Мир Движения – сон или явь?
- -
- 100%
- +
– Дальнейшая судьба связывает тебя не со мной, а с Муви Волли! – тяжело вздохнула я. – Я желаю вам с ней счастья! Не переставайте любить друг друга, а мне пора!
После этих слов всем стало очень тоскливо.
– Настя, я должен тебе признаться! – с пылом воскликнул Энер и взял мои руки! – Я....
– Не надо! – закрыла я ему рот ладонью. – Я знаю! Но я также знаю, что вы будете с ней счастливы. А мне пора!
– Почему ты думаешь, что тебе уже пора? – подошёл ко мне Фелли и потрепал меня по волосам.
– Потому что мне очень хочется спать, и я слышу голоса своих родных! – язык мой заплетался, а ноги перестали держать меня, и я бы упала, если бы не сильные руки Энера. Он подхватил меня и положил голову на свои колени.
Разноцветные шарики с горошинку, с преобладанием белого цвета, разлетались в воздухе в разные стороны. «Жалко, что я больше не увижу рассвета этого мира! – подумала я».
– Фелли, ты останешься моим братиком на всю жизнь! – проговорила я и почувствовала мягкое прикосновение его руки. – Как не хочется просыпаться! Не хочется!
Горн и Трон что-то тихо сказали своей сестре.
– Возьми, это твоё! – Трея сняла со своей шеи мой медальон. – Кожа джакара будет тебе напоминанием о случившемся!
Терн Волли повесил его мне на шею, осторожно приподняв голову.
– Энер, не молчи, поговори со мной! – повторяла, словно в горячке, я.
– Любимая, мы увидимся с тобой, я тебе обещаю!
Его губы коснулись моих губ, и стало вокруг темно и тихо.
– Энер, не бросай меня! Энер! Энер! – продолжала кричать я.
– Мы встретимся! – прорвался сквозь тишину его голос.
Я почувствовала чьё-то прикосновение.
– Энер, это ты? – спросила я и открыла глаза.
Энера не было, но я испытала ни с чем не сравнимое чувство радости и счастья, когда увидела рядом со своей кроватью родных. Мама и бабушка обнимали и целовали меня.
– Как ты себя чувствуешь, доченька? – суетилась мать.
– Мама, хорошо! – улыбалась и плакала я.
– Нужно позвать врача! – всплеснула руками бабушка и побежала к телефонной трубке.
– Бабуль, не надо! Со мной всё в порядке. Я больше не буду так долго спать, обещаю вам! И сколько я проспала, кстати?
– Три месяца!
– А вы знаете, – задумчиво произнесла я, – а я каким-то образом несколько раз видела вас, видела, как вы стояли около моей кровати. Поверьте, я знала, что вернусь!
Моя комната не казалась мне больше серой. Две женщины, которых я любила, и которые любили меня больше своей жизни, были рядом со мной.
Глава 19. Конец, требующий продолжения.
Особенно часто ко мне приходили научные исследователи в течение двух месяцев после того, как я очнулась. Весь город знал о девушке, которая находилась в летаргическом сне в течение трёх месяцев. Конечно же, многие исследователи этого явления заинтересовались мною. Ко мне приезжали даже специально из других городов. Проводили разные опыты, от которых я очень устала за последнее время. Но я прекрасно знала, что меня скоро оставят в покое.
Я бы, наверное, так и не поняла: Мир Движения – сон или явь, но когда я впервые после трёх месяцев проснулась, на своей шее я обнаружила медальон, который успела отдать мне Трея, и который надел мне Терн Волли.
Я обо всём рассказала и бабушке, и маме, но попросила их никому не рассказывать. Я так до сих пор и не поняла, поверили ли они мне или нет. Так, больше никто ни о чём и не узнал. Я посчитала, что мой мир – Мир Скуки не готов к такому открытию. А также, я понимала, что бесконечные опыты надо мной не доведут меня до добра!
Настя Талина стала известной особой, но вскоре о «спящей девочке» – как писали в газетах, забыли, как люди забывают обо всём и обо всех. Вот только я не забывала свой Мир Движения. Мир Скуки перестал быть для меня таким тягостным. Я больше не видела всё в сером свете, больше не видела прозрачных стен перед лицами людей. Понять мне их, увидеть их стало сложнее, но зато стало легче с ними общаться!
И, всё равно, я была не такая, как все. Со мной продолжали происходить странные для моего мира вещи. По праздникам, а иногда в обыкновенные дни, я обнаруживала у себя в комнате, как только просыпалась, то на тумбочке, то на столе, то на стуле, то ещё где-нибудь – ниоткуда появившиеся вещи. Вернее я знала, откуда они появлялись: это Мир Движения напоминал о себе, вернее его люди, которые никак не уходили из моего сердца. Как жаль, что они мне больше не снились!
То мне присылали (каким образом, я не знала) серебристые колокольчики, которые я так обожала, то синие стёклышки, которыми украшались дома Страны Далёких Равнин (видимо, подарок Пресцилы Алавье), то рисунки пейзажей и зданий. А несколько раз мне прислали портреты. На одном из них были в обнимку Трея и Фелли, на другом – Энер Брист и я или Муви Волли – для меня это уже ничего не значило. А на третьем портрете, который я нашла первого января под ёлкой среди других подарков, были изображены все, кого я оставила в Мире Движения и кого я так любила: и Трея, и Фелли, и Энер, и Терн, и братья Горн и Трон, и Пресцила Алавье, и Давид. На рисунке не было только меня, но зато на руках Треи, которую обнимал мой брат, лежал ребёнок. Ему было около двух месяцев. Я не могла сдержать слёз, когда увидела это милоё создание – своего племянника, пусть даже и на бумаге.
«Здесь нет меня! – думала я, разглядывая в очередной раз подарок. – Но зато есть моё сердце, правда и подаренное Трее».
И, правда, Давид был в самом центре рисунка.
Энер Брист стоял один, немного в стороне от других. Он еле заметно улыбался мне с письменного стола. А я улыбалась ему, когда брала портрет в руки.
Правда, был ещё один человек, которому я рассказала больше половины своей истории: это был Артём. Он искренне радовался моему пробуждению и тут же прибежал ко мне домой, когда узнал о нём.
Он стал для меня Терном Волли – хорошим другом. А сердце продолжало принадлежать только одному человеку – Энеру.
Артём посоветовал мне написать рассказ о моём «сне». Я так и сделала, потому что знала, что основная масса людей Мира Скуки всё равно не поверит мне.
Прошёл год. Я заканчивала институт. Всё это время я постоянно чего-то ждала, на что-то надеялась. Но потом перестала, и зажила сегодняшним днём.
И вот, сегодня – самый обыкновенный день. И я иду грызть гранит науки.
Поймав шестьдесят седьмой маршрут, я позвонила своей подруге. Мы с ней должны были вместе пойти в наше учебное заведение. Должны были, но не пошли!
Маршрутка сломалась. И так как оставалось мало времени до занятий, я не стала ждать тот же маршрут и села на другой, остановка которого, где я вскоре вышла, находилась немного в другом месте.
Я уже опаздывала на пару и поэтому бежала со всех ног. Поднимаясь по лестнице, я уронила сумку из рук. Та с грохотом упала со ступенек на тротуар.
«Ну вот, всё – не так, как у людей! – огорчилась я».
Когда я снова поднималась по лестнице, ведущей к улице, где и находился мой институт, меня окрикнул чей-то знакомый мужской голос. Он заставил меня вздрогнуть.
На меня снизу смотрел Энер Брист и протягивал деньги, которые выпали из моей сумки.
– Спасибо! – своим дрожащим голосом я не смогла скрыть волнение.
Внутри меня всё трепетало, я готова была броситься к нему в объятия, но почему-то сдерживала себя.
– Энер, это ты? – спросила я, уже неуверенная в том, что передо мной был действительно он.
– Нет, вы меня с кем-то, девушка, путаете! Я – Андрей. А вас как зовут? – улыбался во весь рот он.
– А меня – Настя! – протянула я руку.
– Приятно познакомиться! – легонько пожал он мне её. – А вы никуда не спешите? Просто я недавно приехал из другого города и никак не могу найти улицу Ершова. Не могли бы вы мне помочь?
Мы шли по улицам моего города. Под ногами шуршали разноцветные опавшие листья. Светило ещё тёплое солнце, но сильные порывы прохладного ветра напоминали нам, что на дворе была уже осень. Мои волосы спутывались и лезли мне в глаза.
– Приехал ты сюда погостить или надолго? – спросила я Андрея.
– Надолго! Я сюда учиться приехал.
– А что так вдруг? – удивилась я,
жадно поглощая его глазами.
– Не из-за учёбы, если честно! – его карие глаза приняли серьёзный вид. – Сны замучили! Кто только меня в них сюда не отправлял!
– Андрей (я всё никак не могла привыкнуть к этому новому имени), а ты веришь, что можно жить во сне, по-настоящему жить? – сделала я ударение на последних словах.
– А почему бы и нет?! Что у нас только в мире не происходит! – как-то особенно по-доброму посмотрел он на меня.
Его светлые волосы трепал ветер. И мне казалось, что юноша был не в пальто, а в доспехах, что мы идём с ним не по городским улочкам, а прогуливаемся по берегу реки, как тогда в Андроле с любимым! С Энером Бристом!