Дневник. Предназначение

Сэм: Зои, не ожидали тебя здесь увидеть. Привет.

– Привет всем.

Крис: Рад видеть тебя, но здесь довольно опасно.

– Ну, то, что происходит за стеклом, меня беспокоит меньше всего. Что у вас случилось? Такие крики и слезы женщины, свидетельствуют о чем-то не совсем хорошем.

Гелицио: Здравствуй Зои. Ты пришла с Эпиосом? А что с твоей ногой?

– Да, ерунда. Об куст поцарапалась. Что у вас происходит?

Сэм: Тебе стоило пойти в дом к Гелицио. Там Кира и София готовят на всех обед и там бы ты пригодилась.

Как же я не люблю, когда так очевидно пытаются уйти от ответа и эти увиливания начинают меня напрягать.

– Так! Что! У вас! Здесь! Произошло! И вообще, Крис, сначала говоришь, что рад меня видеть и тут же выпроваживаете!

Гелицио: Нет, нет. Ты что. Мы всегда тебе рады. Просто у нас сложилась непредвиденная ситуация, поэтому мы немного на взводе, а твои друзья, благодушно пытаются помочь нам найти выход.

Женщина: Он точно там. Он может не дожить до конца сеанса!

Строгим взглядом я сверлила огромную дыру в Гелицио, что дало свои плоды.

Гелицио: Если бы он был там, то Адам почувствовал его самый первый и переместил сюда. Стоит поискать в другой части комплекса.

Женщина: Нет, же. Вы совсем меня не слышите. Он мог спрятаться под помещёнием в блоках вентиляции, которые находятся за пределами экрана ограничителя. Адам не сможет его почувствовать, как в куполе. Но тепловая энергия откачивается именно через вентиляцию…

Не дав ей возможности закончить предложение, я громким и строгим голосом заставила Гелицио коротко описать происходящее. Мой грубый тон и повышенная интонация явно всех удивили, никто не видел меня раньше в таком гневе.

Как оказалось, женщина потеряла из вида своего сына, которого взяла с собой на работу и предполагает, что он мог заиграться в прятки и пробраться в вентиляцию. Не возможно было описать мой шок от того, что здесь так спокойно относятся к посторонним, на объекте повышенной опасности. Детям, по моему мнению, здесь совсем не место, но не все привычки даже древней расы должны вписываться в моё понимание нормы. Если ребёнок и в самом деле там, то нужно как-то сообщить об этом Адаму, но пока идёт процесс зарядки баков, ни одно живое существо не сможет зайти в помещение, не навредив себе.

– Вы что вообще никак не можете связаться с Адамом?

Гелицио: Нет. Всё помещение изолировано экраном, ограничивающим его энергию, Чтобы она не распространялась вне. Из-за этого никакие сигналы не поступают внутрь, а его датчики работают только на накопление информации, и мы не имеем к ним доступ, пока он не снимет их или не покинет зону экранирования.

Сэм: Похожие стены были в бункере, из которого ты вытащила Аида, но эти не блокируют всю энергию, а лишь ограничивают её распространение.

Крис: Стоило внимательнее смотреть за ребёнком или вовсе не брать его с собой.

Женщина: Эти советы не помогут ему сейчас! Гелицио, ты наша путеводная звезда, наш хранитель, ну помоги мне! Ты же знаешь, я потеряла всех кроме мужа и сына!

Как обычно, всё слишком сложно, даже в идеальном мире. Нужно попросить Адама придумать себе уже какой-то наушник что-ли, а то без связи приключаются вот такие ситуации.

Женщина: Вы, помогите мне, хотя бы вы!

Гелицио: Не давите на неё!

А она права! Если никто из присутствующих здесь не может без последствий для себя проникнуть внутрь, то я в силах взаимодействовать с энергий Адама напрямую, тем более её часть осталось где-то глубоко во мне. В таком случае, я могу дойти до Адама и описать ему происходящее, не навредив себе, от слова совсем. Само понимание, что мальчику сейчас может быть страшно или больно, заставляли моё сердце колотиться от переживания. Для меня все дети – это дети, беззащитные, требующие любви и надёжного друга рядом, будь то папа или мама, бабушка или крестный. По-другому я бы не смогла.

Сэм: Ну она то, как поможет?

– Откройте мне шлюз, я объясню Адаму случившееся, он поможет мальчику. Не переживайте, всё будет хорошо.

Гелицио: Нет, нет! Энергия настолько сильна, что стоит тебе зайти внутрь, как….

– Гелицио! Немедленно открой шлюз!

Он метался из стороны в сторону, напуганный моей настойчивостью и самоуверенностью, периодически бросая взгляд на Сэма с Крисом, в поисках поддержки.

Крис: Она всегда была такой бесстрашной, но при этом, никогда не ошибалась.

Сэм: Адам чувствует её сильнее нас. Думаю, стоит ей довериться.

Стоило Гелицио что-то сказать людям, сидящим за пультами, как шлюз начал постепенно открываться, наполняя комнату лёгкой дымкой.

Гелицио: Если что-то пойдёт не так – отключаем питание всего комплекса.

Эпиос: Но это приведёт к обесточиванию всего Города и открытию орбитального защитного купола.

Гелицио: Я знаю. Пока Адам здесь, он сможет обеспечить нам безопасность, пока не запустим питание.

Не раздумывая, я шагнула в шлюз. Вакуумная дверь за мной захлопнулась и тут же открылась следующая, но не распахнулась. Я слегка толкнула её вперёд, и в глаза сразу ударил яркий свет. Эта энергия мне знакома, она не приносит мне боли, больше удовольствия и лёгкую волну возбуждения. Но свет все ещё остается не совсем приятен глазу, отчего пришлось идти вперёд вслепую, прижимая к лицу свою ладонь и крепко закрыв глаза. Я звала Адама изо всех сил, чтобы хотя бы попытаться перекричать гул приборов и движения самих частиц, звала его мысленно и вслух, как вдруг, внутри вспыхнуло то самое тепло, быстро разливающееся по всему телу, рукам, животу. Свет начал постепенно терять свою интенсивность, но не достаточно, чтобы я могла открыть глаза и сохранить зрение. Я чувствую, как Адам приближается ко мне, как его руки касаются моей талии, бёдер, его слегка обжигающее дыхание на своём лице. Он жадно и страстно целует меня в губы.

Адам: Можешь открыть глаза. Всё в порядке.

Он стоял передо мной полностью обнажённый, каждый мускул был напряжен, абсолютно каждый, отчего мне стало слегка неловко, чего не скажешь о нём. Если бы не зрители за стеклом, вероятно, мы бы уже купались в объятьях, осыпая поцелуями и приближая друг друга к сногсшибательному оргазму, в прямом смысле этих слов.

– Адам. Здесь ребёнок. В вентиляции.

После моих слов сияние окончательно прекратилось, и на нем тут же материализовался его костюм. Он закрыл глаза, его лицо было серьёзным и задумчивым. Как хорошая собака он пытался вычислить точное расположение мальчика, но не по запаху, а по его энергии и тут же резко сорвался с места, левитируя, переместился за один из дальних баков. Первым ударом он пробил толстую свинцовую пластину в полу, а вторым стену вентиляционного блока. Оказалось там довольно глубоко и чтобы вытащить мальчишку, Адам запрыгнул вниз. Спустя пару секунд уже вылетел оттуда с ребёнком на руках, на вид которому не дашь и больше 3х лет, относительно земного возраста. Тот отчаянно прижимался к своему спасителю, слезы лились ручьем, а руки и ноги активно дрожали от страха и лёгкой боли, от которой Адам уже начал его постепенно избавлять, попутно залечивая небольшие ожоги.

Мальчик: Мама!

Адам: Все хорошо. Мы уже идём к ней, а по дороге я сделаю так, чтобы у тебя ничего не болело и не жгло. Хорошо?

Мальчик: Только не отстраняйте её. Она ни в чем не виновата, я сам туда залез. Она велела мне ждать её на её рабочем месте, не слезая со стула и ничего не трогая, а я всего лишь коснулся экрана. Открылась эта дверь, мне стало интересно, найдёт ли она меня, поэтому спрятался. Она предупреждала, что игра закончена, но я не послушал. Не ругайте её, пожалуйста. Я сам виноват в том, что со мной случилось.

Он столько пережил за эти несколько минут, пока сидел в вентиляции, но все равно беспокоиться в первую очередь о маме, а не о своём здоровье или безопасности, забывая о боли и свежих ранах. Его добродушию стоит позавидовать, а многим поучиться. В этом вся суть их расы, помочь другим, а потом себе. Именно следуя этому правилу, миллиарды древних пошли на верную гибель, оставшись на прежней планете, ради возможности спасти хотя бы малую часть. Поэтому Гелицио готов был выключить защиту, поэтому они помогают расе Ниаго, потому и помогают Адаму, зная больше других о его ценности в мире.

Я пропустила Адама вперёд, ведь именно в его руках бесценный груз. Стоило нам зайти в безопасную зону, как мальчик сорвался с рук и бросился в объятья к своей родной маме.

Адам снова подошёл к мальчику, опустился на колено и обхватил его маленькую ручку своими большими ладонями. Лёгкий свет начал растекаться от запястий к локтевым суставам. Он перехватил одной рукой малыша, коснувшись ладонью груди, и свет уже окутал все его тело, распространяясь по маленькому организму, словно вода по корням дерева. Кожа становилась здоровой, свободной от мокнущих ран, а слёзы сменились на улыбку, полную доверия и благодарности. Не дождавшись окончания процесса, малыш кинулся Адаму на шею, изо всех сил прижимая его к себе.

Мальчик: Спасибо вам большое, за всё, что вы для нас делаете.

Женщина: Спасибо вам. Бесконечное спасибо, слава вселенной. Вы спасли моего мальчика.

Она целовала сына, обнимала, и это прекрасное воссоединение будто прожигало во мне огромную дыру, что очевидно почувствовал Адам. Такие страдания я не испытывала даже тогда, когда узнала об измене мужа на пляже, когда была беременна или когда слышала откровенные фразы из уст Сьюзан о предательстве мужа.

Адам: Берегите своё дитя. Они ваше будущее. И не стоит благодарить меня, я всего лишь сделал то, что должен был. Если бы не Зои, я бы не узнал о его присутствии. Поэтому это всё её заслуги.

Со счастливым ребёнком на руках она подошла ко мне и в знак благодарности крепко обняла. Было безумно приятно, что от меня есть хоть какая-то польза, но в то же время сердце полыхало от горя.

– Я рада, что смогла хоть чем-то помочь.

Гелицио: Слава космосу все разрешилось благополучно. Это удивительно, что такой всплеск энергии не навредил тебе.

Он смотрел на меня с лёгким восторгом и удивлением, а мою голову никак не покидали мысли о детях. Моих детях!

– Адам. Нам нужно поговорить.

Сразу после этих слов, неподалёку открылся портал, который привёл нас обратно в дом. И никаких прогулок по степям и колючим зарослям.

Он сел на диван и ждал начала диалога, а я всё ещё не могла собраться с мыслями. Мы встретились только вчера и даже не успели толком насладиться друг другом, а я уже буду просить его подбросить меня обратно на Землю к детям. Ведь если он откажется, то у меня не будет другого шанса попасть домой и увидеть своих сыновей, по которым безумно скучаю и перед которыми очень виновата.

Адам: Зои. Разговор предстоит довольно серьёзный, раз ему предшествует такая длительная и активно мыслительная пауза? Не томи.

– Я просто не знаю с чего лучше начать. Я хочу попросить тебя об одном одолжении.

Адам: Одолжении? В какой момент разговор превратился в одолжение? Ты знаешь, что я готов, на всё ради тебя!

На моем лице читалась тревога. Как он отреагирует на мою просьбу? А вдруг я опоздала, и на Земле прошли уже сотни лет? А что, если они совсем обо мне забыли или у них появилась новая мама, которая, в отличие от меня, всегда рядом?

Он заметил моё беспокойство, от чего сам забеспокоился, но уже за меня. Сделав пару шагов вперед, он схватил меня за руку и потянул к себе, усадив рядом.

– Когда я шла за этим мальчиком, то переживала за него не меньше его родной матери, все потому что сама являюсь мамой. Ты знаешь о моих сыновьях, которые остались на Земле. Когда у тебя отсутствовало тело, ты не мог переместить меня к ним, так как боялся за моё здоровье и жизнь, но сейчас всё изменилось. У тебя есть тело.

По щекам уже текли слезы, от безумной тоски по детям, падая прямо на его запястья. Большими пальцами рук он пытался поймать каждую из них, стирая соль с моего лица.

Адам: Моя Зои!

– Я не знаю, сколько времени утекло, но я скучаю, мне больно, душу словно разрывает на кусочки и хочется кричать! Я знаю, что готова перетерпеть любую боль, только чтобы увидеть их хотя бы на мгновение, убедиться в их безопасности.

Я рухнула ему на грудь, пытаясь заглушить крик, вырывающийся из груди, а руками вцепилась ему в плечи. Он гладил мои волосы, спину и обещал, что уже сегодня вечером я буду на Земле, чего бы ему это не стоило. Но предварительно нужно закончить с энергетическим запасом Города, а после ему необходимо будет немного по-медитировать, ведь дорога к юным планетам очень тяжёлая и невообразимо дальняя. Мне хотелось кричать ещё больше, но в этот раз уже от счастья и прыгать до самого потолка.

– Спасибо! Спасибо! Мне просто необходимо их увидеть.

Моё настроение отражалась в его глазах, словно осчастливить меня для него было не меньшим счастьем.

Адам: Любовь к детям несравнима ни с одним другим чувством, а что такое тоска по любимому человеку мне очень знакомо. Я просто не могу позволить, чтобы неутихающая боль терзала тебя изнутри. Тем более на Земле так же остался твой супруг?

– Я думаю, он не утруждал себя ожиданием и дело даже не в прошедшем времени. Наверняка у него другая семья. Кстати, можно как-то определить, сколько времени утеряно?

Адам: Точно нет. Я длительное время отсутствовал на границе. Думаю после медитации я смогу рассчитать примерное время. Зои. Я хотел, чтобы ты просто знала, что бы не произошло там, на Земле, и какие бы чувства тебя не охватили, я приму любое твоё решение, ради твоего счастья и спокойствия.

– Адам…

Адам: Нет, Зои! Дослушай! Ты всё для меня! Всё! Моя душа, моя вселенная, мой мир! Поэтому я пойду на любые жертвы ради тебя. Я ничего не утверждаю, не хочу знать наперёд, ждёт ли он тебя там или нет. Будет лучше узнать это от тебя или вместе с тобой, но помни, я готов к любому твоему решению, пусть оно не коробит твоё маленькое, хрупкое сердечко и тонкую, но сильную душу.

Наши лбы соприкоснулись, а его глаза были отпущены вниз. Не представляю, насколько сильны его чувства ко мне, но точно уверена в одном!

– Я тоже очень люблю тебя, мой Адам!

Его тёплые и крепкие объятья не хочется покидать. Прижавшись к его груди, ощущаешь себя крошечной девочкой, охваченной сильными, в тоже время нежными руками любящего и любимого человека. Странно, но даже с мужем я ощущала другие эмоции и чувства, вероятно дело все-таки в том, что Адам не совсем человек.

Чтобы не терять времени он снова отправился в подземный город, а я решила, наконец, заткнуть свой взбушевавшийся живот, порцией вкусного обеда. Голову не покидали мысли о предстоящей дороге: насколько сложной она будет, болезненной и ждут ли меня там, на Земле, помнят ли? Мне с трудом удавалось представить насколько могли измениться мальчишки, может они и вовсе совсем взрослые мужчины. Плывя в потоке мыслей и домыслов, приятно терзающих мою голову и тело, вызывая трепет предстоящей встречи, я не заметила, как приготовила себе обед и расположилась на террасе. Запивая холодным соком, свежеприготовленный салат, я наслаждалась прекрасным видом и теплым солнцем. Удивительно, но не только планета, но и сама солнечная система невообразимо схожа с нашей.

Вдруг в дверь постучали. По телу пробежала волна беспокойства, оставляя мурашки на коже, то ли от того, что стук был довольно неожиданным, то ли от воспоминаний вчерашнего вечера, когда такой же стук в дверь испугал меня до чёртиков. Тихо, стараясь не издавать ни звука, я подошла к окну и выглянула. Там стоял Аид, который был слегка удивлён моему настороженному виду.

Аид: Привет.

– Привет.

Я тут же открыла дверь. Уверенным шагом он зашёл в дом, а на его лице нарисовалась радостная улыбка.

Аид: Ты ждала кого-то ещё? Вид у тебя смешной, подозрительный какой-то.

Он снова взглянул мне в глаза и слегка рассмеялся.

– Не смешно. Твой визит для меня конечно очень приятен, но неожидан, оттого я такая испуганная. Я думала, ты улетел на Ман, все-таки ты король, да и огромной планете не положено быть без правителя.

Аид: Без меня там отлично справляется Винсент. Да и в управленческих делах он смыслит больше меня. Ты как? Я смотрю ты тут одна. Адам в подземелье? Ребята упоминали, что-то о энергетических запасах древних, которые Адам пополняет с определённой периодичностью. Я решил отправить их туда, может, почерпнут там что-то полезное, для нашей расы.

– Это хорошая идея. Развиваться никогда не поздно, тем более, если для этого есть все возможности. Адам тоже там, как ты и сказал, наполняет энергетические баки. Не хочешь что-то покушать? Я только недавно приготовила себе обед, буду рада, если ты составишь мне компанию.

Адам: Нет. Спасибо.

– Тогда, может выпьешь что-то? На улице жара, могу налить тебе сок.

Я направилась на террасу, где уже стоял большой графин со свежим и освежающим соком. Но стоило подойти к столу, как со спины ко мне прижался Аид. Одна рука коснулась моего живота, а другой он слегка наклонил мою голову, обнажив шею. Его губы едва касались моей кожи.

Аид: Как же я скучал! По тебе, твоей коже, твоему запаху!

Он жадно впился мне в шею, словно готов был откусить от меня кусок. От охватившего меня шока, тело не могло сдвинуться с места. Совсем недавно, на ужине, он утверждал, что справился со своим гневом, неужели все эти слова были ложью или им движет не гнев, а искренняя похоть, которую он в состоянии контролировать, но не имеет желания её останавливать? От этих предположений по телу пробежал холод.

Аид: Я знаю, что больше ты мне не принадлежишь и, вероятно, не будешь принадлежать никогда, как бы сильно я тебя не любил. Позволь мне последний раз насладиться тобой, без страха и дрожи.

– Аид. Прошу тебя! Не надо этого делать! Ты так убедительно говорил о том, что научился себя контролировать, а теперь снова врываешься и пытаешься взять меня силой!?

Аид: Я научился контролировать свою злость, но не желания, Зои! Я хочу тебя, я люблю тебя! Хоту быть с тобой, пусть и в последний раз! Я знаю, что так же не безразличен тебе!

Рукой он сбросил все со стола и посадил меня сверху, а сам встал между моих ног. Руки крепко сжимали мои бедра, а сквозь брюки я уже отчётливо ощущала на себе его серьёзные намерения.

– Аид. Не делай этого! Лучше просто уходи! Завтра ты пожалеешь о том, что натворил, но будет уже поздно, как тогда, в вашем семейном доме. Прошлое будет не вернуть.

Эти слова оторвали его губы от моей шеи и его глаза заглянули глубоко в мои. Лицо стало слегка хмурым, серым и серьёзным.

– Ты без сомнения очень дорог мне, но я не хочу близости, пойми! Ты и сам это понимаешь, ощущаешь!

Ладони все крепче и крепче сжимали мои ноги, пока эта животная хватка не стала приносить мне сильную боль.

Аид: Уже поздно, что-либо возвращать! Мне больно смотреть, как ты целуешься с ним, как он смотрит на тебя глазами полными любви, трогает тебя! Ты думаешь, я опасен?! Нет, Зои! С ним ты в ещё большей опасности, чем со мной!

Его руки взмыли вверх, в попытке выразить переполняющие его эмоции, а после тут же схватились за голову. Он сел на корточки, тело было напряжённо так, что на кистях и висках вздулись вены. Каждый мускул, словно камень, которого страшно коснуться, поэтому я спокойно сидела на столе, чтобы случайно не спровоцировать его на агрессию или насилие. Надеюсь, он и вправду научился контролировать себя, иначе я могу сильно пострадать, учитывая, что я здесь совсем одна.

Аид: Черт! Почему он? Почему ты выбрала его?! Потому что он жил в твоём теле? Потому что он созидатель?! Я готов меняться ради тебя! Я изменился ради тебя! Да, может я не такой добрый, но со мной ты всегда будешь в безопасности. В большей безопасности, чем с ним! Пойми, за любым добром следует зло!

Он опустился на колени, его глаза, полные слез, смотрели на меня, а я не знала, что ему ответить, не понимала, что происходит, как поступить. Я чувствую его заботу обо мне, но мне не даёт покоя какое то «но».

– Ты знаешь, мне не важно, кто он, как и не важно, кто ты. Главное то, что внутри, чувства и поступки. Почему ты так боишься за меня?

Аид: Тебе не нужно быть с ним! Я не хочу, чтобы с тобой, что-то случилось!

– Я в безопасности и с Адамом! Он сможет меня защитить, позаботиться обо мне, исцелить меня, если в этом будет необходимость.

Аид: В безопасности?!

В мгновение, словно ветер, он оказался возле меня, а его ладонь захлопнулась на моей шее, с каждой секундой, усиливая хватку. Губами я пыталась поймать воздух, а руками отбиться от Аида. Кислорода в лёгких уже совсем не осталось и в глазах начало мутнеть. Неужели это конец?

Аид: Даже сейчас, если бы я захотел, то убил бы тебя! В такой ты безопасности?! Где он, твой защитник, твой спаситель, если он должен быть рядом с тобой!!

Его ладонь распахнулась, и обессиленная, я рухнула на пол. Кашель одолевал, пытаясь восстановить дыхание, а лёгкие с трудом наполнялись таким желанным воздухом. Чем я заслужила это? Аид с каждым разом усиливает непонимание и смуту в моей голове.

Аид: Ты, уже была бы мертва, а мёртвых воскрешать он, увы, не умеет. Если сейчас ты уязвима, то Она может убить тебя и, не моргнув, да так, что твой Адам даже не поймёт, как это произошло. Хотя я не думаю, что его вообще можно считать твоим.

– Кто меня убьёт? О ком ты говоришь? Сплошные загадки, тайны, ребусы! Будто все кто меня окружают, постоянно мне что-то недоговаривают!

Аид: Помнишь наш уговор? Я сохранил тебе жизнь в бункере, если ты выполнишь одно моё условие – доставить туда, куда я тебя попрошу. Так вот, я желаю быть там, где ты, отправиться туда, куда и ты! Я не оставлю тебя с ним! Пусть не в одной постели, не в одной комнате, но на одном корабле я буду рядом с тобой, и если он не может обеспечить тебе должную защиту, значит, этим займусь я. Это не обсуждается!

Уверенным шагом он направился к выходу, а мне оставалось лишь кричать ему в спину, выражая свое возмущение и негодование. Да, отчасти он прав, и я в самом деле самый беспомощный и слабый человек на этой планете, но это совсем не значит, что нуждаюсь в его опеке, словно маленькая девочка. Выставив свои безумные условия он просто молча ушёл. Голова была забита вопросами, а тело все ещё с трудом отходило от остаточного возбуждения и страха. Чтобы хоть как-то помочь самой себе, я направилась принять прохладный душ. Шаг за шагом я поднималась на второй этаж, а в бёдрах усиливались лёгкое жжение, но при этом я рада, что все закончилось относительно благополучно. Не знаю, как Адам отнесется к решению Аида быть рядом со мной везде и всюду, но брать его на Землю я точно не намерена. Все-таки в моих планах провести это время в теплом семейном кругу, а не разнимать двух ненавидящих друг друга мужчин. Надеюсь, у меня будут хотя бы сутки, чтобы насладиться родным домом.

После прохладного душа я рухнула на кровать. Ноги все ещё немного горели. Все дело оказалось в синяках, которые оставил Аид на моих бёдрах, что ещё раз доказывает мою физическую слабость, в сравнении со всеми окружающими меня существами. За окном уже смеркалось, но температура и не думала падать. От жары и лёгкой головной боли я неожиданно для себя уснула.

Адам: Зои, я вернулся! Ты дома? Ого, что здесь произошло?

Едва раскрыв глаза, я увидела его. Высокий и безумно красивый, он стоял в дверном проёме, слегка улыбаясь, но стоило мне до конца прийти в себя, как его улыбка куда-то резко пропала и сменилась на хмурый и взволнованный вид. Он подошёл к кровати, сел на край и отодвинул полотенце, прикрывающее моё обнажённое тело.

Адам: Это ещё что такое? Погром на террасе, ещё и это!

Кончиками пальцев он коснулся моего бедра, украшенного яркими, фиолетовыми синяками. Скулы сжались от злости и это начало меня пугать. Что сегодня со всеми такое?

Адам: Не молчи! Кто здесь был, в моё отсутствие? Кто сделал это с тобой?

– Приходил Аид. Он хотел сказать, что с этого дня, он будет постоянно со мной, куда бы я не полетела. Это его условие, выдвинутое после спасения из лаборатории модификаторов.

Адам: Эти следы на твоих ногах, он оставил?

– Это случайно произошло.

Адам: Случайно? Какое право он имеет причинять тебе боль, заявиться сюда, ставить свои условия? Не достаточно было того, что он сделал с тобой, после моего ухода?! Он думает, если я созидатель, то не смогу его уничтожить? Большая ошибка, недооценивать своего соперника – это прямая дорога к поражению!

– Почему ты говоришь мне все это? Я виновата в чем то?

Его ладонь словно источник тепла, начала согревать мою ногу, насыщая, сквозь кожу целебной энергией, разливающейся по моим сосудам. Прямо на глазах, ярко синий начал растворяться и превращаться в бежевый и спустя пару секунд, от синяков не осталось и следа. Под кожей все ещё текла остаточная белая субстанция, вырисовывая красивые сосудистые узоры.

Адам: Прости меня, моя душа. Я не должен проявлять свое возмущение, ты его не заслужила и не ты его разжигаешь внутри меня. Но с ним я обязан поговорить, как только мы вернёмся с Земли.