Дневник. Одна на двоих

Он сел на кровать, опустив голову и, обхватив её двумя руками, тяжело вздохнул. После, в очередной раз посмотрел на меня.

Так удивительно и странно, смотреть на живого человека, абсолютно не отличающегося от привычного для меня, после больше чем полу года одиночного плавания по вселенной. Когда всю свою жизнь тебя окружают люди, социум является неотъемлемой часть твоего существования, ты не задумываешься о том, настолько это необходимая часть и как сильно ты можешь в ней нуждаться. Как редко мы ценим, всё что имеем, начиная даже от таких пустяков, как люди, окружающие нас. И как часто мы их ненавидим, призираем, не уважаем, не имея даже малейшего понятия, какого быть по настоящему одиноким человеком.

Сэм: Не знаю, с какой ты планеты и галактики, но, думаю, у вас всё намного спокойнее и человечнее, нежели у нас, судя по твоим способностям и технологиям.

– Поверь, на моей планете всё в таком же стиле, даже хуже. Так как у нас не один король, а несколько десятков, и каждый из них пытается перетянуть одеяло на себя. «Каламбур» получается отменный, жаль страдают в этой войне омонимов обычные, невинные люди.

Сэм: Им бы чуточку смелости. Большинство, к сожалению, боится перемен. Как бы плохо им не было. Они бояться, что станет ещё хуже, хотя, кажется, что хуже быть уже и не может. И пока все пугливо смотрят друг другу в глаза, обсуждая происходящее только в пределах своего дома, вся жизнь катится с бешеной скоростью в пропасть. Когда король был жив, раса Аману процветала. Зависть и гордость некоторых людей сыграла плохую шутку, но не с ними самими, а со всеми нами. Короля свергли и убили. Мир разделился на обладателей и обладаемых. Раб будет мириться со своей участью, пока он периодически получает похвалу и награду за молчание, пусть даже лживую, облачную и лицемерную, после чего даже плеть, кажется не такая ужасная и болезненная. Когда я увидел тебя, то сразу подумал о том что, может если сама вселенная будет на нашей стороне, то мы сможем вернуть все на круги своя? Сколько методов мы не перепробовали, но победить человеческую лень и трусость, безразличие и амёбность оказалось намного сложнее, чем самих оккупантов.

– Может вселенная и будет на вашей стороне. Кто знает? Если вам это по-настоящему необходимо.

Улыбаясь, я посмотрела ему в глаза. Странная ситуация, ведь он даже не подозревал, что перед ним стоит человек, в котором живёт душа самой вселенной. Не знаю, стоит ли раскрывать ему все тайны, ведь она не только моя. И хотя он вызывает доверие, я решила промолчать.

Внутри моего тела вселенная! Даже сейчас это звучит для меня как-то нереально и довольно пафосно. Не могу воспринимать этот факт слишком серьёзно, и мне вовсе не хочется казаться кем-то особенным из-за этого нюанса. А Адам для меня и вовсе не более чем внутренний голос. Я не представляю его осязаемым. Хотя довольно любопытно узнать, какой он на самом деле.

Адам: Зои, нужно поговорить.

Адам вернул меня из своих мыслей, стоило только его вспомнить. Нужно уйти куда-то, где Сэм меня не увидит.

Под предлогом того, что мне необходимо в библиотеку, изучить кое какие материалы, я оставила его в одной из комнат, предварительно рассказав о расположении остальных, и направилась на 3 этаж. Убедившись, что рядом никого нет, я с лёгкость выдохнула и села на софу.

– На борту помимо меня есть ещё один человек. Адам! Почему меня трясёт, будто я на свидании или важном собеседовании?

Адам: Ты не обязана помогать им. Это не твоя война. Ты уверена, что хочешь пойти на это?

– Я думаю, он не плохой человек. Просто не знает, что ему делать. Он потерялся, зашёл в тупик, да и на планете ситуация, судя по его словам, не самая лучшая.

Адам: Ты видишь его в первый раз и уже думаешь, что ему стоит доверять?

– Зачем мы тогда забирали его и его друзей на корабль? Наверное, чтобы помочь им. Тебе же я доверяю, хотя тебя вообще ни разу не видела. И я почему-то не сомневаюсь, что ты задолго до меня почувствовал, врет ли он или говорит правду. Ты снова беспокоишься обо мне?

Адам затих, а я ощутила чувство неловкости и дискомфорта в горле. Надеюсь, я не обидела его, ведь он и сам не рад, что не имеет своего тела. Я понимаю, что с трудом доверяю Сэму, но когда-то нужно это сделать.

– Прости. Я, наверное, перегнула палку.

Адам: Всё хорошо. Я рад тому, что ты позволяешь мне помогать тебе, позволяешь использовать твоё тело. Я очень давно не встречал такого отчаянного и в то же время отзывчивого человека. И да, я снова переживаю за тебя. Прошу, не удивляйся. Для меня самого эти ощущения довольно необычны.

– Ты всегда рядом со мной. Если мне будет угрожать опасность, ты это почувствуешь первым и скажешь мне. Ты многому научил меня за время нашего с тобой знакомства, и меня уже вряд ли можно назвать беспомощным человеком с юной планеты.

Носить этот костюм дело довольно непривычное, поэтому первым делом хотелось избавиться именно от него, а после принять тёплый, расслабляющий не только тело, но и разум, душ.

Я не стала менять комнату с появлением новых пассажиров на ковчеге и осталась в той маленькой, но очень уютной, привычной для меня комнатушке. В конце концов, я провела здесь последние полгода жизни. Здесь каждый вечер мы мило беседовали с Адамом, пока я пыталась расслабиться и уснуть. Надеюсь, эта традиция сохранится, не смотря на появление соседей.

Убрав костюм в кейс, на всякий случай я задвинула его под кровать. Не думаю, что кто-то будет его искать, тем более одеть его никто кроме меня не сможет. Но подстраховаться не помешает.

После душа я сразу зарылась в тёплую постель, совсем забыв про ужин. На часах было уже 01:13:31. Веки тяжелели. То, что произошло за этот день, настолько сильно разбавило уже рутинные для меня будни, взорвав во мне бомбу эмоций, чувств и ощущений, что от переизбытка гормонов я тут же уснула. И даже удаляющийся гул, от взрывающихся кораблей на орбите Ман, не помешал мне.

Проснувшись утром, я была в прекрасном расположении духа. После утреннего душа я привела себя в порядок, оделась и направилась на завтрак этажом выше. В столовой меня уже ждал поднос с едой и Сэм, перебирающий вилку в руке. Он либо долго меня ждал, либо его что то беспокоит. Теперь я без костюма, а значит, максимально уязвима физически. Надеюсь, я права и Сэму можно доверять.

Сэм: Привет. Ты не против?

Он указал на мой поднос с едой.

Сэм: Я взял на себя смелость и приготовил тебе завтрак. Тут очень много продуктов и кушать готовую еду в таком случае просто преступление. Не знаю, откуда ты, ведь ты так и не сказала, но наша национальная еда довольно вкусная. Тебе может даже понравится.

– Ты сам готовил? Да ты кулинар! Спасибо большое, но не стоило так утруждаться.

Сэм: Мне не сложно. Раньше, когда на Ман закон был не просто словом, а его представитель не наглым самозванцем, мы с мамой часто готовили вместе. А иногда мне приходилось это делать одному, так как основное внимание мамы забирали себе младшие сестры. Если тебе не понравится, можешь не есть.

Взяв вилку, я попробовала кусочек. Блюдо чем-то напоминало наш омлет с молоком, но по цвету более оранжевый, будто морковный. Это было настолько вкусно, что я не успела понять, как быстро умяла целую тарелку. Может быть, на моем аппетите сказалось отсутствие ужина. Лицо Сэма отражало массу удовольствия и удовлетворения от собственного шедевра кулинарии. Он мило улыбался, а я пыталась прожевать то, чем набила целый рот.

– Что смешного? Я просто голодная и вчера не ужинала, так как спасала кое-кого, а это просто очень вкусный завтрак.

Набитым ртом пробормотала я. Что ещё больше рассмешило Сэма, и теперь он не просто улыбался, а смеялся.

Сэм: Да, да. Кто же спорит. Приятного аппетита! Могу положить добавки.

– Да? Да! Спасибо.

Сэм: Хорошо, что я нашёл здесь продукты с нашей планеты и, при этом, очень странно, что они здесь есть. Не хочу показаться настырным, но вчера ты так и не ответила, откуда ты?

Кажется, Сэм тоже не очень мне доверяет. И это не удивительно, хотя бы потому, что он кушает здесь знакомую ему еду. Но он ещё не знает о том, что здесь можно создавать продукты любых видов и рас, а на 4 этаже, в саду, вообще можно скушать фрукты, растущие на деревьях. Может, если я добьюсь его доверия, то и сама смогу доверять ему? А может это будет большая ошибка, но с чего-то все равно стоит начать, вместо того чтобы долго размышлять.

– Планета – Земля. Галактику мы называем млечный путь. А сверхскопление галактик Дева, кажется. Если тебе это вообще о чем-то может говорить.

Сэм: Не знакомое название. Похоже это очень далеко от нас, если название галактического пучка мне даже не знакомо. Но, вероятнее, мы просто называем одни и те же вещи по-разному. Как же тебя занесло сюда? Ты летела так далеко одна и для чего?

– Ооо. Это долгая история. Думаю, не стоит углубляться в подробности. Если коротко, то я была украдена модификаторами, но смогла сбежать.

Сэм: Модификаторами? И ты осталась жива? Теперь понятно, откуда у тебя этот корабль и странные силы. От них мало кто убегал, а если и убегал, то они из кожи вон вылезут, чтобы найти своих подопытных крыс. Прости за такое грубое сравнение.

– Ой. Не переживай. У нас тоже используют такое выражение, а я человек не обидчивый.

Сэм: Дело в том, что существ, которых они создают, они считают своей собственностью, считают, что у них нет воли и прав, что они служат только им, иначе несогласных просто уничтожают, а результаты творений забирают себе и используют в корыстных целях. Надеюсь, они не следили за твоим перемещением, ведь если они прилетят сюда, то у нас будут гораздо большие проблемы, чем возвращение порядка.

– К счастью, на той планете, откуда я сбежала, не осталось ни одной живой души. Вся поверхность была разрушена, после того, как на мне провели процедуру.

Сэм: Процедуру? Что они с тобой делали?

– Пытались подселить в моё тело ещё одну душу.

Сэм: Душу?! Это очень сложная процедура! Неужели они и на такое способны?

– Боюсь, вы все их очень недооцениваете.

Странно, что все утро Адам не издал ни звука. И даже сейчас я его не ощущаю.

Сэм: Не каждое тело может сдержать в себе две души, да и не каждый дух будет готов, пусть и жить, но в чужом теле. Слишком много противоречащих друг другу факторов должно сойтись в единое целое, чтобы эта процедура увенчались успехом. Я уже не говорю о том, что в случае удачного исхода посторонняя душа может приносить боль физическую и душевную, может происходить отторжение, подобно замене или добавления органа. Мне даже страшно представить, что тебе пришлось там пережить, но судя по тому, как ты себя чувствуешь, у них ничего не вышло?

Мне ничего не оставалось, как отвезти его туда, где он сможет найти ответы на вопросы. Улыбнувшись, я взяла его за руку и повела в сторону адвекционного лифта.

Мы поднялись на 4 этаж и направились в центр управления кораблём. Всю дорогу, вдоль сада, Сэм заворожённо рассматривал растительность, не встречающуюся ему никогда прежде. От чего на лице усиливалось выражение сильного удивления и интереса. Сразу как дверь открылась, я поняла, что привела его в нужное место, когда увидела лицо, резко изменившееся, из заинтересованного на ошарашенное.

Возле панорамного окна стоял чёрный, как смола силуэт, по форме напоминавший непривычное мне облако мглы, а человеческую фигуру. Таким очеловеченным Адама я никогда не видела раньше. И, похоже, все-таки придётся рассказать все Сэму.

Почувствовав наше присутствие, Адам повернулся и направился ко мне. Боже, он такой высокий и так сильно похож на человека, но пока все так же без тела. Жаль вместо лица все так же левитируют те самые таинственные камни. По коже пробежали мурашки. Почему раньше он не демонстрировал мне свои истинные очертания?

Адам мельком посмотрел на Сэма и подошёл ко мне вплотную.

– Почему не вышло? Очень даже вышло.

Моё тело впитало Адама, будто солнечные лучи в долгожданный весенний день. Внутри я снова ощутила такое знакомое мне тепло. Оно ласкало мой разум и согревало тело.

Лицо Сэма в этот момент отражало массу смешанных и не совместимых эмоций: страх, удивление, неопределённость, смятение. Если учитывать наши вчерашние разговоры, без сомнений он догадался, кого именно ко мне подселили и кто подарил мне этот корабль.

– Просто это не обычный дух. Думаю, ты понимаешь, о ком идёт речь. Ваши легенды отчасти не врут, как и многие другие. Но я всего лишь человек, а вот внутри меня живёт тот, кто может вам помочь.

Сэм смотрел, не отрывая глаз. Его рот был слегка приоткрыт, словно он что-то хочет сказать, но состояние шока не даёт ему произнести ни слова. Нужно было как-то привести его в чувства, и для этого я резко хлопнула в ладоши прямо перед его лицом. Реакция была как от пощёчины, но я все же добилась своего, и он пришёл в себя.

Сэм: Внутри тебя живёт дух вселенной? Дух мира?

– Да, но я не он. Я всего лишь помогаю ему, а он мне. И да, это его корабль, название которого – Ковчег. Это Адам вытащил вас из той передряги, по большей части, я всего лишь была его руками, ногами и глазами.

Адам: Не занижай свою значимость. И не преувеличивай мою.

– Я не занижаю.

На мгновение я забыла о том, что рядом есть кто-то ещё, кто-то живой. Поэтому сама немного испугалась своего неожиданного ответа, выпаленного в адрес Адама. Нужно как-то объясниться, ведь всё выглядит довольно странно со стороны. Учитывая, что на Сэма и без того свалилось слишком много странностей за последние пару дней.

– Ах, да! Я могу разговаривать с ним. Вслух. Поэтому не удивляйся. Если тебе кажется, что я разговариваю сама с собой, то это не так. Адам не особо приветствует телепатию, так как считает её неким нарушением личного пространства и способом свободного доступа к мозговым ресурсам: памяти, сознанию и мышлению. Мы будем стараться не говорить на людях, но иногда это будет необходимо, сам понимаешь. Мы решили, что тебе можно доверять, в надежде, что и ты будешь нам доверять чуть больше.

Чем глубже я погружала его в суровую реальность, тем больше Сэм терялся в моих словах. Было видно, как он пытался трезво оценить всю ситуацию, осмыслить и переварить происходящее, аккуратно раскладывая каждый новый факт в базу данных памяти. А так как на его планете уже имелась какая-то информация об Адаме, или как его называют на Ман – мире, то параллельно Сэм старался сопоставить уже существующие данные с вновь полученными. На лице, от лёгкого перенапряжение появилась испарина. Нужно как-то спасать этого парня, иначе он закипит.

Я прикоснулась ладонью к его лицу и слегка улыбнулась, от чего он тут же опешил.

– Переспи с этой информацией. Поверь мне, завтра все встанет на свои места автоматически и для этого даже не нужно напрягаться.

Я развернулась и ушла в сад. Но спустя пару минут Сэм догнал меня и крепко обнял.

Сэм: Я догадывался, что ты не обыкновенная. Все это выглядело довольно странно и эти твои способности. Я безумно рад, что ты прилетела сюда. Благодарен, что спасла! Похоже, все-таки вселенная нас услышала!

Адам: Вероятнее это просто стечение обстоятельств.

Он как всегда непреклонен и отстранён. Интересно, он был такой всегда или стал после того, как лишился тела? При таком влиянии на всех живых существ невозможно быть настолько холодным по отношению к ним. Это жестоко.

– Похоже. Нам нужно подготовиться. Построить чёткий план нападения, обзавестись союзниками. Ближайшие пару недель твои друзья придут в сознание, тогда нужно будет многое им объяснить и ввести их в курс дела. Поэтому нам есть чем заняться.

В комнате гибернации Сэм смог определить, где находились его люди, а кто был лишним на ковчеге. Всех зайцев нам пришлось перевести в отдельные камеры, чтобы не подвергать остальных опасности и, в последствие, допросить, а может и получить какую-то информацию.

Каждое утро мы проверяли жизненные показатели спящих, завтракали и обсуждали возможные варианты возвращения Сэма со своими людьми на Ман. Адам не хотел вмешиваться в политические войны, как и в любые другие в пределах одной планеты, так как считал это вмешательством в процесс развития и становления расы.

«Мы все должны сами научиться, сами решать, самостоятельно созданные проблемы. Людям дали почву для жизни, а как ей распоряжаться: сеять добро и расти вверх или потреблять и уничтожать, решать им самим. И я не вправе вмешиваться в процесс эволюции».

Поэтому о помощи вселенной речи не шло. Сопротивлению все же придётся научиться справляться своими силами.

Вечером, перед сном, мы снова подолгу болтали с Адамом. Планировали будущее и вспоминали прошлое. Ведь теперь нас связывает не только моё тело, но и время.

– Интересно, откуда у модификаторов появилась та технология купола, в которой тебя держали и в которой мы впервые встретились? Неужели они как то забрали её у древних?

Адам: Я бы не хотел, чтобы это было так. Я знаю, насколько осторожны всегда были древние расы, как трепетно относились к своим разработкам и их безопасности. Думаю, есть ещё кто то, кто мог открыть им знания об уничтожении моего тела, купировании энергии и ослаблении духа.

– Ещё кто-то? Наверняка этот кто-то очень опасный.

Адам: Тебе не нужно никого бояться. Я сделаю все, чтобы никто не посмел обидеть тебя или ещё хуже, причинить боль.

Приятно слышать слова заботы перед сном, даже от бестелесного духа, живущего внутри меня.

Последние месяцы на ковчеге, почти каждую ночь, я вижу необычные сны. Они не похожи на те, которые снились мне раньше, так же как и не похожи на что либо, что я видела в своей жизни. Меня могли окружать сказочные и завораживающие виды удивительных пейзажей незнакомых мне планет. Растительность и животные, которые не встречались мне раньше, закаты и рассветы неописуемой красоты, абсолютно не похожие на Земные. Во сне я ощущала запахи, прикосновения ветра или воды, от чего с трудом можно разобрать, где реальность, а где вымысел. Просыпаясь, я с трудом отходила от увиденного. Руки ещё долго помнили прохладные от росы листья высоких и пышных деревьев, тепло незнакомого мне солнца, которое пробуждало давно уснувшие веснушки на моем лице и запах. Этот удивительный и такой с детства знакомый запах озона, который каждый из нас готов был вдыхать полной грудью – запах улицы после дождя. Он погружал меня в сон и провожал в реальность, а иногда казалось, что я чувствую его даже на ковчеге. Думаю, так реагирует мой мозг на длительное соседство с Адамом и именно так даёт себе отдохнуть ночью. И я абсолютно не против.