На выходные – в Мариенбург

– Много куришь, – заметила Лиля, – нервничаешь.

– Да, и есть, отчего. Меня часто спрашивают, почему я все время одна, а некоторые даже напрямик намекают, что мне пора выходить замуж и рожать детей. А я думаю: каково будет детям, которые видят мать время от времени? И найдется ли на свете мужчина, который смирится с тем, что у жены на первом месте не его персона, а любимое дело, которое она старается выполнять безупречно? Пока ответ отрицательный. Быть домохозяйкой – это не мой формат, я должна чувствовать, что у меня есть место в жизни, а не на кухне, должна приносить пользу обществу. Сама с собой я честна; я не хочу, чтобы мои близкие люди чувствовали себя обделенными из-за моей занятости. Да, меня злит эта история. Ни учительница, ни родители ничего не сделали, чтобы предотвратить трагедию, прикрылись более важными "взрослыми делами. Свадьба, дедлайн и Пикачу, … их мать!

– Ты виделась с Аленой?

– Да, она уже успокоилась и больше не повторит попытку. Но у девочки словно что-то надломилось внутри, она уже никогда не будет прежней.

– По-моему, все, кто побывал у черты, меняются навсегда, – подумав, сказала Лиля. – Я думаю: может, если бы Катерина в "Грозе" не расшиблась о якорь, она тоже уже не была бы прежней.

Ника подперлась кулачком, с интересом слушая ее. Она любила рассуждения Лили о прочитанных книгах с привязкой к современным реалиям.

– Своенравная мечтательница, воспитанная на сказках странниц, которая мечтала летать и от обиды могла прыгнуть ночью в лодку и уплыть за шесть верст… Девушка, которая не вышла, а была выдана замуж и покорилась мужу потому, что так принято. Молодая женщина, которая боялась свекрови и была поверенной наивных девичьих секретов золовки Варвары… Увидела своего прекрасного принца на белом коне в городском франте…

– Да, верно, – согласилась Ника, – если бы Катерину вытащили из воды живой, она, придя в себя, увидела бы все в подлинном свете. Что Борис Григорьевич – слабовольный трепач в импортном костюме, затюканный самодуром-дядюшкой. Свекровь – просто озлобленная консервативная и, в общем-то, несчастная баба, которую не бояться, а пожалеть впору. Что барыня с клюкой – не глас судьбы, а полубезумная старуха, тоскующая по ушедшим веселым дням. И что Тихона устраивает роль ведомого, ему нужно, чтобы рядом была сильная личность, кто-то, диктующий свою волю, поэтому он и покоряется властно матери, как более сильному человеку в их семье…

– И Катерина могла бы выбирать, – продолжила ее мысль Лиля, – или самой стать ведущей личностью для мужа, или строить дальнейшую жизнь самостоятельно. В то время у женщин уже была такая возможность, в тех самых больших городах, о которых рассказывает небылицы Феклуша. Уже было движение суфражисток, были Высшие женские курсы. И я почему-то думаю, что Катерина выбрала бы независимость. Увидев без прикрас семейство мужа и их окружение, она уже не смогла бы остаться с ними. Если до падения в Волгу она еще помнила правило "потому, что так положено, потому, что так у всех", то ПОСЛЕ ей было бы уже наплевать, как принято у всех, и что об этом скажут соседи. Если человек дошел до такого отчаянного шага, значит, его уже дожало, пружина лопнула.

– Лопнувшая пружина часто может больно щелкнуть по лбу того, кто ее дожал, – заключила Ника. – Об этом надо все время помнить и не доводить человека до того, что он идет вразнос. Но остановиться всегда трудно, особенно если уже разогнались. Иногда человека дожимают из чисто спортивного интереса: насколько он вынослив, что он может выдержать и что будет, если он не выдержит… Спасибо за окрошку, очень вкусно! Как ты ее готовишь? – она стала собирать посуду, чтобы отнести к мойке. – Кстати, эта история докатилась уже даже до Москвы. Выходя от Алены, я заметила в вестибюле больницы очень знакомые очки в модной оправе… Так что скоро нас ждет обсуждение этой темы в студии Первого канала.

– Но твой материал появится раньше.

– Вот и посмотрим, и сравним, у кого лучше.

– Если бы это что-то изменило в жизни…

***

После обеда Лиля и Вероника гуляли в лесу у озера, стараясь держаться в стороне от многочисленных компаний с мангалами, волейболом и шумными детьми.

– Игра красок земли, – пробормотала Ника, оглядываясь. – Люблю такие весенние дни за городом.

– Ты уже прочитала книгу, которую я тебе посоветовала?

– Читаю, но медленно. Свободного времени у меня мало. Десяток страниц в метро, вот и все, что я успеваю.

– Как раз к Новому году дочитаешь, – усмехнулась Лиля и протянула подруге банку "Принглс". Ника покачала головой:

– Спасибо. Я ими уже сыта. В Питере я вечно питаюсь на ходу, чаще всего хватаю фаст-фуд. Сюда приезжаю поесть нормальной пищи.

– Значит, вечером тебе понравится молодая картошка с куриными котлетами. Я покупаю овощи у соседей на Воскова.

– Счастливая ты! – Ника потянулась так, что "ковбойка" выбилась из-под пояса джинсов. – Здесь чудесно!

– Все относительно. помнишь Безымянную звезду"? Одуревшая от столичной жизни богемная красотка, очарованная тишиной и романтикой маленького городка, уверена, что это лучшее место на Земле. Но местная жительница открывает ей глаза на то, как тоскливо и уныло у них осенью, а зимы тянутся до бесконечности. Если у местных жителей только два развлечения – посплетничать и посмотреть, как мимо проходит скорый поезд, можно вообразить, как "весело" там живется. Вот и у нас… Да, тишина, свежий воздух, овощи с огорода, цветы под окном. Но в пасмурные дни все иначе. Кажется, что эти тучи и морось – навсегда. И даже скорые поезда по этой ветке не ходят, даже на перрон не сходишь, чтобы полюбоваться…

– Но ты же вернулась сюда после университета, – резонно возразила Ника, – значит, Мариенбург чем-то тебя держит…

– Здесь все-таки мой дом и семья.

– Если бы только это, ты осталась бы в Питере и ездила бы сюда на выходные; всего-то час на электричке. Но ты проводишь в Питере отпуск и возвращаешься сюда. Значит в отличие от Наровчатова Мариенбург не осточертел тебе, правда?

– По-моему, Наровчатов имел в виду другой Мариенбург, в Восточной Пруссии…

– Да? Не знаю. Многие литераторы имели дачи в пригородах и любили там работать. Дачный депресняк способствует вдохновению.

– Ты циник, – Лиля сунула в рот желтый кругляшок и захрустела.

– Дань профессии. Да, я помню "Безымянную звезду". Но, по-моему, героиню очаровал не столько городок, сколько личное обаяние учителя, у которого она ночевала. По контрасту с ее столичным любовником, который думает, что, если содержит девушку, то может орать на нее и отвешивать оплеухи, будучи в плохом настроении. А тут такой милый провинциальный красавец с ясными глазами, показывает Большую Медведицу и обещает назвать ее именем новую звезду. Эффект сногсшибательный для содержанки, не избалованной такой романтикой.

Лиля только покачала головой. Прямолинейность Ники уже давно ее не шокировала. Подруга была так же прямодушна и в своих газетных публикациях, и это часто возмущало и даже злило читателей, но все равно они с нетерпением ждали новых публикаций Вероники Орловой в каждом номере "Невского телескопа".

– А, послушав "не Эсмеральду", она включила благоразумие и решила, что даже обаяшка-учитель с Большой Медведицей не скрасит ей осеннюю слякоть, зимние метели, весеннюю распутицу и отсутствие привычного комфорта. И уж лучше хамовитый, но богатый любовник, который освобождает ее от всех забот, чем мечтатель, который говорит красивые слова, но всю зарплату тратит на книги и читает их вместо того, чтобы прибить полку или починить подтекающую крышу. Конечно, слушать его интересно, но, по-моему, он больше влюблен в мечту, чем в девушку. Провести вместе ночь было классно, но уже через неделю он заметил бы, что его звезда тупа, как пробка, изнежена, за всю жизнь прочитала полторы книги и даже яичницу не поджарит – только наляпает желтком и сожжет сковородку. А ей обрыднет обливаться из лейки в корыте, спать на тахте, где пружины в задницу впиваются, и разгребать доисторические завалы в холостяцкой берлоге. И она, подумав, решила, что Большая Медведица этого не стоит, а Григ, хоть и орет на нее, как пастух на буренку, но хорошо ее обеспечивает и оплачивает все ее капризы. Да и потом, ему тоже небезразлична Мона. Иначе он не стал бы заморачиваться ее поисками. Такому человеку не проблема быстро найти новую любовницу. Мало ли красоток, которые только и мечтают сесть на шею богатому папику. Как в том клипе: "На ла-аааа-аабуте-ееенах и в восхитительных штана-ааах…" – фальшиво пропела Ника, подражая певице. – В театрах и на выставках от них не протолкнуться. Принаряженные, умело подкрашенные, на каблуках, стреляют глазками и с умным видом обсуждают Мане и Моне, Малера и Глинку, Вербера и Кафку, чтобы произвести впечатление не только своей красотой, но и интеллектуальным багажом. Пишут акварельки "постелью", – Ника прыснула, вспомнив обмолвку героини клипа, – сочиняют стихи со сложным философским подтекстом… И готовы разорвать в клочья конкуренток в борьбе за внимание подходящего мужчины! Ты бы послушала их разборки, когда они думают, что их никто не слышит! Однажды я была в концертном зале, готовила репортаж о новом дирижере и из кабинки в дамской комнате услышала такой диалог! Такие выражансы! Не во всякой подворотне такие перлы услышишь!