожалуйста, обними меня. Мне очень страшно.

Я не могла сдержать слёз, поэтому я сразу убежала в свою комнату, я уткнулась в подушку и плакала, плакала.

На следующий день, я пришла из школы и увидела, как мама сидит на полу на кухне и плачет. Вся кухня была в муке и в тесте. Я сразу подбежала к маме:

– Мама, что случилось?

– Доченька, мама стала такая растяпа. Руки ничего не держат. Я хотела испечь пирог на ужин, но видишь, ничего не получается.

– Мамуль, я тебе помогу.

Мы стали вместе с мамой печь пирог, точнее, мама мне говорила, что делать, а я пекла. После того разговора, который я услышала вчера ночью, я решила поговорить с мамой.

– Мам, почему ты не хочешь дальше лечиться? Ведь тебе становилось лучше после нескольких процедур.

– Я не хочу портить свою причёску, после этой химиотерапии все волосы выпадут, – как могла, но всё ещё шутила мама.

– Мам, я серьёзно.

– У меня нет на это времени. Я боюсь не успеть побыть с тобой и папой.

– Мама, – я обняла её, – тебе страшно умирать?

– Нет, мне не страшно умирать. Мне страшно оставлять вас одних. Мне страшно от того, что я не смогу увидеть папу, тебя, обнять вас, подержать за руку, поговорить, дать совет. Быть с тобой в нужное для тебя время. Быть просто рядом. Мне страшно быть там, зная, что вы здесь.

Мне казалось, что мама превратилась в маленькую девочку, которая боится идти куда–то без мамы, поэтому держит её за руку. Мама очень крепко держала мою руку и не хотела отпускать. Я до сих пор помню это прикосновение, мамино крепкое прикосновение, её нежную и мягкую ладонь.

Наш разговор прервал папа, который принёс огромный букет цветов и подарил их маме. Мама очень обрадовалась и расплылась в улыбке.

После этого разговора, я часто не могла заснуть. Я заглядывала к маме в комнату и смотрела: всё ли с мамой в порядке, дышит ли она.

Мама всегда спала на боку и периодически трогала свои карточки, которые лежали всегда рядом с ней на тумбочке. Они были так для неё дороги. Но я не могла понять: почему и что там.

Последние дни мама была очень «плохая». Папа взял отпуск на работе, а я ушла на осенние каникулы. Мы все вместе решили поехать за город. Это была мамина идея.

Мы сняли небольшой домик у реки и часто собирали пикник. Мама очень любила смотреть на воду. Когда мама сидела на лавочке у реки, я всегда прибегала к ней и клала ей на колени свою голову. Мама нежно теребила мои волосы и пела просто обычные слова:

– Ла-ла-ла.

У неё это получалось очень мелодично, и я часто засыпала у неё на коленях. Как раньше, как в детстве.

В один солнечный день, мы с папой решили поиграть в бадминтон. Мама сидела на лавочке, укутанная пледом, а мы рядом играли. Мама смотрела на нас и смеялась. Смеялась так, как раньше. Мне очень нравилось её веселить. Папа часто подбегал к маме и поправлял ей плед. Один раз я не поймала свой воланчик, и он улетел в кусты. Мне пришлось за ним бежать. Я радостно побежала за ним, мама смеялась, и это грело мне душу. Надежда, что всё ещё наладится, никак меня не отпускала. С улыбкой на лице я выбежала из кустов и крикнула:

– Вот он!

В тот момент я увидела, как папа стоит рядом с мамой. Я подумала, что папа снова поправляет маме плед. Подойдя поближе, я увидела, как папа держит маму, у папы трясутся руки, и слезы с его лица стекают на плед. Я не хотела принимать те мысли, которые посетили мою голову, и не хотела смотреть на маму. Я закрыла глаза и вспомнила, как пять минут назад, мама смеялась. После я всё-таки открыла свои глаза и посмотрела на маму. Мама сидела с опущенной головой вниз, её руки были спущены, всё тело тоже было каким-то невесомым и держалось в том же положении только из-за того, что его держал папа. Мне показалось, что у мамы на лице была улыбка. Я подошла и посмотрела на папу. Никогда я ещё его не видела таким, он плакал, как маленький мальчик, он плакал от своей безысходности, от того, что он ничего уже не сможет сделать. Я подошла к маме, села рядом с ней и положила свою голову ей на колени. Мне казалось, что она как раньше гладит меня по голове и поёт свою песню. Мне не хотелось, мне так не хотелось поднимать свою голову с маминых колен.

Глава 2 – Без слов

Через несколько минут папа обратился ко мне и спокойно сказал, чтобы я сходила и вызвала скорую помощь.

Я послушалась папу и пошла в дом, чтобы достать телефон.

Что я чувствовала тогда? Ничего, просто опустошение было внутри меня. Меня ничего не тревожило, меня ничего не беспокоило, мне было всё равно на всё, что происходит вокруг меня.

Я спокойным голосом вызвала скорую, когда они меня спросили, что случилось, не дрогнув в голосе, я ответила:

– Умерла мама. У неё был рак головного мозга. Случилось это полчаса назад. Запишите адрес.

После этого я спокойно пошла собирать наши вещи. Я сложила все вещи в сумки и мамины в том числе.

Я подошла к окну, посмотрела на небо и произнесла:

– Ну, что ты доволен?! Я знаю, что она лучшая. И ты её забрал у меня. Но мне совсем не страшно! Я не боюсь больше ничего. Мне вовсе не страшно и самой умереть! Мне не нужна эта твоя жизнь! Ничего хорошего нет на этой земле. Я ненавижу эту жизнь!

Я услышала, как приехала скорая, и вышла на веранду.

Дальше всё было, как в тумане. Папа довёз меня до дома, где меня ждала бабушка, а сам поехал в больницу.

Бабуля пыталась со мной поговорить, но я не хотела ни с кем разговаривать.

Вечером пришёл папа и сказал мне, что всем займётся сам, просто попросил меня выбрать мамину фотографию.

Я, молча, махнула ему головой и пошла выбирать мамину фотографию. Я выбрала фотографию, где мама улыбается и игриво смотрит в камеру. Мне не хотелось, чтобы мама была грустной на фотографии, ведь она всегда любила улыбаться и смеяться.

Ещё летом мы с мамой удачно сходили по магазинам и выбрали маме красивое разноцветное платье. Я сказала папе, что хочу, чтобы мама была одета в нём. Ведь она так и не успела его ещё одеть. Папа, молча, согласился.

Мы не разговаривали с папой эти дни. Мы не успокаивали друг друга. Никто не мог найти никаких слов. Для каждого из нас это была огромная потеря. Да и какие здесь можно подобрать слова.

Бабушка, крестные, да и все родственники по папиной линии пытались меня поддержать. Но мне не хотелось никакой поддержки от них. У мамы никого не было. Её родители умерли очень рано. Маму воспитывала бабушка, мне прабабушка, которая лет десять назад тоже умерла.

Когда наступил этот день. Мы так же спокойно вышли с папой из дома, заехали на рынок, купили много живых цветов и очень медленно поехали в больницу. Казалось, что если мы туда не приедем, то ничего дальше не будет. Но мы добрались до больницы, и пошли всё приготавливать. Бабушка и другие родственники начали наводить суету, что меня и папу очень раздражало. Мы просто стояли и смотрели на маму. Пришёл священник, стали приходить другие люди, а мы так же стояли с папой и, молча, смотрели на маму. Ни на кого мы не обращали внимания, никого не было, кроме нас. Папа, я и мама. Как раньше, как всегда. Всегда вместе, всегда рядом.

Когда мы ехали на кладбище, наши родственники плакали и постоянно что-то говорили. Меня это очень раздражало, мне хотелось им сказать:

– Хватит!

Но я сдержала свои эмоции, ведь это никогда бы не одобрила мама. На улице было очень холодно, но я не чувствовала этого. Мне казалось, что маме холодно, ведь она была одета в летнее платье. Когда мы стояли на улице и прощались с мамой, пошёл снег.

Я произнесла только одно:

– Пожалуйста, укройте маму. Ей же холодно.

После этого все замолчали, а папа подошёл ко мне и крепко-крепко взял меня за руку. Как тогда на кухне взяла меня мама.

Я закрыла глаза, открыв их, я уже не увидела маму.

Дальше я не помню ничего, правда, ничего. Мне казалось, что я должна уйти отсюда и тогда это всё закончится.

Я сказала папе, что больше никуда не поеду. Что очень хочу домой.

Папа поговорил с моей бабушкой, и мы с ней уехали домой, папа остался.

Вечером приехал папа и спросил меня, хочу ли я кушать. Я сказала, что ничего не хочу и что мне очень страшно.

Папа обнял меня и заплакал, я тоже заплакала. За это время мы первый раз с папой обнялись и заплакали. После этого хоть на время, но стало намного легче. И мне и папе.

Глава 3 – Жизнь продолжается

Прошло около двух месяцев после того, как мы с папой потеряли самое дорогое и самое важное для нас в этой жизни.

В школе я ни с кем не разговаривала на тему случившегося.

Тем более, после некоторых событий, которые случились в моём классе, я поняла, что всем, по сути, наплевать на тебя: все либо делают вид, что сочувствуют, либо наоборот демонстративно хотят тебя ударить по больному.

Конечно же, моя учёба стала мягко сказать «прихрамывать» после этих тяжелых дней моей жизни. Но учителя шли мне навстречу и ставили хорошие оценки. Может быть, я их не заслуживала, просто в моём случае было очень сложно сразу переключиться на учёбу, хотя я и старалась.

Один раз по литературе нам задали выучить стихотворение. Весь день дома я его учила, но мысли о маме никак не давали мне сосредоточиться на поставленной задаче. И выучила я его, честно говоря, не очень. Но Марина Владимировна всё – равно мне поставила пять:

– Хорошо, Лина. Ты просто немного перенервничала. Садись, пять.

– Марина Владимировна, – нагло произнес мой одноклассник Игорь со своего места, – а у меня неделю назад умерла кошка, но вы мне, почему– то не поставили за стихотворение отлично, а поставили два. Почему такая несправедливость?

– Угрев, что ты такое говоришь. Как тебе не стыдно?! Быстро выйди из класса.

– Как всегда, ухожу, – нагло продолжал Игорь, но всё-таки вышел из класса.

Я еле сдержала слёз, но не показала виду. Зато дома оторвалась на полную катушку. Моя подушка в те дни была для меня подружкой, которой я всё рассказывала и плакала. Папе я не хотела показывать своих слёз.

Или вот ещё один случай из школы. Моя не очень дальновидная одноклассница Яна спросила как-то у меня:

– Лина, а почему ты ходишь не в чёрной одежде? Ты должна несколько дней ходить только в чёрной одежде и с чёрной повязкой.

Вот, что я должна была ей ответить?!

После этого если кто-то снова пытался начать эту тему и поддержать меня, я сразу всё это пресекала. Ни с кем я не хотела обсуждать тему моей мамы, это была закрытая тема для всех.

Домашними делами мы практически с папой не занимались. Папа варил нам пельмени на обед и ужин. Иногда к нам приходила бабушка – помогала всё убрать и готовила нам покушать.

С папой мы ни о чём не говорили. Даже пытались друг друга избегать. Так дальше жить было просто невозможно.

Ближе к Новому году мы заговорили с папой, как раньше.

Вечером папа пришёл с работы и зашел ко мне.

– Можно?

– Да, конечно.

– Уроки сделала?

– Да.

– Как будем отмечать Новый год?

– Как раньше, пап.

После моих слов про то, что будет как раньше, произошла небольшая пауза. Ведь как раньше уже никогда не будет. Вспомнив про это, мне сразу стало грустно.

– Бабушка зовёт к себе. Может, поедем?

– Нет, пап, давай дома. Я сама всё приготовлю. Я же не маленький ребёнок.

– Это да, – улыбнулся папа. – А у меня кое-что для тебя есть, – загадочно продолжил папа.

– Что? – удивленно спросила я.

– Держи конвертик. Это мама тебе передала.

Увидев этот конвертик, я вспомнила, как мама писала записки и складывала их в конвертики. Их там было много. Целая коробочка.

– Пап, там же было много записок?

– Ах ты, хитрая! – улыбнулся папа. – Не всё сразу. Мама сказала давать тебе их по одной и в нужное время.

– Правда? – обрадовалась я.

– Да.

– Пап, обними меня. Обещай, что ты не оставишь меня?! – неожиданно для папы произнесла я.

– Да, что ты, конечно, я всегда буду рядом.

Папа обнял меня. Я понимала, как нам сейчас тяжело и от того, что мы не разговариваем и стараемся себя вести, как чужие люди, нам легче не станет. Нам надо набраться сил и жить дальше. Мы же с ним вдвоём, мы не одни, мы сможем. Тем более мама бы никогда не одобрила такое наше поведение.

– Папа, мы ёлку с тобой не купили?

– Да, правда. Поехали, купим.

– Поехали.

Мы радостные, как маленькие дети, поехали на рынок, выбирать ёлочку. Мы выбрали самую красивую зеленую, пушистую ёлку и поехали домой.

Раньше нас всегда встречала мама и хвалила нас за наш выбор. Зайдя домой, нам стало снова немного грустно, что нас никто не встречает. Но мы сразу постарались переключиться на наше новое задание: нарядить нашу ёлку.

Мы, как маленькие дети, с папой радовались и выбирали игрушки, которыми будет украшать нашу ёлочку.

Ёлочка у нас получилась очень красивая. А когда мы включили огонёчки, то она стала ещё лучше.