Приключение придурков в Алдунии
- -
- 100%
- +
– Всем! Можете помочь и нам, и себе! Вы сейчас находитесь в довольно безопасном месте – Бе́рмуде, я, кстати, коренной его житель – бермуд, но вам предстоит отправиться в совсем иное место – Алду́нию, которая буквально кишит непрошенными гостями. Это эпицентр угрозы, причём самое ужасное – это то, что многие наши коренные жители подчинились им добровольно, а некоторые даже встали во главе этой гигантской «машине зла»!
– Но как? – изумилась я. – Мы даже оружия в руки не брали!
– Оружие? – удивился в свою очередь бе́рмуд. – Я не знаю, что ты имеешь в виду, но оружие вам не понадобится. Я так понимаю по твоему страху перед оружием, что это очень страшная вещь, а победить зло можно только добром и любовью, именно они ваши будущие союзники! Злом зло не уничтожить, им можно только его увеличить в размерах или на время, лишь на время, приостановить! Ты понимаешь, о чём я?
– Ну, в общем-то, да! – протянула неуверенно я.
– Тогда закрой глаза! – вдруг потребовал бермуд.
– Зачем? – вообще, мне стал очень смешон весь этот разговор с
очень странным во всех отношениях собеседником.
– Просто закрой и узнаешь!
И я закрыла и стала вслушиваться в тихий, но отчётливый голос бермуда: «Отбрось все свои дурные мысли и помыслы, а их у тебя не мало, злобу, освободись от ненависти, наполни свою душу любовью! Да! Вот так! Как огромный пустой бокал! Представь, как клетка за клеткой твоего тела покрывается ею, как налётом…»
Я так и сделала, и мне это не доставило большого труда, ведь, что такое налёт и наполнить бокал, я прекрасно знала! Через несколько секунд я испытала такое чувство, какое никто никогда не испытывал на земле! Я даже не могу описать то блаженство, которое я ощутила! Мне было легко, чисто и приятно на душе. В этот момент мне захотелось вспорхнуть как птица и парить в воздухе над облаками. Когда я, наконец, открыла глаза, я решила, что я их не открывала. Я увидела… Вернее, не увидела под моими ногами опоры. Я парила в воздухе, как это может делать птица, мысль, чувства. Мне было легко и воздушно! Не успела я опомниться, как почувствовала, что что-то потащило меня обратно вниз на землю. Не прошло, наверное, и пяти секунд, как я опять очутилась в зеркальной комнате рядом со своим прежним собеседником (а мне так хотелось остаться в облаках!).
– Тебя всё-таки друзья ждут, – сказал укоризненно бермуд, – не можешь же ты их оставить в межмировом туннеле, а сама летать себе преспокойненько!
Я промолчала.
– Теперь ты понимаешь, что может делать любовь?
– Да! – прошептала я, находясь всё ещё в эйфории.
– Сейчас ты опять вернёшься к друзьям, – продолжал бермуд, – А затем вам надо будет перейти лес на этой стороне озера. Затем увидите две тропинки – белую и чёрную, белую не трогайте, а по чёрной будете идти до самого её конца. Увидите Чёрную дыру… – не успел докончить он.
– Что, что, простите? – перебила я его.
– Дыру Чёрную, ну вы сразу же поймёте, что это она! Не перебивай! Так вот, передохнёте немного около неё, наберётесь сил, а там и я вскоре появлюсь, подождите меня, надо мне кое-что вам отдать! Ну и потом, в конце концов, попадёте через эту Чёрную дыру в Алдунию. И помните: ЛЮБОВЬ – это основа жизни. Запомните!
С этими словами всё передо мной исчезло. Помню, я кричала бермуду, что я не смогу запомнить всё то, что он мне успел
рассказать, что лучше бы он записал всё это на бумажке. Но почему-то он не захотел со мной разговаривать на эту тему. Я только услышала его «Мм… да…!». И немного спустя я вновь оказалась среди друзей.
Глава 5 или Кристина «доигралась».
Когда я очнулась (до этого я была в очередной потере сознания), то увидела склонившееся лицо Жени и его открывающийся рот. Я не сразу пришла в себя и поэтому не сразу сообразила, в чём дело. А когда поняла, мои глаза стали походить от удивления на два куриных яйца, и я молча уставилась на Женьку, он тоже понял, что я поняла, и тоже таким же образом уставился на меня. Не долго думая, если, вообще, не думая, я «легонько» оттолкнула его от себя, нечаянно заехав кулаком в левый глаз, не рассчитав сил. Женька, как мячик, отлетел в сторону и грохнулся, как мешок с чем-то, на землю.
Со стоном потерев ушибленные два места (глаз и то, на что он упал), он разъярённо набросился на меня:
– Ты что, совсем, что ли сдурела? Или ты меня с чем-то или с кем-то спутала, чтобы так отшвыривать?
– А я тебе не подушка, чтобы на ней девочек целовать тренироваться! – возмутилась я.
– Я же тебя в чувства приводил, искусственное дыхание делал, балда!
– Я – балда? – только это и смогла я спросить после таких слов друга.
Я замолчала и приготовилась слушать объяснения своих друзей.
Первой стала объяснять сложившуюся ситуацию Кристина:
– Марин, действительно, Женёк не врёт. Мы испугались, не поняли, что с тобой случилось, и поэтому решили сделать тебе искусственное дыхание, а так как Женя старший из нас, то…
– И тем более он в школе оказание первой помощи проходил, – перебил Кристину Олег, – и, судя по всему, успешно!
– А почему тогда он Кристине искусственное дыхание не делал? – всё ещё недоумевала я.
– А он, наверное, Олега постеснялся! – нашлась за всех Ирина.
После этого все дружно расхохотались, слишком смешна и
одновременно напряжённа была эта ситуация.
Но не долго длилось моё веселье. Оно прекратилось, когда меня сквозь слёзы, то ли от смеха, то ли от инородного тела в глазу, спросила Наташа:
– Марин, а Марин, а почему ты нам не говорила, что ты – лунатик? Ты хоть сама помнишь, как ты по озеру плыла или шла, ну тебе должно быть виднее?!
– Что за глупости, никогда я не была лунатиком и не собираюсь им быть! – обиделась я. – Знаете, по-моему, у вас что-то не в порядке, я за вас волноваться начинаю!
Пришлось всё моим друзьям мне рассказывать и о том, как я не с того, не с сего пошла по озеру, не касаясь ступнями ног воды, скрывшись затем в двери, и о том, как через некоторое время вышла, как ни в чём не бывало, и пошла по воде к берегу. Всё это я проделывала с закрытыми глазами. Но самое удивительное было для них то, что когда я подошла к удивлённым друзьям, я сразу легла на землю, не реагируя при этом на их попытки растормошить меня!
– Прямо, как Вий! – воодушевилась я.
Затем пришла моя очередь всё рассказывать. Мой рассказ впечатлил всех. Первым пришёл в себя Алёша:
– Что-то я проголодался! Интересно здесь можно чем-нибудь подкрепиться? Не есть же жуков? – показал он на большого рогатого жука, сидящего на маленьком цветочке.
Из-за того, что насекомое и высота растения были со средний указательный палец, а диаметр цветка – с мизинец, нами наблюдаемый объект, пытаясь залезть на растение, всё время падал, да и если бы ему и удалось залезть, всё равно бы не удержался и свалился вниз на землю. Причём так поступали все насекомые, пытающиеся заполучить нектар с малюсеньких по сравнению с ними цветочков.
– Ну и не ешь, тебе никто и не предлагает! – сказала Ира и поддела пальцем скользкого и жирного червяка с двумя хвостами. – По-моему, этот будет и пожирнее и повкуснее. Мяса то больше, Лёш!
– Есть себе подобных? – захохотал Евгешка.
– Я не любитель насекомых! – искренне возразил Лёшка. – Никто не заставит меня съесть насекомое, даже под угрозой голодного обморока!
– Несколько часов назад ел, уже у него угроза голодного обморока! – проворчала недовольно его сестрица Наташа.
Как всегда с проблемами, но, всё-таки, с результатами, нам
удалось сдвинуться с места. Неподалёку был лес, в котором мы
обнаружили много земляники и дикой малины. Ими мы и утолили свой, успевший пробудиться за наше непродолжительное путешествие, голод. Дойдя до чёрной тропинки, о которой упомянул бермуд, мы заметили, что Кристина заметно побледнела и плохо держалась на ногах. По какой-то причине ей стало дурно. Мы остановились, решили подождать, надеясь, что ей станет лучше. Но, отнюдь, Кристине становилось с каждой минутой всё хуже и хуже, а надо было двигаться дальше. Всё равно, помочь своей подруге мы ничем не могли, оставалось надеяться только на бермуда.
– Мальчики, придётся вам донести Кристину до назначенного нам бермудом места! – обратилась я к нашему сильному полу.
«Сильный» пол, мягко говоря, не обрадовался моим словам. Но тут пришла на помощь Лиля:
– Вы же такие у нас сильные, вон какие мышцы! С вами не страшно! С вами, мальчики, как за каменной стеной!
Польщённые ребята, полные гордости, взвалили на себя, явно не очень лёгкую, Кристину (в этом возрасте девочки начинают усиленно расти, а мальчики иногда, как будто, совсем забывают, что такое значит это «расти»!).
– У меня скоро пупок развяжется! – пропыхтел Женя.
– Потерпите, ребят, ещё немного осталось! – подбадривала мальчиков Ира.
– А немного – это сколько? – спросил Олег, чем и поплатился за своё любопытство.
– Наверное, столько, сколько вы её пронесли, – предположила Наташа, – не больше!
– Что? – испугался «сильный» пол и поставил кое-как свою ношу на землю.
После этого и нам пришлось помогать ребятам тащить нашу тяжёлую подругу. Постепенно начинало темнеть, появлялись первые самые яркие звёзды. Становилось прохладно и вместе с тем свежо. Через некоторое время я почувствовала тягу, причём в буквальном смысле. Меня что-то потихоньку тянуло к себе вперёд, но так, что не почувствовать это было невозможно. Тоже самое происходило со всеми остальными. Мы остановились, когда увидели впереди что-то чёрное и страшное. Наверное, это и была наша цель – Чёрная дыра! Боясь подойти поближе, ведь эта дыра могла втянуть нас в себя, мы сели и стали ждать нашего друга бермуда.
– Но зачем? – воскликнула я, когда немного спустя появился он с чёрными перчатками в руках – их было восемь пар, как раз для нас всех (вот, оказывается, что он обещал нам отдать!). – Нам, вроде бы, не холодно!
Бермуд вздохнул и сдержанно ответил:
– Они нужны вам для того, чтобы легче сконцентрировать свои мысли, чувства и эмоции.
– По-моему, у него не всё в порядке с головой! – прошептал Олег Наташе на ухо, думая, что его никто не услышит.
– Ты разве не помнишь, о чём я тебе говорил? – обратился ко мне бермуд, не обращая внимания на шёпот моих друзей.
– Конечно, помнит! – ответила за меня Лиля. – Но давайте лучше поговорим о другом. У нас проблема! Кристине плохо, и мы не знаем, что с ней.
Бермуд подошёл к Кристинке, внимательно посмотрел на неё и тут же сказал:
– Так, так! Сколько не отлавливай гризов, а они, всё равно, успевают кому-нибудь вред нанести!
Из последующих слов бермуда оказалось, что наше озёрное чудище внесло в нашу подругу заразу в виде своих детёнышей:
– Этим гризам просто необходимо сначала быть в чьём-то организме, как и любому паразиту. Там они вырастают, а потом, достигнув определённых размеров, могут самостоятельно существовать.
– Выходит, она беременна, и… – не договорил Женёк.
– Молчи! – зашикали мы все на него, боясь, что его может услышать бедная Кристина.
– Вот почему оно не убило её тогда в озере! – догадалась Наташа.
– Что же теперь будет? – испуганно воскликнула я.
– Это временно, но ей придётся остаться у нас в Бермуде. Но вы не волнуйтесь! Когда вы обратно вернётесь сюда из Алдунии, живы и невредимы (а я в этом уверен!), она присоединится к вам, и вы уже все вместе вернётесь домой! – успокоил нас бермуд. – Мы сможем ей помочь!
– Надеюсь, так и будет! – вздохнул Олег, которому было очень тяжело расставаться с Кристиной.
– Да, Кристин, – посмотрел Лёша участливо на бледную, находящуюся вот уже как час в обмороке, бедняжку. – Вот тебе и аттракцион сквозь толщу воды!
Часть вторая
Путешествие в разгаре
Глава 6 или «голова, но только наоборот».
После того, как мы буквально «нырнули» в Чёрную дыру, я, наконец-то, поняла, что же имел в виду бермуд, когда произнёс слово «очистка». Поверьте, это не приятно! Тебя (в понятие «тебя» входят чувства, эмоции, мысли, память, не только то, что можно увидеть и пощупать, как, например, физическое тело) можно сказать, разглядывают, «выворачивают на изнанку», а ты при этом не можешь сопротивляться. Жуткое ощущение, вспоминать даже не хочется! Итак, очнувшись после вот такой «очистки» мозгов, я решила, что мне их (мозги) слишком «перечистили». На такие мысли меня натолкнули два факта: первый – голова гудела как паровоз, второй заключался в том, что, когда я открыла глаза, то обнаружила, что нахожусь в узеньком и светлом помещении, причём овальном, без острых углов между стенами, потолком и полом и, к тому же, без окон и дверей. Я сильно запаниковала, начала кричать и стучать о стенки моей «тюрьмы»: «Помогите, кто-нибудь! Выпустите меня! Не имеете права!» – и всё в таком духе. От бессилия я изо всех сил стукнула кулаком о стенку и села на пол. Раздался треск. В том месте, где я барабанила руками, появилась трещина, которая, быстро распространяясь по соседним стенам, охватило всё помещение. Через мгновение «тюрьма» рухнула, рассыпалась на мелкие кусочки. Я оказалась на воле.
«Словно скорлупа!» – подумала я о бывших стенках.
Но я оказалась не права, когда подумала, что нахожусь на воле. Нельзя же назвать волей то, что предстало перед моими глазами! Да, я была уже не в том закрытом помещении, от которого любой здоровый человек мог запросто заполучить себе клаустрофобию, о которой ранее даже понятия не имел! Я была на природе, а именно – на самой вершине большущей горы, и спуститься с неё было возможно только профессиональным скалолазам, имея специальное оборудование. Конечно же, спуститься теоретически можно было, но только кубарем, переломав себе всё, что возможно переломать. Находясь на такой высоте, я сразу поняла, что что-то не так. На вершине горы должно было быть холодно и снежно. Вместо этого,
было очень даже сносно, только немного ветрено. Я стала оглядываться, изучая место, где я находилась. Недалеко от моей
бывшей «скорлупы» я увидела одно гигантское яйцо. Я подошла поближе. Что-то мне это яйцо напоминало, но вот, что, понять я никак не могла. Я решила постучать по нему, мне показалось, что что-то шевельнулось в нём. Я ещё посильнее постучалась. Вдруг послышался треск, который был ну очень похож на треск моего бывшего овального помещения, где я ранее находилась – яйцо треснуло, а затем с грохотом раскололось. Из-под скорлупы вылез на четвереньках заспанный Женёк.
«Треск, овальное помещение без окон и дверей и, наконец, скорлупа!» – пронеслось у меня в голове. – «Всё ясно, я была в таком же яйце, как и Женёк!»
– Ты что тут делаешь, да ещё сонный? – был первый мой вопрос.
– Я не сонный, я притаился, а то, мало ли, что!
Мне показался этот ответ удовлетворительным, поэтому решила, не обращая внимания на Женьку внимания, продолжить дальше осмотр местности.
Видя моё тревожное лицо, окончательно проснувшийся Женёк полюбопытствовал, в чём дело. Я молча показала ему рукой на плывущее взади него небольшое облачко. Он повернулся на сто восемьдесят градусов и встал как вкопанный. Как вспоминал позже сам Евгений, ему сделалось очень плохо, неожиданно плохо. Этот момент он запомнил на всю жизнь. Во-первых, он увидел очень далёкую внизу землю и маленькие точечки, которые, наверное, были домиками. Этот открывшийся вид на него очень подействовал, так как он всегда боялся высоты. Во-вторых, в то время, когда Женька смотрел вниз на землю, из рядом проплывавшего облака высунулась голова зверька с очень странными глазками, которые всё не могли сфокусироваться на чём-то, вернее, остановиться на чём-то. Они всё время бегали и бегали, от лобной доли до шеи и обратно, при этом зрачки глаза неустанно вращались по всей его «орбите». С диким писком этот зверёк открыл рот и вцепился в нос и без того ошеломлённого моего друга. Последний упал с криком на землю, схватившись за зверька, пытаясь отцепить его от своего носа.
– Марина, помоги! Ну, сделай же что-нибудь! – попросил, немного в нос (и понятно почему!) Женёк.
– Что? Я не знаю, как! – растерялась я.
– Ударь ЭТО чем-нибудь, быстрее, ой-ой-ой! – всё также прогнусавил мой приятель.
Дрожащей рукой я замахнулась и стукнула его (не Женю, конечно, на этот раз я ничего не перепутала) по голове. У зверька закатились от боли глаза, и они со своим хозяином упали на землю, немного не вместе. А затем уползли, хромая (глаза, как ни странно, тоже могли хромать), в сторону.
– Носик, мой милый носик, ты как? Жив? – спросил Женя, не дожидаясь ответа.
– С ним всё в порядке, разве что чуть длиннее стал – сказала успокаивающе я.
– Ничего, скоро уменьшится! Ну и местечко! – начинал приходить в себя Женя. – Как специально! Ты же знаешь, я панически боюсь высоты. Помнишь, как-то раз Олег решил надо мной пошутить, тогда ещё…
– Послушай, – перебила я кошмарные для него воспоминания, – ты ничего такого не слышишь?
– И ты тоже слыхала? Похоже на урчание в животе, причём большом животе! Может, Лёша где-то по близости? – предположил Женька и начал искать глазами своего друга.
– Или же просто время обедне. Как же отсюда выбраться? – занервничала я. – И остальных, как назло, нет. С ними бы я точно что-нибудь придумала, или, по крайней мере, было бы веселее здесь торчать.
– Хочешь сказать, что я не умный и со мной не весело? – обиделся Евгений.
– Насчёт последнего – не знаю!
– Всё ты знаешь! – от негодования плюхнулся Женёк на землю.
Не прошло и секунды, как послышалось снизу какие-то странные звуки, похожие на бурления и шипения, после чего рядом с тем местом, где сидел обиженный Женя, разверзлась земля, образовалась небольшая дырка, откуда с оглушительным хлопком вылетела тёплая струя воздуха. Женьке повезло – он всё ещё тёр ушибленный нос, поэтому ничего не почувствовал, в отличие от меня. Омерзительно неприятный запах, напоминавший запах тухлых яиц, вызывал у меня тошноту. Подобное «воздухопускание» повторилось ещё раз.
– Что происходит? – закричал испуганный Женёк.
– А ты разве не понял? Это голова, только наоборот!
– Ты о чём? – совсем смутился мой собеседник.
– Мы наверху огромного заднего полушария мозга (слова Петросяна мне показались в данной ситуации самыми убедительными). И у него сейчас газы! Ты что совсем не
чувствуешь? – возмутилась я.
– Ты что меня за дурака принимаешь? Думаешь, я не знаю, что у горы не бывает этого полушария?! «Голова, но только наоборот» – ну ты и сказала! Хотя бы – мягкое место, вот тогда бы я сразу понял! – последний мой вопрос он проигнорировал, похоже, из-за укуса того зверька он утратил обоняние.
– Значит, у этой бывает! – не обратила внимания уже я на его поддразнивания.
– А может это продолжение той Чёрной дыры, из которой мы сюда попали? – всё ещё не мирился с моими словами Женя.
– Чёрная дыра это, или ещё что-нибудь – мне всё равно. Главное, не задохнуться бы здесь!
Внезапно «гора» зашевелилась, отчего мы чуть не скатились кубарем вниз. Потом я почувствовала внезапный порыв ветра, огромная воронка воздуха подхватила меня вместе с камнями и теми странными существами из облаков. Каким-то образом мне удалось схватиться за выступ внутри дырки. Женьке вообще повезло – он был ещё снаружи и всё время что-то мне кричал. Я прислушалась и расслышала только слово «любовь». Сначала я подумала, что он сошёл с ума. Конечно, в такой ситуации, тем более он и раньше не отличался большим рассудком! Но потом я поняла, в чём дело. Ну, конечно же, Женёк говорил про любовь, о которой нам неустанно повторял бермуд! Я вспомнила о перчатках, которые были всё ещё на мне. Я вспомнила слова бермуда, и решила сосредоточиться и подумать о любви. Но ничего не выходило. От мысли, что если я провалюсь в дырку, то попаду, возможно, в кишечник этой горы, мне становилось дурно. И вот, мои пальцы уже почти разжались, как вдруг я увидела протянутую руку друга.
– Держись! – крикнул он мне.
И я схватила его руку именно в тот момент, когда мои пальцы левой руки полностью разжались и когда из дыры вырвалась очередная струя воздуха. Под напором нас подняло в воздух к облакам, а затем, больно упав на «землю», не удержавшись, мы кубарем скатились вниз (как бы лучше выразиться?) «с мягкого места» горы (что бы ни говорил Женёк, а я уверена, что это не было Чёрной дырой!).
Глава 7 или тем временем в пустыне.
Теперь дорогие читатели, оставим меня и моего друга в покое
свободного падения и перенесёмся в знойную горячую пустыню. Как раз там после «очистки» и оказались Наталья и её брат Алексей. Бедные, увидев вокруг себя один только песок, так обрадовались, что просто жуть взяла. Но делать-то нечего! И вот уже почти два часа они плелись по бескрайней пустыне в надежде найти хоть кого-нибудь или что-нибудь, лишь бы это не было песком, который мучил глаза и слизистую, и от которого так хотелось пить! Ещё, к тому же, в песке вязли ноги, то и дело спотыкались так, что быстро идти никак не получалось.
– Наташ, я больше так не могу! Я пить, пить хочу, скоро весь иссохнусь!
– Хорошо было бы, меньше бы места занимал! Где я тебе достану воду? Я сама пить хочу, но не ною же, как ты!
– Эх, я бы с удовольствием чуток вместо нашей Кристины беременным побыл! Небось, она отдыхает, ей и пища и вода! Вода!
– Эгоист! Только о себе и думаешь!
– В наше время, если не будешь эгоистом, не выживешь!
Наталья хотела что-то сказать своему братцу, но не смогла – то ли у неё сил из-за жары не хватило, то ли её испугали раздавшиеся повсюду странные писклявые звуки. Не успели они сделать и шага, как оказались в сетке, появившейся неожиданно из песка. Вокруг неё со всех сторон столпились волосатые существа, напоминающие чем-то домашние тапочки с глазами. Они тоже, как и сетка, прятались в песке.
– Видал я, конечно, домашние тапочки, но с глазами? – подумал Лёша.
Тапочки же подумали:
– Видали мы обезьян, но вот в одежде?
Вслух же объявили:
– Теперь вы – наши пленники! Возражений нет? Нет? Ну, хорошо, устраивайтесь поудобнее! – при этом совершенно не обращали внимания на уместные в разговоре возражения сестры и брата.
– Зачем же они спрашивают, если им не нужны наши ответы? – удивились мои друзья.
За недолгое время существа дотащили сетку вместе с Наташей и Лёшей до их главной базы. Там пленники познакомились с множеством других существ. Среди них были гигантские полосатые крылатые улитки, которых называли не иначе, чем крылу́лями, были дройды в виде утюгов, которые постоянно кого-нибудь «утюжили» (гладили), были живые «лужи» (не знаю только, «лужи» чего?). А
других созданий у меня просто нет слов, чтобы описать – насколько
они были необычными и неописуемыми. Глава этого общества была У́шка Я́на, которая чем-то походила на лягушку, а чем-то на обезьяну. Не успели друзья как следует рассмотреть окружающих, как та самая Ушка Яна объявила о начале какой-то рассортировки. Конечно же, ни Наташа, ни Алёша не представляли себе, о чём идёт речь, но наблюдать эту «рассортировку» им пришлось. Хоть мне это не очень хочется, но придётся её описать: часть существ вследствие «рассортировки» «гладили» до дыр, а иногда до полного исчезновения (зрелище не из приятных), некоторых отдавали на переплавку тем же «гладильщикам-утюгам», некоторых отправляли в другие базы.
– Интересно, нас куда отправят? Может быть на переплавку? – предположил Алексей.
– Тебе бы это не помешало! – вздохнула безнадёжно его сестра.
И вот дело дошло до наших друзей. Ушка Яна очень долго разглядывала, ощупывала их с недоумением на лягушечьем лице. Наконец, решив, что они представляют собой «очень диковинных существ-чудищ», она приказала отправить несчастных к бра́те Гун-Гу́ну.
– Кто такой бра́та Гун-Гун? И как он выглядит? – спросили «существа-чудища», но, конечно, никто им не стал ничего объяснять.
Когда ребята остались одни в окружении слуг Ушки Яны, Наташа решила опять попытаться завести с ними разговор:
– Извините, пожалуйста, не могли бы вы, быть так любезны, дать нам попить! Мы просто умираем от жажды!
– Надо же, обезьяны ещё и разговаривать умеют! – изумился один из «утюгов». – Можно я их поглажу, уж больно мне они нравятся!
– Никакие мы не обезьяны, хотя они и наши родственники! И не надо нас гладить! – обиделась Наташа.
– Тупые обезьяны не хотят, чтобы их гладили, – обратилась к «утюгу» «тапочка», – лучше принеси им воды!
– И не надо! – обиделся в свою очередь «утюг». – Поглажу кого-нибудь другого!
С этими словами он «погладил» по головке, и без того маленькой, крылули, после чего остались одни глаза с туловищем. Слава богу, что они (глаза) были низко посажены! «Улитка» совершенно не обратила на случившееся внимания и ушла куда-то по своим делам.
Теперь же ребят ожидала утомительная дорога к бра́те Гун-