Невеста для некроманта

– Хорошо, иди уже, – махнула магичка рукой.

Процессия двинулась дальше в главный зал, по дороге потеряв ещё и Полкана. Волкодлак всё никак не мог отойти от полёта. Его немного пошатывало, и он решил отправиться на кухню, где надеялся хорошенечко подкрепиться, для восстановления душевного равновесия. А на сытый желудок уже и все приключения не кажутся такими страшными.

Дойдя до зала, тёмного мага разместили на большом столе, предварительно связав.

– Нужно его немного привести в чувство, – сказала целительница. – Чтобы я смогла влить ему зелье. А что это у него за синяк такой огромный на голове? Вы его что, были!

– Нет. Как вы могли о нас такое подумать! Это герцогиня его уговаривала с нами полететь, – ответила, усмехнувшись, Натрин.

– И чем, если не секрет? – уточнила блондинка.

– Сковородой, – ответила демоница. – И не абы какой, а чугунной! Это ещё хорошо, что при его транспортировке яичница и зелень где-то потерялись. А то он вообще красавцем был.

– Понятно, – девушка повернулась к магичке. – Снимай своё заклинание.

Вайолет начала что-то шептать и делать пассы рукой. Ксандор с Натрин насторожились, готовые в любую минуту атаковать тёмного мага, если тот придёт настолько в себя, что осмелится на всякие пакости.

Магфрой дёрнулся и судорожно вздохнул. К нему в тот же миг подскочили Настурция с вампиром и начали медленно вливать приготовленное зелье. Маг открыл глаза и попытался выплюнуть. Но мертвая хватка и оскаленные клыки вампира не позволили ему это сделать.

– Через сколько начинает твоё зелье действовать? – уточнила Вайолет.

– Практически сразу, – ответила целительница. – Правда у него масса побочных эффектов.

От этих слов глаза у тёмного мага округлились, и он что-то попытался пробулькать.

– Тише, тише, мой хороший – как маленького начала успокаивать его блондинка, не забывая вливать в него зелье и одновременно гладить по голове. – Я понимаю, что зелье не вкусное, но надо его выпить и тогда будет всё хорошо.

– Он что, впадёт в детство? – уточнила Натрин.

– Нет, – ответила целительница. – По крайней мере, не должен.

– Тогда зачем ты ему сюсюкаешь? – удивился Ксандор.

– Я не сюсюкаю, а отвлекаю, не мешай! – огрызнулась девушка.

Когда всеобщими усилиями зелье было влито в тёмного мага, все окружили его, как новогоднюю ёлку, ожидая чуда и не зная, что с ним делать дальше. Сам же маг откинулся на стол, положил руку на глаза и спросил:

– Что вы в меня влили?

– Антимагическое зелье. Оно блокирует все возможности мага, делая его обычным человеком, – ответила Настурция. – Правда есть некоторые побочные действия.

– И какие же? – уточнил Магфрой. – Надеюсь, у меня хвост не вырастит, или третий глаз не появится? А то не очень хочется стать циклопом.

– Я о таких побочных действиях ничего не слышала, – честно ответила целительница. – Вы не волнуйтесь, все ингредиенты свежие. Желудок чутка покрутит, оглохнуть можете на время или ослепнуть. Но это временно, потом всё пройдёт.

Тёмный маг усмехнулся:

– Ничего себе побочные действия! И что вы со мной собираетесь делать?

Ответить никто не успел, его скрутило. Магфроя трясло и корежило, он чуть не упал со стола. Из носа потекла тоненькая струйка крови, с губ пошла пена, бедняга весь вспотел.

– Что это с ним? – испугалась Вайолет.

– Магия уходит, – пояснила целительница. – И всё что он намагичил для себя тоже уйдёт.

– В смысле? – не поняла Вай.

– Ну, вот например, ему не нравились его уши, – попыталась объяснить Настурция, – и он своей магией решил их изменить. Так вот теперь они примут первоначальный вид. Это зелье забирает всё, что связано с магией. Поэтому оно очень опасно и запрещено. Вот, например тебе вылечили перелом с помощью магии, а это зелье заберёт магию и у тебя опять поломана нога.

– Понятно, – прошептала магичка в шоке, глядя как мучается тёмный маг.

И тут на их глазах стало происходить невероятное, тёмный маг стал преображаться. И вместо пожилого надменного мага перед собравшимися предстал красивый светловолосый юноша.

– Не может этого быть, – прошептал Ксандор.

– Добрый день, Ксандор, – превозмогая боль во всём теле, улыбнулся юноша. – А вы знаете юная леди, – обратился он к целительнице. – Что отравив меня какой-то гадостью, вы тем самым покусились на Корону?

– Кто это? – вздрогнув и отшатнувшись от стола, спросила Настурция.

– Гектор, – ответил принц. – Мой младший брат.

В комнате повисла гнетущая тишина. Ксандора мучили тысячи вопросов, но он никак не осмеливался их задать. Тёмный маг – его брат! Этого просто не может быть! Гектор не интересовался магией! От слова вообще! Девками?! Девками да, а вот магией – нет абсолютно! Хотя кто его знает, чем он там занимался у эльфов. Но ведь он никогда не показывал агрессии к нему, Ксандору. И когда его начала затягивать Тьма, очень переживал. Невесту ему подыскивал. Это что, всё блеф? Игра? Ксандор отказывался в это верить. Если бы он не знал, что это зелье убивает всю магию, то подумал, что тёмный маг просто принял обличья его брата. Да в конце концов Ксандор любил Гектора! Он его младший брат, интересы у них разные, но …..

Дверь открылась и в помещение вплыла герцогиня. Она оглядела собравшихся изумлённым взглядом и остановила его на светловолосом юноше.

– Гектор? – уточнила она. – Что здесь происходит?

Ответом ей послужила тишина. Братья сверлили друг друга пристальным взглядом. Остальные стояли как статуи, боясь пошевелиться.

– Я, пожалуй, пойду, – встрепенулась Натрин. – Была рада с вами всеми познакомиться. Извините меня, но я не люблю семейные разборки.

Она двинулась к двери, но на полдороги остановилась.

– Вайолет, – позвала она.

Девушка перевела на неё, всё ещё ошарашенный, взгляд.

– Жду приглашения на свадьбу, – магичка махнула головой. – Хорес знает где меня найти.

– Конечно, милая, мы тебя пригласим, – заверила её герцогиня. – Как только уладим некоторые вопросы. И спасибо тебе за всё. Твоя поддержка очень помогла вам.

– Обращайтесь если что, – улыбнулась демоница и ушла.

– Так мне ответит кто-нибудь или нет? – ещё раз уточнила Гертруда. – Гектор, как ты здесь оказался?

– Так вы же сами меня сюда приволокли, – усмехнулся юноша.

Женщина внимательно посмотрела на юношу, перевела взгляд на растерянного Ксандора и произнесла:

– Предлагаю всем пойти пить чай. И Гектора приведите в порядок.

– Но мам, – ожила Вайолет.– Он же может сбежать!

– Куда ему бежать? – не поняла герцогиня. – Мы все здесь цивилизованные люди. Мы попьём чайку, и наш юный друг нам поведает свою странную историю. Ведь, правда, Гектор?

– И чего это вдруг я вам должен что-то рассказывать? – ухмыльнулся юноша.

– Мой дорогой юный друг, – улыбнулась женщина. – Не заставляйте меня забыть, что я цивилизованный человек. Вы ведь на моей территории. Этот замок очень стар, у него шикарные подземелья, а у моей дочери замечательная подруга. К тому же вы устроили здесь беспорядки, покушались на жизнь законного наследника и его будущей тещи.

– Я всё понял, – с трудом поднимаясь, ответил юноша. – Вы умеете объяснять, герцогиня, вполне доходчиво.

– Я рада, – кивнула Гертруда. – Ксандор, Вайолет, проводите меня. Мне кажется, Векториан один сможет помочь твоему брату.

За столом в обеденном зале собрались все. Это было не обычное чаепитие. Оно больше походило на поминки. Люди чувствовали себя скованно и напряжённо.

Ксандор сидел, опустив голову и глядя в одну точку своими глазами без зрачков. Он никак не мог поверить в происходящее. Его невеста, как могла, поддерживала, но и она была в шоке.

Всегда весёлый Хорес, также чувствовал себя не в своей тарелке. Он даже наряд выбрал соответствующий обстановке. На нём была ярко алая шёлковая рубашка и черные штаны, шею украшала массивная золотая цепь. Дракон всё вглядывался в светловолосого юношу и никак не мог понять: он это или не он. Ведь Хорес неплохо знал Гектора. Он не один раз ходил с ним на гулянки, да и баб они делили. Но сейчас за столом сидел абсолютно другой человек. Внешне всё тот же Гектор, но его холодные глаза и кривая ухмылка, были чужими.

Лавиния так вообще готова была расплакаться и провалиться сквозь землю. Она чувствовала себя предательницей. Как она могла так глупо себя вести!? Девушка сидела и смотрела на свои руки. Подняв один раз глаза, она встретилась взглядом с прищуренными глазами Хореса, в которых читалась не скрытая обида. От этого ей стало ещё хуже. Поглядывая исподтишка по сторонам, девушка искала пути отступления. Бегство! Вот единственный вариант скрыться от этого позора! Девушка очень хорошо знала свою тетю. Открыто она ей ничего не скажет. Но своими поступками и поведением заставит десять раз пожалеть о предательстве. Да демоница и сама уже поняла, что вела себя глупо. Но что сделано, то уже сделано. Лавиния вздохнула, лучше бы её выпороли. Терпеть немой укор, было выше её сил. Но куда ей бежать? Она жила здесь в тепличных условиях, полностью во всём полагаясь на тетю. И когда ей представилась возможность сделать что-нибудь самостоятельно, она предала всех. Лавиния тяжело вздохнула. Нужно потерпеть и как только подвернётся возможность, попросить тетю как можно быстрее отправить её в школу. Это самый лучший вариант! Да! Там она и тетю видеть не будет и научится жить самостоятельно.

Невозмутимой оставалась только герцогиня. Она дождалась, когда слуги накроют на стол и медленно попивала чай, заедая его вишнёвым вареньем. Разглядывая каждого своим цепким взглядом.

Настурция, стараясь быть незаметной, прошмыгнула мышкой и села рядом с Вайолет, шепча ей что-то на ушко.

– Что же вы не пьёте чай? – начала издалека герцогиня, обращаясь к пойманному принцу.

– Спасибо, – усмехнулся Гектор. – Но как-то в вашем доме, я уже боюсь что-либо пить.

Он хоть и храбрился, но было видно, что юноше страшно. И, несмотря на то, что он был довольно сильным магом, но здесь, на чужой территории в окружении друзей своего брата, явно проигрывал. К тому же сейчас, когда у него полностью отобрали все магические способности. Гектор не питал напрасных иллюзий, брат его конечно любит, но жертвовать собой не станет. А недооценивать Ксандора просто смешно. Это сейчас он в шоке, а когда придёт в себя Гектору мало не покажется. Векториан перед чаепитием сводил младшего принца в свою комнату и помог привести себя в порядок. Но делал это всё в гробовом молчании, не отвечая ни на какие реплики. Заставляя сердце сжиматься в предвкушении расплаты. Сейчас на юноше была одежда вампира, которая подчёркивала его бледность и страх.

– Это вы зря, – заверила его женщина. – Чай на травах. Он бы помог вам немного прийти в себя и поведать нам вашу интереснейшую историю.

– Вообще-то это семейные вопросы, – попытался выкрутиться парень.

– Ксандор, налейте брату чая, – попросила герцогиня. – А мы и есть, ваша семья. Так что пейте и рассказывайте. Не заставляйте меня ждать, я этого очень не люблю. Кстати, – улыбнулась она. – Я не говорила вам, что у Настурции есть замечательная настойка правды. Однако, побочные действия от неё ещё хуже, чем от антимагической.

– Да, – подтвердила целительница. – Вплоть до потери памяти. Она тоже относится к запрещённым. От неё человек превращается в зомби и рассказывает все свои секреты. Правда, есть специальные блоки, которые ставят для защиты информации. Но и их можно взломать. Однако человека потом привести в норму очень тяжело.

Гектор от этих слов вздрогнул и побелел ещё больше. Понурив голову, он сдался.

– Я всегда хотел быть похожим на своего брата, – начал он свой рассказ. – Да! Не смотрите на меня так, я завидовал ему!

Он отхлебнул большой глоток из чашки и закашлялся.

– В этом нет ничего не обычного, – спокойно сказала герцогиня. – Все младшие братья хотят быть похожим на старших.

– Ксандор был всегда такой…..недосягаемый, – продолжил Гектор. – Отец всегда гордился им. А когда у него проснулась тёмная магия, просто на руках стал носить. Ведь наш Ксандор стал грозой соседей! А когда я заикнулся, что тоже хочу пойти в школу магов, отец даже и слушать меня не захотел. Ещё и накричал, что я ничего не понимаю!

– Правильно накричал, – перебил исповедь брата Ксандор. – Ты не понимаешь, вернее уже сказать, не понимал что это такое тёмная магия. Она больше отбирает, чем даёт. Мы с отцом очень любим тебя, и хотели огородить от неприятностей!

Гектор выслушал брата, усмехнулся и продолжил:

– Я не жалею, что меня отправили учиться к эльфам. Они очень умны, свободолюбивы и коварны. На самом деле, я очень многому у них научился, – юноша замолчал и потянулся к булочке.

– Вам пока стоит воздержаться от еды, – остановила его целительница. – Вы больше пейте.

Парень послушался её. Осушив чашку одним глотком, он обратно начал говорить:

– Когда у меня проснулся магический дар, я очень обрадовался и хотел уже бежать хвастаться вам, но мой учитель остановил меня. Он спросил, достаточно ли у меня сильный дар, чтобы хвастаться им. Я не знал, что ему ответить. Тогда он сказал, что от природы магический дар есть у каждого, его просто нужно осознать. А гордиться и хвастаться, нужно только сильно развитым даром. И я начал его развивать. Оооо, вы не поверите, я готов был тренироваться сутками напролёт.

– Постой, – остановил его Ксандор, – но я не чувствовал твоего магического дара.

– Конечно, – усмехнулся Гектор, протягивая кружку, чтобы ему налили ещё чая, – я решил на время спрятать его. У эльфов было учиться очень весело и интересно, и я не хотел, чтобы вы меня перевели в другую школу. Если бы вы узнали про мой дар, то именно так и сделали. Эльфы очень умны. Они научили меня, как сделать оберег, который будет скрывать все мои магические способности. Кстати, при транспортировке сюда этот браслет спёр твой дракон! Хорес отдай назад.

– Не отдам, – самодовольно улыбаясь, заявил дракон. – За полёт платить нужно. Это будет твоя плата. К тому же он тебе сейчас не нужен.

– Но потом понадобится! – возмутился Гектор.

– Сделаешь другой, – махнул рукой Хорес. – Тебя ведь эльфа научили.

Гектор зло прищурился на дракона.

– И не смотри на меня так, а то я вон, Векториану на тебя пожалуюсь, он тебя покусает, – оголив острые клыки, улыбнулся Хорес. – Тоже мне друг называется! Скрывать от меня такую информацию!

Вампир, который в этот самый момент запивал пирожное чаем, подавился. Из его глаз брызнули слёзы и он закашлялся.

– Хорес! – прорычал он.

– Тише мальчики! – остановила их герцогиня. – Действительно Гектор, ну что тебе жалко нашему замечательному дракону эту безделушку?

Хорес высоко задрал голову и улыбнулся во весь рот, как только язык не показал. И то видимо его остановило присутствие хозяйки замка.

– Ты пей и не отвлекайся от рассказа. Нам же интересно, – подбодрила Гертруда юношу.

– Как-то раз в школу пожаловал Магфрой, – продолжил свой рассказ Гектор. – Я сразу обратил на него внимание. От него просто за версту несло тёмной магией. К тому же у эльфов друзей мало. Своей надменностью они распугали практически всех. Так что к ним в гости приходят, в основном, когда что-то надо. А Магфрой не скрывал своих намерений.

Парень перевел дух, отпил большой глоток уже начавшего остывать чая. Собравшиеся слушали, не перебивая, боясь спугнуть или отвлечь рассказчика.

– Он хотел власти, – Гектор усмехнулся. – Банально, правда? У него был чёткий, хорошо проработанный план, как свергнуть нашего отца и завладеть всем. Но было одно огромное НО. Его начала поглощать Тьма. И не медленно, потихонечку, как Ксандора, а быстро, семимильными шагами. Маг боялся. Он боялся на столько, что осмелился прийти к эльфам за помощью, зная, что они недолюбливают его. Страх легко читался и был неприятен. Эльфы бы прогнали его, они не любят тёмных магов, стремясь к единению с природой. Но у него было, что им предложить взамен своему спасению. Всем известно, что длинноухие больше своих жизней ценят лес. В их Священном Лесу растёт древний Мауграфовый Дуб. Эльфы считают, что он единственный такой на всём белом свете. Они поклоняются и чтут его. Все его жёлуди строго подсчёт. Но он не даёт новых ростков. Что только длинноухие не делали, но дуб не даёт «потомства». Эльфы не подпускают никого постороннего к нему даже за километр, а тут Магфрой пришёл и говорит, что за помощь ему он принесёт им три молодых саженца Мауграфового Дуба. Что тут началось! Обычно спокойные эльфы, чуть не передрались друг с другом, – парень замолчал, улыбаясь своим воспоминаниям. – Одни утверждали, что Магфрой лжец, обвиняли его в святотатстве и требовали немедленного сожжения. Другие не видели ничего страшного, чтобы дать ему шанс, утверждая, что сжечь никогда не поздно. За их спорами и дебатами было очень весело наблюдать. Пока эльфы были заняты, я начал внимательно изучать Магфроя. Ему было очень тяжело. Было видно невооружённым глазом, что обращаясь к длинноухим, он наступил на свою гордость. Мужчина мучился, и по его лицу было видно какие кары он готов наслать на головы эльфов. Но длинноухие были на своей территории, и тёмный маг нуждался в них, поэтому терпел. Вот тут-то я и понял, как произвести впечатление на своего отца и брата! Я раскрою заговор! И уничтожу тёмного мага. Первоначально я хотел уговорить своего учителя, чтобы он повлиял на Совет и Магфрою отказали. Его бы поглотила Тьма, и навредить нам он бы уже не смог. Но у него могли быть сообщники. Поэтому я решил не выпускать его из виду и наблюдать. За время, проведённое у эльфов, чему-чему, а терпению и наблюдательности я научился.

Юноша откинулся на спинку стула и замолчал, погружённый в свои воспоминания. Они красочной картиной отражались на его молодом красивом лице. Вот он морщит брови, потом ухмыляется.

– А эльфы не подумали выдать Магфроя вашему отцу? – нарушила тишину целительница.

– Нет, – усмехнулся Гектор. – Они не вмешиваются в политику, если им это не выгодно.

– Ну, тогда бы продали, – не унималась девушка.

Юноша усмехнулся, но решил не отвлекаться на объяснения девушке тонкости мировоззрения эльфов. Вместо него ответил вампир:

– Для эльфов это не достойно. Вот если бы это были гоблины, то они бы передрались между собой за первенство, кто первый донесёт. А так, в эльфах можно было быть уверенными. Убить могут, донести за деньги – никогда.

Девушка уставилась на Векторина огромными влюбленными глазами, обдумывая услышанное, а Гектор тем временем продолжал:

– На Совете решили дать тёмному магу шанс. Но никаких авансов ему не предоставлять. Как только Магфрой не уговаривал поверить ему, чем только не клялся. Но эльфы были непреклонны! «Утром – деньги, вечером – стулья!» И никак иначе. Магфрою не оставалось иного выхода, как согласиться. Он заявил, что ему для выполнения своего обещания нужна неделя. В то место где растут эти редкие деревья попасть порталом невозможно. Он требовал гарантий. Но эльфы начинали только злиться и Магфрой, понурив голову, покинул Зал Совета, чтобы выполнить свою часть сделки. Уповая на честность представителей древнего рода. Но и эльфы были не промах. Их неимоверно заинтересовало то место, где могут находиться саженцы Дуба. Однако показывать свой интерес и тем самым выдать себя, они не хотели. Длинноухие заявили, что они очень сильно озабочены здоровьем тёмного мага, и в помощь ему в дорогу выделяют одного из самых могущественных эльфов. Он всегда сможет прийти на помощь смертному! Сколько было пафоса в их словах! А суть была очень и очень проста. Найти место, где спрятаны саженцы, уничтожить Магфроя, чтобы он не смог привести кого-нибудь ещё в это священное место.

Мне повезло, этим эльфом был мой наставник. Я с лёгкостью напросился к нему в спутник. При другом раскладе, он бы меня сто процентов не взял. Но участь Магфроя уже была предрешена, а эльфы очень любят всю грязную работу перекладывать на чужие плечи.

Мы тронулись в путь. Поначалу казалось, что мы просто улаживаем дела тёмного мага. Мы заезжали в какие-то города, он общался с незнакомыми нам людьми, решал свои вопросы. Мой наставник держался невозмутимо. Я подражал ему, изображая глупого ученика на побегушках.

Магфрой меня вообще не замечал. С каждым днём он становился всё злее и раздражительнее. Завидя его, люди разбегались, низко кланяясь. Он однажды избил конюха на постоялом дворе за то, что он медленно открывал ворота. На подавальщицу натравил мошку за разлитое в дальнем углу пиво. Пытался поднять целое кладбище на город, в котором была большая лужа, и ему пришлось её объезжать. Мой наставник его вовремя остановил, заявив, что это отнимает у нас время, а оно бесценно. Ещё не хватало связаться с законом, тогда вообще путешествие затянется. А эльфу бы этого очень не хотелось. Тогда Магфрой успокоился и старался держать себя в руках. Странное дело, эльфы тихим спокойным голосом могут поставить на место любого, даже такого как Магфрой. Дальше мы путешествовали без приключений.

Тёмный маг иногда останавливался и подолгу смотрел в одну точку невидящим взглядом. Мы не мешали ему. Наставник объяснил мне, что это он общается с Тьмой, уговаривая дать ему ещё отсрочки.

Гектор говорил и говорил. Иногда останавливался, чтобы собраться с мыслями. На удивление он оказался очень хорошим рассказчиком. Перед взором слушателей вставали города и деревни, реки и озёра. Парень так красочно описывал их, что казалось, будто ты сам путешествуешь с тёмным магом, эльфом и его учеником. В тишине обеденного зала приятным ручейком лилась его речь. Собравшиеся старались не шуметь, отпивая чай и закусывая его всевозможными плюшками.

Хорес, не привыкший так долго кого-то слушать, мирно заснул. Его мерное посапывание только добавляла в атмосферу уюта. Словно и не было армии нечисти вдоль границ герцогства, которую разогнали Ксандор с Вайолет, и не Гектор покушался на возлюбленную своего брата. Будто бы добрые друзья собрались за одним столом и слушают о путешествиях своего хорошего знакомого.

Не обошел Гектор своим вниманием и трактиры. Как известно, голодный человек может очень красочно и самозабвенно описать даже простую похлёбку. По описаниям юноша был не просто голодный, а зверски голодный. И когда прислуга на цыпочках, изо всех сил стараясь быть не заметными, внесла целую стопку ароматных блинчиков, юноша подавился и закашлялся. Переведя свой взгляд на целительницу, он прохрипел:

– Милая леди, если вы сейчас же не придумаете что-нибудь, чтобы я смог нормально поесть, то я вам гарантирую ночные кошмары.

– Не волнуйтесь, – отозвалась Настурция. – У меня замечательный крепкий сон, который ничто не может нарушить!

– Ну, так я могу это исправить, – криво улыбаясь, заявил юноша. – Хочу вам напомнить, что когда вы вломились ко мне в замок, я пытался поесть. И вы испортили мою еду!

– Еда для мужчины – это святое! – заявил, набивая рот блинами, только что проснувшийся, дракон.

– А я думала, честь – для мужчин самое святое, – усмехаясь, глядя на Хореса, заявила Вайолет.

– И это тоже, – прочавкал он ей в ответ. – Но еда на первом месте. Голодным как-то о чести и совести начинаешь забывать. А вот если ты сыт, то тогда да, на первое место становится честь, ну и совесть тоже.

– Я поняла, – вздохнула целительница. – Сейчас придумаю что-нибудь.

И девушка, встав из-за стола, удалилась.

– Я после этого «что-нибудь» Богу душу не отдам? – услышала она вопрос в спину. Но благоразумно решила промолчать.

Продолжать повествование на голодный желудок Гектор дальше не собирался. Он облокотился на спинку стула и принялся внимательно рассматривать собравшихся. Парня никак не переставал мучить вопрос, что же теперь предпримет его старший брат. Об отце он даже и думать боялся. Герцогиню он, конечно, тоже побаивался. Она женщина властная и за счастье своей дочери будет бороться, а за его мелкие пакости может и отомстить. Но Ксандор стоял на первом месте. И его друзья, несомненно, поддержат своего друга. У Гектора таких верных и преданных друзей никогда не было, и это был ещё один повод для зависти. Правда эта зависть была скорее белой, чем черной. Друзья брата общались с юным принцем наравне с их другом, но при необходимости, Гектор не обманывал себя пустыми надеждами, встанут на сторону Ксандора.

Остальные тоже не нарушали тишину ненужными словами. Каждый обдумывал рассказ и ждал продолжения.

Настурция вернулась на удивление быстро. Не обращая внимания на всеобщее любопытство, блондинка протянула парню небольшой стакан, наполненный насыщенно зелёной жидкостью.

– На. Выпей. После этого ты сможешь есть всё что угодно, – заявила она. И, после небольшой паузы, добавила. – Если захочешь.

– Что это за отрава? – принюхиваясь, спросил Гектор.

– Настойка полыни на спирту, – ответила целительница. – Убойная вещь!

Женская половина за столом понимающе заулыбалась. Хореса передернуло.